Yin Yang

Парень идя домой, думал: "А как к этому отнесётся Каян?". Позже Кайоши остановился на мысли, что его друг-чертила, как он его называл — ничего ему не сделает. Собственно, а в чем была проблема? — Мистер Кайоши! А почему вы мне помогли? — какой-то человеческий мальчик тащился с собакой и Левиафаном рядом. В глазах мальца было любопытство и некий страх. Конечно, ведь мало когда удаётся встретить Левиафана, причём такого. Еще хуже — злого до чёртиков. Кайоши сам толком не знал, почему он помог какому-то четырнадцати-летнему мальчишке. Может из-за долга перед Эфиной, может ему просто не хватает ребенка, может он хочет о ком то заботится... Левиафан сам не знал точно, но какое-то чувство в глубине души не давало ему покоя. — Мистер Кайоши? — мальчик повторился, глядя на протез Левиафана, за которым Кайоши предусмотрительно спрятал обезображенное лицо. Кайоши опомнился: — Да, да... отвлёкся я. Что ты хотел? — Кайоши посмотрел на мальчика беззлобно, но из-за протеза это было не понять. Конечно он мог бы двигаться как и живое лицо, но на это должно понадобиться время, а примерно дня два или три, хотя зачем тратить лишнюю магию в протезе... Мальчик повторил вопрос и Кайоши ответил. — Честно — не знаю, возможно что-то екнуло, — Кайоши отвел взгляд, продолжая глядеть на чёрную, ровную трассу, промытую дождём. Левиафан и остальные шли по трассе, поскольку Кайоши машину не взял, да и сейчас пачкать чужой кровью сидения — не хотелось уж точно. Кайоши убил того, кого посчитал нужным, ну и что? Левиафаны делают это только из необходимости, значит так надо — все просто. — Еще раз, как там тебя? — Кайоши сказал это с неподдельным интересом и странным уклоном, которого, кажется, мальчик не заметил. — Хироки! А это Изуми, он давно со мной, — мальчик стал с энтузиазмом рассказывать про своего говорящего пса-приятеля, который ему помогает. Мальчик так же долго рассказывал про то, что у него нет дома, естественно, как и у Изуми, так что они искали еду и кров вместе, но естественно ненадолго. Кайоши поэтому решил, что возьмёт их к себе, поскольку, в любом случае, ничего плохого не случится, ведь дом большой. Кайоши снял протез, крепя его где-то на ремне, раскрывая свое лицо на всеобщее обозрение, отчего Хироки издал какой-то непонятный звук, будто удивился. Кажется, мальчик был в ужасе. — Кайоши. Кайоши Левиафан, — Кайоши гордо поправил волосы. Что-что, а он был горд, что он хоть какой-никакой Левиафан. — Ух-ты... ты страшный... в хорошем смысле! — Хироки просто засиял, а вот Изуми, кажется, рад был не очень. По прибытию в дом, Кайоши обнаружил, что Каян где-то шастает. Вернулись ребята только днем, так что вполне вероятно, что Каян пошел в магазин, или просто погулять. — Тут моя комната, дальше по коридору комната друга, еще дальше простая кладовка. Комнат мало, так что будешь спать в моей, я все равно не часто сюда заявляюсь, — сказал Кайоши, после чего открыл дверь своей комнаты, которая, кроме пары комодов, полки, пары вещей и матраса ничего из себя не представляла. Ну и еще грустное окно. Хироки подбежал к Кайоши, обнимая, после чего пробежал в комнату Кайоши, устраиваясь где-то в углу в обнимку с Изуми. Кайоши хмыкнул, ощупывая себя в тех местах, где обнял его малец. Левиафану редко доводилось пробовать такое. Такое простое и, кажется, не его, а именно простую любовь, может ласку, заботу. Будучи в Академии — Кайоши, кажется, всех девушек девственности лишил, но он никогда не делал это по любви, разве что только страсти, и то один раз, который обернулся ему трагедией. Кайоши решил всё-таки поискать Каяна, так что стал проверять все комнаты с Тенью под боком. Пока Кайоши это делал, он