Истории Меломана

Разумеется, Тэхен совершенно неспециально решил на следующий день пройтись пешком до универа. И он вовсе не намеревался снова опоздать. Оно просто как-то случайно так получилось. Ну то есть он встал вовремя по будильнику. На самом деле проснулся он даже раньше. Потому что действительно не хотел повторить вчерашнюю ошибку, и поэтому, когда ложился спать, все повторял про себя, что должен подняться в девять. Удивительным образом подобное самовнушение срабатывало каждый раз. Поэтому у него не возникло трудностей с тем, чтобы своевременно вылезти из-под одеяла и пойти чистить зубы. На самом деле такое с ним случалось не так уж и часто. Вообще-то почти никогда. Но неразочарованный в нем Чонгук служил прекрасным мотиватором для того, чтобы наконец начать заводить ранние и, главное, спокойные подъемы в качестве ежедневной привычки. Во всяком случае так было первые минут двадцать, пока Тэхен одевался и собирал рюкзак, а потом он сел завтракать, и поначалу такие правильные и полезные мысли принялись сворачивать совершенно не в ту степь. Потому что здорово, конечно, было прийти, не запыхавшись, на пары и поприветствовать Чонгука, когда он войдет в аудиторию перед самым началом занятия, как это обычно случалось. Но снова провести с ним около получаса в машине, слушая расслабляющую музыку однозначно было в разы круче. И Тэхен, пожалуй, был готов пожертвовать своей дыхалкой и снова пробежаться на все еще довольно свежем зимнем воздухе, если это поможет ему достигнуть своей цели. И, конечно, он испытал некоторые муки совести по этому поводу. Что собирался навязываться, давить на жалость и испытывать терпение Чонгука, который явно был бы совсем не против провести утро в полном одиночестве. Но вчерашний разговор с Намджуном все никак не выходил из его головы, и Тэхен думал, что ему нужно сделать что-то такое, чтобы хоть немного отвлечься. Неужели он совсем этого не заслужил? Поэтому все закончилось тем, что он просто сидел у себя на кухне под удивленный (и Тэхену казалось, многозначительный) взгляд госпожи Ким, которая тем не менее ничего не говорила, и рассматривал возможные варианты проникновения в тачку Чонгука. Сначала он подумывал просто выйти чуть позже нужного, может, даже так, чтобы как бы и успеть на автобус, и идти той же дорогой, надеясь, что в какой-то момент Чонгук снова нагонит и предложит подбросить его. Он даже посидел минут пять с блаженной улыбкой на лице, представляя, как романтично это будет. Конечно, Чонгук ничего такого иметь в виду не будет, но это же не помешает ему немного пофантазировать о чем-то таком. Он ведь и так большую часть времени сдерживал себя и старался рассуждать максимально логически. Иногда можно было и слабину дать. Но затем Тэхен все же, к счастью, вспомнил, что ему все еще нравился не кто-то другой, а именно Чонгук, максимальный нелюбитель романтики (хотя Тэхен все еще очень надеялся, что Чонгук просто слишком глубоко прятал эту свою часть; не при Юнги же ему было ее проявлять в конце концов). Поэтому мало ли что могло произойти. Ведь в этот раз Чонгук, решив, что он не благотворительный фонд, может просто проехать мимо, и это исключая то, что он может и не специально так поступить, попросту не заметив его где-то там у обочины, будучи слишком занятым тем, чтобы следить за дорогой. И это в общем было бы даже к лучшему. Потому что Тэхен однозначно не хотел, чтобы Чонгук разбился из-за него. Так что этот вариант можно было смело отметать. Следующей гениальной идеей было написать Чонгуку смску, раз уж у него так удачно был его номер, и слезно умолять в ней подобрать его, опаздывающего бедолажку, который так сильно не хочет пропускать первую пару, потому что тянется к знаниям. В этот момент госпожа Ким сильно закашлялась, подавившись чаем, но Тэхен решил, что это, определенно, Вселенная так ему намекала, что уж до настолько очевидных тупостей опускаться все же не стоило. Или ты настолько в отчаянии, ТэТэ? Тэхен замотал головой, снова привлекая внимание мамы, и натянуто улыбнулся ей, как бы говоря, что все в порядке. Потому что не хватало еще начать разговаривать с какой-то мифической Вселенной. Но вот с тем, что идея была идиотской, все же пришлось согласиться. К тому же он ведь не знал наверняка, но вдруг Чонгук уже был за рулем, как бы он тогда ему ответил на смс? И вообще где была гарантия, что он в принципе стал бы что-то читать, а не решил бы оставить все до лучшего момента (когда было бы уже слишком поздно). В итоге единственным вариантом было позвонить. Вот только Тэхен довольно неплохо знал, что Чонгук ненавидел разговаривать по телефону. В принципе он видел, как тот делал это всего пару раз за все время их обучения, и всякий раз лицо Чонгука приобретало максимально мрачный оттенок. Конечно, можно было предположить, что ему просто новости сообщали не самые радужные, но Тэхену все равно казалось, что дело было не в этом. И позвонить теперь, когда они и вживую не на сто процентов контакт наладили, казалось не самой удачной идеей. А ведь помимо прочего не стоило также забывать и о том, что у Тэхена зубы сводило от того, как сильно ему хотелось прошептать в трубку тихое Куки, чтобы разжалобить Чонгука. Вот только не надо было быть гением, чтобы догадаться, что тот бы на это отреагировал далеко не самым лучшим образом. И все. Никаких больше совместных поездок в машине. Вообще никогда. И Тэхен хотел было начать искать новый подходящий вариант, вот только время неумолимо бежало вперед, и, взглянув на часы, он обнаружил, что теперь опаздывал на автобус по-настоящему. Резко подскочив на месте, Тэхен бросил на маму умоляющий взгляд, и она с глубоким вздохом кивнула ему, разрешая не мыть посуду. Он вылетел из дома, радуясь тому, что рюкзак, пока что висевший на одном плече, то и дело стукал его по спине от быстрых шагов, потому что побить себя хотелось очень. Вот как можно было опять так дотянуть? Ну, зато с другой стороны, выбирать теперь точно было не из чего, так что, набравшись смелости, он все же залез в список контактов телефона и, выбрав нужный номер, нажал на зеленую кнопку, молясь, чтобы Чонгук уж лучше бы вообще не ответил ему, чем сразу же послал. — Алло? — Тэхен с облегчением обнаружил, что голос Чонгука прозвучал довольно нейтрально. Вероятно, он просто не успел посмотреть, кто звонил. — Эм… Привет, — почему-то хотелось нервно засмеяться или сморозить какую-нибудь глупость из серии «здрасьте, забор покрасьте». Тэхен честно не знал, почему в самые ответственные моменты в его голове всплывала какая-то такая фигня, но, видимо, именно так срабатывали его защитные механизмы. И все же приходилось хотя бы пытаться оставаться серьезным. — Это Тэ. — Да, это я и так понял, — сухо ответил Чонгук, и Тэхен скривился. Видимо, все-таки успел. — Что-то случилось? — ну, хотя бы он не скинул вызов и не обматерил, а вроде как даже беспокоился (нет! Потому что голос его все еще оставался довольно безжизненным, но какая разница. В конце концов на парах им довольно часто говорили, что смысл текста действительно может меняться в зависимости от интерпретации, а Тэхен в этом вопросе был первоклассным мастером). — Слушай, мне так неудобно тебя беспокоить, — и Тэхен очень надеялся, что звучал правдопободно. — Но мне сегодня пришлось немного задержаться дома, чтобы… Чтобы помочь маме, — в голове тут же весьма некстати всплыла непомытая тарелка. — И в общем в итоге я опять опаздываю. Поэтому я подумал… Что… Ну может… — Тэхен начал несвязно мямлить, уверенный в том, что наверняка сейчас бесил Чонгука еще сильнее, но все равно не мог произнести нужные слова. — Подходи к тому же перекрестку, что и вчера. Я заберу тебя оттуда, — сказал Чонгук и скинул вызов. Тэхен не поверил сначала в то, что услышал. Но, очевидно, Чонгук действительно не любил говорить по телефону настолько сильно, что был готов подвезти его, лишь бы только все закончилось побыстрее. И Тэхен не мог сказать, что не был этому рад, даже если ему все же было немного стыдно (не особо). А еще голос Чонгука прозвучал так властно… Тэхен весьма ощутимо вздрогнул. — Привет, — запыхавшись, поздоровался Тэхен, когда наконец очутился в машине Чонгука, и как-то слишком по-свойски закинул рюкзак на заднее сидение, на этот раз попадая куда надо. Чонгук на это ничего не сказал, и он решил, что все в порядке. Ему все же пришлось немного пробежаться, потому что машина Чонгука уже стояла, припаркованная у обочины, когда он только вышел из-за поворота к перекрестку. — Извини, что побеспокоил. Мне, правда, очень неловко было тебе звонить. — Да не парься, — ответил Чонгук, сосредоточенно смотря в зеркало заднего вида и выезжая обратно на трассу. На самом деле он очень удивился, когда вдруг услышал звонок, и еще больше, когда увидел, от кого он был. И первой мыслью было просто проигнорировать Тэхена, сделав вид, что у него телефон на беззвучном или вроде того, но затем он все же подумал, что это могло быть что-то важное, потому что Тэхен, мирно заснувший вчера на соседнем сидении и промолчавший всю дорогу, теперь не ассоциировался с чем-то шумным и доставляющим сплошные неудобства. Было довольно странно так думать, когда еще пару недель назад он описывал его Юнги ровно противоположным образом, и тем не менее теперь все ощущалось именно так. Поэтому он все же ответил. А когда услышал просьбу… Точнее не