История о том, как из тайной, интересной и криминальной жизни сделать такую же, но не совсем тайную

— Получается, на следующей неделе встреча синдиката? — переспросил Рейх, сидя на столе в кабинете СССР и болтая ногами. На нём был тёплый красный свитер, ботинки с острым носком и обтягивающие черные джинсы, которые тоже были относительно толстыми и тёплыми. Уже шла первая половина ноября, потому первому снегу никто не удивился. Правда, до этого были дожди и слякоть, так что при резких заморозках можно ожидать гололед. Рейх был немного мерзлявым, из-за чего съездил к себе в квартиру пару дней назад и перебрал гардероб. На прошлой неделе он жаловался, на то, как его раздражает, что он практически живёт у Союза, а одежды мало. Хотя «мало» — это половина гардероба СССР. Так что мужчина просто предложил ему оборудовать свободную комнату под свою гардеробную. Они и вправду заказали ещё пару шкафов, но всё усложнялось фактом наличия у Рейха ТРЕХ квартир, и в свободном месте он попросту никогда не нуждался, поэтому его вещами можно забить ту комнату под потолок, так как у него вполне может оказаться несколько сотен килограмм одной лишь одежды. В связи с этим, наёмник рассматривал возможность использования квартиры, что находится прямо под ними. Но чтобы это осуществить, придётся как-то их соединить, а это очень геморно. — Да, для таких важных вопросов мы обычно встречаемся лично, а не онлайн. В конце концов Восток утверждает, что напал на след ИРП. А предложил собрание для того, чтобы сразу обсудить план действий и наши роли, — кивнул Союз, подперев щёку рукой и медленно перелистывая листы отчёта о нынешнем состоянии и вооружении своих «бойцов». — И как оно проходит? — Рейх покосился на мужчину, а сам в руках вертел пилочку для ногтей. — Ну, в этот раз мы соберёмся в одном из ресторанов, подконтрольных Японской Империи. Время выбрали на вечер субботы. Опять мне придется видеть эти раздражающие рожи… — недовольно вздохнул мужчина. На нём был тот самый серый свитер, что подобрал ему Рейх. — И-и, там будут прям все, ну, главы? — спросил Рейх, покосившись на своего любовника ещё раз. — Будь это не так, то в собрании не было бы смысла, — Союз поднял на него взгляд, — А что? Хочешь пойти? — Я… — сначала Рейх хотел сразу отказаться, потом подумал и хотел согласиться, а потом засомневался и не нашел определенного ответа, — …подумаю над этим. Я бы не хотел светиться там, но и скрываться особо не получится. — Хм. У нас с Пакистаном личные счёты, так что нужно будет уговорить их отдать нам ведущую роль в вооруженном противостоянии, чтобы ты и твой знакомый смогли действовать так, как захотите, — Союз почесал подбородок, — Так что твоё присутствие может оказаться полезным для переговоров, но в целом на иной расклад я и не соглашусь. Восток уже просрал возможность, Мексика и Центр и не захотят брать на себя сами боевые действия, да и не смогут, а Запад… он просто меня раздражает, к тому же доверия не вызывает. В общем, без тебя там хуже не станет. — Как скажешь, — фыркнул Рейх, опустив взгляд и задумавшись. Раз их отношения вышли на такой серьезный уровень, то он подумывал рассказать, откуда он вообще взялся весь такой красивый, но с другой стороны… он обещал отцу ничего не говорить, да и не стоит будить лихо пока оно тихо. Так что ему правда нужно подумать.

***

— У тебя правда настолько много вещей…? — Да, а с твоими деньгами их может стать ещё больше, так что если ты хочешь жить вместе, то вторую квартиру придется оборудовать. — А что тогда с твоей недвижимостью? — Может сдам, может забью, может сделаю опорой информационной сети, в общем, потом решу, — отмахнулся наёмник. Сидя за своим рабочим столом, Куба пересекся взглядом с КНДР и негромко произнёс: — Мне кажется, или их отношения как-то слишком резко наладились? — Сербия же разболтал, что у них теперь вроде любовь, — кореец закатил глаза, подойдя к столу коллеги, — Сомневаюсь, что это всё продлится долго. — Думаешь, они расстанутся? — выгнул бровь Куба, опершись рукой на подбородок. — Нет, я о том, что вряд ли истерики Рейха на весь этаж куда-нибудь денутся. — Я бы не назвал это истериками… — неопределенно махнул рукой латинос. Но тем не менее, из кабинета сразу донёсся громкий возглас Рейха с нотами отчаяния: — ТЫ СЕЙЧАС ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ?! ЧТО ЗНАЧИТ ТЫ ЗАМУРОВАЛ ПОЛОВИНУ КВАРТИРЫ?! — Ну-ну, — поморщился Северный, состроив кислую мину, — Если хочешь посплетничать, то можешь навестить Серба, — мужчина кивнул головой в сторону хакерской норы. — Я не сплетничаю, мне просто интересно, — фыркнул Кубинец и выпрямился в своём кресле. КНДР вернулся к своему рабочему месту и принялся разгребать бумаги и жалобы по поводу недавней аварии на производстве их фирменных стеклянных бутылок, без которых и остальное производство встанет. Слава богу, у них есть небольшие запасы на складах. Сев за стол, он потёр виски, нахмурившись и задумавшись. Правда, его мысли занимала не авария, а личные проблемы.

