История о том, как из тайной, интересной и криминальной жизни сделать такую же, но не совсем тайную

Рейх не знал, сколько они стояли, но это было довольно долго. За это время он смог услышать какой-то металлический грохот и человеческие голоса. Парень вздрогнул, когда двери заскрипели и с трудом сдержался от того, чтобы вылупиться на стоящих перед ним людей. Как оказалось, грузовик был средних размеров, и он сидел в самом конце, а до входа было метров пять. Наёмник зажмурился от света фонариком, потому что последние несколько часов провёл в абсолютной темноте, где не видел даже своего носа. — Кхх… — прошипел он, прикрывая глаза. — Куда его? — обратился один из мужчин к другому. На обоих были бронежилеты и автоматы за спиной. Когда один зашёл в фуру, второй снял с плеча автомат и с усмешкой посмотрел на жертву похищения. — Эй! — Рейх дёрнулся от приближающегося человека, забившись в угол, но того это мало волновало. — Вставай, — он грубо дёрнул его вверх за рубашку, а Рейх не смог устоять по двум причинам: его ноги были связаны, а во вторых, они сильно затекли. — Не трогай меня! Эй! — Заткнись, — рыкнул мужчина и тряхнул его, от чего пленный не сильно, но приложился затылком об стенку, — Твою мать, — выругался он, когда наконец заметил связанные ноги. «Я отстрелю тебе яйца, ублюдок» — злобно подумал Рейх, но в слух только заскулил. Не собираясь церемониться, похититель закинул парня на плечо ногами вперёд. Наёмник стиснул зубы, а когда его вынесли из фургона, он наконец понял, где они находятся. Доки. Вид на море перекрывал второй мужчина с автоматом, который шёл позади первого. — Тц… — тихо цыкнул Рейх, опустив голову. В данный момент он и вправду был беспомощен, но мог осторожно оглядеться. Вокруг было темно, а увидеть он смог только пять человек, не считая тех, что «сопровождали» его в неизвестном направлении. Наёмник не знал, кто это, поэтому мысленно окрестил их ублюдками, гандонами и террористами. Он видел кучу металлических конструкций и ангаров, а также довольно много ящиков, разбросанных по округе, как и огромных металлических прямоугольников, так и обычных деревянных. Парень заметил, что они направляются к огромному ангару и людей стало немного больше. — Заноси, — сказал кто-то третий, чье лицо Рейх не видел из-за неудобного положения. «В браслете у меня есть пара отмычек и маленькое лезвие, а в ботинках есть нож, но у них всех автоматы… будь ты проклят, Союз, только из-за тебя я здесь…» — стиснул зубы студент. Хотя он сам виноват, ведь знал, кем является его «ненаглядный» любовник. Даже если он соизволил ему помочь, то может быть слишком поздно.

***

— Апчхи, — СССР почесал нос. — Кто-то явно покрывает тебя крепким словцом, — усмехнулся Куба, потому что босс чихал уже третий раз в течении часа. — Интересно, кто бы это мог быть? — саркастично хмыкнул Сербия и сделал глоток кофе. Союз в приметы не верил, но был уверен, что если Рейх и в сознании, то у него уже закончились самые крепкие ругательства. Северный босс также заварил себе крепкий кофе, чтобы быть в тонусе. С минуты на минуту должны были прийти данные от юга, а также от их собственной разведки. Они отправили десять человек по разным маршрутам к примерному месту, на которое указал Мексика. Все имели при себе небольших дронов, которые были почти чёрные, бесшумные, без огоньков, а по размеру не превышали пятнадцать сантиметров. Если их и можно было обнаружить в полёте, то с трудом, а если их задачей было незаметно перелетать с крыши на крышу, то заметить было уже нереально, особенно ночью.