услышал, но и так понял, в чем она заключалась, не испытал раздражения. Он ведь уже знал, какой была дорога с Тэхеном, так что бояться было нечего. — Ты сказал, что задержался, чтобы родителям помочь. Все в порядке? — а вот это была слишком больная тема. И, возможно, это тоже стало в некоторой степени аргументом в пользу того, чтобы согласиться подвезти его. — Ага, — кивнул Тэхен, отворачиваясь к окну. Это все-таки действительно было неловко. — Мама просто попросила посуду домыть, ну и я как-то застрял. Ничего важного, — пробормотал Тэхен. — А что это за песня? — он решил сменить тему. Правда, способ для этого все же выбрал такой себе. Потому что опять вторгся в личное пространство Чонгука. Но все же это было лучше, чем врать ему. — О, это… — Чонгук замолчал на мгновение, но потом вспомнил, как они с Тэхеном уже однажды делились музыкальными рекомендациями друг с другом и как ему понравилась песня, которую Тэхен ему посоветовал. Так что, пожалуй, можно было и сказать, раз уж он все равно так опрометчиво забыл нажать на паузу. А может не забыл, а просто подсознательно не увидел в этом необходимости?.. Тем более что Меломан его тогда с этим проигнорировал. Но Тэхен тоже был вполне себе неплохим вариантом, чтобы рассказать о лучшей в мире песне. — Это «I Ain't The One» Spoon. Я как-то забыл о ней тогда, когда мы говорили про песни. Ну, помнишь, после концерта? — и Чонгук не знал, почему вдруг начал вдаваться в такие подробности, но ему необъяснимо очень захотелось, чтобы Тэхен обязательно тоже вспомнил про это, чтобы для него те их разговоры тоже что-то значили. — Да, конечно, — Тэхен снова повернулся к нему лицом. — Ты тогда сказал, что тебе нравится «Save myself» Ширана, — разумеется он помнил. Как и вообще все, что говорил или делал Чонгук. — Ну да — подтвердил Чонгук. — Как-то вылетело совершенно из головы. Но вот она просто лучшая. Правда, довольно депрессивная, и все равно. А ты… — Чонгук снова немного помолчал, смущенный тем, что сегодня его самого потянуло на разговоры. Но он и так уже заметил, что с Тэхеном все, что было ему обычно несвойственно, внезапно становилось нормой, и вроде как начал привыкать к этому. А еще… С каждым днем он все отчетливее понимал, насколько сильно ему хотелось познакомиться с Меломаном и проводить с ним время, но пока это не произошло, место вроде как оставалось вакантным. И Тэхен был не худшим вариантом, чтобы его занять. Вообще-то… Вообще-то на самом деле он был лучшим вариантом для этого. — Ты больше ничего такого не вспомнил? Все-таки с ходу не всегда можно выдать самый идеальный вариант. — Вообще есть одна песня, — Тэхен легонько щелкнул языком, чувствуя, как дыхание наконец пришло в норму. И сегодня, когда его голова не клонилась мешком с кирпичами к земле, поездка с Чонгуком ощущалась еще круче. — Это «Slow Up» Джейкоба Бэнкса. Мне нравится мелодия, я люблю такие атмосферные треки. Ну и текст, конечно, тоже. Само его построение. Но особенно… Там есть фраза. «Я научился у зеркала, что если слишком вглядываться, то обнаружишь незнакомца». Я не сразу ее понял, если честно. И не думаю, что сейчас понимаю, но что-то в этом есть цепляющее. Послушай как-нибудь. Думаю, тебе понравится. Чонгук почему-то тоже так думал. Потому что «What Sarah Said» особенно в том своем эпизоде про больницу была так близка ему, хотя, когда они в прошлый раз обсуждали ее, он вообще-то нашумел на Тэхена, но зато теперь она довольно часто всплывала в его плейлисте между песнями, которые советовал Меломан. — И кстати насчет идеальных вариантов, — снова заговорил Тэхен, устраиваясь немного боком, спиной к окну. В этот раз они же разговаривали, так что, наверное, не будет ничего страшного, если он немного посмотрит на Чонгука? И он по-честному постарается не капать слюной на обивку сидения. Почему-то казалось, что такое варварство Чонгук, который сегодня на удивление, как оказалось, пребывал в довольно хорошем расположении духа, уж точно ему не простит. — Посоветуешь, что стоит подарить Юнги-хену на день рождения? Хотя, подожди, — спешно заговорил Тэхен, не давая Чонгуку ответить. — Сначала… — кажется, он опять лез не в свое дело, и все же не мог не спросить, переживая за Чонгука. — Вы вчера нормально поговорили? — Тэхен неосознанно прикусил губу. — Да, конечно. Это было всего лишь недоразумение, но мы с хеном все уладили, — и Чонгук почувствовал, как где-то в глубине его души пробудилось нечто, отвечавшее в нем за раздражение и ворчание. Но Тэхен не звучал как-то уж слишком сочувственно, хоть и явно беспокоился, что было весьма логично, и злиться на него совсем не хотелось. — Хорошо, — Тэхен улыбнулся. — Тогда скажи, что ему подарить? А то я про него, кроме того, что он любит баскетбол, ну и петь Боба Дилана, ничего не знаю. — Ты только не говори ему, что я сказал тебе об этом, ладно? — Чонгук невольно поежился, представляя, как отреагирует Юнги, если узнает об этом. С другой стороны, с учетом того, что он самолично пригласил Чимина с Тэхеном на свой день рождения, те и так сами скоро все увидят. — Да, само собой, — сказал Тэхен, решая про себя, что вот у них с Чонгуком уже и первый совместный секрет появился. — И все же? — Если честно, я не знаю, — вздохнул Чонгук. — Каждый год сам сталкиваюсь с этой проблемой. Хен не особый материалист. Прям вот по-настоящему. И ему это все вообще не нужно. Ну то есть ты можешь и без подарка прийти, он не заметит даже. И не обидится. Повяжи на Чимина бантик, и он лопнет от счастья. — Да уж, пожалуй, что так. — Можешь кофе поискать какой-нибудь клевый. Хен по утрам всегда пьет, это будет полезно. Или алкоголь, это тоже лишним не бывает, — предложил Чонгук сворачивая на университетскую парковку. — Ладно, я понял. Надо будет подумать, — отозвался Тэхен, растерянно оглядываясь по сторонам. Уже все, что ли? А ведь он еще не успел как следует насмотреться на Чонгука, который еще как специально сегодня закатал рукава рубашки до локтя. И теперь стало совершенно очевидно, что у Тэхена был фетиш на эти крепкие с выступающими венами предплечья. А значит, ему оставалось только одно. Срочно придумывать, как забронировать себе место в машине Чонгука на постоянной основе.

***

Юнги сидел за столиком в углу, ритмично постукивая ногой по полу и меланхолично наблюдая за шустро снующими туда-сюда студентами. На самом деле он бы с радостью оказался в куда менее шумном месте, но, к сожалению, в их университете почему-то считалось, что стулья и скамейки нужны только в столовой, так что в конечном итоге она превращалась в их собственный Рим, куда вели все дороги. Чимин написал ему, что им с Тэхеном придется задержаться, чтобы обсудить какие-то вопросы с преподавателем, так что теперь он терпеливо дожидался одного Чонгука. Пусть он и не был таким уж любителем компаний, но все же грозно взирать на всех кружащих вокруг нарушителей спокойствия было веселее с кем-то разделяющим его чувства. Возможно, раньше Юнги бы и не признался в подобном столь открыто так быстро (даже самому себе), хотя это и было невероятно очевидно и без всяких признаний с его стороны, но с появлением в его жизни Чимина все изменилось слишком кардинально. Юнги даже не понял, как это произошло, но, если честно, вдаваться в подробности и пытаться это выяснить не очень-то и хотелось. Ему было хорошо с Чимином, умиротворенно и правильно, как будто он нашел недостающую часть себя. Возможно, такие выводы были несколько поспешны, но он действительно ощущал именно это. Как будто все наконец встало на свои места. И именно поэтому загоняться по поводу каких-то неожиданных своих проявлений совсем не хотелось. Он просто как-то очень мудро решил не затягивать с тем, чтобы просто принять ситуацию и пустить все на самотек в плане того, как Чимин периодически заставлял его себя чувствовать, и теперь наслаждался тем, что мог в открытую проявлять свои минимальные запасы чуткости по отношению к кому-то столь очаровательному и замечательному, как его парень. А еще он был ужасно благодарен Чимину за то, что тот в свою очередь никак не акцентировал внимания на том, что не всегда его поведение было свойственно ему. Чимин просто воспринимал все так, как есть, не обвиняя его в том, что он временами становился мягкотелым и мало походил на хена, и в такие минуты брал все в свои руки, позволяя им таким образом меняться местами, а не играть перманентно строго определенные роли, загоняя друг друга в жесткие рамки. Так что в конечном итоге проблема все еще оставалась только одна: его собственничество. После их первой совместной прогулки в тот вечер после концерта, когда Чимин только обозначил, что именно его не устраивало, чересчур окрыленный нахлынувшими чувствами Юнги даже подумал, что, может, все будет не так уж и сложно, и у него получится не проявлять эту сторону своей натуры при Чимине. Но, как показал вчерашний день, это, к сожалению, было вовсе не так. У него внутри все похолодело и сжалось, едва Чимин этими своими губами так легко и как бы совсем невзначай произнес имя Чонгука. На самом деле тогда ему не было особой разницы, и он бы отреагировал абсолютно таким же образом на любое имя, какое бы ни услышал. Потому что сама мысль о том, что кто-то еще мог касаться Чимина, говорить с ним, вызывать его улыбку, заставляла Юнги сжимать кулаки и издавать тихий рык. И дело было не в том, что он сомневался в