Возвращение домой. Часть первая: нежданное путешествие

Она стояла на голой пустоши посреди беззвездной ночи. Воздух вокруг то и дело пронизывали порывы ветра, принося с собой стылый холод. Вдалеке можно было различить едва заметное мерцание света. Сначала она подумала, что это была звезда, но потом поняла, что вместо белого звёздного сияния были видны оттенки красного и оранжевого. Огонь. Странное бормотание достигло ушей. Она огляделась в поисках источника звука и вскоре поняла, что он доносился из-под ног. Присмотревшись внимательнее, увидела яркую искру, мерцающую возле правой ступни. Искра что-то шептала. Необъяснимый страх охватил ее. Хоббит подняла глаза и без сомнения поняла, что искра взывает к огню. И так же точно вдруг осознала, что было жизненно важно, чтобы огонь никогда не услышал этого зова. Слишком поздно. Свет приближался, становясь все ярче и больше. Хоббит упала на землю, закрывая искру своим телом. В воздухе раздался рев и треск. Сильный жар охватил ее, покрывая волдырями кожу. Раскаленная добела боль пронзила тело, и она закричала. Подняла голову и почувствовала, что глаза вот-вот готовы выпасть из орбит. Массивное огненное колесо зависло почти прямо над ней. В центре его, казалось, зияла глубочайшая чернота, которая проникала в самую душу. — Я вижу тебя. Хоббит снова закричала, повернувшись, чтобы вновь закрыть искру. Только теперь та исчезла. Вместо этого она обнаружила, что лежит поперек распростёртого тела. Руки встретились с чьей-то грудью, а затем бессильно упали. Влага растекалась по ее ладоням, скользкие, мягкие предметы попадались под руки. Бильба поперхнулась, отпрянула назад и машинально посмотрела вверх, на лицо мертвеца. Мертвые глаза смотрели на нее с ужасом, рот был открыт в крике, который больше не мог быть услышан и уже никогда не будет. Торин. Она закричала, всхлипывая, и отползла назад, только чтобы споткнуться о другую фигуру. Подняла глаза, дрожа от ужаса, и земля вокруг нее уже не была пустой. По спиральной дуге, с ней в центре, лежали распростертые тела ее друзей. Бильба заметила Кили, его глаза были устремлены куда-то поверх ее головы, и Фили тянулся к нему, словно он умер, пытаясь защитить брата. Братья Ри, вернее то, что от них осталось, Балин рухнул рядом с младшим братом. Все остальные. Даже Гэндальф, сидевший, прислонившись спиной к чему-то, чего она не могла разглядеть в темноте, с открытыми невидящими глазами. Бильба снова закричала, и этот звук был больше похож на вопль раненого животного. Огонь над головой засмеялся и придвинулся ближе, жар был таким сильным, что хоббит казалось, что она сейчас распадется перед ним на кусочки. Внезапно яркий, ослепительный белый свет залил всю вокруг. И огонь, и шепот- всё замерло. Бильба подняла руку, чтобы прикрыть глаза, и посмотрела назад, туда, откуда, казалось, исходил свет. Две фигуры шагнули к ней. Когда они подошли ближе, то можно было разглядеть блеск доспехов и мечей, которые они держали в руках. Они шли легкой самоуверенной походкой молодых, тех, кто еще не осознал, что может умереть. Один из них был чуть впереди другого, словно защищая, и на секунду ей показалось, что она смотрит на Фили и Кили. Затем взгляд вернулся к телам вокруг нее, к тому месту, где неподвижно лежали принцы. Те двое из света были теперь ближе. Тот, что шел впереди, уверенно ступил вперед, подняв меч, чтобы встретить огонь лицом к лицу. Она изучала его спину, более стройную, чем у Фили или Кили, вплоть до волос, на несколько оттенков светлее, чем темные локоны Кили. Вторая фигура опустилась на колени рядом с ней. Его лицо было окутано тенью, скрытое от нее, как бы она ни старалась разглядеть. Он протянул ей руку, и каким-то образом, хотя она не могла его видеть, она почувствовала, что он улыбается в знак поддержки. Тепло наполнило грудь, страх отступил. Сцена вокруг нее померкла, тела