***

05:38 Атмосфера оживилась и скоро должна была начать кипеть. Весь исполнительный комитет находился в полной готовности и ждал приказа. Полу-дружеские отношения пора отложить в сторону. Все вновь собрались в кабинете программиста, в этот раз был включён свет, и никто не разговаривал, полностью занимаясь своей частью обязанностей. Когда вошёл СССР, все выпрямились, кроме серба, который был полностью погружён в цифровую среду. Русский сам приказал ему ни на что не отвлекаться. — И так? — обратился ко всем мужчина, облокотившись на стену спиной. Он уже знал, что они получили достаточного информации, чтобы начать действовать. — Пришли данные от Южных, они отправили нам пару десятков снимков с камер, где хорошо видна местность и несколько людей с автоматами и бронежилетами. А также прислали несколько аудио записей, — сообщил Сербия, не отрываясь от компьютера, что-то быстро набирая, — Из всех семнадцати машин только одна доехала до Юго-Восточной области. Это сильно упростило задачу. «Наконец-то!» — ликовал СССР и незаметно облизнул верхнюю губу, резко вдохнув. — От разведки поступили данные, я просмотрел, и количество ангаров удалось сузить до трёх. По округе ходит человек десять, но их наверняка больше. Вооружение и экипировка противников такая же, что и в прошлые разы. В основном автоматы М-16 и АК-47, — кратко изложил КНДР. СССР сделал глубокий вдох и выдох, собираясь с мыслями. После недолгого молчания, он выпрямился и начал чётко отдавать приказы. — Пусть Сербия просмотрит всю доступную информацию ещё раз, Китай и Вьетнам, приведите силы в получасовую готовность, — голос был жестким и уверенным, — Разработать точный план времени нет, поэтому отдайте распоряжение и возвращайтесь в офис, себя подготовьте тоже. Раз есть три ангара, то распределим силы по площади, а после перенаправим. — Так точно! — одновременно отозвались мужчины. — КНДР, ты возьми карты и проработай маршруты. Найди оптимальные точки расположения стрелков. Это доки, поэтому вариантов не много. Куба будет с тобой, пусть начинает прорабатывать тактику. — Приступлю прямо сейчас. — Китай, отдай распоряжение разведчикам также занять оптимальные позиции и отправь дополнительно тридцать человек туда прямо сейчас. К тому моменту, как они доберутся туда, у нас уже будет план. Всем действовать максимально скрытно. За полгода Пакистан не мог накопить достаточно сил, а у нас недостаток информации, поэтому будем брать числом и неожиданностью. Пусть Вьетнам наладит связь для лучшего кооперирования. — Да. Отправлю самых проверенных. Половина сил уже приведена в боевую готовность. — Если кто-то провалится, пусть не ждут быстрой смерти! Не забывайте, что цель — спасти заложника, а не перестрелка! Выполнять! — рявкнул мужчина. — Есть! — отозвались всё, включая Сербию. Северный район не был самым многочисленным в плане подчинённых, но он к этому и не стремился. С самого создания для начальства важен был порядок, а в какой-то момент истории сюда пришло много военных людей, которым больше не было куда податься, в том числе порядок управления привлекал подобных людей. Всё это вылилось в условия, близкие к армейским. В том числе постоянные тренировки не всей группировки, но большей её части. Да, по количеству шестёрок Север уступал Западу и Югу, но когда дело касалось силовых действий, равных им не было. У Запада и Центра были деньги, Юг владеет технологиями, Восток информаторами, а Север силовой массой.