вспоминал, с какой неприязнью Изуми относился к Левиафану. — Уверен, что это хорошая затея? — спросил Тень, хватая владельца за плечи. Кайоши отряхнул плечи, будто от незримой пыли, да пошел дальше. Парень не хотел устраивать сейчас разговор, скорее побыть один... со своими мыслями. — Боже, Кайоши, не так! Давай по новой, — Вейрон вырисовывал круги вокруг брата, держась на большом от него расстоянии, похлопывая в ладоши. Кайоши ссутулился, пытаясь собрать всю свою силу в одно целое, чтобы сделать из этого некий взрыв энергии. Кайоши согнулся в три погибели, стараясь собрать энергию. Первый этап. — Давай, давай, ты справишься! — кричал Вейрон, сжимая кулаки, будто болея за брата. Из спины Кайоши начали появляться длинные, черные шипы, которые резали плоть, что даже регенерация не успевала с ними справиться. Начал отрастать длинный, костяной, чёрный хвост. Кайоши чувствовал эту боль, от которой будто вот-вот скончается, только вот такого не будет. Левиафан смертен только для когтей другого Левиафана, или зачарованных предметов против них, так что не выйдет. Второй этап. До этого человеческие руки Кайоши стали зарастать черными чешуйками, а пальцы удлинятся и принимать более звериный облик. — Давай, еще немного осталось... — прошептал про себя старший, будто готовясь к нападению, поскольку он встал в боевую стойку. Кайоши стоял в одних штанах, поскольку не хотел порвать остальную одежду, да и регенерация справляется лучше на открытой коже. Вдалеке виднелись Априль и Август, которые в теле истинного Левиафана дрались друг с другом рогами. Конечно они были меньше в размерах, чем должны были быть, поскольку уменьшились, да и никакой Левиафан не любил принимать нормальный размер тела, поскольку слишком огромная туша — очень неудобно. Разор стоял рядом с Люцерном и Джинджером, глядя на все происходящее с интересом, хотя Разеру по-прежнему было скучно. Старший стоял, почесывая свои глубокие шрамы на лице, не отвлекаясь от перевоплощения Кайоши в Берсерка. Джинджеру было немного жалко брата, поскольку он знал, что этот процесс очень болезненный, необходимый. Им редко пользуются, но ради безопасности его выучивают, только тогда, когда Левиафану больше двух тысячи лет. Все сейчас находились на тренировочном, огромном поле, на которое прилетают Левиафаны, чтобы поучиться. До этого тут была парочка молодняка, которую братья прогнали. — Брат! — крикнул Вейрон, на которого тут же набросился Кайоши, метя когтями в глаза, но Вейрон увернулся. Намечалась кровавая бойня, но основной мишенью был Вейрон. У него лучше всего идет регенерация, так что мишенью был он. Вейрон не нападал, поскольку регенерация Кайоши даже будучи Берсерком — была слишком слаба. Вейрон изредка проверял рефлексы Кайоши, метя тому по плечам, но Кайоши тоже был ловок. Где-то вдалеке Кайоши услышал голос Эфины, так что уклониться он не смог. Тень постучал по голове Кайоши, выводя того из ступора, хотя он уже и сам отходил от этого. Тень сам не хотел задерживаться, поэтому просто ушел под ноги хозяина, а позже куда-то дальше. Кайоши вспомнил, что он в доме не один, поэтому пошел проверить своих новых друзей. Поднявшись по лестнице, Кайоши тихо отворил дверь. Хироки и Изуми в обнимку спали в уголку, как и до этого. Левиафан, вздохнув, аккуратно переложил обоих на матрас, после чего укрыл одеялом, удостоверившись, что никто не проснулся, а позже и вышел, прикрывая дверь, правда та скрипнула, а Кайоши еле удержался, чтобы не грубо это прокомментировать. На следующее утро Каяна по-прежнему не было, хотя для него это было свойственно, так что Кайоши просто пошел рыться в кладовке, поскольку думал, что у них найдётся раскладушка и