Чимине. Разумеется, нет. Но тот порой был, по мнению Юнги, слишком беспечным и подпускал к себе людей слишком близко. Правда, возможно, именно благодаря этой черте Чимина и он сам заполучил второй шанс, а не кулаком по роже за то, что беспричинно накричал на него в свое время. И все же Юнги не мог не скрежетать зубами, представляя, как кто-то еще мило любезничает с его парнем. При этом выходов из ситуации он не видел совершенно. Будто ему только и оставалось, что тихо переживать все в себе, ни в коем случае не подавая вида при Чимине, даже несмотря на то, насколько понимающим тот был, и просто ждать, когда чувство пройдет само собой. Юнги в принципе не был уверен, что только одно время могло раз и навсегда избавить его от чрезмерной ревности, но больше рассчитывать было не на что. — Если ты продолжишь в том же духе, изничтожишь тут всех, — хмыкнул Чонгук и опустился на стул напротив Юнги, принимая удар его грузного взгляда на себя. — О чем задумался? — Да так, ни о чем, — отмахнулся Юнги, покачав головой. — Ну конечно! Давай рассказывай, хен! — воскликнул Чонгук, подумав, что, пожалуй, Меломан не это имел в виду, когда говорил, что к людям стоит быть внимательнее, а еще, что общение с Тэхеном как-то не самым положительным образом начало сказываться на нем. Правда, он мог поручиться за то, что его такой всплеск был продиктован и искренним интересом, так что в целом он не собирался перекладывать на кого-то вину за свою бурную реакцию, надеясь, что хен тоже это нормально воспримет. — Чимин сказал, что не будет встречаться со мной, если я продолжу ревновать его к каждому столбу, — выдохнул Юнги, заставляя Чонгука оторваться от собственного контейнера с едой и удивленно приподнять брови. Потому что Юнги действительно нормально все воспринял. — Точнее он прямо так не говорил, но в общем он будет не в восторге от такого. — Ну, его можно понять, — принимаясь жевать рис, согласился Чонгук. — Он, наверное, думает, что таким образом ты проявляешь к нему недоверие, — многозначительно изрек Чонгук, тут же ощущая, насколько ему не подходила роль психолога. Потому что для того чтобы анализировать чужие чувства, неплохо было бы со своими разобраться для начала, а еще предварительно выяснить, что в подобных случаях испытывают нормальные люди, а не счастливые обладатели эмоционального диапазона, как у зубочистки. И все же у Юнги из вариантов было только общение с ним, так что нужно было постараться. — Да, я понимаю, — Юнги кивнул, подозрительно поглядывая на Чонгука. Даже его асоциальный тонсен понимал такие вещи, а он все никак не мог смириться с положением дел. — И все равно. Кулаки чешутся, когда думаю, что он где-то там бродит, а другие заглядываются на него. — Хен, ты знаешь, я хреновый советчик в таких делах, но даже мне кажется, что тебе стоит как можно быстрее с этим разобраться. Или, например, придумать наиболее безболезненный вариант выплеска эмоций, чтобы на ваших отношениях это никак не сказывалось. Можешь, допустим, ходить тренироваться дополнительный день. О! — глаза Чонгука расширились, и он так и не донес ложку до рта. — Можем вместе ходить ко мне в тренажерку. Спорт отлично помогает проветрить голову. — Не, это точно не пойдет, — Юнги усиленно потряс рукой. — Я только наоборот буду думать о том, чем он там занимается в одиночестве, пока меня нет. — Можно нелицеприятное предположение? — спросил Чонгук. Эта мысль возникла в его голове слишком быстро и билась о стенки его головного мозга слишком настойчиво, чтобы он мог ее проигнорировать. И все же после вчерашнего лучше было спросить разрешение. — Валяй, — Юнги неопределенно мотнул головой. — Если узнаешь, что он вечерами дрочит, когда ты уже сидишь у себя дома и готовишься ко сну, отрежешь ему руку? — Для начала обойдусь одним пальцем. Например, мизинцем. В качестве предупреждения. Потом посмотрим, как пойдет, — пожал плечами Юнги. — Звучит не особо кровожадно, — усмехнулся Чонгук. — Но если серьезно, тебе стоит поскорее придумать что-нибудь, хен. Должно же быть хоть что-то, что поможет тебе расслабиться. Ревновать — в общем нормально. Не очень, конечно, но не сверхъестественно. Но не настолько же, чтобы прожигать взглядом дыры в людях. — Я в курсе, — пасмурно вздохнул Юнги, устало потирая глаза. — А где он кстати? — запоздало Чонгук понял, что за обедом было как-то слишком тихо. То есть вокруг все еще стояла какая-то мешанина из звуков, но за их столиком, который превращался в оплот адекватности на время перемены, он бы сказал, стояла гробовая тишина. Потому что их с хеном по очереди звучащие голоса все еще не могли заполнить собой все пространство, как это происходило, когда они собирались вчетвером в последние дни. И Чонгук вдруг обнаружил, что ему вообще-то этого не хватало. Не потому что он внезапно полюбил шум. Но потому что он только начал привыкать к тому, что теперь тусил не только с хеном, как вдруг это прекратилось. — Я видел, как они с Тэ выходили из аудитории. Думал, они раньше меня сюда придут. — Чимин-и написал, что им надо решить какие-то вопросы в деканате, так что мы увидимся с ним только после пар уже, — объяснил Юнги и вздрогнул. Потому что Чимин также с кучей извиняющихся смайликов написал, что не сможет сегодня пойти никуда гулять, потому что родители попросили его забрать сестру из музыкальной школы, на что он тут же благородно предложил просто сходить за ней вместе, сочтя это хорошей идеей. Но когда ему спустя несколько мгновений пришло радостное согласие от Чимина, он уже не был так уверен в своей затее. Потому что знакомиться с родственниками Чимина так скоро, пусть и с самым младшим из всех представителей… Пожалуй, это была не лучшая перспектива. Но теперь он успокаивал себя тем, что зато это покажет Чимину, насколько его намерения были серьезны. Хотя такое утешение практически не работало. И все же желание провести день с Чимином было сильнее его страха ляпнуть что-то не так при маленькой девочке. — Ясно, — Чонгук шмыгнул носом, дожевывая последнюю ложку с мясом. Почему все хорошее всегда так быстро заканчивается? — Кстати, хен, я все забывал спросить, не выяснил ли ты чего-нибудь новенького? — внезапно упаковывать контейнер обратно в целлофан стало самым увлекательным занятием на свете. Потому что смотреть прямо на хена, когда речь шла о Меломане, было все еще неловко. То, что началось как интерес и желание подружиться с понравившемся в сети человеком, приобретало какие-то пугающие масштабы. Потому что Чонгук вообще не понимал теперь, что испытывал к этому парню. Конечно, благодарность и довольно сильную привязанность, как и раньше, но сейчас будто примешивалось что-то еще. Но пока он совершенно был не готов это как-то формулировать. Особенно после того, как пару дней назад вдруг обнаружил, что ревнует его. — По поводу? — сосредоточенно нахмурился Юнги, пытаясь вспомнить, что он там успел наобещать, но все его мысли были забиты одним только Чимином. — Ну, хен… — укоризненно воскликнул Чонгук, все же поднимая взгляд. — Ты же обещал, что постараешься выяснить, кто записывает подкасты, — и Чонгук все еще не решался произносить имя Меломана вслух. Только не в их столовке, где разве что самый ленивый не развесил уши. — А, это… — протянул Юнги, успокаиваясь. Он-то думал, что было что-то важное, а оказалось всего лишь какая-то странная одержимость Чонгука. — Нет пока, все молчат. Но, кажется, я слышал, девушка одного из пацанов в моей команде переслушала все подкасты и выписала из них всю личную инфу об этом парне, а теперь составляет список тех, кто может подходить под эти параметры. Думаю, когда она закончит, я смогу выпросить у нее этот список, — сказал Юнги, а Чонгук почувствовал, как на его скулах заходили желваки. Зачем какой-то бабе, у которой, по словам Юнги, и так уже есть парень, досье на Меломана? Конечно, это отчасти и ему было на руку, но все равно хотелось хорошенько вправить ей мозги, чтобы занималась своими делами. Хорошо еще, что Юнги не сказал, что именно это была за девчонка, а то он бы точно просверлил в ней дыру взглядом, если бы случайно столкнулся где-нибудь. — Но я все еще не понимаю, почему он тебя в принципе интересует? — Какая тебе разница, хен? — раздраженно отмахнулся Чонгук. — У нас был уговор, я свою часть выполнил, теперь твоя очередь. — Эй, да не злись ты, я же ничего не говорю, — опешил Юнги, пораженный такой яростной реакцией. — Просто интересно. И вообще как у тебя времени на это хватает, когда ты теперь с Тэ постоянно тусишь. — Мы не тусим постоянно, — закатил глаза Чонгук. Почему хен вообще вспомнил о Тэхене сейчас, когда речь шла о Меломане? Да, Тэхен был прикольным, и с ним в общем-то тоже оказалось вполне комфортно, и все же… Тэхен все еще оставался всего лишь его одногруппником, пусть, как и выяснилось, самым лучшим, а Меломан — это Меломан. Слишком особенный. — Просто общаемся немного, — фыркнул Чонгук и тут же ради справедливости добавил, — он клевый. — Это хорошо, — Юнги посмотрел на часы и засобирался: до пары оставалась всего пара минут. — Хорошо, что тебе теперь будет с кем поговорить, если я окажусь слишком занят. Чонгук на это только согласно кивнул. Потому что да, кажется, он уже был в шаге от того, чтобы в случае чего обратиться к Тэхену за помощью. Но все же пока этот шаг существовал между ними, и Чонгук не знал, как скоро сможет сделать его.