истончились и исчезли, точно дым или клочья тумана на ветру. Искра прекратила свой шепот, и огненное колесо пропало с ревом ярости. Ветер стих. Хоббит протянула руку, больше не покрытую запекшейся кровью, и фигура схватила ее и легко подняла на ноги. Первый силуэт повернулся от того места, где он стоял лицом к огню. Бильба также не видела его лица и чувствовала печаль из-за того, что не может опознать своих спасителей. Первый протянул руку, чтобы нежно погладить ее лицо. —Всё не обязательно должно быть так. —Я не понимаю, — прошептала она, накрыв его ладонь своей. —Как мне это изменить? Какое-то движение, и фигура, которая помогла ей подняться, наклонилась к самому ее уху. Она чувствовала, как шевелятся его губы, но не могла разобрать, что он сказал. Он отодвинулся. —Подожди, — позвала хоббит, делая шаг вперед. —Я тебя не расслышала! Теперь они оба уходили, направляясь обратно к свету. Послышался чей-то голос. Уже пора просыпаться. — Нет!— закричала Бильба. —Я тебя не слышала! Подожди! Просыпайся. —Пожалуйста! Вернитесь! Я не слышала! Бильба. — Вернитесь! Просыпайся. Глаза Бильбы резко открылись, и она задохнулась, выгнув спину, чтобы вдохнуть воздух. Сон уже таял, и хоббит отчаянно пыталась вернуть его обратно. Казалось, что она цепляется за туман, и его клочья выскальзывают из рук, тем быстрее, чем сильнее она пыталась удержать их. Над ней склонилась чья-то тень. —Успокойся, девочка, теперь ты в безопасности. Глаза Бильбы сосредоточились на тени, и она обнаружила, что смотрит на усталое и избитое, но определённо живое лицо Двалина. Ее нижняя губа начала дрожать. Она подняла руку, но заколебалась, прежде чем прикоснуться к нему, боясь, что он просто исчезнет. Но он сам потянулся и схватил ее за руку: пожатие было теплым и очень реальным. Плотину прорвало. Бильба рванула вперед, откуда-то набравшись сил, и буквально обрушилась на него. Потеряв равновесие, когда Двалин опустился на колени рядом с ней, неожиданная атака отбросила гнома назад. Одна рука обернулась вокруг нее, защищая от удара, а затем он уже лежал на спине, прижимая ее к себе так сильно, как только мог, в то время как слезы беспрепятственно текли по лицу Бильбы. Смех привлек ее внимание. Хоббит подняла голову и на мгновение искренне поверила, что умерла и отправилась в загробную жизнь. Потому что там был Балин, потрепанный и опирающийся на самодельный костыль. Там были Дори, Нори и Ори, израненные и исцарапанные, без доспехов и оружия. Там был Бомбур, оберегающий руку, Бифур с большой раной на лице и Бофур без своей извечной шляпы. Там были Оин и Глоин, избитые и сгрудившиеся вокруг Торина, который все еще лежал на земле без сознания. Там был Кили, совершенно невредимый, пытающийся починить свой сломанный лук. Над ним стоял Фили, с веселым выражением лица наблюдая, как его брат ругается, стараясь собрать все кусочки воедино. После этого все стало как в тумане. Бильба никак не могла перестать плакать, что бы она ни делала. А ещё она не могла перестать обнимать гномов. Неважно, кто это был, но в ту же секунду, как они оказывались в её досягаемости, она набрасывалась на них. Некоторые из кхазад, как Нори или хорошенькие братья, хватали ее сзади и подбросили в воздух. Другие, такие как суровый Двалин или Глоин, неловко и осторожно обнимали в ответ, в то время как Дори, Ори или Бофур, легко обнимали ее, как давно потерянного и вновь обретённого дорогого друга. В конце концов Бильба обнаружила, что счастливо устроилась на коленях у Кили, слушая его сердцебиение и наблюдая за тем, как остальные перемещаются по поляне. Они не могли уйти отсюда, пока Торин не очнется, так что гномы пока сжигали трупы орков и варгов, и, кажется, это был тот запах, который она больше никогда не хотела бы почувствовать. Поверх ее головы Кили отчаянно искал помощи у старшего брата, который демонстративно игнорировал его. В конце