История о том, как из тайной, интересной и криминальной жизни сделать такую же, но не совсем тайную

— Нашли что-нибудь? — Куба держал телефон у уха, пока вёл машину обратно в офис. Электронные часы на панели показывали начало двенадцатого и отсвечивали слабым зелёным светом. Пробок в такое время не было, поэтому добрался до места он быстро. — Нет, ты только двадцать минут назад прибыл в этот чёртов переулок, — раздался недовольный голос серба. — Но до этого у тебя было ещё минут двадцать. Ты вычислил место нахождения телефона раньше, чем я за ним выехал, — между прочим, заметил кубинец. — Заткнись, умник хренов. В этом месте почти нет камер, всё вовсе не так просто, — цыкнул он и сбросил трубку, так как в разговоре отпала необходимость. Когда айтишник отследил телефон Рейха, Куба сразу двинулся туда по приказу СССР, а по прибытию обнаружил ничем не примечательный переулок в небогатом районе между низкими квартирными домами, в который не выглядывали почти никакие окна, а смартфон обнаружился в арыке возле дороги, в траве, растущей из трещин. Нашёл он его не сразу, но этого было достаточно, чтобы понять, что происходит.

***

— Бесит, — фыркнул Сербия и бросил телефон на стол. Он сидел за компьютером в своём отделе, подогнув одну ногу под себя. Рядом стоял КНДР и наблюдал за его работой. Вокруг валялась куча всякой всячины, а в углу стояла кровать. Рядом с компьютером на столе стоял ноутбук и парню приходилось работать с двух устройств. — Слушай, может он случайно обронил телефон? Если судить по тому, что когда мы пытались его выследить он постоянно пропадал с камер, то получается, что Рейх часто шатается по таким переулкам, — кореец задал вопрос, потому что ему было очень скучно тут стоять, ведь он ничего не смыслил в компьютерах. По приказу Союза, Вьетнам ушёл подготавливать технику, а Китай — людей, сам же СССР отошёл покурить и обдумать план действий. — То есть, ты веришь, что человек, которого не смогла выследить мафия, мог просто потерять телефон? — хмыкнул программист, не отрываясь от экрана. — Почему бы нет? Все мы люди и совершаем банальные ошибки, — пожал плечами северный. — Не исключено, но ты говори это Союзу, а не мне, — равнодушно ответил славянин, покосившись на коллегу. —… — КНДР отвёл взгляд. Такого ему делать явно не стоит, если он не хочет снова получить дополнительные часы работы. — Во-Во. Так или иначе я поддерживаю версию похищения, — пробормотал хакер, мечтая об одиночестве. Какое-то время по комнате раздавалось только неравномерное щёлканье клавиш, но исполнитель снова прервал тишину. — Ты… правда считаешь, что Союз влюблён? — ему надоело стоять и он присел на край стола, найдя интересную тему разговора. Он единственный сейчас шлялся без дела. — Не знаю, — вздохнул Сербия и поправил очки, — на счёт влюблённости, но насчёт других факторов я уверен: Рейх для него дорог. Скорее ценен, но не финансово или в плане выгоды, а эмоционально. Я никогда не любил, но как по мне, привязанность, собственничество, сексуальное возбуждение и комфорт являются составляющими влюблённости, — объяснил он. — Вот как. Никогда бы не подумал, что такое случится. Союз не похож на романтика или семейного человека, — протянул азиат. Потянувшись, он потёр глаза, потому что слабое освещение слишком напрягало зрение. — Он ими и не является, но привязаться к тому, кого трахаешь ему это не мешает, — хмыкнул Сербия и довольно ухмыльнулся. — Вот как… — задумчиво протянул кореец. — У меня есть предчувствие, что скоро мы познакомимся с Рейхом лично, — Сербия внимательно следил за всем происходящим на экранах, за кучей цифр и текста, которые отражались в его очках, — а вот с живым или с мёртвым — уже другой вопрос.