***

— Так, так, так, что тут у нас? — усмехнулся смуглый мужчина, глядя на связанного Рейха, сидящего на бетонном полу прямо посреди огромного ангара. Закруглённый потолок находился в двадцати метрах над головой, а по периметру склад был нагружен всякими ящиками и грузовыми контейнерами. Примерно на десятом метре высоты вдоль трёх из четырёх стен тянулся широкий навес, на манер второго этажа, который предназначался для более удобного обслуживания освещения и погрузочного оборудования. Рейх был зол и оскорблён тем, что его просто бросили посреди здания на холодный пол. С одной стороны, если бы его отвели в какую-нибудь комнату и заперли, то шансов сбежать было бы не много, с другой стороны, он понимал, почему его бросили на самом видном месте: в ближайших восьми метрах нет никакого укрытия и каждый его шорох просматривается десятком вооружённых автоматами террористов. «Скорее всего, так шансов сбежать ещё меньше… сейчас должно быть уже около пяти утра…» — думал Рейх и поднял опасливый взгляд на подошедшего мужчину. Автомата у него не было, но студент видел на поясе армейский нож и кобуру с пистолетом, помимо этого на нём были армейские берцы и бронежилет. — Что за взгляд? — со смешком фыркнул брюнет, — это тебе не курорт, знаешь ли. — Я заметил, — Рейх опустил взгляд в пол и замолчал. Он ещё не прощупал атмосферу и говорить стоит как можно меньше. — Хм, так-то лучше. Кто-то из шестёрок принёс главарю, как понял Рейх, стул и тот самодовольно уселся на него в метре от парня и скрестил руки на груди. Террорист ничего не спрашивал, а студент молчал. — Может расскажешь что-нибудь интересное? Нам сказано не спускать с тебя глаз до того момента, как не поступит следующего приказа. Сидеть тут, знаешь ли, скучно. — Что? — Рейх всё-таки поднял взгляд, чтобы разглядеть нежеланного собеседника. Так он, может быть, узнает хоть что-то. — Ничего. Можешь догадаться, что раз ты здесь, то явно занимаешься чем-то интересным. Вот и расскажи, — за ним внимательно наблюдали. — Например? — Ты правда не догадываешься или прикидываешься? — раздражённо нахмурился мужчина. — Из-за Союза?.. — неуверенно сжался парень. — Во, а ты умнее, чем кажешься. Ну так что? «Умнее тебя ублюдок придорожный, тьфу…» — А что мне… рассказать? — Рейх упрямо рассматривал перед собой пол. — Ну, чем вы занимались, например, что он говорил, кого упоминал. Может, ты слышал, что его раздражает в последнее время или что он нашёл что-то интересное? — Ну, занимались сексом, особых предпочтений у него нет, но он очень хорош в… — Рейх с трудом сдержал смех. — Ты знаешь, что меня не это интересует в первую очередь, — террорист скривился от омерзения. — Э-э… но он ничего не говорил, — пленный начал растерянно заикаться, ёрзая на холодном полу, — Я знаю, кто он такой, но меня звал, когда хотел отдохнуть от работы. Союз ненавидел говорить о работе, в начале, я старался интересоваться его делами, чтобы поднять настроение, но получалось, наоборот, и я понял, что это гиблое дело, — в этом месте он говорил чистую правду. Тогда он не понимал, что любовник просто родился с таким лицом. — Ну хоть что-то? — раздражённо протянул брюнет, хотя изначально вёл себя так, будто ничего не ждал. — Ну… мы вместе уже где-то полгода и в последнее время он стал гораздо приятнее. Видимо у него на работе всё было хорошо? Я не знаю, честно, — призадумался Рейх. Это тоже было правдой. «Боже, я реально сказал «мы вместе», хах, Союз бы меня за это убил…» — Он упоминал кого-нибудь? — Ну, я знаю Вьетнама, потому что он его водитель, слышал, как он разговаривал по телефону и называл имена Китай и Куба… А так вроде нет… — Ты, что, его покрываешь? — подозрительно прищурился араб. — Я… я его… он мне нравится, но я правда ничего не знаю. Мы встречались один-два раза в неделю на одну ночь, утром он уходил, а я оставался ещё немного… — его честности можно было позавидовать, — он никогда не писал мне просто так, только для того, чтобы назначить встречу… — То есть ему плевать на тебя? — холодно заключил мужчина, думая о чём-то своём. «Чёрт, нельзя, чтобы они посчитали меня бесполезным!» — Он придёт! — Рейх повысил голос, после чего сразу вздрогнул и стыдливо опустил глаза, сжимаясь на полу в комок. — Ха-ха, — рассмеялся преступник, — Боже, как наивно, хотя нам даже лучше. Было бы неплохо, если бы он пришёл за своей подстилкой, а мы тут его грохнули. Он ведь известен тем, что вечно лезет в самую гущу, — брюнет провёл большим пальцем поперёк шеи. «Правда? Я этого не знал… хотя он и не выглядит так, будто только бумаги подписывает. Его мускулы это подтверждают…» — Правда? — с надеждой тихо сказал парень. — Да. Обещаю, что постараюсь застрелить его прямо у тебя на глазах. Видимо, решив, что парень и вправду бесполезен в плане информации, мужчина удалился, подозвав к себе кого-то. «Что же делать?» — Рейх думал не только о том, как спасти себя, но и о том, что не хочет, чтобы СССР погиб здесь, — «Хотя для него никакой опасности нет, если он не придёт…» — Рейху надоело врать самому себе, потому что он и вправду надеялся, и почти верил в то, что СССР как минимум попытается его найти и спасти. Парень где-то глубоко внутри был уверен, что между ними что-то есть, они явно ближе друг другу, чем если бы это был просто секс, они иногда разговаривали на довольно щепетильные темы, иногда просыпались в обнимку… И хотя СССР не сказал ему ни одного ласкового слова, он всё-таки многое прощал ему и исполнял большинство прихотей, а в сексе в последнее время стал весьма учтивым, настолько, что изредка вгонял парня в краску, — «Мы не виделись уже пару дней, а значит сегодня-завтра он должен мне написать. Ответить я не смогу и надеюсь, ему хватит мозгов что-то заподозрить… а он вообще знает, что в городе засели эти стервятники?.. В любом случае, он может просто не найти меня, даже если захочет, а значит шансов у меня всё равно мало…»

