Un Village

Чанёль собрал, как он сам выразился «молодняк"(потому что у остальных занятия) в небольшом классе, где они с Бэком расставили парты небольшим амфитеатром. Дети быстро расселись, а тем, кому не хватило места Чанёль разрешил сесть на подоконник (!). — дети, знакомьтесь, это Госпожа Белинда, она здесь выросла и сейчас расскажет вам кое-что… — вступительное слово Чанёль сказал неожиданно и быстро. Девушка удивленно посмотрела на директора детдома, но тот просто улыбнулся и поднял кулаки, как бы говоря «вперёд!!!». Пак сел на стул рядом с Бёном, тот был не очень доволен ситуацией… — эм… — смотря него, начала Бел, — меня зовут Белинда, можно просто Бел. Голос дрожал, руки потели, и сердце опять стало отдавать в висках. Наблюдая состояние Белинды, Бэкхён выдохнул, поднялся со стула и встал рядом с ней. — зачем ты это делаешь, если ещё не готова? — но Бел проигнорировала это и продолжила, однако уже смелее. Мужчина пообещал себе наказать девушку за это. — я росла здесь с пяти лет до четырнадцати. В то время, было много насилия. Одни дети били других ради забавы, издевались друг над другом… — детские глазки удивились и послышались перешептывания, но Чанёль шикнул и шепот угас, — меня тоже били, и сейчас мне очень страшно перед вами стоять, потому что с этим местом меня связывают плохие воспоминания и, на самом деле, я очень не хотела сюда возвращаться. Но доктор Чондэ, сказал мне, что тут всё изменилось и это правда. Мне стыдно, что мой страх закрывал глаза и не давал спокойно жить. Из-за травмы я боялась детей. Я понимала, что это неправильно, но ничего не могла с собой поделать, поэтому, пожалуйста, помогите мне и я помогу вам. Нет, не так, я помогу вам в любом случае. Не знаю, говорили вам или нет, но один очень плохой человек хочет снести ваш Дом. Но теперь, я клянусь вам, что не допущу этого! Прошу вас, любите и уважайте друг друга, мир жесток и несправедлив, но в нём всегда есть место любви. Помощь, поддержка — это тоже любовь. Злых людей очень много в этом мире и вы будете с ними встречаться когда подрастёте, но разве не лучше быть героями и иметь доброе сердце? Герои всегда борятся со злом и побеждают, разве нет? Но даже героям иногда нужна помощь и поддержка, поэтому будьте вместе и помогайте друг другу… Белинда не заметила как вошла в раж, но вот остановившись, вновь занервничала, потому что дети молчали. Взволнованно посмотрев на Чанёля, который показал ей жест одобрения и на Бэкхёна, который смотрел на неё так, как смотрят матери на детей, которые принесли пятёрку, вновь обратила взгляд на детей. — Госпожа, а можно вопрос? — это был тот мальчик в с книжкой, которого она встретила в коридоре. — да. — я Ким Чунмён, мне пять годиков. А что нужно делать, чтобы вам помочь? Девушка не ожидала такого, и растерялась. Чанёль и Бэкхён по-доброму рассмеялись отчего Бел покраснела. Директор встал и подошел к выступающей. — Госпожа Бел, хочет дружить с вами. Чунмён слез с подоконника и подошел к Бэкхёну. — а вы кто? — спросил мальчик. Бён присел. — я тот, кто спас её и кто её любит, — Белинда широко раскрыла глаза и совсем растерялась. — тогда я буду тем, кто её защищает! — Чанёль совсем расхохотался, Бён тоже разулыбался и стал трепать мальчишку по голове, — Госпожа, почему вы плачете? Бэкхен тут же повернул голову. Она плакала… — я… я просто очень тронута. Можно тебя обнять? — конечно можно! — ответил малыш и встал на носочки, протягивая руки к девушке. Та присела и обняла ребёнка. Внутри она уже приняла решение забрать его к себе, после того, как Ли Хёк сядет. У Бёна зазвонил телефон и он отошел. Все дети решили пообнимать девушку и повели её показывать свои игрушки. Но не успела она дойти и до первой комнаты, как Бэкхён сказал, что им надо в офис. Вдвоём. — Госпожа, вы же ещё приедете? — спросил Чунмён. — конечно приеду, обещаю. Потрепав мальчонку по волосам она нагнулась и чмокнула его в макушку. По дороге в офис они заехали в любимое кафе Бел. Официантка издалека сверкала своим колечком на безымянном пальчике и кидала вопросительные взгляды на Бёна, когда несла заказ. — добрый день, у вас всё в порядке? — намекая на шею, спрашивала официантка. — да, всё в порядке, спасибо за беспокойство. Поздравляю. — спасибо, вы не могли бы сказать ваше имя, я бы хотела выслать вам приглашение на свадьбу. — н-но… но мы же даже не знакомы… — вот и познакомимся, или