***

— Хен, если ты не прекратишь стучать, охранник нас выгонит, — вздохнул Чимин, пока Юнги нервно и очень гулко стучал носком ноги по плитке в коридоре музыкальной школы. Они с Чимином сидели здесь уже минут пятнадцать, и чем дольше время тянулось, тем хуже становилось Юнги. Ему было душно, капельки пота выступили на висках, и казалось, что он вообще мог бы так там и задохнуться, даже несмотря на то, что форточка была приоткрыта и впускала в помещение прохоладный воздух. — Чего ты так распереживался? Моя сестра, конечно, — маленький монстр, но чужих она не трогает. — Что, если я ей не понравлюсь? — выдавил побледневший Юнги. Спасибо хоть, что голос не задрожал, а то было бы совсем стыдно. Он и сам не знал, что на него нашло. Конечно, это было довольно волнительным событием для него, потому как никогда прежде он еще не знакомился ни с кем из родственников своих бывших пассий, но не настолько же, чтобы букально отплясывать сейчас чечетку. Но, возможно, дело заключалось в том, что он в принципе к детям относился с довольно большим подозрением. Он никогда не мог понять, что у них на уме, и поэтому в каком-то смысле даже побаивался их. Не то чтобы он прекрасно считывал взрослых людей, но на них он хотя бы немного возлагал надежду, что они будут держать себя в руках; в наличии навыка самоконтроля у детей он в принципе сомневался. — Какая разница? — удивился Чимин. — Не ей же с тобой встречаться. Или ты решил захомутать всех членов моей семьи? — он прищурился настолько, что так и не разглядел, как на его слова отреагировал Юнги. — Нет, мне ведь уже и так достался лучший ее член, — «и я думаю, с лучшим членом», — так и хотелось добавить Юнги, и все же он промолчал. Очевидно, неделя отношений (даже меньше) еще не была достаточным сроком для подобных шуточек. — Тогда сядь спокойно и не парься. И вообще… — договорить Чимину не дал громкий вскрик. — Оппа! — с другого конца коридора к ним бежала девочка. Поборов желание отвернуться и сделать вид, что он пришел к кому-то другому, Юнги заставил себя на нее посмотреть и так и опешил. Это была точная копия Чимина. Чуть более свежая и не с такими мешками под глазами, как у него, но в остальном — копия. Такие же глаза в виде полумесяцев, прямой, не слишком широкий нос, аккуратные пухлые губы и самое главное — милейшие на всей планете щеки! И если бы Юнги не был геем, он бы однозначно повторил подвиг Джейкоба Блэка и дождался, пока эта очаровательная девчушка повзрослеет. — Оппа, ты такой непутевый, все никак не можешь запомнить, в каком кабинете я занимаюсь! — пробурчала Джису. — Ты вообще-то старше меня вдвое, но все еще такой глупый! — Я же говорил тебе, она монстр, — покачал головой Чимин, обращаясь к Юнги, забирая у Джису увесистый рюкзак и протягивая ей вместо него ее куртку, которую он успел забрать в гардеробе. — Вместо того, чтобы ворчать, лучше познакомься с моим другом. Это Юнги-хен. Мы с ним вместе учимся. А сегодня он согласился сходить с нами в «Куб». Можем, как обычно, покататься там на машинках? — Ты правда думаешь, что я поверю в то, что ты привел своего друга за мной, чтобы мы пошли кататься на машинках? — прищурилась Джису. Юнги в это же время предпочитал не вмешиваться в эти разборки, про себя отмечая, что, кажется, характерами брат с сестрой все же не были столь сильно похожи, как внешне. — А что в этом такого? — удивился Чимин, легонько пихая ее в бок, напоминая, что ей вообще-то нужно было одеваться. — То, что Тэхен-оппа никогда вместе с тобой не приходил сюда, а вы с ним дружите несколько лет. А про этого твоего друга я никогда даже не слышала, — аргументировала свои подозрения Джису. И она явно собиралась сказать что-то еще, но Юнги ее опередил. — Это потому что мы с Чимин-и встречаемся, а не дружим, — он наконец решил вмешаться, не понимая, чего Чимин так тянул с открытием правды. Его сестра и так была куда догадливее, чем можно было ожидать от ребенка (Юнги не знал, сколько ей лет, но в его глазах она выглядела, как кнопка), так что он не видел надобности тянуть кота за хвост. — Хен… — укоризненно протянул Чимин. — Что? — фыркнул Юнги, радостно замечая, что Джису уже почти оделась, так что совсем скоро они смогут покинуть этот удушливый ад. — Если ты непутевый, не значит, что у вас в семье это на генетическом уровне заложено. Она уже и так все сама поняла. — Хен! — вспыхнул Чимин, не ожидая такого предательства, но Юнги это проигнорировал. Все же сейчас было важнее подружиться с, судя по всему, маленьким домашним тираном, а милый Чимин его и так потом простит за все, если он как следует попросит прощения. — Так куда мы идем, ты сказал? — Джису хлопнула себя ладошками по бокам, означая таким образом свою готовность. — Я думал зайти в «Куб». Ты же наверняка голодная. Так что мы могли бы перекусить, и заодно ты могла бы посмотреть, какие аттракционы тебе понравятся. Там вроде еще батут был. — Батут для малышни, — закатила глаза Джису. — Мне что, по-твоему, пять лет? — Разумеется, нет, — покорно кивнул Чимин и выдохнул, когда его сестра бодрым шагом двинулась к выходу. — А сколько ей, кстати? — поинтересовался шепотом Юнги, когда они оба пошли за ней, держась немного поодаль. — Десять, — Чимин закинул на свободное плечо ее рюкзак. — Милая девчушка. Хотя я не так ее себе представлял, — признался Юнги. Он почему-то думал, когда только узнал, что у Чимина была сестра, и первые десять секунд, когда только увидел ее, что она действительно являлась очаровательным ребенком, такой же покладистой, как и ее брат. Чимин, конечно, иногда выпускал коготки, и все же сарказм не являлся его жизненным кредо. Чего, судя по всему, нельзя было сказать о Джису. И Юнги не особо хотел себе представлять, как у нее будет проходить переходный возраст. — Мы все ее не такой себе представляли, когда мама еще только была беременна. Родители ей круглые сутки пели всякие добрые детские песенки, рассказывали разные истории, читали книги, классику давали слушать. Но мама говорила, что она, даже когда только родилась, сразу заорала с предъявой, почему ее так долго вытаскивали. Это у нее от нашего деда. Он тоже как-то заявил, чтобы мы, когда будем его хоронить, крышку гроба ему не закрывали, а то ему дышать нечем будет, — Чимин многозначительно цокнул языком. Если Юнги хотел быть с ним, то, пожалуй, стоило его заранее предупредить о таких поджидающих впереди опасностях. В конце концов он бы не осудил Юнги за то, что тот сбежал от его сумасшедшего семейства. — Ну и еще ее в школе задирают, так что она привыкла постоянно отвечать и не всегда вовремя переключается при общении со мной или родителями. Но вообще она милая, и мы в отличных отношениях с ней. Так что, если ты вдруг начнешь меня обижать, раз уж ты разболтал ей, что мы встречаемся, она тут же примчится, чтобы тебе врезать, — предупредил Чимин. — Это я и сам понял, — хмыкнул Юнги, прибавляя шаг вслед за Чимином, чтобы догнать Джису, которая уже успела добежать до перекрестка. Всю последующую дорогу, которая заняла у них около получаса, Юнги устраивали допрос с пристрастием. Пришлось рассказать про мопса Кекса и двух джунгариков (при упоминании которых глаза Джису сначала загорелись, а потом резко потускнели, когда она узнала, как неоригинально он решил их назвать), про его занятия баскетболом, про желание попасть в профессиональную команду, про любимые видеоигры, книги, музыку и даже любимую еду. Вообще-то Юнги предполагал, что ребенок в таком возрасте с куда большей охотой предпочтет рассказывать о том, что интересно ему, или, например, о том, как день прошел. Но Джису на вопрос Чимина, все ли было в порядке сегодня, только отмахнулась и продолжила сама расспрашивать Юнги. И если поначалу это казалось ему немного странным, потому что за время их пути Джису успела собрать на него целое досье, причем без особых усилий, то, наконец заметив в какой-то момент, как после каждого вопроса она бросала обеспокоенный взгляд на Чимина (хотя и всячески старалась скрывать это), он понял, что Чимин действительно был прав и его сестра очень сильно волновалась за него. И Юнги было довольно непривычно видеть проявление такой сознательности у ребенка, потому что, по его мнению, дети в принципе являлись одноклеточными созданиями, но в то же время это и подкупало его, и он думал, что они с Джису точно могли бы поладить на почве своей заботы о Чимине. — Юнги-оппа, можно я сначала покатаюсь на машинках, а потом мы пойдем есть? — спросила Джису, смотря на Юнги, очаровательно улыбаясь, заставляя его думать, что каким-то образом где-то среди всех его ответов на ее бесконечные вопросы она нашла и информацию о том, что ему чертовски сильно нравились щеки Чимина. — Почему ты спрашиваешь у него, а не у меня? — возмутился Чимин, хотя сделал это скорее ради приличия. — Потому что Юнги-оппа знает, чего хочет добиться от жизни, и значит, умеет здраво оценивать ситуацию и распределять приоритеты. В отличие от некоторых, — не поведя бровью, ответила Джису, как будто это была самая очевидная вещь на свете. Юнги на это, правда, немного нахмурился, пытаясь догнать детскую логику, но сколько ни силился, так и не преуспел. — Да, конечно, так будет лучше. Чтобы тебя потом не трясло в этих машинках на полный желудок, — сказал ей Юнги, после того как получил одобрительный кивок от Чимина. Они подошли к кассе, у которой, к счастью, не обнаружилось очереди, и Чимин оплатил билет для Джису, которая, по мнению Юнги, как-то уж слишком лихо и профессионально тут же залезла в кабину машины и поехала по небольшой трассе в виде знака бесконечности, ловко преодолевая препятствия. — Вы часто тут бываете? — поинтересовался Юнги, когда они с Чимином опустились на лавочку рядом с кассой, откуда удобно было следить за Джису. — Заходим периодически, — Чимин уложил рюкзаки на пол и придвинулся ближе к Юнги, прижимаясь спиной к его плечу. — Ей нравятся машины, так что я стараюсь ее водить сюда почаще. В первый раз она, наверное, сбила все установленные препятствия, но довольно быстро потом освоилась, и гоняет тут теперь. Нас как-то раз даже чуть было не выгнали, потому что она пугала своей активностью других детей, — Чимин поерзал и, немного съехав вбок, опустил затылок на плечо Юнги. — Прикольно, — Юнги тут же неосознанно зарылся пальцами Чимину в волосы и принялся перебирать мягкие пряди. Былое волнение окончательно ушло, и ему вдруг стало так спокойно. Вообще-то он немного расстроился, когда узнал, что им не удастся прогуляться только вдвоем и, следовательно, о поцелуях тоже можно было забыть, а ведь ему и так теперь приходилось сдерживать себя в университете из-за обещания, данного Чонгуку, но он был готов признать, что даже просто так сидеть вместе с Чимином, нарушая саму идею личного пространства, было потрясающе. Так по-домашнему уютно. И это было именно тем, что он неосознанно искал так долго, а теперь как будто все еще не до конца верил, что действительно нашел это. И не было никакой убивающей ревности и прочих негативных мыслей, только стопроцентное умиротворение. — Ты ей понравился, кстати, — Чимин облизал пересохшие губы, но Юнги, к счастью для него самого, был занят тем, что выгибал бровь от удивления, и не обратил на это внимания. — С чего ты взял? — Потому что она спросила у тебя, можно ли ей пойти кататься. Она всегда так делает с теми, кто ей симпатичен и о ком она готова проявлять заботу. С Тэ то же самое, и с некоторыми друзьями родителей. Потому что она и так знает, что я ей разрешу, но она хочет знать, что ты не будешь против. Потому что вдруг ты умираешь от голода или вроде того. Так что она так завуалированно спрашивала тебя, не будешь ли ты против подождать ее немного, — объяснил Чимин, подставляя голову под прикосновения Юнги и на пару секунд прикрывая глаза от накатывающего блаженства. Юнги на это ничего не ответил, переваривая про себя услышанное, и только свободной рукой сжал руку Чимина, почувствовав, что теперь имел полное право сделать это при его сестре. Потому что Юнги казалось, что он уже получил благословение.