концов, младший принц был в этом положении всего-лишь в течение последних полутора часов, придя сюда, чтобы спасти своего брата от подобной участи. Он сам виноват, решила Бильба, что попал в зону ее досягаемости. На другой стороне поляны она увидела Двалина, который разговаривал с высоким мужчиной в коричневом плаще. Когда Бильба впервые заметила его, вскоре после пробуждения, то предположила, что Гэндальф вернулся, за время отсутствия выбрав новый любимый цвет. Однако теперь, приглядевшись к нему повнимательнее, хоббит поняла, что ошиблась. Мужчина был ниже Гэндальфа ростом и стройнее, его волосы и борода были скорее каштановыми, чем седыми. Он был одет в ту же мантию и шляпу, что и Гэндальф, что поначалу и привело ее в замешательство, но одежда была темно-коричневого цвета. Мужчина также нес посох, но тот тоже был другим: толще и с резными изображениями животных и растений, увенчанный зеленым кристаллом. —Кто это такой? — Радагаст Бурый, — ответил Кили. —Он говорит, что его послал Гэндальф. Именно благодаря ему Двалин, Нори, Ори и Дори выбрались из пещер гоблинов. Бильба откинула голову назад и пристально посмотрела на друга. —А как спаслись вы? Кили усмехнулся, рассматривая её в ответ. —Потому что мы гномы, конечно же! Нужно намного больше усилий, чем тот обвал, чтобы убить нас! Он говорил совсем как его дядя. Его глупый, глупый, глупый дядя, который еще получит от нее , как только проснётся. Возникло смутное желание ударить Кили, чтобы выбить из него явно дурное влияние Торина, но она сумела сдержаться. Кто-то фыркнул, и Бильба увидела, что Фили садится рядом с ними. Она с радостью перешла от Кили к Фили, позволив первому встать и попытаться восстановить чувствительность в ногах. —Он хочет сказать, — сухо заметил Фили, —что великан не развалился при ударе. Мы были сброшены, когда он упал, но падать было недалеко, и не было никаких больших валунов или обломков скалы, чтобы об этом беспокоиться. Все выглядело гораздо хуже, чем было на самом деле. Бильба вздрогнула; она помнила, как плохо это выглядело. Руки Фили крепче сжались вокруг нее. —Кили потерял свой лук при падении, и моё пальто порвалось. Азог и остальные, по-видимому, двигались по дну долины; они, должно быть, наткнулись на вещи позже и подобрали их. —Но ведь они вас не поймали? — встревоженно уточнила Бильба. Фили стиснул зубы. —Они так и сделали. Мы поднялись наверх, надеясь найти вас и столкнулись с Двалином и остальными, спускающимися вниз. Они сказали, что вы разлучились. Мы собирались подождать, когда услышали, что варги приближаются сзади. Бильба напряглась, ее глаза обратились к горящей куче. Никто не спросил ее, что случилось и где Азог, за что она была безмерно благодарна. В данный момент ей совсем не хотелось переживать все заново. Кили взял на себя следующую часть рассказа, объяснив, что их преследовали до самого края обрыва, того самого места, которое Бильба посчитала отправной точкой пожара. Как выяснилось, это сделал Радагаст, велев гномам лезть на деревья и стал поджигать сосновые шишки, чтобы бросать их в орков и варгов. А потом появился Азог и потребовал Торина. Некоторые из них были вынуждены силой удерживать Двалина от нападения на орка. Азог, в свою очередь, послал варгов к деревьям. Звери выкорчевали несколько и загнали всех гномов на одну сосну на самом краю утеса. Она тоже начал падать, и Радагаст призвал своих друзей, орлов, чтобы спасти их от падения в пропасть. — Орлы?