вы против? Мне показалось, что у вас мало друзей. — ну, сегодня появилось около тридцати, — вмешался Бэк. *** Девушка всё-таки дала свои данные официантке. У Главного Здания стояли полицейские машины, в здании же был просто конец света. Полицейские коробками выносили бумаги из архива, планктон закрывал собой компьютеры, за что потом встречались головой со своими рабочими столами. — прошу прощения, вы кто? — один из мужчин в форме преградил им дорогу. — я Бён Бэкхён, — видимо он всё-таки не маленький человек в системе, так как полицейский тут же поклонился и сказал, где главный. Как и ожидалось путь пролегал в кабинет самого Бугора. Когда пара зашла в кабинет, начальник пожал Бёну руку и со словами «отличная работа» перевёл взгляд на Белинду. — мне очень жаль, но вы не переживайте, с вами всё будет в порядке. Я уже всё знаю и приношу свои извинения. — Судя по погонам это был полковник. — так вот кто крыса, — улыбался Ли Хёк, — а я то думаю, кому нелегко придется. — это угроза? — обернулся полковник, — не в вашем положении сейчас не то что угрожать, а просто открывать рот. Вы думаете мы боимся ваших связей? Поверьте мне, многие из них быстро распрощаются с вами и это будет облегчением. Насколько я знаю, это будет ваш второй срок, поэтому сядете вы пожизненно. А вот это стало сюрпризом для Бел. Если у него уже была судимость, значит она больше его точно не увидит. Какое счастье, но всё же, ей хочется сделать ещё кое-что. Когда полковник лично сцепил наручники и подтолкнул мужчину к выходу, Белинда как бы невзначай поставила подножку и тот полетел вперёд, а Бён, будто-бо пытаясь поймать, ударил в живот. Скулящее тело со звуком туши упавшей на асфальт рухнуло на пол. — извини, не удержал, — прошипел Бэкхён, — мы можем сегодня дать показания? — да, тогда поезжайте в участок. — Бел, — девушка перешагнула Ли Хёка и они с Бёном удалились. В лифте её накрыло волной облегчения и неимоверного спокойствия. Поддавшись порыву девушка обняла Бёна. — моя героиня. — иди ты, — в ответ он тихо засмеялся и зарылся носом в её волосы. В участке было полно людей, но услышав имя гостя, все как один отдавали честь. — что происходит? — недоумевала Госпожа Мин. — долгая история и неинтересная, пошли, дашь показания и поедем домой. — а ты? — а я был под прикрытием так сказать, всё что можно они уже знают. Пора увольняться. В конце концов из-за этого всего я отказался от мечты. — какой? — петь. Девушка попыталась сделать удивлённое лицо, но у неё не получилось. — я надеру задницы Каю и Чену… так легко сдать меня… — ахахахаха, они не виноваты. — м?! Так они серьёзно сказали тебе?! — ты проверял меня сейчас? — да, и проверка не пройдена. Не быть тебе шпионом. — ох, а так хотелось, — улыбнулась. Они легко поцеловались и зашли в кабинет, где задержались на четыре часа, потому что рассказ был длинным и тяжелым. После, пробежавшись по протоколу разговора, девушка подписала его. — спасибо, что приехали сегодня, чем быстрее мы соберем информацию, тем скорее состоится суд. Вам придется выступить там перед присяжными. — это не проблема, мне скрывать нечего. — что ж, вы свободны. Уже на вилле Бел просто рухнула от усталости на диван. — Хочу выпить. — чего налить? — виски с колой, если есть. — такое всегда в запасе — Бэкхён улыбнулся и скрылся в проходе. Этот день был слишком насыщенным и пролетел чересчур быстро. Столько всего произошло. Удивительно, на самом деле, с какой скоростью иногда меняется жизнь. Это могут быть годы, а может быть и день и ночь… В голове опять всплыли воспоминания о той ночи и Бел зарумянилась, закрывая ладонями лицо. Диван прогнулся и напротив уселся Бэкхён. Протягивая стакан с напитком, он сделал первый глоток своего. — спасибо. Они в тишине и полутьме попивали виски-колу и иногда переглядывались, будто разговаривая. Через открытые окна в дом проникал запах приближающейся зимы и девушку впервые потревожили мысли отм, что с будет с её рабочим местом. Кто сядет на место Пака? Странный страх прямо парализовал лицо девушки и мужчина это заметил. — что случилось? — м? Да я тут подумала… — уже хорошо, — перебил её за что получил пронзительный взгляд с предупреждением. — где я буду работать, когда всё закончится. Компанию скорее всего закроют. — да, её закроют. Офисы распродадут, в одном из них откроется частная музыкальная школа, а в другом то, что ты захочешь