***

— Как насчет «Книжного вора»? — спросил Тэхен, зависая с занесенным над клавиатурой телефона пальцем и поворачиваясь к Чонгуку. — Да, можно, — кивнул Чонгук, постукивая пальцами по рулю, в ожидании, когда загорится зеленый. Вообще-то это была идея Чонгука. И не то чтобы он планировал что-то такое заранее. Но после обеденного перерыва у них было еще две пары, и к концу последней, когда даже он уже отложил ручку в сторону, устав бесконечно что-то писать за целый день, его живот как-то уж слишком многозначительно заурчал, напоминая, что неплохо было бы и перекусить. И именно в этот момент ему на глаза попался Тэхен. На парах на самом деле это случалось довольно редко, потому что Чонгук всегда предпочитал садиться поближе, чтобы лучше слышать лекторов, а Тэхен с Чимином вечно забирались куда-то на Камчатку. Но на этот раз он решил немного потянуть затекшие от продолжительного сидения мышцы и, развернувшись боком, как раз и заметил лежащего на сложенных на парте руках Тэхена. И, наверное, раньше такое пренебрежительное отношение к учебе заставило бы его закатить глаза, но сейчас он только подумал, что было бы здорово, чтобы Тэхен получше выспался и у него остались силы на все его домашние проекты по самообразованию. Потому что сомневаться в том, что Тэхен знал, как правильно распределять время на учебу, теперь не приходилось. Живот снова заурчал, и все еще смотрящий на Тэхена Чонгук подумал, что вообще-то тот был спецом не только в этом, но и в кулинарных вопросах. Точнее не совсем он, но Чонгуку действительно нравилось в пекарне его родителей, и он был совершенно не против наведаться туда снова, прихватив с собой Тэхена, который говорил что-то там про скидку для постоянных клиентов. К тому же им все еще нужно было готовить совместный проект, и, судя по всему, от Чимина помощи можно было не ждать. Так что теперь они составляли список произведений, которые могли бы использовать в своем мини-исследовании, и Тэхен заносил все варианты, одобренные Чонгуком, в телефон, чтобы ничего не забыть. — Еще я думал про «Сто лет одиночества» Маркеса, — задумчиво проговорил Тэхен, записывая предыдущий вариант. — Да? А почему? — удивился Чонгук. Он когда-то начинал читать этот роман, но в итоге, окончательно запутавшись во всех этих Хосе-Аркадио и Аурелиано, которые пополняли семью Буэндиа со скоростью света, забросил его. — Ну… — Тэхен почесал кончик носа, окончательно разваливаясь на своем месте. И он не знал почему, ведь еще с утра он трясся от страха, пока звонил Чонгуку, не зная, на какую реакцию нарвется, но теперь тот сам предложил заехать вместе в кафе и добровольно, по собственной инициативе впустил его в свою машину, так что теперь Тэхен чувствовал себя более чем уверенно в его обществе. В конце концов в последнее время они общались почти каждый день, и Тэхен ни за что бы не поверил Чонгуку, если бы тот сказал, что это ничего не значило для него. Это также не означало, что теперь можно было перестать осторожничать и вести себя, как угодно, но спокойнее стало однозначно. Теперь не было этого гадкого ощущения, что одно неверное слово могло все испортить, потому что в целом за все время их общения Чонгук не подавал особых признаков того, что его что-то не устраивало. И хотя Тэхен прекрасно знал, что все равно еще сто раз найдет, по какому поводу загнаться из-за Чонгука, сейчас он действительно признавал, что постепенно все дошло до какой-то относительно стабильной точки, и это не могло не радовать. — Помнишь, мы как-то с тобой обсуждали вырождение людей, их обмельчание, которое становится все заметнее с каждым новым поколением. Там же как раз об этом. В том числе. Так-то и про одиночество, разумеется. Когда человек окружен огромным количеством людей, но все еще чувствует себя ужасно одиноким и чужим, даже если люди, окружающие его, — его семья, то есть те, кто, по идее, должны бы наоборот заставлять его чувствовать себя лучше. Но если в общем — я просто считаю, что с детьми стоит говорить и о таком, а не только о любовных похождениях героев. — Да, согласен, — кивнул Чонгук, нажимая на газ и радуясь тому, что до пекарни остался всего один поворот: его желудок скрутило с новой силой, и на весь салон разнеслось печальное урчание. Чонгук покосился на Тэхена, но тот был занят тем, что вбивал в заметки очередную книгу, и даже не усмехнулся на раздавшийся звук. Убедившись, что на дороге никого, Чонгук чуть сильнее повернул к Тэхену голову и внимательнее посмотрел на него. Почему сегодня при Юнги он не согласился с тем, что, похоже, действительно подружился с этим парнем? Ведь… Ведь, кажется, именно так все и было. И если бы он только на секунду все же вылез из кокона и позволил себе вздохнуть свободно, трезво оценивая ситуацию, то однозначно пришел бы к выводу, что, похоже, это действительно случилось и он поладил с кем-то еще. Было немного щекотно это признавать, это чувство слишком сильно отдавалось в ребрах, так что хотелось ерзать на месте и изворачиваться. И все же бежать от правды больше не было смысла. Что вообще плохого в том, что странный Ким Тэхен в конце концов оказался вполне адекватным и теперь в общем нравился ему? Стоило хотя бы разобраться с этим вопросом, если уж со своим отношением к Меломану он никак не мог определиться… — О! О! О! — громко завопил Тэхен, заставляя Чонгука вздрогнуть и наконец снова обратить внимание на дорогу, чтобы подыскать место для парковки. — Пожалуйста! Можно мы еще возьмем «Бойню номер пять»? — Тэхен сложил руки в умоляющем жесте и уставился на Чонгука широко распахнутыми глазищами. Что он там думал пять минут назад про осторожность? — А это зачем? — уточнил Чонгук, сворачивая к обочине, довольный тем, что наконец-то Тэхен вспомнил о произведении, которое он тоже осилил до конца. Ему даже понравилась книга, на самом деле очень, потому что в ней не было ничего высокопарного, только обычная, очень грустная жизнь. И все же он не понимал, что так взбудоражило Тэхена, зато отлично понимал, что бурная реакция его совсем не раздражала. Напротив, это было даже мило. То, что Тэхен испытывал такое воодушевление по поводу книг. — Помнишь, там в одном из эпизодов жена Билли сказала ему, что будет худеть, потому что хочет стать красивой ради него, а он сказал ей, что не стоит, хотя изначально он ведь не хотел на ней жениться в принципе, но он все равно сказал это, думая о том, что благодаря путешествиям уже знал, что их жизнь будет вполне сносной. И… — Тэхен немного запнулся, сам не зная, как объяснить свой порыв, когда они уже почти стояли перед самой дверью пекарни, и все же поторопился договорить, чтобы его слова услышал только один Чонгук. — Мне просто кажется это очень трогательным и таким домашним. Ну то есть знаешь, ведь счастье не измеряется в том, насколько красивый человек рядом с тобой, но если вы смогли пройти вместе через всю жизнь и не опостылели друг другу в процессе, вот что действительно ценно, — он растерянно почесал затылок, смущаясь от слишком пристального взгляда Чонгука на него. Было неловко, но еще и очень приятно, что довольно сильно голодный Чонгук все же терпеливо слушал его, не торопясь бежать внутрь кафе. — Мне просто очень нравится этот момент. И я просто вспомнил о нем, так что вот, — немного невнятно закончил Тэхен, думая о том, как это было глупо с его стороны, столько кричать, и ради чего… А потом Чонгук кивнул ему и улыбнулся, и Тэхен даже похлопал ресницами несколько раз от неожиданности. Потому что заслужить улыбку Чонгука просто так, без какой-либо очевидной причины… Это было вау! — Конечно, мы можем взять Воннегута, если ты хочешь, — Чонгук все же открыл дверь и, пропустив внутрь Тэхена, вошел следом за ним. — В целом нам ведь не надо все это объяснять на конкретных текстах, а просто накидать любые рандомные примеры книг, чтобы план выглядел полным, так что можем выбрать, что угодно. — Да, я знаю, что реально не надо будет ничего анализировать и это всего лишь модель, — Тэхен опустил рюкзак на диванчик, плюхаясь рядом, когда они наконец заняли место в самом углу. — Но я все равно хотел бы видеть в таблице те книги, которые мне нравятся. Ну и вдруг нас все же попросят на защите привести какие-нибудь примеры или типа того, лучше быть уверенным во всем, что мы выберем. — Ну да, — согласился Чонгук, блаженно вытягивая немного затекшие ноги под столом. Он вдохнул поглубже, чувствуя как запах ванили и корицы глубоко пробрался ему в носоглотку, и почти что прикрыл глаза. Как и всегда