— удивилась Бильба, прерывая рассказ. — Там были орлы, и я их пропустила? Кили закатил глаза. —И это то, из-за чего ты расстраиваешься? Фили решил остановить разгорающийся спор. — Так или иначе, они сняли нас со скалы, но мы умоляли их вернуть нас обратно. Никто не хотел улетать без вас. —Но насколько вам было известно, мы должны были быть мертвы, — смущенно проговорила Бильба. —Нам было все равно, —сказал Фили. — Двалин был готов перерыть всю гору, камень за камнем, чтобы найти вас обоих. "Без сомнения, чтобы найти Торина", — подумала Бильба. Если бы это была только она, очень сомнительно, что они вернулись бы. —Орлы унесли нас достаточно далеко, чтобы могли вернуться и посадить нас на землю так, чтобы орки этого не заметили, —между тем продолжил Фили. —Как только они это сделали, мы начали поиски. И в конце концов услышали, как ты кричишь, а остальное ты знаешь. Бильба кивнула, вспомнив голос в своей голове. Что бы это ни было, совет был правильным. —А как же ты?— спросил Кили. — Двалин сказал, что вы с Торином потерялись, когда упали в гоблинские пещеры. Бильба открыла было рот, чтобы ответить, но тут же закрыла его, поддаваясь неожиданно нахлынувшим воспоминаниям о туннелях. Лицо вспыхнуло, и она быстро опустила глаза, чтобы скрыть это. Она снова попыталась заговорить, уверенная, что нерешительность и заикание тут же выдадут ее смущение, но не успела, так как по поляне эхом разнесся рев. Хоббит почувствовала, как сердце подпрыгнуло в груди, и резко обернулась, чтобы увидеть Торина, который очнулся и теперь отчаянно боролся с руками, пытающимися удержать его и успокоить. Даже с такого расстояния Бильба видела, что его глаза ошеломлены и расфокусированы. —Идиот, — пробормотала она, — вот что происходит, когда ты прыгаешь головой на булаву. Фили потрясенно посмотрел на нее сверху вниз. —Что он сделал? Бильба не ответила. Вместо этого она соскочила с его колен и почти бегом, прихрамывая, направилась к Его Королевскому Высочеству в изгнании, Торину Дуболому. Оттолкнув Двалина и Глоина, она увернулась от размахивающих рук Торина, плюхнулась прямо к нему на колени и схватила за косы, заставив посмотреть на нее. —Торин! Он дернулся, а затем замер. Бильба вздохнула, ее раздражение усилилось. —Перестань, — приказала она, — мне нужно наорать на тебя, а я не могу этого сделать, когда у тебя в голове все перемешалось! Он моргнул, медленно приходя в себя. Взгляд узбада медленно сфокусировался на ней, но затем насторожился. — Бильба? —Она самая, — хмыкнула Бильба. —Не хочешь ли ты рассказать мне, что означал этот "прыжок в объятия Азога"? У вас двоих совсем другие отношения, чем те, о которых я думала? За ее плечом у Нори и Глоина внезапно начались таинственные приступы кашля, а Двалин зарычал. Торин посмотрел на них. На долю секунды на его лице промелькнуло выражение, которое было настолько ... потерянным, что гнев Бильбы мгновенно испарился, сменившись желанием обнять эту упрямую, самоубийственную задницу. Ну ладно, гнев испарился не весь. —Должно быть, — медленно произнес Торин, —меня ударили сильнее, чем я думал. Мои глаза обманывают меня. Или я все еще сплю. Бильба радостно улыбнулась ему. —Я уже начала верить, что у тебя такая крепкая голова, что в нее ничего не достучится. Затем она наклонилась вперед и прошептала ему на ухо: —Я все еще зла на тебя, и я собираюсь хорошенько отругать тебя за то, что ты был идиотом и позволил глупому орку добраться до тебя. Но сейчас я скажу тебе вот что: тебе это не снится. С возвращением, Ваше Величество. Она встала и отошла в сторону, когда Двалин и Глоин приблизились, чтобы помочь встать своему узбаду. Затем весь отряд собрался вокруг него, и Торин уставился на них с выражением почти детского удивления в глазах. А потом начались объятия. Конечно, он не сидел ни у кого на коленях, но у Бильбы было такое чувство, что если бы у него были с собой необходимые материалы, то он бы выковал цепи и привязал их к себе на всю оставшуюся жизнь. Если бы мог. Чьи-то руки обхватили ее сзади за талию, и хоббит напряглась, вспомнив, как орк схватил ее и бросил. Но потом она откинула голову назад и увидела нависшего над ней Нори. Бильба расслабилась, наклоняясь к нему. Его руки крепче обняли ее, и гном пристроил подбородок на её макушке, что она позволила