Мы с тобой одной крови

      На следующее утро раненые волчица и пёс двинулись в путь, предварительно закрыв вход в пещеру большим камнем. Осторожно держа в зубах своего крошечного волчонка, единственного выжившего из всего помёта, Анью тихо и смиренно следовала за другом своего покойного мужа. Алый пёс несколько раз останавливался и выбрасывал из пасти еловую ветвь, на которую они положили столько лосятины, сколько могли унести – на первое время Анью следовало чем-то питаться, – в надежде что-то сказать, но глядя на безжизненный взгляд спутницы, он хмурился и закрывал рот, не решаясь заговорить, и продолжал тащить ветку. Какие его слова могут утешить ту, что потеряла в одночасье почти всю свою семью? А сама Анью говорить не могла, поскольку несла в пасти маленького Балто.       – То место, куда мы идём... Оно безопасное. Находится на одинаковом расстоянии от города и леса. Вы сможете уйти, когда окрепнете. А можете и остаться. Мы с Джанет будем всячески вам помогать, – наконец-то Флэйм решил, что безопаснее всего начать разговор о ближайших планах.       Волчица в ответ лишь внимательно посмотрела на него яркими золотыми глазами, а затем согласно прикрыла глаза. Впрочем, больше не проявила ровно никакого интереса к разговору, и дальнейший путь они проделали в молчании. Хотя путь был и не столь дальним, однако передвигались они медленно: Флэйму было больно ходить, поскольку у него были сломаны рёбра, но он всё равно умудрялся еще и тащить груз, а Анью было тяжело ходить после трудных родов, да еще и с волчонком в зубах. Потому они добрались до покинутой баржи лишь после обеда. Анью безучастно разглядывала корабль, понимая, что на ближайшее время это будет её домом.       – Ну, вот это место. Надеюсь, оно подойдёт вам. Если что... Я буду навещать вас каждый день. Говорите, если что понадобится, – Флэйм грустно улыбнулся волчице, а затем, поймав её благодарный взгляд и лёгкий кивок, постепенно удалился, желая скорейшей встречи со своей супругой, которая, должно быть, с ума сходила от волнения.       Проводив его тоскливым взглядом, Анью чуть вздохнула, пока не услышала тихий писк. Осторожно волчица улыбнулась – ей есть ради чего жить. Ради кого. Ради единственного сына, похожего на её мужа и на её брата одновременно.       – Теперь у нас есть дом, – тихо прошелестела она, когда опустила щенка на землю, чтобы поудобнее взять его за загривок.       Выпрямившись с волчонком в зубах, она медленно взошла по трапу, принюхиваясь к непривычным запахам. И Анью могла поклясться, что они были здесь не одни, хотя это и не был хищник. Напряженная и полностью сосредоточенная, волчица осторожно взошла на палубу, а затем решительно вошла в одинокую каюту. Там из темноты на неё глядели два перепуганных глаза. Осторожно положив Балто у своих лап, волчица ощетинилась.       – Кто ты? Покажись, и я не причиню тебе вреда!       – И не нужно! – моментально отозвался скрипучий голос. Из-за ящиков выглянул обыкновенный гусь, который настороженно следил за незваной гостьей. – Не поймите меня неправильно, но это мой дом...       – Мы не задержимся здесь надолго. Обещаю, – волчица спрятала клыки и заговорила более миролюбиво, ощутив, что от гуся нет опасности. – Просто мне с моим сыном необходимо убежище...       – Я могу остаться? – неуверенно поинтересовался гусь, скептически оглядывая белоснежную волчицу.       – Разумеется. Это же ваш дом – вы сами так сказали. Значит, я буду нежеланной гостьей, вынужденной настаивать на вашем гостеприимстве.       – И вы не перегрызете мне глотку во сне?       – Нет. Даю вам слово, – улыбнулась уставшая волчица. Подхватив своего щенка, она направилась к одеялу, что так удачно лежало здесь. Устроившись на нём, она принялась кормить своего проголодавшегося сына. С любовью смотрела она за тем, как молоко наполняет силами её драгоценный серый комочек.       – Он красивый, – нарушил молчание гусь, а поймав выразительный взгляд золотых глаз, он несколько стушевался. – Я Борис.       – Анью, – просто кивнула волчица, а затем, указав на Балто, назвала и его имя.       – Балто? Хорошее имя... Простите мне моё любопытство, но что с вами произошло?       Анью молчала, с болью вспоминая вчерашний день. День, который стал её адом. С трудом подавив подступающие слёзы, она решила выговориться о своих горестях хоть кому-то. И она рассказала Борису обо всём, что случилось вчера. Гусь смотрел на неё с сочувствием. Когда он посмотрел на Балто, то в его горле встал ком.       – У него были брат и сёстры... Он – единственный, кто выжил?       – Я благодарна духам леса и за это, – слабо произнесла Анью. – Клянусь, я считала его мёртвым!       – Материнская любовь способна на чудеса, – прокомментировал Борис. Анью услышала в его голосе незнакомый акцент.       – Вы не отсюда?       – Нет. Я из России. Здесь не так далеко до неё – перелететь перешеек...       – Где же ваша стая?       – Улетела, – Борис невесело усмехнулся, тяжело вздыхая. – Я травмировал крыло во время полёта и остался здесь. Они не стали меня ждать – на это ушло бы много времени. А лететь сам я боюсь. Да и тот ужас, который я испытал, когда падал... Не думаю, что я буду летать вновь. Потому я решил жить здесь. Люди не любят волков, но и когда они любят тебя как обед... Это тоже заставляет их избегать.       – Что же... Со мной к вам не притронется ни один человек, – улыбнулась Анью, и гусь ответил ей тем же...       ...Шло время. Балто было уже два месяца, и он уже с восторгом стремился изучать всё вокруг. Анью посмеивалась, наблюдая за ним. К её личному огорчению, у Балто были глаза её отца, которые унаследовал и её брат – карие, с алым и рыжеватым оттенком. Его глаза были янтарными, но порой темнели и казались алыми или, напротив, коричневыми. Она надеялась, что у него будут голубые глаза с синим зрачком... как у Бена. Но зато сам Балто унаследовал отцовский окрас и некоторые его черты. У него была также форма глаз, унаследованная от его предков-псов. Они были более круглыми, нежели овальными, которыми обладали его родители. Не было вокруг глаз и чёрных пятен, вместо них были серые. Но что больше всего радовало волчицу – маленькая чёлка, которая забавно торчала в беспорядке. Точно такая же была и у Бенедикта.       – Мам, о чём ты думаешь? – спросил малыш, нежась в её объятиях.       Анью улыбнулась. Здесь, среди деревьев, она чувствовала себя в безопасности куда больше, чем на корабле. Листва, которая свидетельствовала о том, что скоро в свои права вступит осень, которая в этом году придет рано, надёжно укрывала их от палящего солнца. В лес волчица брала своего сына не так давно – лишь неделю назад она взяла его впервые на прогулку, а до этого она ходила в лес в одиночку, на охоту, ведь мяса лося надолго не хватило для кормящей матери. Благо ей не следовало волноваться о том, что она оставляет сына одного – за ним присматривал Борис, который очень привязался к волчьей семье.       – Я вспоминаю твоего отца, твоих брата и сестёр, когда смотрю на тебя, – со светлой грустью ответила Анью.       – А кем был мой папа? – с интересом навострил ушки волчонок.       – Он был... псом. Лайкой. Это очень быстрые собаки, способные легко переносить холод, – осторожно ответила его мать.       – А ты – волк?       – Волчица. Я же девочка, – с улыбкой поправила сына Анью, с интересом наблюдая, как хмурится Балто в поисках решений.       – А кто я? Волк или пёс? – Балто внимательно вгляделся в золотистые глаза матери, но она лишь улыбнулась.       – Ты наш сын, Балто. В тебе наша кровь. Нас обоих, – сказав так, Анью легонько подтолкнула Балто, чтобы он встал.       Вместе они пошли домой. Вернее, Анью осторожно шла, тревожно вглядываясь вдаль – белую волчицу сложно было заметить зимой, но не сейчас, а вот её сын беззаботно бежал вперёд, со смехом разгоняя бабочек и мелких птиц. Внезапно он задумчиво остановился, с любопытством вглядываясь в горизонт. Повернув к матери любопытную мордашку, он улыбнулся.       – А что там? Город? Дядя Борис говорит, что там много собак... Почему мы не с ними?       – Просто... Мы несколько другие. И там ходят люди. Они не любят таких, как мы, – мрачно отозвалась Анью.       – Но там живёт дядя Флэйм! У них с тётей Джанет недавно родились щенки! Ты разве не хочешь посмотреть на них? – Балто умоляюще посмотрел на маму, но та лишь покачала головой.       – Нам там не будут рады другие собаки. Они не любят волков.       – Но ведь я наполовину собака, разве нет? Они примут меня за своего! – с убеждением сказал Балто, но его мама одарила его тихим и грустным взглядом.       – Боюсь... Это не так. Ты похож больше на волка, чем думаешь. Пускай ты и похож на своего отца... В тебе сильна волчья кровь. Через месяц или чуть больше мы с тобой пойдём в далёкий путь. Туда, где нам будут рады. Туда, где еще осталась наша семья. Твой дядя полюбит тебя, вот увидишь! Ты будешь играть с другими волчатами, – решительно произнесла Анью, а затем молча пошла на корабль, ожидая, что её сын пойдёт за ней. Но когда она обернулась, то Балто и след простыл.       – БАЛТО! – громко позвала она сына, но заметила его лишь вдалеке. Несмотря на юный возраст, Балто и впрямь унаследовал скорость своего отца.       Маленький щенок с интересом оглядывался вокруг. Он впервые видел людей и их дома так близко, и они завораживали его. Все эти звуки и запахи были для него новыми, наполненными громкой жизнью, более насыщенной, чем его существование на корабле в качестве отшельника. Засмотревшись на людей, Балто и не заметил, как врезался в кого-то.       – Упс... Простите, – пролепетал малыш, потирая свой лоб.       Подняв голову, он увидел более старшего щенка, уже подростка. Он был чёрно-белым, а его глаза были пронзительно голубыми, светлыми и почти белыми. Щенок высокомерно посмотрел на Балто сверху вниз и гордо выпятил грудь, на которой виднелся большой ошейник, всё еще тяжелый для него.       – Нужно смотреть, куда идёшь, кошачий комок! – рыкнул подросток, но затем его гнев сменился любопытством. – Я раньше тебя здесь не видел.       – А Стил знает всех вокруг! – отозвался рыжий щенок, несколько младше первого. Тот стоял позади, вместе с еще двумя – большим и круглым коричневым щенком, слишком пузатым для его возраста, и с самым маленьким, возможно, даже младше самого Балто, интересного серо-сизого окраса, который с любопытством оглядывал новенького. Двое других же щенят смотрели на Балто с тем же снисхождением, как и тот, которого назвали Стилом.       – Он просто всехознайка! – хихикнул меньший из компании, за что рыжий тут же дал ему ощутимого тумака.       – Я... Меня зовут Балто, – несмотря на прохладную встречу, Балто обрадовался тому, что увидел других щенят. Ему хотелось дружить с кем-то, кроме его матери. – Извини, что врезался в тебя! Я не отсюда. Я живу на корабле с мамой.       – На корабле? С мамой? – скептически фыркнул Стил, однако в его взгляде отобразилось понимание... и гнев. – А где же твой папа?       – Он погиб до моего рождения. Мама говорит, что на нас напали лоси. Он защищал её, – доверчиво ответил Балто, не понимая, почему глаза Стила сузились еще больше.       – Твоего отца звали Бе...       – Балто, что ты здесь делаешь? – их прервал знакомый голос, на который Балто ответил с широкой улыбкой.       – Дядя Флэйм! Я хотел поздравить вас с рождением щенят! За весь месяц мы так и не виделись с вами...       – Балто, тебе нельзя здесь находиться... Я отведу тебя к твоей маме, – встревоженно посмотрев на волчонка, Флэйм уже начал подходить к нему, прихрамывая на лапы.       – Это почему же это?! – неожиданно будто из ниоткуда возникла Мэйбеллайн. – Он угрожал моему сыну!       – Глупости... Он никому не угрожал, Мэйб. Успокойся, – рыжий пёс предупреждающе сверкнул глазами в сторону обезумевшей собаки.       – Думаешь, я глупа? – Мэйб нервно хихикнула, а затем с ненавистью взглянула на бывшего друга. – Ты привёл её к нам вместе с её выродком! Ты должен был отомстить! Убить их, а не спасать! Ты обещал, что покончил с ними! Но я вижу, как ты с ними покончил. Ты думал, я не признаю в этом... – собака с презрением уставилась на испуганного Балто, подбирая слова, но, так и не найдя приличных слов, просто продолжила дальше: – Он сын Бена! Он похож на него, пускай у него и не его глаза! У Стила тоже мои глаза. Отдай мне волчонка, Флэйм! Мы можем отомстить за гибель Бена! Мы сможем отомстить за тебя! За меня! За Стила!       – Ты не в своём уме, Мэйбеллайн, – покачал головой Флэйм.       – Просто. Отдай. Мне. Волчонка! – зарычала чёрно-белая лайка, оттесняя в сторону других детей, которые недоуменно переглядывались, и лишь один Стил занял боевую позицию, с ненавистью смотря на Балто.       – Вы не получите моего сына! – перед Мэйбеллайн выпрыгнула белоснежная, как снег, волчица. Она угрожающе зарычала, блеснув золотом глаз.       – Ах... Так вот на кого он променял меня! – Мэйбеллайн издала нервный смешок, а затем презрительно плюнула перед Анью. – Да, ты красива... Бела как снег. Но что в тебе есть такого, чего не было у меня?! Зато я бы никогда не погубила Бена! А ты стала причиной её гибели! Это ты и твой выродок должны были сдохнуть, а не Бен! Он должен был похоронить вас и вернуться вместе с Флэймом, ко мне и моему сыну!       – Вы не в своём уме... Мы любили друг друга, а вас он никогда и не любил, хотя сожалел, что разбил вам сердце!       Анью удрученно покачала головой, а затем медленно начала отступать задом. Флэйм преданно взял Балто и направился в сторону корабля.       – Мы уйдём, и больше вы нас не увидите, – пообещала Анью.       – Конечно же, нет! Потому что я убью тебя и его! – Мэйбеллайн хищно улыбнулась, а затем завыла, переходя на лай, обращая внимание каждого пса и каждой собаки. – Волк! Волчица, которая погубила моего мужа, вашего друга и лидера, нашего героя! Убийца Бена сейчас здесь! И если вам дорога память о нём и вы хотите защитить честь его семьи, то присоединяйтесь к волчьей охоте!       – Флэйм, защити моего сына, молю, – прошептала Анью, пробегая мимо друга. Глянув на Балто, она лишь с грустью вздохнула. – Я люблю тебя, Балто! Береги себя и будь умницей!       Больше она не сказала ни слова, со скоростью ветра помчав вперёд. За ней уже припустили десятки собак и даже людей, которые повыбегали с ружьем, увидев волка. Весь Ном поднялся на уши, и под этом шум Флэйм решил, что безопаснее отвести Балто в его дом, который находился ближе, чем корабль. Осторожно он пошел обходными путями к своему дому. Балто дико переживал за мать, но ему было любопытно, когда Флэйм занёс его в свой сарай. Там в корзине лежала янтарная собака, светлее своего супруга, но когда они были вместе, то складывалось ощущение огня. Повернув голову на звук, она с улыбкой встретила вошедших, но когда она заметила взгляд мужа, в её собственных голубых глазах отобразилась тревога.       – Что произошло? – мягким и шелковистым голосом поинтересовалась она у мужа, а затем одарила Балто вежливой улыбкой. – Здравствуй, Балто!       – Он пришел поздравить нас с рождением детей, – уклончиво ответил Флэйм, и Джанет поняла, что лучше поговорить с ним наедине.       – Мы пока поговорим с дядей Флэймом. Посидишь с нашими девочками? – мягко улыбнулась Джанет, осторожно вставая, чтобы не потревожить своих детей.       Но как только за дверью скрылись их родители, то пятеро любопытных девочек моментально открыли глаза, лишь делая вид, что они спали. Им был всего месяц. Они уже учились ходить и смотрели на мир широко распахнутыми глазами, но Балто всё равно был старше и больше их.       – Ты кто? – полюбопытствовала девочка, полностью похожая на своего отца, только с тёмной расцветкой вокруг глаз. – Я – Джани, это Дженни, – она указала на сестру, сидящую рядом с девочкой, с которой отличалась лишь наличием веснушек и зеленоватыми глазами. – это Джана, – она указала на янтарную девочку с такими же солнечными глазами, – это – Джен... – было указано лапкой на еще одну золотистую девочку с чёлкой и удивительными лиловыми глазами, искрящимися добродушием.       – А я Дженна, – последняя из сестёр скромно улыбнулась. Она была именно такой, какой и должна была быть идеальная смесь её родителей. Полностью похожая на мать, она унаследовала в шерсти огненное пламя отца. Рыже-алая, с переливами и с добрыми янтарными глазами, она понравилась Балто больше всех остальных.       – А меня зовут Балто, – улыбнулся в ответ волчонок.       На несколько часов он позабыл о матери и о своих проблемах, всячески играя с девочками. У него прежде не было друзей его возраста, и потому он был невероятно счастлив играть с другими детьми, пускай ему и приходилось поддаваться и уступать. Ему было весело играть с ними в догонялки или в прятки, но вскоре вернулись встревоженные Джанет и Флэйм.       – Пока, Балто! Ты еще придешь к нам? – поинтересовалась Дженна.       – Возможно, – улыбнулся Балто, а затем с восторгом взглянул на дядю Флэйма. – А может, вы придёте как-то к нам? Девочкам понравится дядя Борис!       – Не сомневаюсь, – усмехнулся Флэйм, осторожно беря за загривок волчонка.       Он осторожно повёл Балто обходными путями к побережью, где они могли в безопасности добраться до корабля. Когда же они пришли, то им навстречу выбежала обеспокоенная Анью. Она с облегчением принялась вылизывать сына и от всей души поблагодарила Флэйма за помощь. Она сама лишь недавно вернулась, а не найдя Балто, она не могла найти себе места. Флэйму пришлось извиниться и объяснить, что так было лучше. Анью согласилась, но в дальнейшем она не спускала глаз с Балто...       Неизвестно почему, но в течение следующего месяца к ним не прибегали преследователи, хотя Анью настороженно и чутко спала, а чаще и вовсе не спала, высматривая угрозу, которая будет надвигаться на неё из города... Для Балто и девочек Флэйма был найден компромисс – они играли на побережье, недалеко от города, но сама Анью наблюдала за ними издалека, боясь привлечь чужое внимание. Но однажды её сын вернулся в слезах, и сам Флэйм выглядел удрученным.       – Ты уезжаешь? – внезапно спросила Анью, откуда-то зная, что гложет сердце друга. Флэйм лишь коротко кивнул, а затем тяжело вздохнул.       – Я не могу быть ездовой собакой более. Хозяину нечего здесь делать, но он решил разводить хаски в другом городе. Мы отправимся в Анкоридж, а затем оттуда едем на поезде. Всей семьей. Но вроде как Дженна остается – у племянницы моего хозяина скоро День рождения, и она хотела себе щенка.       – Мне так жаль... Нам с Балто будет не хватать таких друзей, как вы, – грустно вздохнула Анью. – Ты так много сделал для нас. Спасибо! Я никогда этого не забуду.       – Возможно, однажды мы даже породнимся, – внезапно усмехнулся Флэйм, но он осекся, заметив печаль в глазах Анью. – Ах, да... Вы же тоже уходите.       – Да. Пожалуй, так будет лучше для всех нас. Балто уже три месяца. Я могу взять его в долгий путь... Покажу ему могилу отца и его брата и сестёр, а затем пойдём в стаю моего брата. Я знаю, что он всегда нас примет.       – Что же... Тогда удачного пути! Надеюсь, однажды они пересекутся, – Флэйм дружески приобнял Анью, а она ответила ему тем же.       – Прощай и ты, друг...       ...На следующий день Балто тайком выбрался с корабля и помчался в сторону города, не заметив, как за ним вместо матери последовал Борис. Волчонок хотел проводить семью Флэйма или же хотя бы провести день с Дженной. Ей, наверное, было сейчас крайне одиноко. Балто шёл сквозь густую траву, когда вдруг его прикрыл собой Борис. Перепуганного волчонка моментально успокоил знакомый голос.       – Тише, малыш... Она может услышать.       И прежде чем Балто успел спросить, о ком говорит Борис, он увидел её сам. Гордая чёрно-белая лайка решительно шла вперёд, в сторону корабля. Это дежавю сильно напугало Балто. Ему хотелось броситься обратно и предупредить маму, но Борис решительно прикрыл его рот, не давая издать ни звука. Встревоженный Борис повёл волчонка прочь от корабля и от дороги, подальше, чтобы не слышать разговоров. А тем временем...       – Волчица! – презрительно позвала Мэйбеллайн, останавливаясь недалеко от корабля. Моментально на палубу выскочила Анью. Нервно оглядевшись в поисках сына, она с высоты палубы быстро нашла их с Борисом посреди травы, и, облегченно вздохнув, обернулась к непрошеной гостье. Та с ликованием посмотрела на Анью с вызовом. – Посмотри вперёд, волчица! Сюда идут десятки собак и их охотники! На этот раз тебе не убежать. И за тебя теперь некому вступиться! Флэйм уехал еще на рассвете. а Бен... Мы оба знаем, что ты его погубила. И теперь ты ответишь за всё. Твой выродок с тобой?!       – Нет. Балто не на корабле, – честно ответила волчица, сощурив глаза.       – Что же, может, оно и к лучшему, – фыркнула собака с долей снисходительности. – Как бы там ни было... Он сын Бена. И он похож на него. В конце концов, он не виноват в том, кем является его мать! А теперь беги, волчица. Беги и посмотрим, повезёт ли тебе и в этот раз.       И Анью побежала в сторону леса, подальше от сына, завлекая за собой собак и их охотников...       Борис же привёл Балто к соседнему дому от бывшего жилья Флэйма и его семьи. Почти сразу на порог выбежала рыжая девочка с рыжим, под цвет её глаз, платком на шее. Она приветственно лизнула Балто в щеку, радуясь, что её друг сейчас здесь, с ней. Общество Дженны всегда уносило прочь тревоги Балто, и в этот раз он тоже принялся играть с ней, пока кто-то ощутимо не швырнул его в сторону. Это оказался Стил. Он высокомерно смерил Балто уничижительным взглядом. На сей раз подросток был без своей свиты.       – Я думал, тебе ясно дали понять, что тебе здесь не место, Волкопёс! Убирайся прочь, – холодно велел он.       – Но Дженна – моя подруга, – пробормотал Балто, непонимающе смотря на старшего щенка.       – Оставь его в покое, Стил! Мы просто играем, – за друга вступилась и сама Дженна, которая с презрением глянула на крупного щенка.       – Просто играем? Он – волчий сын! С ним нельзя общаться. Он чужой здесь. Он должен уйти, – с этими словами Стил подхватил Балто за загривок и с силой отшвырнул в сторону.       Испуганно ойкнув, Дженна бросилась помогать другу. Борис же сурово взглянул на надменного щенка.       – Что за манеры, молодой человек!       – Тебя вообще никто не спрашивал, обед! Думаешь, волк будет держать тебя в качестве няньки? Он убьёт тебя во сне, придурок! – подступив к гусю, угрожающе зарычал Стил, пока Борис не клюнул его в нос. На миг все замерли. Ошарашенный Стил потёр задетый нос, с которого потекли тонкие струйки крови, а затем с рычанием бросился на птицу, повалив того на спину. Его морда была в угрожающей близости от шеи. – Плохой ход, курица!       – Не трогай его! Не трогай Бориса! – зарычал Балто, бросившись на помощь своему другу, но Стил без какого-либо усилия лениво отмахнулся от него, будто от назойливой мухи. Понимая, что Стил может причинить вред Борису, а он сам ничем не может ему помочь, волчонок сдался. – Мы ничего тебе не сделали!       – Убирайтесь прочь!       – Но я...       – Если я еще хоть раз увижу вас в Номе... Вы об этом пожалеете. Уходи со своей курицей, и никогда больше не возвращайтесь! – велел Стил, отпуская на волю Бориса.       – Прощай, Дженна, – с грустью прошептал Балто, поворачиваясь, чтобы уйти.       – Прощай и ты... Балто, – с болью вторила ему Дженна. – Я буду помнить о тебе... Обещаю!       – А я буду помнить о своей угрозе, – фыркнул вдогонку Стил.       Удрученный и потерянный, Балто пошел домой вместе с Борисом. В тревоге проходили часы, пока он высматривал на корабле свою маму. Он видел, как удрученно возвращались с охоты люди и их собаки, но ни Мэйбеллайн, ни Анью так и не было видно. И лишь когда усталость дала о себе знать, Балто уснул прямо на палубе.       Разбудило его прикосновение родного шелковистого и влажного языка. Балто моментально встрепенулся и с радостью обнял маму, не сразу заметив зияющую дыру в её груди и не заметив того, как сильно она хромает.       – Мама! Мамочка, я так скучал... Тебе не было так долго! Я боялся, что ты покинешь меня!       – Балто, – её голос был глухим и тихим. Волчонок изумлённо заглянул в её золотые глаза, смотрящие на него виновато и так внимательно, с такой жадностью, будто она хотела получше его запомнить. – Мне жаль, сын мой, но моё время истекло. Я действительно покину тебя и отправлюсь вслед за твоим отцом и нашими тремя детьми...       – Ты оставляешь меня? Мы можем пойти вместе! – со слезами на глазах Балто уткнулся в её окровавленный мех, но волчица лишь грустно покачала головой.       – Нет. Твой путь только начинается. Я поговорила с Борисом... Он приглядит за тобой. Наверное, тебе придется жить здесь. Дядя Борис будет ловить для тебя рыбу, хорошо? А станешь старше, то сможешь охотиться... Ты сможешь уйти жить в лес... Или... в город. Больше тебя никто не потревожит, моё дитя. Никто не причинит тебе вреда. Я буду рядом с тобой, пускай ты и не будешь меня видеть.       – Мама... Я не хочу, чтобы ты уходила! Это же несерьезные раны, правда? – Балто посмотрел на маму с надеждой, но в её глазах застыли слёзы.       – Мне так жаль, мой хороший... Но свои последние силы я истратила для того, чтобы прийти к тебе и попрощаться с тобой. А мне нужно еще дойти до твоего отца.       – А если с тобой всё будет в порядке и ты поправишься?       – Тогда я вернусь. Обязательно вернусь, Балто, – Анью грустно улыбнулась, а затем долго и тоскливо поцеловала сына в лоб. Напоследок она слизала его слёзы и бережно поцеловала в носик. Кивнув Борису, она поднялась, отстранившись от сына. Борис моментально крепко обнял Балто и прижал к себе.       – Я люблю тебя, сын мой. Я верю, что ты найдешь свой путь... Но в минуту, когда ты потеряешь надежды и посчитаешь, что всё закончено... Я приду к тебе напоминанием о том, кто ты.       С этими словами волчица быстро соскочила с корабля, и насколько могла, настолько быстро она удалялась в лес, не сдерживая своих горьких слёз. Она выживет... Но в качестве лесного духа. Она должна стать покровительницей лесов – вот её судьба... Тайные знания и несравнимая мощь земель севера наполнят её тело, её дух. Но она больше не будет вольна делать то, что хочет... Она бы отдала всё за то, чтобы выжить и жить с сыном. Они бы ушли к Наве... Но она знала, что не это её путь, даже несмотря на слёзы, что лил её сын, и несмотря на его первый, наполненный тоской волчий вой – его первая лунная песнь...