***

— Как обстановка? — спросил русский, застёгивая рубашку поверх бронежилета. Красные волосы были зачёсаны назад, чтобы, не дай Бог, не мешать обзору. На поясе имелась пара пистолетов и армейский нож, а в ухе был установлен микрофон. Подобным образом выглядели также Вьетнам и Куба, остальным же нужно было работать удалённо. Из офиса Сербии исполнительный комитет переместился в главный офис, где сейчас и обсуждались последние детали. — Пока всё стабильно. Одному из дронов удалось частично заглянуть через решетку вентиляции. По каким-то причинам Рейх сидел прямо по центру здания, но теперь мы точно знаем, что нужный нам док — третий, — доложил Вьетнам. — Это точно не ловушка? Не слишком ли легко? — нахмурился Китай. — Это явно ловушка, но также стопроцентно мы прибудем раньше, чем они рассчитывали. Но поэтому ты и остаёшься здесь, чтобы подменить меня в случае чего, — спокойно и серьёзно сказал СССР, поправляя наушник. — Так точно, — КНР опустил голову. Ведь подменить главу мужчина мог только в случае смерти. — В любом случае, атакуем всю ближайшую территорию, но основные силы сосредоточьте на окружении третьего ангара. Нет смысла всем заходить внутрь, это лишь соберёт нас в кучу в замкнутом пространстве. Пусть входят не более сорока человек, остальных распределить. — Есть, — коротко кивнул Куба. — Что насчёт важной информации? — СССР перевёл взгляд на хакера. — Судя по данным с квадрокоптеров, по округе раскиданы минимум тридцать человек. Смею предположить, что в самих ангарах ещё больше, скорее всего около ста десяти человек в общем, — славянин поправил очки указательным пальцем. — У нас есть информация о том, что хранится в ангарах? Нам нужно это знать, ведь если там не будет ничего взрыво- или огнеопасного, то мы можем забросить внутрь гранаты или попробовать прострелить насквозь все ангары помимо третьего, — Спросил куба у программиста. — Сейчас нет, только если Юг нам её предоставит, — ответил Сербия. — Займись этим, — приказал Союз. — Так точно, — ответил Сербия, высматривая что-то в ноутбуке, который взял с собой, — Помимо всего остального, нельзя допустить, чтобы Рейха взяли в заложники при штурме. У него тогда не будет и шанса. — Боже… — КНДР провёл рукой по лицу, — Знать бы ещё, что он может сделать, а что нет. Мы бы могли применить световые или дымовые гранаты, но Рейх должен успеть скоординироваться. Вряд-ли он на это способен. — Способен, — спокойно ответил русский. — Почему ты так уверен? — спросил Вьетнам. — Потому что в ином случае я буду разочарован. К тому же, в его движениях прослеживается наличие определённых навыков. — Думаешь, он сможет? — неуверенно спросил КНДР. — Мне кажется, он даже не думает, что мы придём, — вставил своё слово серб. — Сможет или нет — не важно, потому что надо меньше выёбываться и не оставлять свой номер главе северной мафии, — СССР холодно усмехнулся и хрустнул шеей. Последнее собрание было окончено и все направились к своим рабочим местам и автомобилям, параллельно раздавая приказы по рации. Они должны были прибыть на место бойни в течение получаса.