на фоне очень тихо играла классическая музыка, и сегодня посетителей не было совсем, так что ничто не мешало ему наслаждаться такой уже привычной атмосферой этого заведения, которая неизменно навевала ему ощущение вселенского умиротворения. Чонгук не знал почему. Возможно, дело банально заключалось в том, что он, похоже, был без ума от того чая, который тут подавали, но это место теперь действительно ассоциировалось у него с чем-то теплым и уютным. А, возможно, это было из-за того, что его появления здесь неизменно были связаны с постепенным развитием их с Тэхеном отношений, и теперь он чувствовал привязанность к этому кафе, потому что оно принадлежало родителям Тэхена. Но в этот раз он не испытал раздражения, даже когда увидел, как тот извечный официант, с которым он всякий раз тут сталкивался, направился к ним с блокнотом и улыбкой, которую сложно было назвать дежурной. Почему-то Чонгуку казалось, что, несмотря на его не самое приятное поведение (и да, он вполне отдавал себе отчет в этом, но не испытывал никаких угрызений совести по этому поводу, потому что все еще не собирался растрачивать себя на тех, кто был ему неинтересен), этот парень улыбался вполне искренне и весьма дружелюбно. А еще, очевидно, они с Тэхеном были друзьями, так что в этот раз Чонгук подумал о том, что было бы неплохо не грубить ему. Ради Тэхена. И ради Меломана. — Добрый день! — бодро поприветствовал их Намджун. — Что будете заказывать? — Чай «Грин Гималайан» и блинчики с клубничным сиропом, пожалуйста, — сказал Чонгук, и Тэхен, постаравшись сделать это как можно незаметнее, аккуратно поднял взгляд на Намджуна, который растерянно замер, приоткрыв рот и приподняв брови. Тэхену пришлось несильно стукнуть его по ноге, чтобы он все-таки ожил и записал заказ. — Тэ, а тебе? Как обычно? — откашлявшись, спросил Намджун. — Ага, — рассеянно кивнул Тэхен, радуясь тому, что Чонгук все еще увлеченно разглядывал меню и потому не видел, как они на пару с Намджуном судорожно открывали рты, словно рыбки в аквариуме. — Хорошо, сейчас все принесу. — Слушай, Тэ, допустим, с книгами мы как-нибудь решим вопрос, а что будем делать с фанфиками? — вернулся к теме Чонгук, упираясь локтями в стол и складывая руки в замок. — Нам ведь наверняка их тоже нужно будет назвать. Хотя бы какие-нибудь. Но если честно, я вообще не разбираюсь в этом вопросе. — Я тоже, — согласился Тэхен, на секунду прикусывая щеку. Это уже не было таким удивлением для него, но он все равно догадывался, что никогда не сможет привыкнуть к тому, как сладко звучало его сокращенное имя из уст Чонгука. — Но я думал, мы просто залезем на сайт и выберем по факту что-нибудь. Вряд ли это будет так уж сложно. — Да, согласен. И, наверное, нам надо будет хотя бы парочку из них прочитать, да? — предположил Чонгук, чувствуя, как завибрировал телефон в его рюкзаке. — Ну, наверное, можно будет. Почему бы и нет. Чтобы уж точно влиться в тему. Хотя… Тебе не кажется это немного несправедливым. Тему предложил Чимин-и, решив, что фанфики — это интересно, а в итоге страдать над этим будем мы. Но, если честно, я не думаю, что Юнги-хен в ближайшее время отпустит его к нам. У меня вообще ощущение, что с каждым днем они как будто все больше срастаются в единое целое. Потому что вот сегодня Чимин-и сказал, что они с хеном пошли вместе забирать Джису. Это его младшая сестра. И как скоро они такими темпами превратятся в женатую парочку? Почему-то мне кажется, что все именно к этому и идет. И я надеюсь, мне не одному немного странно от того, что все так быстро, но на самом деле я рад за них. Если им действительно так хорошо вместе, то и какая разница. А вот нам из-за этого придется страдать с проектом. Но ты же не против, да? — Тэхен все продолжал тарахтеть и только под конец своего монолога, наконец заметил, как Чонгук свел брови вместе, сосредоточенно бегая глазами по экрану телефона. — Эй, Чонгук, все в порядке? — и ему так сильно хотелось зажмуриться. Потому что желание назвать его Куки все еще было почти непреодолимо. А уж тем более, когда он выглядел таким удрученным.  — А? — Чонгук резко вскинул голову. — Да, конечно… Эм, Тэ… Тут такое дело. Мне, правда, очень неудобно, но мне пора бежать. Маме нужна помощь… И… Извини, — сокрушенно проговорил Чонгук, принимаясь застегивать рюкзак. И Тэхен, пожалуй, расстроился бы и очень сильно, оттого что Чонгук снова сбегал от него. Но вместо этого он вместе с беспокойством за Чонгука все еще чувствовал спокойствие. Потому что внезапные дела могут возникнуть у кого угодно, но он так отчетливо видел по лицу Чонгука, что тому действительно было очень жаль, и это заставляло его думать, что все на самом деле было хорошо. — Да, конечно. Ничего страшного. Но все точно в порядке? — на всякий случай еще раз уточнил Тэхен, а затем добавил, — И ты ведь так ничего и не съел. Давай Намджун-хен тебе с собой упакует? — Да нет, спасибо, — мягко улыбнувшись (и снова удивившись тому, что его мимика была на такое способна), Чонгук покачал головой и встал. Что он мог сделать, если находил то, как Тэхен, похоже, всерьез волновался за него, очаровательным? Возможно, это было не совсем то слово, но ему действительно было приятно. Потому что теперь он недополучал минимально необходимую ему порцию заботы от Юнги, но, кажется, Тэхен был готов с лихвой это компенсировать. — Мама обязательно придумает, чем меня накормить, — и он уже почти направился к двери, когда вдруг замер и вновь развернулся к Тэхену, который задрал голову и теперь глядел на него снизу вверх. Эта идея возникла в его голове буквально в долю секунды, и он не успел ее как следует обдумать, взвесив все «за» и «против», что, пожалуй, было несколько опрометчиво, но слова так и рвались на волю из его рта. — Тэ, я тут подумал, что мог бы и дальше подвозить тебя до универа, раз уж нам все равно по пути. Мне не сложно, и тебе не придется больше бегать на автобус. — Ты серьезно? — Тэхен не узнал собственный голос. Его густой баритон неожиданно прозвучал слишком пискляво, так что хотелось даже прикрыть уши, но он был слишком в шоке, чтобы вообще совершать хоть какие-либо движения. — В смысле я, конечно, был бы рад… Ну то есть, так действительно было бы удобнее. Но я не хочу тебе мешать… — мямлил Тэхен, мысленно прикладываясь лбом к столу перед собой после каждого слова. Какое еще «не хочу мешать»??? Кто вообще в здравом уме будет отказывать от предложения краша проводить время вместе в одной машине около получаса? Да ради этого Тэхен, возможно, мог бы даже полюбить учебу всем сердцем! — Не парься, ты не будешь мне мешать, — отмахнулся Чонгук. — И раз так, тогда жду тебя завтра на том же месте, хорошо? — Да, конечно, — Тэхен сглотнул, все еще пытаясь вспомнить, не надышался ли он случайно бензином, пока они ехали, и не мерещилось ли теперь ему это все. — Тогда до завтра, — сказал Чонгук и пошел к выходу. — До завтра… — зудящее Куки так и повисло на кончике его языка. — Так, и куда он делся? — голос Намджуна раздался слишком громко, и Тэхен крупно вздрогнул, когда на стол перед ним гулко опустилась тарелка с блинчиками, предназначавшаяся для Чонгука. — Ему срочно пришлось уйти, — откашлялся Тэхен, пытаясь прийти в себя и не звучать таким потрясенным. — Какие-то дела. — Да? Жаль, — хмыкнул Намджун. — А мне только показалось, что он сегодня повел себя довольно вежливо со мной. И знаешь, я даже думаю, что мне не показалось и что он действительно сделал это. Для тебя. И в обычное время Тэхен, наверное, принялся бы отрицать это или просить у Намджуна дополнительные аргументы, но сейчас ему только хотелось побыстрее сказать вслух то, от чего его голова буквально звенела, отказываясь вмещать в себя подобную информацию: — Хен, он предложил ездить в универ вместе, — ладно, от того, что он сказал это вслух, восприниматься оно более реально не стало. — В смысле? На автобусе? — В смысле на его машине. В смысле что он будет забирать меня по утрам на перекрестке и довозить до универа, — почти прошептал Тэхен. Наверное, он бы даже расплакался от переизбытка чувств, если бы чуть лучше ощущал сейчас реальность, но пока она только ускользала сквозь его пальцы, удерживая его в подвешенном состоянии. — Так, я сейчас принесу тебе твои берлинеры, и ты расскажешь мне все как можно подробнее! — воскликнул Намджун, взмахнув руками в приступе воодушевления, и практически побежал обратно к стойке, параллельно думая о том, что было бы так здорово сейчас повесить на дверь табличку «Закрыто».