остальные вещи. Правда, открыв кладовку и перерыв там все, что было можно, Кайоши вспомнил, что прыгать на раскладушке тяжёлому Левиафану, так еще и с другом — идея так себе. Они позже выкидывали эту раскладушку. Ну ничего, хоть матрас есть с одеялом, подушка тоже. Кайоши уже было взял все вещи, как обернувшись, увидел Хироки. — Привет, Кайоши-сан! — поприветствовал Хироки Кайоши. У мальчика была странная манера для Кайоши — мальчик вечно говорил "Кайоши-сан", хотя это его, кажется, даже забавляло. — Привет, малой, — Кайоши махнул рукой, после чего прошел в свою комнату, где позже устроил все для паренька. Пока Кайоши делал кровать, рядом лежачий Изуми уже проснулся, после чего прошел к своему другу Хироки. Паренек все глядел на Левиафана, после чего хотел задать вопрос, но за него это сделал его желудок. — Пойдем, — Кайоши слегка толкнул Хироки в плечо, заставляя того спускаться на кухню, где позже Кайоши стал делать чай и яичницу. Кайоши вообще был ужасным поваром, но что-то ему подсказывает, что мальчик сам вряд ли справится. Вообще Хироки был интересный. Странный. Мальчик был человеком, но у него были странные силы — лечить других, исцелить боль. Мальчик пользовался этой "магией" а потом падал в какой-то обморок. Кайоши вертелся у сковороды, стараясь понять, как оно вообще работает. Левиафанам пища была не нужна, они пополняли запас энергии иначе, поэтому готовить он не умел, хотя из-за долгой жизни у людей мог бы чему-то и научится. После готовки Кайоши протянул парню тарелку с яичницей и чашку чая, глядя на мальчика. — Спасибо, Кайоши-сан, спасибо большое! — мальчик поблагодарил Левиафана, после чего принялся есть, в то время как рядом появился Изуми с кровавой мордой. Кажется он нашёл что-то во дворе. — Не спеши, ешь спокойно, никто у тебя не будет отбирать еду пока я рядом, а пока я схожу в душ, — сказал Кайоши, потрепав друга по волосам. Хироки кивнул и продолжил есть. Кайоши направился в душ, где пробыл совсем мало, после чего вернулся с полотенцем повязанным на бёдрах. Полотенце было большое, только вот Левиафан был больше, так что оно было короткое для него. Кайоши уселся напротив Хироки, который уже все съел и просто играл с вилкой, которую Кайоши позже убрал вместе с пустой тарелкой, оставляя парню только его недопитый чай. Сев обратно, Кайоши откинулся на спинку кресла, заставляя её опять заскрипеть. — А можете рассказать что-то про себя? — спросил Хироки, глядя на Левиафана, который потирал оголенную шею. В этом месте начали загораться родимые пятна от приятных ощущений. — Ну... я живу с людьми уже года два, может три, точно не помню. Я Левиафан, правда немного другой, я скорее недоношенный, раньше меня звали Акума Оффер, но это было только по необходимости, так я просто Кай. Кайоши Левиафан — затараторил Кайоши с улыбкой. Он любил, когда его спрашивали про него, поэтому охотно делился кусочком своей жизни. Хироки удивлённо уставился на Кайоши, затем спросил: — А кто такие Левиафаны? Кайоши глубоко вдохнул, думая над ответом. Парень как-то неохотно вспоминал эту вещь, но что-то ему всё-таки на ум пришло. — Левиафаны существа древние, они появились раньше людей. Правда когда я появился, уже были первые люди. Левиафаны похожи на драконов, обладают несколькими стихиями, временами года, сторонами. Например я полу-Левиафан света, воды и лета. Мы бессмертны, но это не значит, что кто-то не может нас убить. Мы просто как медуза, будем жить вечно, когда другой Левиафан нас не того... — Кайоши не решился говорить про зачарованные предметы, поскольку посчитал, что это лишнее, — с нами много кто заключал союз, поскольку мы не воюем уже давно, но представляем всем