***

По ночам порт был спокойным местом, где слышался лишь тихий шум прибоя. Эта ночь не была исключением. Чёрное небо было частично затянуто серыми облаками, которые размеренно плыли по небу на юг, подгоняемые холодным северным ветром. Множество ящиков и железных ангаров освещались редкими, тусклыми фонарями. Порт был большим, простираясь на десятки километров вдоль берега и на километры вглубь. Эта ночь ничем не отличалась от любой другой ночи в году. Но лишь на первый взгляд. Время только-только перешло отметку в шесть утра. Ближе к восточной границе порта медленно нарастала буря. Уже почти в течении часа вокруг нескольких доков, в районе примерно восьми сот метров по периметру, рассредоточивались десятки тёмных фигур, а на крышах сооружений разместилась дюжина дронов, играющих роль камер видеонаблюдения. Ещё несколько десятков человек находились в пути, а остальные продолжали занимать боевые позиции и подготавливать оружие. Когда исполнительный комитет почти подъехал к месту, СССР поднёс рацию к лицу и холодно произнёс: — Начинайте. Без шума. С поступлением приказа, преступные войска начали действовать. Прошло пять минут, как в разных точках были устранены часовые самыми разными способами и со временем их число только росло. СССР и Вьетнам ехали в одной машине и высадились на окраине оцепленного участка, Куба же должен был находиться на другой стороне.

***

— Невероятно… — поражённо пробормотала Ямайка, сидя перед пятью мониторами, три из которых висели на стене над столом. На экранах были кадры со скрытых камер в порту, в Юго-Восточной части, где мелькали тени северных бойцов и террористов. — Когда они успели? — напряжённо выдохнула девушка и вздрогнула, от того, как брат положил руку ей на плечо, стоя сзади. — Поэтому я и говорил, что с ними лучше не ссориться, — Мексика внимательно наблюдал за происходящим, хотя камеры находились в таких местах, что давали довольно мало информации, но результат был и так виден. Ещё сорок минут назад камеры едва ли засекали какое-то движение, но сейчас то тут, то там постоянно мелькали какие-то тени, и это говорило о том, что территория уже кишит солдатами. — Угх… Юг в принципе не специализировался на боях и оружии, их боевая мощь основывалась на тех, кто выбивает долги из клиентов, а даже если и была пара десятков стоящих бойцов, то о бывших военных даже речи не шло. Они были бизнесменами, чего нельзя сказать о севере. — Мы должны что-то сделать? — спросила Ямайка, подняв вопросительный взгляд на брата. — Нет. Только дать Союзу информацию, если спросит. — Ясно… — Но ты лучше проверь всё, чтобы у него не было повода заподозрить нас в причастности. Я ведь говорил, что он параноик, — недовольно добавил Мексика — А зачем… — девушка не договорила, быстро поняв, зачем им стоит заранее найти алиби, — Хорошо, я постараюсь… всё же будет нормально? — Да, не переживай, — мужчина улыбнулся и потрепал брюнетку по голове, — к Пакистану мы никакого отношения не имеем.