***

СССР смотрел на ночной город, опираясь на ограждение балкона локтями. В зубах тлела очередная сигарета. Равнодушным взглядом он следил за всем, что происходит внизу: за автомобилями, за цветными вывесками, за людьми... Мужчина понимал, что решение на блюдечке ему никто не предоставит, но он упрямо пытался найти ответ в свете ночных улиц. «Какого чёрта я ещё не спрыгнул отсюда?» — задал он себе вопрос и наклонился через ограду, чуть отрывая ноги от земли… но почти сразу вернулся в нормальное положение, — «Не хочу. Но почему?» Союз стал прокручивать в голове каждую мысль, ведь если бы всё в его жизни было отвратительно, то он явно хотел бы её закончить. Что же его держит? Люди, которые ему доверяют и за которых он в ответе? С трудом добытое место в обществе? Если он сдохнет, то Российская империя будет рад, а он этого не хочет? Секс? Еда и алкоголь? Рейх, который служил ему хорошим любовником и собеседником на нейтральные темы?.. Из мыслей его вырвал звук полицейских сирен. Только сейчас он заметил, что от сигареты остался один фильтр и выкинул его к чертям. Безумно оскалившись, СССР хмыкнул: — Как, оказывается, много у меня причин жить… Усмешка стала злобной. Полиция напомнила, что его сучку похитили какие-то уёбки и не известно, что с ним делают, а значит стоило бы начать действовать… Но вот с чего начать-то? «Кто и когда… на эти вопросы мы ответ уже знаем, осталось лишь выяснить где…» — СССР потёр рукой подбородок и стал думать о том, к кому обратиться. Посмотрев на часы, он понял, что отсутствует уже более получаса и ему стоит вернуться внутрь. «Сначала нужно вернуться к Сербии…»

***

Кабинет программиста находился на том же этаже, что и его собственный, но вход в него располагался в самой заднице. Нужно было идти вдоль окна, свернув с главного коридора, по проходу, шириной всего метр, а дальше снова повернуть где ничего не было видно, кроме тупика, пока не дойдёшь до конца, потому что дверь находилась в углублении стены. Изначально серб жил на два этажа ниже, но случайно узнав об этом укромном месте, он, с несвойственной ему страстью, взялся отвоёвывать потайное место. И ведь это было не так просто устроить, потому что в этом заброшенном кабинете находились тонны хлама. И «тонны» — это не преувеличение, потому что помещение было доверху заполнено: неработающим оборудованием, стульями, железными стеллажами с документами тысячелетней давности, лампами, папками, пылью, и снова документами и документами! А поскольку это мафия, то всю макулатуру нужно было пересмотреть в обязательном порядке и только доверенными личностями, коих было не много. А о том, как туда проводили кондиционер, заносили мебель и технику, и проводили ещё десяток розеток СССР вообще предпочтёт не вспоминать. Славянин живёт там уже четыре года, а его предыдущий кабинет до сих пор используется им же для работы, связанной уже с обычным бизнесом. Разумеется, это исключительный случай и ни с кем больше таких хлопот не было. Ведь Сербия был нужен. Компьютер для него, как детская игрушка, поэтому он очень хорош в его эксплуатации. Все в исполнительном комитете обязаны своему начальнику многим, и Сербия не исключение. Китай принадлежал к мелкой группировке, которая ничего толкового из себя не представляла и обосновалась в бедных районах среди прочих отбросов общества. Однажды они перешли дорогу северной мафии, влезая не в своё дело и не слушая предупреждений. Китай был среди них и однажды попался в плен синдикату. Там его допрашивали с применением физического насилия, но он не собирался предавать товарищей. Сама же группировка от него отвернулась, бросила на произвол, и узнавший об этом КНР был разбит таким предательством. Тех всё равно изловили и перерезали, а СССР лично заинтересовался парнем и дал ему шанс… и как выяснилось позже — не зря, ведь прошло почти восемь лет, а он уже в исполнительном комитете. Куба же был мелким наркоторговцем из другого города, а потом присоединился к Северу. Вьетнам — сирота из дерьмового приюта. Жил в трущобах, воровал и избивал тех, кого хотел. Столкнулся с Союзом лично и случайно. КНДР сам пришёл к ним «на порог» за помощью, ведь некие мрази избили и изнасиловали его брата. Он просил помощи в мести и защиты своему родственнику, а сам клялся жизнью. А Сербия был небезызвестным хакером, который однажды позарился на сам синдикат, пытаясь влезть в их базу, но попался. По удачному стечению обстоятельств им тогда очень нужен был компьютерщик и ему предоставили выбор «Работа или смерть». Через несколько месяцев он признался, что ему впервые не приходилось переживать о жизни, полиции и еде, поэтому он хотел бы остаться. Стучаться не было особого смысла и СССР просто вошёл. Серб сидел, откинувшись на спинку кресла и о чём-то размышлял, а когда вошёл начальник, то сел ровно, в ожидании расспросов. — Как всё обстоит? — сразу перешёл к делу мужчина. — Всё сложно, — Сербия поправил очки на носу, — информации слишком мало, мы даже не знаем, на чём увезли Рейха, куда его увезли и зачем. — Угроз нам не поступало? — СССР скрестил руки и облокотился на стол. Сербия поморщился от запаха табака. — Нет, не поступало. Скорее всего они ещё не всё подготовили и не предполагают, что мы уже знаем о похищении. Так что пока мы на шаг впереди. — Гм… — Относительно недавно я запустил несколько алгоритмов для поиска по камерам. Один ищет лицо Рейха в округе места происшествия, а второй пытается откопать изображения самого места в тот период времени. Ну и прочее. В данный момент я бессилен. СССР задумчиво глядел в стену, а потом встал ровно и направился к выходу. — Немедленно сообщи, когда что-то откопаешь.