***

Тэхен нервно перебирал в руках наушники, все не решаясь подключить их к ноутбуку. Он должен был включить свой онлайн-подкаст через пару минут, но еще даже нужную вкладку не открыл, подумывая притвориться, что у него просто внезапно отрубился Интернет. Малодушно, и он бы потом еще корил себя много месяцев за это, и все же сбежать хотелось ужасно. Хотя он даже не мог назвать конкретную причину. Он уже не раз проводил онлайн-подкасты, и они вообще-то ничем не отличались от обычных, ведь он все равно никогда ничего не редактировал в записи, потому что хотел быть максимально честным. В конце концов притворяться и юлить он мог перед всеми этими людьми и в реальной жизни, а подкасты были созданы для другого. И ему нравилось то, что он постепенно становился все более раскрепощенным в общении со своей аудиторией, потому что чувствовал от них отдачу, а еще то, что на время подкастов все разногласия между ними переставали существовать. Но сейчас он только нетерпеливо ерзал в кресле, заламывая руки от страха. Он, конечно, сообщил обо всем заранее отдельным постом на сайте. Но что, если никто не придет? Или ему станут задавать неудобные вопросы? Или никто вообще так ничего и не напишет (Тэхен вообще-то знал, что это не произойдет по своему прошлому опыту, но все равно не мог не накручивать себя заодно и по этому поводу)? А потом он просто коротко вздохнул, щелкая на страничку сайта и запуская подкаст. Не попробуешь — не узнаешь. Привет, ребята! Его голос даже с компьютерной обработкой прозвучал как-то сорванно, и он несильно хлопнул себя по лбу. Но в комментариях мгновенно возникло несколько приветствий, а значок статистики уведомлял о том, что с первой же минуты подключилось тридцать человек. Относительно немного с учетом того, что по его подсчетам его слушала примерно половина факультета, то есть около трехсот человек. И все же это невероятно воодушевило его. Сам факт того, что его кто-то действительно ждал. Потому что он никогда не гнался за популярностью или чем-то вроде того. Потому что… Никакой популярности Меломан ему не принес. Да, можно было немного почесать свое эго мыслью о том, что люди, которые обычно смотрели на него с пренебрежением, в сети вели себя совершенно иначе, но он предпочитал просто радоваться тому, что мог открыто (хотя бы в такой форме) высказывать им свои мысли и получать от них поддержку. И дело было не в том, что для него важным являлось мнение именно этих людей. Скорее вся суть заключалась в том, что он хотел знать, что его окружение, все равно какое оно, сталкивалось с теми же трудностями, что и он. Что ж… Я очень рад видеть вас здесь. И, если честно, я довольно сильно нервничаю. Это, пожалуй, странно для того, кто занимается всей это фигней на протяжении нескольких месяцев. Но такой формат у нас с вами впервые, и мне действительно немного неловко. Так что я очень надеюсь на ваше понимание. Ну и как вы поняли, провал начался с самого начала. Потому что я что-то там говорил про подобный подкаст в выходные, но в итоге сегодня четверг… В свое оправдание скажу, что большинство меня попросило в итоге сделать это на буднях, потому что, и я совершенно об этом не подумал, на выходных многие идут гулять с друзьями или навещают родственников. Это довольно логично на самом деле. Но если нам с вами понравится такой формат, можно будет периодически его проводить. И я хочу вам напомнить, что вы можете задавать любые вопросы или писать что-то, чем вы бы хотели поделиться с остальными. Я, конечно, не смогу ответить на все, к сожалению, но очень постараюсь не проворонить все самое важное и интересное. А еще, пожалуйста, рекомендуйте свои любимые треки. Потому что мне просто необходимо пополнить плейлист чем-нибудь новеньким. И… Пока мы попробуем подождать, вдруг кто-то еще подтянется, предлагаю послушать наверняка известную многим композицию группы Fall Out Boy «Champion». Вообще как-то так вышло, что Фобы занимают какое-то особое место в моем сердце. Я даже не фанат, но их песни для меня — действительно что-то с чем-то. Мне даже трудно, ну как и всегда, выразить это. Просто это вот какое-то чувство, что это твоя группа. В общем-то тут для меня все аналогично ситуации с Kodaline. A еще кстати с Nickelback. Не помню, чтобы ставил что-то из них, и не очень понимаю, как так вышло, но надо будет как-нибудь это исправить. Возможно, как раз сегодня. Хотя они довольно известные, так что вы наверняка и без меня их давно знаете, но все же. Ну и да, как обычно я слишком много болтаю, а у нас Фобы. Чонгук слушал бодро звучащую композицию, вальяжно развалившись в своем компьютерном кресле. Он все еще тяжело дышал, но был благодарен всем богам, которых знал, за то, что все же успел к началу трансляции. Вообще-то он буквально пять минут назад вошел в дом, жутко уставший с одним только желанием: поскорее лечь спать, но пропустить онлайн-тусу у Меломана не мог себе позволить. Правда от усталости он чуть было не перепутал аккаунт Google, с которого хотел войти на сайт, так что едва не засветил свое реальное имя (а ведь он специально создал второй акк, назвав его максимально по-дебильному — «LovelyGrinch93», чтобы фейковое имя ну совсем никак с ним не ассоциировалось; хотя чтобы провести аналогии между ним и Гринчем... Не нужно было быть семи пядей во лбу), но, к счастью, успел в последнюю секунду выбрать верный вариант, так что теперь был занят тем, что думал над вопросами, которые хотел бы задать Меломану. И постепенно приходил к выводу, что уж лучше было бы и не писать ничего в принципе. Потому что спрашивать банальщину о любимых фильмах и прочем ему не хотелось (об этом все равно уже начали спрашивать и без него), а говорить о чем-то более серьезном… Чонгук не был уверен, что хотел выносить это на всеобщее обозрение. Он хотел, чтобы на самое важное в общечеловеческом смысле Меломан отвечал только ему и только с ним делил все свои наиболее сокровенные мысли. Поэтому по большей части он хотел сосредоточиться на выборе песни. На этот раз правильной. Такой, чтобы Меломан не прошел мимо нее. И да, ее все еще могли послушать и другие слушатели, но с этим он, пожалуй, мог бы смириться. Все-таки Интернет и так есть у всех, а его любимые песни не в закрытом доступе находятся. В любом случае главным было бы то, что Меломан откликнулся на это, таким образом как бы начиная выстраивать мост, который позволил бы преодолеть пропасть между ними. Итак, нас стало немного больше. И это очень здорово! Правда теперь я чувствую себя еще более неловко, потому что мне кажется, будто вы чего-то ждете от меня, а я не обладаю тем, что мог бы дать вам. Но мне правда очень приятно, что вы все здесь. И я просто идиот, потому что совершенно забыл в первую очередь спросить у вас, как прошел ваш день? Надеюсь, что хорошо. Потому что мой прошел великолепно. Даже несмотря на то, что было кое-что, что могло бы меня расстроить, на самом деле я невероятно рад всему, что сегодня произошло. Потому что в результате всего моя надежда на лучшее будущее стала в разы больше. И, наверное, мне уже пора заткнуться. В том смысле, что перестать самому выдумывать идеи для разговора. Вы ведь знаете, что я могу болтать просто до бесконечности? Но сегодня я обещал отвечать именно на ваши вопросы, и, наверное, мне стоило перед этим немного подготовиться и посмотреть, как это делают все нормальные блогеры. Но подумал я об этом, конечно, три секунды назад. Поэтому давайте уже просто начнем? И вы сделаете вид, что не заметили, насколько криво у меня все получается. Итак. Этот комментарий вообще-то уже уехал куда-то наверх, и сначала я думал, что буду игнорировать подобное, но, пожалуй, все же мне стоит ответить. Просто чтобы прояснить это раз и навсегда. Я, к сожалению, не запомнил ники, но, кажется, этот вопрос повторялся не один раз. «Почему ты не хочешь раскрывать свою личность?» Чонгук резко закатил глаза. Ну и какие идиоты додумались об этом спросить, если Меломан миллионы раз говорил, что просто не хочет этого делать? Почему нельзя научиться внимательнее слушать того, кто якобы тебе хоть немного нравится, раз ты тратишь на него свое время? И все же он не мог отрицать, что ему было немного любопытно услышать еще раз четкий ответ. Мне кажется, я уже как-то говорил об этом. Но все дело в том, что порой бывает так, что рассказать о том, что тебя гложет, проще совершенно незнакомому человеку, чем своим друзьям или родственникам. Потому что незнакомец не имеет о тебе никакого представления, которое так или иначе отразится на его отношении к твоим словам. Он не разочаруется в тебе, потому что до этого успел настроить слишком много ожиданий на твой счет. А просто максимально объективно выскажет тебе в ответ на твои слова свою позицию. И, разумеется, я знаком со многими из вас в реальной жизни. Но в своих подкастах я хотел быть максимально честным. Потому что я в принципе начал их записывать, когда мне было одиноко и хотелось поделиться всеми переполнявшими меня эмоциями. Я уже как-то рассказывал вам об этом. И я бы никогда не смог этого сделать, зная, что вы в курсе, кто я. Потому что я бы боялся получить осуждение с вашей стороны или косые взгляды в университете. Тэхен тихонько хмыкнул. Как будто на него и так не косились, хотя уже прошло два с половиной года и стоило давным-давно забыть обо всем. Но скрывая свою личность, я могу позволить себе оставаться предельно откровенным с вами. И мне бы очень хотелось, чтобы вы уважали это. Потому что я знаю, что некоторые из вас все еще пытаются вычислить, кто же я. И я… Я просто не хочу, чтобы вы испытали разочарование, когда узнаете. А именно это и произойдет. Можете поверить мне на слово. Чонгук яростно покачал головой. Потому что он был уверен, что день, когда (если) он узнает, кто же такой Меломан, станет одним из самых счастливых дней в его жизни. Поэтому давайте оставим все как есть и продолжим наслаждаться нашим уютным общением. Ну, думаю, с этим теперь все понятно. Я надеюсь. Потому что за столько месяцев я как-то так и не прокачал свой скилл и объясняю все еще хуже, чем дошкольники. И все же давайте двинемся дальше. «Как ты выбираешь темы для подкастов?» Хмм, это довольно интересный вопрос даже для меня, если честно. Я не так уж всегда имею конкретную тему в голове, когда сажусь записывать подкаст. Просто в некоторые дни я вдруг чувствую особую потребность поговорить с вами и тогда включаю свой микрофон, начиная болтать о том, что первым приходит на ум, а в итоге это всегда плавно перетекает в какие-то мои псевдофилософские рассуждения о тщете всего сущего. Я правда не знаю, как это происходит. Просто одна мысль всегда цепляется за другую, подключается мой ассоциативный ряд, и из этого получается нечто странное в виде подкаста. Но иногда я действительно делаю какие-то заметки, чтобы не забыть что-то важное, что могло вдруг вспомниться мне во время пар или вроде того. Но я все равно многое забываю. Вот, например, не так давно я рассказывал вам о том, что один из моих самых больших страхов — неосознанно причинить кому-то боль. И как можно было не вспомнить после этого про «Trouble» Coldplay… Я не знаю, что тут сказать. Кроме того, что эта песня чудесная, и я очень рекомендую ее, хоть и с опозданием. Все немного проще, когда поводом для подкаста являются конкретные события в моей жизни, которые оказывают на меня слишком сильное впечатление. В последнее время это, как вы могли заметить, связано с тем человеком, про которого я говорил, что он мне нравится. Наши отношения становятся все лучше день ото дня, и все чаще мне хочется говорить именно об этом. Но обещаю, я буду стараться сдерживать себя и не слишком вдаваться в подробности, чтобы не докучать вам историями о своей личной жизни. Хотя порой мне это дается не так уж легко. И давайте скорее перейдем к новому вопросу, потому что иначе я сейчас начну петь дифирамбы этому человеку. «Твой любимый фильм?» Ох… Это просто было первое, что мне попалось на глаза. Но в оправдание скажу, что я всего лишь хотел спасти вас от своих розовых соплей. И я уже, вероятно, говорил вам про «Властелин Колец», поэтому давайте я назову вам то, что видел последним и что мне понравилось. Это фильм «Джентельмены». Про них сейчас много говорят, так что наверняка кто-то из вас тоже его посмотрел уже. И на самом деле первые минуты фильма я сидел с выгнутой бровью и явным вопросом на лице: «Ну и что в этом такого классного?» А потом я просто не заметил, как втянулся в происходящее и смотрел, чуть ли не с открытым ртом. Я даже не могу выделить что-то конкретное, что меня так сильно впечатлило. Просто как-то все вместе. И актерская игра, и в целом сюжет, и как это все было снято и подано, и характеры героев, и шуточки, ну и, конечно, напряжение между Рэем и Флетчером, которое можно было ножом резать. Эта рука на колене Рэя... Кхм, не будем отвлекаться. А еще было очень мило то, как они вставили отсылку к «Агентам А.