***

Рейх сидел тихо, даже шевелился редко. Изображая подавленность, он старался слушать окружение. В плену он находился уже больше восьми часов и всё было настолько однообразно, что можно было свихнуться. Хотя он был невероятно рад тому, что на него почти забили, ибо было бы гораздо хуже, реши они поиздеваться и воспользоваться его положением… у парня выступал холодный пот на спине только от мысли об этом. «М?» — Рейх вздрогнул, когда уловил новый ритм звуков. Он услышал, как похитители оживились, а тихие голоса приобрели другие интонации. Всё наёмник услышать не мог, но смог уловить обрывки фраз из чего сделал вывод, что кто-то не выходит на связь. Студент пытался что-то придумать, но ничего в голову не приходило и следующие пять минут окружение вообще никак не менялось. Всё изменилось, когда художник уловил едва слышный звон металла откуда-то сверху, но смог себя удержать от того, чтобы резко задрать голову, так как это привлекло бы ненужное внимание. Тем более это могла быть просто птица… «Стоп, птицы разве летают ночью? Те, что живут в городе вроде нет, хотя я не…» В итоге, не удержавшись, он поднял голову, но только для того, чтобы успеть заметить, как что-то маленькое и железное летит вниз. «Что за…» В ту же секунду раздался взрыв, от которого в ушах зазвенело, поскольку он произошёл всего в десятке метров от парня. Повинуясь инстинкту, тот вскочил с пола, а в помещении параллельно звучали маты и проклятья. Через секунду прогремел ещё один, более оглушительный, Рейх успел зажмуриться, но даже так свет от гранаты оказался ослепляющим. И сразу после второго взрыва раздались выстрелы и грохот металла. Не успев о чем-либо подумать, наёмник рванул к ближайшему укрытию — металлическим ящикам, уже в процессе надеясь, что в него не выстрелят. — А-ах… — он попытался сделать глубокий вдох, запрыгнув за ящики. Сердце болезненно билось о грудную клетку. — Сука, — Рейх постарался прийти в себя и начал судорожно осматриваться в поисках хоть чего-нибудь. Весь пол был покрыт мусором и парень увидел двухсантиметровый тонкий гвоздик. Он схватил его, загнул об пол и через несколько секунд наручники были сняты, а затем и распутаны верёвки на ногах. За это время успел прозвучать ещё один взрыв гранаты. «Неужели он правда…» — не успел додумать Рейх, как услышал: — Бери шлюху! Уходим!!! — Блять… — всё происходило слишком быстро и реагировать нужно было мгновенно. Парень услышал приближающийся топот, привстал, а по спине уже бежал пот. — Где?! — услышал он совсем близко. Словно пружина, Рейх двинулся в сторону мелькнувшего в поле зрения террориста, со всей силы ударил по запястью, заставляя выронить оружие, а лбом вписался в его переносицу, оглушая и не обращая внимания на собственную боль. Ему повезло, что этот оказался с пистолетом, а не автоматом, он подхватил падающее оружие и выстрелил мужчине в грудь и шею. С такого расстояния было сложно промахнуться, особенно если ты опытный стрелок. Продумывать какие-то варианты или оценивать своё положение времени не было. С первого взрыва прошла максимум минута. Рейх не знал, сколько осталось патронов в этом пистолете, но надеялся на полный магазин. В это время помещение уже кишело людьми и Рейх чувствовал запах крови. Первым, кого он увидел, был один из террористов на платформе второго этажа. Выстрел в голову. Далее был ещё один человек, но Рейх чудом не выстрелил, потому что тот сильно отличался экипировкой. Если это друг — хорошо, если нет — его застрелит кто-нибудь другой Парень рванул к другой стороне контейнера, из-за которого открывался обзор шире. Выстрел в голову. Неожиданно в его укрытие занырнул ещё один, который явно не ожидал здесь никого, но Рейх оказался быстрее. Выстрел в голову. Теперь у него появилось время хоть немного думать, а ноги пришли в норму после многочасового обездвиживания. Сделав глубокий вдох, Рейх снял ещё одного с верхнего этажа. — Я, блять, на это не подписывался… — хрипло прошептал он. — Сдохни, северный ублюдок! — уловил парень из общего шума. — Никого не оставлять! — Рейх расширил глаза, потому что голос был ему знаком. «Вьетнам!!! Никогда не думал, что буду рад его слышать…» Понимание, что за ним пришли, вдохнуло в него уверенности своих действий. Союз его не бросил. Злобно улыбнувшись, Рейх выдохнул, полностью контролируя своё тело. Он снял ещё двоих. Стрельба с нескольких десятков метров в замкнутом помещении была для него лёгкой задачей, поскольку гораздо чаще он стрелял из винтовки, на расстоянии более чем полкилометра и происходило это на открытом воздухе, где нужно было учитывать очень много факторов, например, скорость ветра, провода на пути и насколько стекло может сменить траекторию пули. — Сука, блять, — выругался Рейх, когда понял, что магазин кончился. Выход нашёлся быстро — он забрал автомат у того, кто неудачно заглянул за его контейнер. С автоматами он дела почти не имел, но того, что у них есть прицел и теоретических знаний хватило с лихвой. Вскоре он сменил локацию и в его поле зрения попал Вьетнам, который выглядывал из-за другого контейнера на противоположной стороне. — Тц, — Рейх сделал выстрел. Вьетнам резко повернулся в его сторону, похоже, узнав. Рейх моргнул двумя глазами в знак приветствия. Теперь тот ему должен, поскольку наёмник застрелил того, кто мелькнул за грузоподъемной машиной, которая находилась прямо за водителем. В таком сумасшедшем темпе текли бесконечные минуты. Постепенно Рейх мог слышать всё больше приказов, поскольку выстрелы стали реже — всех перестреляли, но оставалось ещё много тех, кто рассредоточился по укрытиям. — Оцепить! Найти! — крикнул кто-то, кого Рейх не знал, но был уверен, что это кто-то со стороны Союза, потому что заметил, как Вьетнам тянется к микрофону в ухе. Наёмник начал медленно пробираться сквозь лабиринт из контейнеров, когда понял, что из своего положения больше никого не увидит. Такого уровня адреналина в крови и сильного сердцебиения у него, кажется, никогда не было. На фоне стресса, он кусал губы, чтобы держать дыхание в норме, а заодно и не начать истерически хихикать или материться вслух. — Второй этаж! У Рейха по телу прокатился жар, когда он услышал знакомый, вечно недовольный голос.