только потому, что он был так добр, чтобы не умереть. Внезапно рядом раздался незнакомый голос. —Вы, должно быть, мисс Бэггинс. Я много о вас слышал. Радагаст встал рядом с ними, наблюдая, как остальные толпятся вокруг Торина. —Я могу только догадываться, что вы слышали, — сухо ответила Бильба. Радагаст усмехнулся. Вскоре Двалин сделал ему знак рукой, и волшебник направился к нему. Она увидела, как Двалин говорит что-то, указывая на Радагаста, а затем Торин низко поклонился ему, прежде чем схватить за руку и сжать в благодарности. —Случилось что-то, чего я никогда не ожидал увидеть, — задумчиво сказал Нори. — Наш король склонился перед кем-то. —Это только потому, что ты не видел его, когда он думал, что потерял всех вас, — грустно улыбнулась Бильба. —Он думал, что будет изгнан. — Изгнан?— удивился рыжеволосый гном. Помолчал несколько мгновений, прежде чем продолжить. —Полагаю, это было вполне возможно. Наш поход не был вполне одобрен; он скорее был чем-то вроде вызова. Теперь Бильба разглядела, что Торин бросает взгляды в их сторону. Она вздохнула и высвободилась из объятий Нори, подталкивая его локтем. —Ну же, разве ты не видишь, что он хочет тебя видеть? Вор удивленно посмотрел на нее. —Ты думаешь, он хочет этого? Но отошел без дальнейших комментариев, и Бильба проводила его взглядом. Торин был счастлив, счастливее, чем она видела его за все то время, что знала. Годы, казалось, добавленные ему в пещерах, растаяли, и он уже стоял более прямо, хотя и осторожно, из опасения о своих ранах, с высоко поднятой головой. Боль пронзила сердце, но Бильба решительно проигнорировала ее, гордо вскинув голову. Торин предложил ей ухаживание из чувства долга и убеждения, что у него ничего и никого больше не осталось. Теперь, когда все вернулось, она не сомневалась, что он откажется от своего предложения. В конце концов, он был королем, а короли не женятся на простолюдинках, особенно на тех, кто не принадлежит к их народу. И не может предложить им ничего особенного взамен. Торин никогда не говорил, что любит ее, никогда не давал никаких обещаний, и она не имела права их ожидать. Глаза горели, но Бильба сделала глубокий вдох и вонзила ногти в ладони, используя боль, чтобы отвлечься и успокоиться. У нее не было ни права, ни причины жалеть себя. Каким-то чудом валар сочли нужным вернуть ей вторую семью, которую она считала потерянной. Ей вернули этот мир, и она не имела права ожидать большего. Солнечный свет отразился от чего-то в траве, привлекая ее внимание, и хоббит шагнула вперед, чтобы увидеть кольцо, лежащее там и весело подмигивающее ей. На какую-то долю секунды тело сковал холод, и мир, казалось, потемнело. Потом все прошло, и она нахмурилась, опустившись на одно колено, чтобы поднять кольцо. Внимательно изучила его, вертя в руках. Оно сверкал под лучами солнца, спокойно лежа на ее ладони. Всего лишь кольцо. И притом очень полезное. Не будь его, без сомнения, они с Торином оба были бы давно мертвы. Бильба встала и положила кольцо в карман, выкинув из головы странные мысли. Обернулась и завизжала, когда Фили внезапно оказался рядом, схватил ее и небрежно перебросил через плечо. —Что ты тут делаешь, мм?— спросил он, направляясь обратно к отряду. —Ты что, вдруг стала избегать общества, пока нас не было? —Фили!— возмутилась Бильба, смеясь и без особого энтузиазма колотя его по спине. —Я не мешок с картошкой! —Да, да—пробормотал он, продолжая игнорировать её протесты. — Ну же, будь хорошей девочкой и присоединись к остальным. Бильба рассмеялась громче и позволила ему отнести ее обратно к компании. И если ее глаза на мгновение встретились со взглядом Торина, когда Фили опустит ее на землю, и от этого осколок боли пронзит сердце, ну что же с того? Никто никогда не получал всего, что хотел. А ей было дано больше, чем многим другим. Ожидать чего-то еще было бы просто бесчестно.