***

СССР понимал, что его люди работают всего час, но результат хотелось бы уже иметь. Даже если они мобилизуют все имеющиеся силы, то куда их нужно отправить — не известно. Дабы убить время он направился в тир, который находился на цокольном этаже. Помещение было просторным, с тёмно-серыми стенами и белыми лампами на потолке. Обычно здесь было достаточно народу, но сейчас не было ни души — всех мобилизовали по его собственному приказу. Русский взял из личного арсенала Глок-34 и несколько магазинов, положил телефон на полку в одной из секций и встал в стойку. Раздались первые выстрелы, и мужчина поморщился от шума, потому что был без наушников, но перед реальной перестрелкой он их никогда не надевал. Это помогало заранее привыкнуть к шуму, потому что на поле боя, где секундное замешательство стоит жизни, ему никто не даст фору из-за оглушения. Лист бумаги с человеческим силуэтом и разметкой висел на расстоянии десяти метров. Первые три выстрела попали в грудь, а последующие в голову. Всё-таки для опытного стрелка это ничтожное расстояние, поэтому СССР нажал на пару кнопок на панели управления и подождал, пока мишень отодвинется на двадцать метров. Прозвучали ещё выстрелы, но мужчина уже не морщился. В этот раз всё тоже было хорошо и пули задели жизненно важные органы. Со стрельбой на ближнем расстоянии у него проблем не было, а более дальние расстояния пригождались редко, тем не менее практиковаться надо было. Перед тридцатью метрами нужно было сменить мишень, потому что та уже была в дырах. Сосредоточившись получше, мужчина сделал десять выстрелов и из результатов: две в плечо, одна мимо, остальные в грудь и шею. — Тц, — цыкнул он. Гораздо лучше он проявлял себя в рукопашке, но это мало чем поможет, если у противника есть огнестрел. Только он собирался сменить мишень, как вздрогнул от неожиданной вибрации телефона на стойке. Сначала решил, что это Сербия с новостями, но взглянув на экран, он замер и нахмурился. — Да? — Здравствуй СССР, извини уж за позднее беспокойство, — голос по ту сторону был знакомым и спокойным, как обычно. — Это первый раз на моей памяти, когда ты лично мне звонишь, без официальной договорённости, — мужчина положил огнестрел на стойку и опёрся бёдрами на край. — Согласен. — И что южным понадобилось? Ты, откровенно говоря, выбрал не лучшее время, Мексика. — Я догадываюсь. Так или иначе я решил вернуть долг. Ты как-то безвозмездно дал мне информацию о контрабандистах наркотиков на своей территории, а теперь и у меня появилось кое-что для тебя. — О чём ты? — СССР нахмурился и скрипнул зубами. — Боже, что за угрозы... — вздохнул южный босс, — Слушай, я не в курсе, что у тебя произошло, поэтому остынь. — Говори. — Сразу к делу. На моей территории находится много портовых доков, а это невероятно притягательное место для всякого сброда, поэтому на