***

В течении пяти минут, в ангаре настала зловещая тишина, которая сильно била по нервам. Лишь изредка Рейх слышал «чисто», когда кто-то, по-видимому, проверял ангар. — Да где этот пид-… Рейх вздрогнул от знакомого голоса, совсем рядом с собой, а потом столкнулся ошалевшими взглядами с Вьетнамом. — Сука… — тихо выдохнул тот, видимо, от испуга. — О, цвет- эй! — воскликнул Рейх, когда его грубо схватили за руку и потащили в неизвестном направлении, сквозь ящики. — Заткнись, — рыкнул тот. Третий Рейх стиснул зубы до скрежета. Он был в ярости, а адреналин из крови никуда не делся, но парень стоически сдерживал желание размозжить лицо водителя в кровавое месиво. Наёмник не ел и не пил ничего уже более двенадцати часов, не считая обморока, не спал более суток, в добавок, почти всё это время он сначала провёл связанным в кузове, а затем в этом чёртовом ангаре, сидя под прицелом у двух десятков террористов и не имея возможности даже пикнуть, потому что нужно было строить из себя невинную жертву. «Терпи, терпи, они пришли тебя спасти… терпи…» — собственная мантра нисколько не успокаивала, только бесила, потому что напоминала о том, из-за кого он вообще оказался в этой ситуации. Вьетнам же продолжал грубо тащить его, причиняя боль, которая стала последней каплей в чаще ярости парня. — Мне больно, уёбок!!! — взревел Рейх, уперевшись ногами в пол и потянув его на себя, после чего вывернулся так, чтобы заставить мужчину отпустить его. Воспользовавшись эффектом неожиданности, наёмник сам схватил его одной рукой за запястье, а другой упёрся в бок, после чего со всей дури кинул через плечо. У них с Вьетнамом была не такая большая разница в весе, чтобы это было слишком сложной задачей, с СССР вряд ли бы прокатило. — КХА!!! — прохрипел водитель, болезненно скорчившись, — Ах ты… — надрывно прошептал он, потому что удар выбил из груди воздух. — Гррр… — сдержав желание пнуть его в голову, Рейх направился в том же направлении, куда его тащил Вьетнам. Не просто же так именно туда? — Какого чёрта тут про… исходит, — СССР показался в проходе между стеной и контейнером, прямо в двух метрах перед разъярённым Рейхом, — Рейх… — поражённо выдохнул он, переводя взгляд на поднимающегося с пола подчинённого, которому он и приказал отыскать любовника. — Прикинь, это моё имя, удивил, блять, — Рейх чувствовал, как его трясёт от злости, хотя только пятнадцать минут назад он был на седьмом небе от того, что за ним вообще пришли. — Что… — опешил СССР. Он даже растерялся, потому что впервые за полгода видел Рейха с подобным лицом. Пару раз он видел его злым, но тот всегда держал некую высокомерную маску или саркастичную ухмылку, но сейчас тот был в чистой ярости. Зрачки сузились, все мышцы лица напряжены, взгляд был настолько пронизывающим, что становилось некомфортно, а губы были приоткрыты так, словно тот собирался оскалиться и зарычать. — Ничего, — гаркнул тот, — Куда? — Что куда? — Куда мне идти, блять?! Что я ещё могу