открыть. Кем ты хотела стать? — у меня высшее юридическое образование. Я бы хотела открыть агентство, куда люди могут обращаться за помощью с составлением договоров или их подписанием. Как вспомню, сколько людей потеряло свои дома из-за того, что договора были составлены с подвохом, то плохо становится. Может мне пойти преподавать право в ВУЗ?.. Хотя, честно говоря, сейчас я не хочу об этом думать. Просто хочется спокойствия и умиротворения. После короткого монолога, она выдохнула и помассировала свободной рукой между глазами. Бён тихо поставил на стеклянный столик свой бокал, забрал из женских рук чужой бокал. Белинда словила себя на мысли, что они это уже где-то проходили. Мужчина грубо притянул её к себе за шею и, что-то разглядев в глазах, поцеловал, да так, что земля ушла из-под ног. Язык нежно, но властно игрался во рту, а губы искусно сминали её губы. Она сама перекинула через него ногу и уселась у него на бедрах, расстегивая первые три пуговицы рубашки. Мужские руки схватились за талию обтянутую джинсами и скрытую под заправленной в них блузой. Только он хотел избавиться от мешающей ткани, как его руки перехватили и убрали, а сама девушка сползла на пол. У Бёна дыхание спёрло и возбуждение нервно и слишком резко стянуло мышцы. Бел между тем нежно провела по мужским ногам пару раз, от чего они раздвинулись шире. Медленно погладив вздыбленную ширинку рукой, услышала тяжелый вздох и посмотрела в лицо любовнику. Тот незаметно покраснел и прикрывал нижнюю часть лица рукой, как бы поддерживая голову, но на самом деле он не хотел, чтобы она видела насколько сильно он сжал челюсти. Поглаживания дарили удовольствие, но слишком мало. Пока одна рука продолжала медленно гладить набухающую ширинку, вторая расстегнула ремень, потом пуговку, и, наконец молнию. Бён облегченно выдохнул, но тут же напрягся, так как ладонь стала острее ощущаться на члене. Пусть между кожей ткань, но девушка чувствует взбухшие в возбуждении венки, чувствует, как он увеличивается в её руке из-за жажды наслаждения. Она соврёт, если скажет, что не возбудилась. Одно осознание того, что ты возбуждаешь кого-то, само вызывает желание. — ещё секунда и я тебя изнасилую, агрх… — она оттянула повлажневшую ткань и окутала рукой горячий, налившийся кровью член своего мужчины, тот нетерпеливо подавался бёдрами вперёд, что, внутри умиляло девушку. Фраза прозвучавшая меньше минуты назад уже была забыта. Бел стала играться с его возбуждением, то ускорялась, то замедлялась, то мучила головку перекатывая по ней пальцы, то вовсе убирала руки. — ну же, — прохрипел Бён, сбито дыша. Ему возбуждение сдавливало мозг и он, правда, мог её изнасиловать, но нежно… Бел сжалилась и подвинувшись ближе, запустив свои руки под рубашку, глубоко взяла сочившийся смазкой член в рот и стала обводить языком. Бён промычал и откинул голову назад, закусывая губу и кладя ладонь девушке на затылок. Под женской рукой напрягся торс, что стало для неё личным фетишем. Она начала медленно двигать головой, помогая себе руками и попутно лаская яички. Все парни любят минет и уж тем более любят такой, как в порно, когда бросают игривые взгляды и берут так глубоко, что челюсть сводит. Только вот она так не любит и не делает, но, кажется Бэк доволен. Она даже не представляет насколько права. Бён просто в экстазе и не может от удовольствия даже думать. Все чувства обострились, а ощущения сконцентрировались внизу живота. С явным звуком отлипнув от члена, она изящно облизнулась и подтёрла уголок губ пальцем. Бён, увидев это, кажется на секунду потерял сознание. Бел продолжила издеваться и стала медленно водить по члену губами языком, пальцами массируя чувствительную головку. У Бёна же меркло перед глазами, лоб вспотел и волосы липли к нему. Оказавшись в теплом и влажном рту, которой с каждой секундой всё больше и больше накрывал плоть, крепко зажмурился. — Бел, -на вдохе сказал он и поднял голову, — ох, я сейчас… Девушка лишь взяла член до упора и простонала, вызывая вибрации. — что ты…мммм, — но Бён кончил. Кончил ей глубоко в горло, сжимая в одной руке её волосы, в другой край дивана и телом чуть сгибаясь над ней. Когда же пелена спала, приятный спазм закончился и наступило полное расслабление, он раскрыл глаза. Его Белинда вытирала пальцами рот, чтобы потом их облизать. Взяв со стола сзади свой бокал залпом выпила всё, что там оставалось.