территории у нас полно скрытых камер и подслушивающих устройств. Так вот… со вчерашнего дня, мы заметили некоторую активность там. Ну а если конкретнее, то несколько часов назад мы подслушали кое-что странное. Как я и сказал, я не знаю, что у тебя произошло, поэтому не знаю контекста, но группа лиц подозрительно часто упоминала твоё имя, статус и так далее. Они стояли довольно далеко от ближайшего жучка, но моим специалистам удалось разобрать слова: «Прямо сейчас», «Сегодня», «Сучка», «Подстилка», «Ублюдок», «Нашли», «Наши уже везут» и всё в таком духе. Я бы не стал беспокоить тебя просто так, но по контексту я понял, что тебе эта информация может пригодиться прямо сейчас, а не тогда, когда мы узнаем больше. — Чего ты добиваешься? Не верю в простой долг, — мужчина мечтал научиться дышать огнём, чтобы сбросить злость и напряжение, которые буквально душили его сейчас, создавая дискомфорт в горле. — Понимаю. Считай это солидарностью к ситуации. — О чём ты? — Мне хватает ума найти смысл в сочетании слов: «Северный гандон», «наконец нашли», «план», «его подстилка», «уже везут сюда», — Мексика не на долго замолчал, — Я удивлён, что у тебя вообще есть такой человек... хотя не думаю, что в такой ситуации будет уместно поздравление. —… — Я не очень хорошо тебя знаю, но у меня тоже есть человек, которого я бы не бросил на произвол судьбы. И если судить по тому, как ты заговорил со мной в начале, то тебе не наплевать и ты уже обо всём знаешь. — Ладно, убедил. Кому ты ещё сказал? — выплюнул русский и голос его стал более холодным. — Никому, если ты об остальных территориях. — Отлично, но я тебе не доверяю, поэтому если ты причастен к моим проблемам, я оторву тебе голову, — без намёка на шутку, сказал мужчина, — Я поблагодарю тебя тогда, когда проверю то, что ты сказал. — Как скажешь. — И пока не говори об этом остальным, но информацию продолжай собирать, от этого будет толк. — Не забывай, что я не твой подчинённый, СССР. Поэтому будь вежливее, я сделаю то, что буду считать нужным, — теперь холод проскользнул уже в голосе южного управленца, — Тем не менее, остальным не расскажу, но не мог бы ты прояснить ситуацию, потому что как ни как, но это моя территория. — Пакистан. — Что? Так это… — Он начал действовать. Его шавки настолько оборзели, что позарились на моё. Это вкратце, а остальное для тебя не важно. Другим не говори, потому что кому-нибудь может взбрести в голову просто подорвать местечко. — Понимаю. Это никому пользы не принесёт, тем более мы уже проходили через это. Если что, то буду держать в курсе. — Хорошо. Скажу спасибо позже. Сбросив звонок, СССР положил пистолет в специальный шкаф, а затем быстрым шагом направился к Сербии. У них наконец есть информация. Интересы северных и южных никак не пересекались, как и их территории. Причин лгать у того не было, но проверить стоило.