Н.К.Л.». Не понимаю, почему этот фильм провалился в прокате. Я был бы совсем не против посмотреть вторую часть. Получилось довольно лихо, на мой взгляд, хоть и не обошлось без кучи клише. «Можешь посоветовать, как избавиться от чувства разочарования, которое неизменно приходит при просмотре очередного фильма или сериала?» Ой, друг… То есть… Наверное, человек с ником «LovelyGrinch» мужского пола, да? Если это девушка, то я прошу прощения. Чонгук подскочил на месте, мигом открывая глаза и выпрямляя спину. Он давно успел расслабиться под убаюкивающий голос Меломана и даже не узнал собственный вопрос, который все же решился отправить, перед этим изжевав нижнюю губу. Но его дурацкий ник, произнесенный Меломаном, тут же привел его в чувства, и он во все глаза уставился на экран лэптопа. Потому что из всех вопросов, из всей этой кучи, которую он сам успел заметить до того, как начал отключаться, и которая наверняка теперь стала еще больше, Меломан выделил именно его!.. Теперь Чонгук точно мог простить ему со спокойной совестью тот раз, когда Меломан так и не выбрал его песню. Это все компенсировало. Но просто мне так это знакомо. Не то чтобы я собирался сказать, что все, что сейчас снимают, невозможно смотреть. Это вовсе не так. И, как минимум, на каждый товар найдется свой покупатель. Меня же тоже кто-то слушает в конце концов. Просто в последнее время я действительно столкнулся с тем, что начинаю смотреть что-то и мне вообще не заходит. Так еще и появляется чувство апатии, оттого что это случается с завидным постоянством. «Джентельмены» в общем-то стали для меня приятным исключением. И знаете, как мне обидно, что я не люблю сериалы от Нетфликса? То есть они буквально выпускают миллион разных проектов, но мне не заходит ничего. Как будто я слишком старый для такого формата. Боже… Это звучит просто ужасно! Но это правда. Я пытался смотреть «Половое воспитание» и даже осилил первый сезон, но на втором сразу сдулся. «Призраки дома на холме» мне в целом понравились, хотя эффекта вау, о котором многие говорили, я не испытал. Ну и на этом, собственно, все. И нет, я не имею в виду то, что сериалы у Нетфликса не очень. Кстати я все еще жду, когда они выпустят «Винкс». Только вместе мы сильны, чудеса творить… Простите… Кхм, так вот. Я не об этом. Но у меня началась какая-то жесткая ностальгия по старым американским сериалам. И, наверное, когда я говорю «старый» вы думаете хотя бы о «Друзьях» или «Клане Сопрано». Но нет. Я имею в виду «Сверхъестественное», «Дневники Вампира», «Менталиста», «Белого Воротничка», «Хор» и многие другие, которые снимались в последние лет десять-пятнадцать. По сути это не так уж и давно было, но, глядя на сериалы сейчас, я ловлю себя на ощущении, что это было несколько веков назад. Я пытался смотреть «Ривердейл», потому что думал, что нечто такое подростковое возродит во мне дух молодости, но тщетно. Я не знаю, как так. То есть раньше я прощал сценаристам кучу тупостей, потому что в целом меня цепляли истории, несмотря ни на что. Но в «Ривердейле» я докапывался буквально до каждой мелочи. Хотя я не думаю, что он был и есть так уж ужасен. Просто не мое. И такого «не моего» становится с каждым днем все больше, так что да, я тоже испытываю все большее разочарование. Но скорее в себе. Потому что время изменилось немного, а я вместе с ним нет. Вот и сижу теперь в прошлом и в ностальгии. Ну и, конечно, как тут не вспомнить песню Патрика Стампа, который кстати солист Фобов, которых я сегодня уже вспоминал, «Spotlight», потому что там есть чудесная строчка: «Ностальгия, ты мне больше не нужна». Но вот мне, похоже, все-таки нужна. И, возвращаясь к вопросу, мне сложно сказать что-то конкретное, кроме того, что я так чертовски сильно это понимаю! Мне в таких случаях обычно немного помогает переключение внимания. То есть если я чувствую, как мне надоели все эти сериалы, то я иду смотреть фильмы, и наоборот. Это работает не всегда для меня, но периодически срабатывает. Ну, а на крайний случай я никогда не отказываю себе в том, чтобы в сотый раз посмотреть то, что мне точно нравится. Да, люди про такое говорят, что я упускаю кучу возможностей, но зато я чувствую себя комфортно, и лично мне кажется, что именно это и является самым важным. Тэхен вязко сглотнул, жалея, что опрометчиво забыл взять с собой воду. В горле ужасно пересохло от бесконечной болтовни, и он чувствовал себя немного устало особенно из-за последнего вопроса, который вдруг заставил его вновь с особой силой пережить то, что действительно было так актуально для него в последнее время. И он только поразился, что среди его слушателей нашелся тот, с кем его ощущения совпали настолько четко. А потом он случайно глянул на часы и понял, что проговорил уже почти целый час, который выделил для трансляции, и недовольно скривился. Ну почему у него всегда получалось так мало успеть за такое вполне продолжительное время? И… Вот черт. Я успел ответить только на четыре вопроса, но наше с вами время почти подошло к концу, потому что, как это ни прискорбно, мне все еще нужно делать уроки. Мне правда очень жаль, ребята, что я, как обычно, все похерил. Но если вам понравилось выступать в роли направляющих для меня, то мы обязательно повторим это снова. Чонгук не смог удержать себя от того, чтобы не написать комментарий о том, как сильно он хочет, чтобы Меломан все повторил еще раз. Потому что это же был не сон и он действительно получил самый развернутый ответ от Меломана за сегодня? Как бы там ни было, Меломан говорил о том, что не удалит трансляцию, как и обычно, поэтому Чонгук твердо намеревался переслушивать этот момент снова и снова, и снова, жалея только о том, что струсил и не зарегистрировался под настоящим именем, ведь тогда еще бы появилась возможность услышать, как Меломан своим низким, пробирающим голосом произносит его имя… Может, это было и к лучшему, что этого так и не произошло. А то он бы точно откинулся. А ему еще как-то надо было осознать, что парень, который так сильно ему нравился (не в том смысле!), разделял его чувства, пусть и пока только в отношении кинематографа. Чонгуку казалось, что он попал в рай. Ну, а сейчас я все же выберу последний вопрос на сегодня. Так… Ага! «Что тебе не нравится в людях?» Да уж, мне обязательно надо было закончить на позитивной ноте… Но ладно, в таком случае я просто выберу в конце какую-нибудь песню повеселее. Вообще когда нас спрашивают, какие люди нам не нравятся больше всего… Многие называют лицемеров, изменщиков, врунов и так далее. Ну и как бы это вроде бы логично, потому что кому понравится, если ему будут изменять или врать? Вот именно. Но люди, которые не нравятся мне… Ужас в том, что я даже их плохими людьми назвать не могу. То есть ну да, мы вроде как считаем тех, кто врет не особо хорошими. Это может быть неправильно, потому что не суди, да не судим будешь, но все же это так. Поэтому это вроде как само собой разумеется, что мы не в восторге от таких индивидов. Но те, кто не нравятся мне, — это нытики. Бесконечно ноющие люди о том, как у них все плохо. И даже если что-то хорошо или хотя бы нейтрально, они все равно найдут повод поныть. И да, это довольно иронично, что я сейчас вообще-то ною о том, что мне не нравятся нытики, но как всем известно, нам в других не нравится то, что не нравится в самих себе. Мы не всегда можем осознавать это изначально, но стоит немного покопаться и схожие качества обязательно найдутся. Потому что то, что человек считает нормальным для себя и в себе, он попросту не замечает. И я не могу сказать, что я прям ненавижу ноющих людей или что-то вроде того. Но я чувствую себя максимально угнетенно в их обществе. Я не могу позволить себе сказать им что-то грубое, но у меня едва хватает терпения выслушивать об их очередных поводах для разочарования, особенно если… Да нет, не особенно, а просто всегда. Я хотел сказать, особенно, когда это касается того, что они могли бы изменить, если бы приложили усилия, но предпочитают просто сидеть и ныть, что им ничего само в руки не идет. Но на самом деле нытье о вселенской несправедливости меня тоже ужасно напрягает. Потому что с этим вроде как вообще ничего не поделать. Да, мир устроен далеко несовершенно, и каждый из нас в какой-то момент осознает это. Но мне кажется, что все, что мы можем делать, — вставать и идти вперед, несмотря ни на что. Потому что если сидеть сиднем, то уж точно ничего не будет, а так появляется хотя бы шанс. И один мой знакомый нытик на это сказал мне как-то, что ведь в результате может ничего и не получиться и тогда все усилия будут напрасны, а значит, и стараться не стоит. Но лично я с этим категорически не согласен. Потому что я думаю, что важен не только результат, но и путь, который ты проходишь для его достижения. И даже если желаемый результат в итоге не достигнут, то в любом случае это все не было зря, ведь на пути к нему ты мог встретить замечательных людей, научиться чему-то классному, узнать что-то новое. И это тоже ценно. Так что в своем роде путь тоже является результатом. И я надеюсь, что каждый из нас научится видеть в любой, пусть даже и неприятной ситуации не повод для разочарования, а возможность. Возможность увидеть, в каком еще направлении мы можем совершенствоваться. И тут я могу только весьма кстати посоветовать послушать потрясающую песню Nickelback «If Today Was Your Last Day». Почитайте ее перевод. Может, она окажется для вас полезной. И спасибо большое, что вы сегодня провели свое время со мной. Надеюсь, вы не слишком сильно разочаровались! Чонгук, постукивая по полу ногой в такт энергичной мелодии, думал о том, что он однозначно совершенно не разочарован. Потому что уж кем-кем, а нытиком его точно нельзя было назвать. И это давало определенные надежды.