***

Flashback — Есть разговор, — КНДР перехватил Рейха, когда тот вышел из офиса за кофе. Вьетнам всё также продолжал носить начальнику обед, иногда, нехотя, даже в двух экземплярах, но кофе и просто напитки в течении дня Рейх носил сам, так как круглосуточно бездельничать было сложно даже для него. — Прямо сейчас? — обернулся Рейх с нечитаемым выражением лица. Он ожидал чего-то подобного, после вчерашней встречи с Южной Кореей, но не знал как на это отреагирует Северный. Сербия что-то говорил про то, что тот повернут на своём братишке. — Да, — кивнул он в сторону лифта, чтобы скрыться от чужих ушей, так что они неспешно подошли к нему, — И как так получилось, что именно ты стал первым человеком, с которым он поговорил за столько времени? — Зависит от того, что он рассказал тебе, — Рейх скрестил руки на груди и оперся на стену рядом с дверьми лифта. — Он был в восторге. — М? — Рейх очень скептично выгнул бровь, подняв на него вопросительный взгляд, — Что-то я сомневаюсь, у него ведь была истерика. — Хмпф, — КНДР недовольно сжал губы на его последние слова, но лишь вздохнул, — Не обольщайся. Он был в восторге не от тебя, а от того, что оказался способен в принципе вести диалог с кем-то чужим. Скорее всего ты и сам догадался, но после несчастного случая у него развилась крайняя степень социофобии, а так же частичная агорафобия, то есть он вообще не выходит из дома, так что ты первый человек с которым он поговорил за пять лет. — Ну… я польщён, — неуверенно ответил Рейх, — И ты просто хотел в этом убедиться? — Скажем так, я в смешанных чувствах. С одной стороны ты заставил его рыдать, а с другой это пошло ему на пользу, потому я постараюсь закрыть на это глаза. Так что я хотел сказать спасибо, потому что он согласился поехать со мной в магазин, а это большой шаг для него, хотя машину он не покидал, — Северный почесал затылок, — А ещё я хотел узнать, как это выглядело со стороны и о чем вы говорили. Юки рассказал лишь то, что он очень испугался, увидев тебя в квартире, а также ты предложил ему странное вино и беспокоился о том, что я его обижаю. — «Странное вино»? — обиженно прищурился Рейх. — Оно пузырилось, так что он удивился, ведь это было не шампанское, — безразлично пожал плечами азиат. — Гмх, — Рейх кашлянул и вздохнул, — Ладно, но меня лишь интересовало кто он такой, поэтому я просто минут десять расспрашивал его об этом и о тебе, а потом он прибрался дома. Не пойми меня неправильно, глядя на него я подумал, что он жертва домашнего насилия, но мне многого стоило не засмеяться, когда он называл тебя «братиком», он тебя защищал и звучал как влюбленный школьник. — Кхм, — мужчина прикрыл рот кулаком и слегка подрумянился, так что стало ясно о том, что он имеет ввиду конец фразы, — А ты раздражающе проницателен. — Вау, — выразительно ответил на это наёмник, даже слегка растерявшись, — Какой ты оказывается грязный извращенец, — он в насмешке прикрыл рот рукой, весело прищурившись, — Это он в постели стал тебя братиком называть? ~ — Ты… — северный яростно сжал челюсти, выглядя смущенным и очень недовольным, — Даже не думай сделать это объектом шуток, — он резко наклонился и ткнул его пальцем в грудь на что уже предупреждающе прищурился Рейх, — Спасибо, все дела, но просто иди и принеси Союзу что-нибудь воздушное, с блёстками и котятами, или что ты ему обычно приносишь, — он фыркнул и убрал руку, пока Рейх не сделал это сам. — В вашем кафетерии нет ничего на кошачью тему, — Рейх посмотрел на него с лёгким пренебрежением и показательно отряхнул свитер в том месте, куда тот ткнул пальцем. Он нажал на кнопку вызова лифта и отлип от стены, вставая прямо, — Надеюсь это всё, что ты хотел сказать? — Хочу добавить лишь то, что Юки знал, что в постели ты снизу, так что полагаю это одна из причин, почему он смог с тобой поговорить, потому что после встречи с Союзом у него была двухдневная паника, — КНДР скрестил руки. — Боже, да ты его вообще видел? И у обычного человека сердце в желудок бы опустилось, — закатил глаза Рейх. — Ты же вроде бы признался ему, — усмехнулся кореец. — Я сам в ахуе, так что это другое, — махнул рукой наёмник и зашёл в открывшийся лифт уже нажимая на кнопку первого этажа. — Да что ты. Ты ведь просто больной, — его ухмылка стал более едкой. — Как скажешь, братишка, — добавил Рейх, когда двери оставались открытыми лишь на пару сантиметров, так что даже не успел услышать ответ, но успел показать средний палец. — Вот же скотина, — недовольно поджал губы КНДР и резко развернулся в сторону офиса. ENDFlashback