***

— Блять! Союз с силой открыл дверь к программисту, и та с грохотом ударилась об стену, а сам хозяин, который до этого качался на стуле, испугался и в итоге свалился на пол, чуть не утащив за собой оборудование. Проматерившись, Сербия столкнулся с нетерпеливым взглядом начальника, который ждал, пока тот поднимется и никак не комментируя его падение. Большинство на его месте бы посмеялись, но ни один человек в компании ещё не видел, как он смеётся во весь голос. Лёгкая улыбка или хмык на хорошую шутку и то были редкостью. — Что? — наконец поднялся славянин, не обращая внимание на дискомфорт в копчике. — Нарыл что-то? — прямо спросил мужчина — Нет, но… — ему не дали договорить. — А я нашёл кое-что. — А? — вздёрнул брови альбинос. «Так вот почему он на взводе…»

***

— Вот как… — Сербия задумчиво почесал подбородок и поправил очки. — Я не знаю, насколько это правда, но также не знаю, как это можно проверить. — Хм… значит у нас есть примерное местоположение группировки. Всё было бы довольно просто, если бы у нас был номер транспорта… но кое-что я сделать всё-таки могу! — Сербия с энтузиазмом повернулся к компьютеру и начал с ним взаимодействовать. — Что именно? — спросил мужчина, не дождавшись объяснений от серба. — Рейха взяли в жилом районе на нашей территории, а доки находятся на Юге. Я могу запустить такой же алгоритм, как и для лиц, но в этот раз для машины. — Но у нас нет номера. — Связь со многими камерами я уже наладил, поэтому нам нужна машина, которая ехала от этого района, до доков с восьми до двух часов ночи, а таких наверняка будет мало, тем более что пробок в такое время нет. Тут много тонкостей и мне понадобится хотя бы полчаса на настройку. — Хорошо, делай. Сколько времени займёт? — От часа, до нескольких часов. Тем не менее, раз у нас есть точка отсчёта и место прибытия, мы можем отсечь всю территорию севернее места похищения, а также совсем крайние точки на западе и востоке. — А если… — начал СССР, но его перебили. — А если это не поможет, то советую помолиться за сохранность этой красноглазой задницы. — Я атеист, — рефлекторно выдал мужчина. — Поздравляю, — процедил хакер. — Что-то не так? —… — Сербия вздохнул и повернулся к начальнику, — Во-первых, тебе стоит выпить чаю, потому что я ни разу не видел тебя на взводе и чтобы ты при этом не был в ярости, а во-вторых, у тебя сейчас нет дел важнее, чем стоять у меня над душой? Я делаю только то, на что способен и преподнести мгновенного результата не смогу. — Не борзей… и я не на взводе, — цыкнул СССР. — Вот как, — решив не тормошить бомбу без таймера, серб вернулся к работе, игнорируя прямой взгляд мужчины. В конце концов СССР и вправду покинул помещение, и айтишник наконец смог вздохнуть спокойно.

***

— Я вовсе не на взводе… — повторил себе мужчина, посмотрев на собственное отражение в окне. Его брови были немного сведены к переносице, а губы часто облизывались и покусывались, будто сами по себе. Он не хотел этого признавать, но у него не получалось усидеть на месте, постоянно сцепляя пальцы, дёргая ногой или ведя плечом. — Да чтоб тебя! — прокричал СССР и ударил кулаком по стеклу, страшно скалясь. Он ведь и вправду на взводе! Ему не нравилось это состояние, а всему виной какой-то мусор! Но он ничего не может сделать! Вообще! От остальных исполнителей нет никакого толка в сборе оперативной информации, они больше по силовой части, как и он сам. — Чёрт… Единственное, что оставалось делать, это надеяться, что Рейх и вправду может постоять за себя, а не просто строит из себя самого умного. — Когда найду… запру его где-нибудь…