спросить?! — Успокойся, — нахмурился СССР. — Ты… Ты… СССР никогда не был силён в намёках, но то, в какой вид пришёл любовник, явно указывало на то, что он вообще зря открыл рот. И как он мог забыть, что нет ничего более бесящего, чем слово «успокойся»? — Успокойся? УСПОКОЙСЯ, БЛЯТЬ?! Я успокоюсь, я сейчас так успокоюсь, гандон камнелицый, ублюдок, КАКОГО ХУЯ Я ДОЛЖЕН БЫТЬ СПОКОЙНЫМ?! СССР непроизвольно зажмурился от крика и слегка откинул голову назад. — Не смей мне этого говорить! Это вообще всё из-за тебя! Меня похитили какие-то хуесосы, связали, я хер знает сколько часов трясся в фургоне! А потом пришлось ещё притворяться плаксивой шлюхой, перед тучей макак с автоматами! Мужчина заметил, что несколько его подчинённых уже сбежались на шум, в том числе Куба. — НА МЕНЯ СМОТРИ. СССР дёрнулся, потому что Рейх неожиданно оказался в полуметре от него и схватил его за грудки. Не то, чтобы это было опасно, но он был полностью растерян. Северный босс абсолютно не знал, что делать, если человек, которого ты пришёл спасти, материт тебя, причём не беспричинно. Ну не ударить же? Тем не менее, что-то жуткое в парне было. — Меня похитили. Из-за тебя. Последний раз я обедал днём. Я хочу есть. Я хочу пить! Я не спал больше суток. Я плясал под дудку каких-то гандонов. Я их даже не знаю. Из-за тебя. А этот овощ, — Рейх направил большой палец себе за спину, — Потащил меня сюда, как мешок картошки. Ничего не объяснив, схватив меня и даже не спросив, как у меня дела. Понимаешь, к чему я клоню? СССР нервно отвёл взгляд. Потому что он нихера не понял. Что он должен понять из этого монолога? Что он мудак и бла бла бла? — Я к тому, — Рейх мило улыбнулся, но с таким выражением лица, что только в фильмах ужаса сниматься, — что я сейчас настолько зол, что хочу чьей-то свежей крови на своих зубах. Ещё одна капля и я просто разорву глотку кому-нибудь из твоих подчинённых. Понимаешь? «Ну почему опять! Хватит у меня что-то спрашивать, блять!» — проблема была в том, что СССР не знает, где у Рейха планка и есть ли она вообще и насколько тот сейчас серьёзен. Ему же хватило ума сдержать обещание, что если официант опять попытается их надурить, то он разобьёт об него бутылку вина! — Да, — машинально ответил мафиози. — Что ты понял? — перестал улыбаться парень. «Ну ёб…» — У меня есть с собой вода, — голос Кубы заставил обоих посмотреть на него. —… — Рейх немигающие смотрел на незнакомца, при этом не отпуская плаща любовника. СССР же облегчённо подумал о том, что выплатит тому крупную премию. За находчивость. — Д-держи, — Куба подошёл ближе и протянул парню армейскую фляжку, которую отцепил с собственного пояса. Мужчина тоже не знал, как общаться со взбешёнными любовниками боссов, чтобы ни один, ни другой его не убил. Рейх отпустил плащ и взял фляжку. — Спасибо, — безэмоционально сказал наёмник и просто сел на пол, спиной к стене и начал жадно пить. Выпустив скопившийся пар и выпив, наконец, воды, немец чувствовал только голод, боль от синяков и усталость.