Язык космоса

Я тяжело вздохнула и сделала шаг назад, встречаясь взглядом с недавно прибывшей. К моему огромному удивлению, передо мной стоял всего один ангел в сосуде какой-то женщины. У нее были зелено-голубые глаза, интересно контрастирующие и, как следствие, выделяющиеся на фоне белых волос. Женщина с явным презрением посмотрела на практически никак не от реагирующего на ее прибытие Бальтазара, он лишь уронил голову вниз. — Что? Добегался? — поинтересовалась она, не смотря на закатившего в ответ глаза мужчину, вдруг резко выпрямившегося, а потом с привычной для него улыбкой откинувшегося вальяжно назад, сложив ногу на ногу. — Наоми… — протянул он, подглядывая на меня, и я увидела, что он встревожен. — Что-то ты без свиты? Что потерялись твои солдатики? — он издевательски выгнул бровь, нисколько не вздрагивая, когда женщина стрельнула на него глазами. — Ну и какого быть человеком? — неожиданно грубо поинтересовалась она, явно игнорируя его вопрос. Бальтазар ухмыльнулся. — Хочешь попробовать? Могу одолжить душу, а ты мне свои силы, как сделка? — женщина закатила глаза и вдруг резко успокоилась. Я смотрела на нее без ужаса, мне не было страшно, как человеку, но все-таки что-то внутри сжималось, будто бы пытаясь не дать мне забыть, что я была им. — Не ерничай… Хотя, знаешь, ерничай, пожалуйста. Мне осталось терпеть тебя не так уж и долго. Небесный суд вынес решение, что ты будешь убит тут же, — она сложила руки на груди и приподняла бровь, ожидая что скажет на это Бальтазар. — Они опаздывают, — прицокнул он, поднимаясь с дивана и принимаясь наливать в стакан оставшейся портвейн. Его рука чуть подрагивала, но в итоге ни капли не пролилось на стол. — Ну давай, вербуй ее, хочу посмотреть, что ты ей предложишь. А нет, дай я угадаю: либо смерть, либо поход на Небеса, где она будет твоей вечной слугой, — он с явным вызовом посмотрел на Наоми, которая лишь судорожно вздохнула. — Она прощена за абсолютно все, что натворил лично ты, Бальтазар. В отличии от тебя, я уверена, у нее будут мозги, чтобы осознать, что служба Раю — это своего рода честь, — она посмотрела на меня и улыбнулась, но не по-доброму или ласково, а как-то жестоко, будто говоря, что, если не осознаешь, то твой путь не долог. — Посмотри на него, он, сбежав с Небес, обрек себя на вечные скитания и мучения. Он потерял в итоге силу, потому что ему просто захотелось выпендриться, — он сделала шаг навстречу мне, но я тут же отступила назад. Сокращать расстояние не хотелось. — На Небесах будет покойно. Там… — Идет война. Ангелы воют друг с другом за право сесть на престол, архангелы либо сбежали, либо подохли, Отец не понятно где, — неожиданно прервал ее Бальтазар, выговаривая все это на одном дыхании. — Дон, там грязно и мерзко, хуже, чем на Земле. Там нечего делать такой, как ты, пока ты еще жива, пока ты… — Заткнись, — резко прервала его Наоми, неожиданно доставая из непонятно откуда клинок. — Ты пойдешь со мной, и будешь помогать мне во всем, — отчеканила она железным голосом. — Запомни, ты ни человек, ты — ангел, воин, ты — моя помощница, — я посмотрела на нее и поняла, что она еле сдерживается от того, чтобы назвать меня слугой. — А ты, — она бросила взгляд на никак не отреагировавшего на ее монолог Бальтазара, — умрешь прямо сейчас. — Нет, — крикнула я, дергаясь вперед. Наоми удивленно посмотрела на меня, перехватывая клинок. — Он — человек, разве этого недостаточно? — я посмотрел на стоящую рядом со мной женщину. — Оставь его в живых, я пойду с тобой и буду тебе служить, — я посмотрела на удивленную таким поворотом событий Наоми. — Ты правда считаешь, что я настолько нуждаюсь в воинах, что не позволю себе убить его, для того чтобы на моей стороны был еще один ангел? Милая, Небесами уже я заправляю, остались мелочи, недоразумения, которые решаться в ближайшее время. Ты — бесполезна, даже обуза для меня, но я не могу позволить себе убить тебя сразу же, так как остальные боятся того, что не останется ангелов, и все же я уговорила их, что, если я почувствую опасность, то я могу убить тебя. Думаю, непослушание, а тем более желание спасти его или просто сбежать я могу расценивать как угрозу, — она сделала шаг вперед, доставая непонятно откуда-то серебряный клинок. — Дон, отойди, — Бальтазар схватил меня за руку и резко дернул на себя. — Благородство? — усмехнулась Наоми, делая шаг вперед. — Послушай, мне тебя даже жалко. Подохнуть тут, прикрывая собой следующий труп, который даже не может ответить тебе какими-либо чувствами — это… безрассудно? Хотя, все твои поступки можно именно так можно и охарактеризовать, — она пожала плечами, а потом вдруг резко вытянула руку, от чего стоящий передо мной Бальтазар начал задыхаться. Я растерянно посмотрела на Наоми, а потом резко выскочила из-за спины мужчины, расправляя крылья. Я не знала что мне делать и это — первое что мне пришло в голову. На меня тут же обрушился поток ее силы, от чего я поняла, что взлететь я уже не смогу. Я была нисколько очень слаба, сколько слишком неопытна. — Как меня все это достало! — прохрипела я, прикрывая глаза. Внутри было так, как не может быть у ангела. Мне было и страшно, и беспокойно и… Больно. Больно настолько, что хотелось плакать, но я не понимала почему у меня это не выходит. Не у что благодать и впрямь сильней человеческой души? Я судорожно вздохнула и резко развернулась, вынимая пистолет и направляя ее на ангела. Я точно знала, что это бесполезно, но я не могла поступить иначе. Крылья обгорели, даже кое-где почернели, меня окружали опавшие перья. Наоми тяжело дышала, с явным непониманием смотря на меня. Она снова достала клинок и с нескрываемой усмешкой посмотрела на меня. Она была уверена на все сто процентов, что у меня нет шансов и, если честно, то она была права. — Тебе не понять, — прошептала я, дотрагиваясь почему-то холодными пальцами до своей шеи. — Тебе никогда этого не понять, Наоми. Ты ни за что на свете не узнаешь, что им двигало, когда он встал прямо передо мной, — пальцы ощутили злополучный кулон. — Я видела душу, я знаю силу благодати, но она даже одной сотой не стоит первой, — я тяжело вздохнула. — Я — человек, а он — ангел, так было и так будет — это правильно, — я посмотрела на пистолет. — Черт, как же я устала, я не хочу быть слугой Небес, пожалуйста, — голос предательски дрогнул, но вместе с тем в руке появилась какая-то неожиданно сила и твердость. Посмотрев на Наоми, я хмыкнула, резко нажимая на курок и вместе с тем резко дергая подвеску. Раздался громкий звук, но не от выстрела. Цепочка лопнула. Судорожно вздохнув, я неожиданно почувствовала, что грудь будто бы что-то сдавливает, легкие перестают работать. Стало неожиданно слишком больно, из глаз брызнули слезы… Слезы? Я чувствую. Я — человек. В глазах потемнело, и я упала на пол, на мягкие перья крыльев моей души.