***

От несвязных мыслей у мужчины разболелась голова. Время уже перевалило за час ночи и поддерживать боевой настрой было сложно, ведь атмосфера была такая, будто бы ничего не произошло и все просто разъехались по домам. СССР лежал на диване в своём кабинете, размышляя о всём и ни о чём. Тишину разрушил стук в дверь, а затем и появление на пороге Китая и Вьетнама. — Мы полностью готовы. Остались мелочи, — отчитался Китай. — Сколько поголовно? — Сто девяносто человек. Неотёсанный молодняк не брали, только проверенных. Из них двадцать шесть снайперов и одиннадцать сапёров. Остальные «пушечное мясо». Под «пушечным мясом» Китай имел ввиду не то, что их бросят на произвол судьбы, а то, что они работают вблизи и на передовой. — Вряд-ли тебя интересует количество огнестрела, поэтому скажу, что мы подготовили двадцать один легковой автомобиль и четыре грузовика. — Ладно. — Есть новости? Ты связывался с остальными звеньями? — Информация появилась неожиданно. Ориентировочно Рейх находится где-то в доках. — Юг? А… — Южные в курсе. Из всех остальных знает только Мексика. Обследовав свою территорию, он по «чистой случайности» обнаружил подозрительную активность. — Звучит не надёжно, хотя отношения у нас с ними лучше, чем с западом, —подметил водитель. — Есть такое, поэтому Сербия уже всё проверяет. — Уже есть что-нибудь точное? Всё-таки территория доков и причала исчисляется в квадратных километрах, — резонно спросил КНР — Пока нет. Нет доказательств, но это определённо ИРП, ведь больше не кому. Если всё сложится наиболее удачным образом, то у нас есть все переменные. Мы знаем, кто, где, когда и осталось только повысить точность, — ответил СССР. — С момента похищения прошло около четырёх-пяти часов, а с момента, как мы об этом узнали — три часа. Если мы получим письмо с угрозой, значит они полностью готовы, и мы потеряем изрядную часть преимущества. Пакистан никогда не начинал действовать, пока не подготовится полностью, — Вьетнам скрестил руки на груди и посмотрел время на телефоне. 01:56 — Но даже так он всё равно остался ни с чем и сбежал, поэтому излишне беспокоиться не стоит, — хмыкнул Китай.

***

«Сколько я уже еду?» — Рейху было сложно оставаться в сознании. Темнота плохо на него влияла и в совокупности с поздним временем и спёртым воздухом, его начало клонить в сон. А заснуть сейчас и пропустить что-то важное было смерти подобно. «Всё-таки выносливость никогда не была моей сильной стороной, ну… благодаря Союзу я её сильно поднатаскал…» — о СССР сейчас думать совсем не хотелось, ведь крупицы надежды на то, что его спасут мешали воспринимать ситуацию критической и выкладываться на полную. «Хотя в последнее время у нас всё было хорошо, и отношения были тёплыми, на сколько это было возможно при… нашем положении…» — Рейху было приятно вспомнить о десятках прошедших ночей за это время. Ещё приятнее было вспоминать разницу между их первым животным секс-марафоном и последней горячей и страстной ночью. «Чёрт…» — Рейх поджал губы, понимая, что хочет опять оказаться в этих горячих лапах, а не сидеть на жёстком и холодном металле в полном одиночестве, — «Когда я успел так раскиснуть? Ладно…», — Рейх глубоко вдохнул и снова прислушался. За это время ничего особенного не происходило. Он чувствовал, как машина то двигалась, то останавливалась, иногда стояв довольно долго. Он не слышал никаких голосов и предположить ничего не мог. Он до сих пор не был уверен в том, какую модель поведения ему выбрать при встрече с похитителями, тем более он не знал, с кем вообще имеет дело. Не то, чтобы у него было много вариантов, но ему точно нельзя делать вид, что он что-то знает о делах мафии, ведь тогда его могут начать пытать, а он к такому не готов. Он убийца, а не боец. Самым оптимальным было разыграть ничего не знающего любовника, но ему быть плаксивым или дерзким? Всё-таки он и вправду ничего не знает о СССР в криминальном бизнесе, поэтому даже врать не придётся. «Лучше всего говорить как можно больше правды, ведь я ничего не знаю, а дерзкое поведение мне ближе по характеру, значит меньше сил уйдёт на притворство. Стоит разыграть идиота, который ничего не знает и свято верит, что его любимый придёт его спасать невзирая ни на что… Мы снова остановились?» Рейх услышал какие-то копошения снаружи…