защиту, как и людям. Так что если у вас враги, так обратитесь к нам. Все передохнут. — Люди? — спросил Хироки. — Нет. Враги, — сказал Кайоши, после чего что-то опять ушел в себя. — Давно опыта не было? — усмехнулся Джинджер, держа брата за бедра. — Был. Давно. Сам знаешь, что сейчас происходит, — сказал Кайоши, стараясь отодвинуться, но Джинджер этого сделать не дал. — А с мужчинами? — Был... только с тобой мы бы передрались. Я всегда доминирую, — сказал Кайоши, хотя это больше было похоже на рык. Кайоши был прижат голый к своему брату, стоя с расстегнутой ширинкой и приспущенным бельём. Кайоши вообще не нравилась эта затея, хотя почему-то он отстраняться не хотел. — Не волнуйся, сам знаешь, что у Левиафанов инцест частое явление, — казалось, что Джинджер заставляет Кайоши ненавидеть самого себя, но возможно он просто хотел доставить брату удовольствие. — Ну раз ты такой умный, то валяй тогда, — прыснул Кайоши, стоя совсем злой и недовольный. — Кайоши-сан? — Хироки спросил Левиафана, который до сих пор был в своём мире. Мальчик ткнул Кайоши в живот, откуда дальше побежали небесно-голубые блики. — А? Что? — Кайоши пошатнулся, глядя на паренька. Хироки удивлённо взглянул на старшего, который сразу же все понял. Кайоши рассказал вкратце, что он отвлёкся, после чего встал, глядя в окно. Сказывался вечер. На удивление время прошло крайне быстро, поэтому Кайоши решил, что Хироки нужно отправить спать, самому тоже не забыть, а Изуми где-нибудь рядышком устроиться. Кайоши поднимаясь наверх думал, когда вернётся Каян. Парень вообще точно не знал, когда он вернётся, так что надо было просто ждать. Звонить бы не получилось, поскольку связь тут очень плохая, что даже и к лучшему. Кайоши открыл комнату, пропуская Хироки вперед, а позже парень просто прикрыл дверь. Как только Кайоши лег на спину, он скривился от боли, поскольку позвоночник у него был самой больной точкой. На рядом лежащий матрас лег Хироки, который позже повернулся на другой бок. Кайоши по-прежнему не понимал, как этот мальчик выживали в этом мире. Кайоши по-прежнему не испытывал какой-то эмпатии, может, такой же жалости, но что-то подсказывало, что это и вправду тяжело. Конечно, ведь был такой период и у Кайоши, когда он прошёл через тоже самое. Самые тяжкие времена у него выдались с четырнадцати по двадцать лет. Ну и настрадался же Левиафан, хотя он все равно верит во все хорошее, как ребенок. Кайоши понемногу начал засыпать, но что-то ему мешало. Немного поглядев на потолок, парень постарался уснуть, что у него опять получалось с трудом из-за боли в позвоночнике. Обезболивающие не помогали, поскольку Левиафан к ним уже привык, да и до этого они не особо помогали. Регенерация же не удаляет боль, только заживляет раны, так что тут без вариантов. С горе пополам Кайоши уснул. Кайоши даже не накрылся одеялом, просто провалился в долгожданный сон, а рядом лежащий Хироки поднялся, и, стараясь не разбудить Левиафана, начал подкрадыватся к нему, после чего приложил свои детские руки тому на грудь и попытался излечить боль. Голубой свет стал светится из под его рук, и как он понял — он унял его боль, а позже мальчик от истощения упал на Левиафана. Хироки вообще мальчик сильно истощенный, так что не удивительно, что даже после первого применения своей силы он упал в обморок, да и к тому же — Левиафаны большие потребители чужой энергии. Несмотря на это — оба хорошо выспятся, так что осталось ждать завтрашнего дня, когда должен будет прийти Каян. Кайоши всю ночь спал с Хироки на его груди, а барабанящий дождь за окном делал этот плохой сон только лучше. Рядом в ногах пристроился Изуми, который еще недолго и тоже отправился в крепкий сон.