***

Время близилось к четырём часам утра. Исполнительный комитет уже подготовил и продумал всё что мог на этот момент, но точного местоположения Рейха до сих пор не было, а значит они не могли разработать тактику нападения. Письма с требованиями не приходило, от юга тоже не было вестей, поэтому СССР хотел выпить чего-нибудь покрепче, потому что ему уже начало казаться, что всё это просто бредовый сон или его воображение. — Чем люди занимаются, когда им скучно?.. СССР интернет открывал только по вопросам работы, и хобби у него не было. Он не посмотрел за жизнь ни одного сериала… Союз не привык о чём-то сильно переживать, поэтому не мог держать Рейха в голове постоянно, но иногда мысли возвращались к проведённому вместе времени… — Ты такой зануда. Если не секрет, то что тебе вообще нравится? — Рейх, накрытый одеялом по пояс, лежал на животе, подперев голову рукой. Он в который раз выпросил у СССР, чтобы им принесли в номер вино, поэтому во второй руке у парня красовался бокал белого сухого. Оглядев любовника придирчивым взглядом, Союз ответил: — Секс и алкоголь. Мужчина запахнул белый махровый халат и сел в кресло, доставая сигареты. И да, он собирался закурить прямо в номере. — Звучит, как слишком распространённый ответ, за который мы попадём в ад, — протянул парень, делая глоток. — Не ебёт. — Может что-нибудь ещё? Иначе получается как-то не хорошо, если тебе будут нравиться только естественные желания организма и вредные привычки, — Рейх перевернулся на бок, лицом к мужчине, всё так же подпирая голову. Его бледное и подтянутое тело смотрелось эстетично, но самое интересное было скрыто тканью. — Так и живу. Почему каждый раз ты пытаешься выяснить что-то о моих вкусах? Это уже начинает раздражать, — СССР цыкнул, делая затяжку и резко выдыхая. — Потому что мне интересно. Ты из тех, у кого есть почти всё, но при этом выглядишь и ведёшь себя так, будто ещё немного и выпилишься, — красные глаза с кошачьим интересом следили за северным главой. — Интересное замечание… — Союз подпёр голову рукой, ухмыльнулся и скосил глаза на потолок, — Думаешь это странно? — Не то слово. Видал я богатых и влиятельных людей, и большинство из них наслаждались своими, честно или не очень добытыми деньгами. Ты же… — Рейх подбирал слова, —… будто работаешь на автомате. Не для того, чтобы удовлетворить какое-то желание, а просто зарабатываешь деньги просто потому… «…что больше ничего не можешь» — это повисло в воздухе и лицо СССР стало непередаваемо безразличным. — Ох… — осенило Рейха, и он начал подниматься с кровати, — Кажется я полез не туда… Союз ничего не ответил, молча следя за его движениями. Элегантно подойдя ближе, абсолютно голый Рейх сел к нему на колени и положил одну руку на плечо. — Позволишь извиниться?~ — Рейх заглянул в серые глаза и опрокинул в себя остатки вина, поставив бокал на столик, после чего страстно прильнул к чужим губам, делясь алкоголем. Он закинул обе руки ему за шею и сцепил их. СССР почувствовал, как губы покалывает от вина и ответил на жаркий поцелуй, держа в одной руке сигарету, вторую он положил парню на талию, чувствуя тёплую кожу под ладонью. — Ммм~ — Рейх жарко выдохнул ему на ухо, вызывая тянущее чувство в паху и груди, — Я очень хорошо извинюсь, дорогой~ Парень провёл носом вдоль шеи и снова жарко выдохнул, а мужчина почувствовал, как чужая рука развязывает узел халата и пробирается к цели. Союз бесшумно выдохнул, когда Рейх стал неспеша поглаживать ещё лежачий член, аккуратно сжал его, а потом начал медленно водить по всей длине. И получалось у него очень даже хорошо. Притянув парня к себе и сделав затяжку, СССР выдохнул дым на чужую шею и провёл по ней языком, после чего начал по собственнически прикусывать нежную кожу. — Ох, сладкий, я ведь ещё не закончил, — нехотя уходя из-под приятных прикосновений, Рейх аккуратно встал и сел на пол, убирая в стороны мешающий халат. Проведя языком по уже окрепшему органу, парень… —СОЮЗ! Для ударившегося в воспоминания и едва ли не заснувшего мужчины, оклик был подобен пушечному выстрелу, и он подскочил с дивана, инстинктивно потянувшись к пистолету. В кабинет зашёл КНДР, который дёрнулся от вида начальника в боевой стойке, но сразу сообщил, что Сербия наконец-то кое-что нашёл, но им сейчас нужно связаться с Южными, чтобы те дали доступ к камерам или типа того. Быстро преодолев расстояние, мужчина оказался в нужном месте. Там же сейчас собрался весь комитет. — Что у тебя там? — войдя, спросил мужчина, обращаясь к Сербии. Тот, как и несколько часов назад, сидел в своём кресле и что-то тыкал на клавиатуре. — Появились кандидаты на транспорт. — Сколько? — Семнадцать. — Не слишком ли много? — А ты знаешь, сколько всего машин в многомиллионном городе? — вопросом на вопрос ответил Серб и развернулся к начальнику. — Выкладывай давай. Это хотя бы что-то, — цыкнул русский. — Семь легковых машин, девять грузовиков и один минивэн двигались от нашей территории до доков девяносто пять процентов маршрута. Я не могу просто взять и залезть в камеры юга, так как они сами их устанавливали и поставили хорошую защиту. Если я начну пытаться её взломать, то будут проблемы. — Хорошо, я свяжусь с Мексикой, а вы пока пробейте все возможные данные по перечисленным машинам. — Есть, — вздохнул серб и принялся за работу.

***

— Слушаю, — вновь раздался спокойный голос по ту сторону. — Нам нужен доступ к камерам. — Можно и повежливее, я вообще-то спал. — Не нуди. Отправлю тебе что-нибудь в знак извинения, — равнодушно ответил Союз, которому сейчас было по барабану на состояние коллеги. — Тц. В любом случае это будет проблематично, для нас это слишком большие риски. —… — Но выслать конкретные данные мы можем. Что вам надо? — вздохнул Мексика, чувствуя, что партнёр по бизнесу высосет из него душу подобным молчанием. — Мы отследили около двух десятков машин, но не хватает конкретики. — Хм… Вышлите тогда нам фотографии и номера авто, а мы позже отправим вам сведения об их местоположении, а также ещё кое-что. — Кое-что? — Как я и говорил, мы заметили подозрительную активность и нашли примерный источник. Это около пяти-шести ангаров ближе к юго-востоку. Подробнее отправлю по почте, вместе с данными. — Ок. Если пройдёт гладко, то постараюсь отправить тебе что-нибудь лучше бутылки хорошего алкоголя. — А если не пройдёт? — чисто из интереса спросил мексиканец. СССР сбросил трубку. — Да уж, у него и вправду манер нет, — выдохнул брюнет и положил телефон на стол, — Ну, ты сама всё слышала, Яка. — Да-да, — Ямайка потянулась и подошла к брату. Сводному, — понимаю, что тебе дела нет, но он мог бы и спасибо сказать. — Сказал, что скажет после того, как информация подтвердится. И в принципе это понятно. — Тем не менее, он меня бесит. — Просто не думай об этом, он всегда такой. Хотя нет, сейчас он даже приветливей обычного… если, конечно, о Северном можно так сказать. — Неужели он настолько невыносим? — недоверчиво фыркнула девушка. — Невыносим, это не совсем то слово. Он скорее… хм, не могу найти слово подходящее, но в целом да, он невыносим, потому что абсолютный параноик и трудоголик. — Ты его хорошо знаешь? — Не больше, чем остальные трое управленцев. Но совещаний хватает. Из всех пятерых он единственный, кто действительно работает руками, — Мексика тяжело выдохнул, поведя плечом, — Сам ведёт бой, сам стреляет, и, как я знаю, сам пытает. Как-то сказал, что так просто надёжнее, но всем понятно, откуда корни растут — он никому не доверяющий параноик. — Звучит убого, — пожала плечами брюнетка. — Только звучит, — Мексика снова выдохнул и серьёзно посмотрел на сестру, — врагами становиться с ним точно не стоит, поэтому садись быстрее за технику.