***

— Почему ты раньше об этом не говорил? — Рейх готов был стонать от бессилия, но он просто сидел на одном из диванов, схватившись за голову обеими руками и уперев локти в колени. — Ну, во-первых, ты не спрашивал, а во-вторых, ты бы начал нудеть, — тихо фыркнул Союз, скрестив руки на груди в своём кресле. — Да ты просто ахуел уже! — Рейх резво вскочил на ноги, чтобы хоть как-то успокоиться. — Сам‐то! — возмутился русский. — Ну это же надо было додуматься! — наёмник стал ходить вокруг диванов, эмоционально жестикулируя, — Я ведь только начал считать тебя нормальным! Какого хрена? И почему мне раньше не пришло в голову, что в пентхаусе обычно больше трёх комнат?! Твою мать, Союз, ты же больной на голову, кто вообще замуровывает двери в собственной квартире?! А началось всё с предложения Рейха как-нибудь прорубить лестницу в нижнюю квартиру. На это СССР нехотя и с бурчанием признался, что лестница, вроде как, уже есть, только она во второй гостиной, вход в которую замурован как раз за тем огромным шкафом, на котором Рейх расставил всякую хрень. И если бы наёмник как-то решил спуститься на этаж ниже, то увидел бы, что там нет дверей в другие квартиры. — Это было давно, — закатил глаза мужчина. — Послушай, я бы ещё понял, если бы ты в этой гостиной хранил мумифицированные тела своих врагов, и решил их спрятать там, где их бы никто не искал, — Рейх ткнул обеими руками себе в грудь, развернувшись лицом к мужчине, — Но тебе просто было слишком просторно?! От наличия второго этажа твоя квартира не стала бы опаснее! — Ты закончил? Если я скажу, что мне жаль, то ты успокоишься? — недовольно нахмурился Союз. — Я не знаю! Потому что теперь некомфортно мне! — он опустился на диван вновь, откинувшись на спинку, — Я столько времени жил в квартире, которая оказывается в два раза больше. Я в ахуе. —… — Союз вздохнул и прикрыл глаза. Да уж. Он даже не понимал, чувствует вину или нет. На шоке от взаимного признания они прожили пару дней без ссор, но тут всплыло это. Мужчина ограничил своё жилое пространство ещё до окончательного переезда из семейного особняка, так что это было очень давно, и он реально забыл об этом. «Рейх закатит такую же истерику, если узнает, что у моей семьи есть двухсотлетнее поместье?» — подумал мужчина, пока Рейх молча принимал своё положение. — Ладно. Допустим, — Рейх вздохнул, — Не уверен, что смогу теперь нормально спать, но ладно. Сказав, что люблю тебя, я уже знал, что ты двинутый параноик. — Я не… — начал СССР, но скорее по привычке, поэтому закончил просто вздохом.

***

Рейх уже как пару часов ушел проветриться с его картой в кармане, когда у СССР зазвонил телефон. А это было для него довольно неожиданно, ведь его номер известен далеко не каждому: Рейх, исполнительный комитет, главы синдиката и ещё пара других контактов. А посмотрев на экран, он выгнул бровь с немым вопросом, ведь контакт всё-таки был подписан. — И чем обязан? — приветствие он счёл излишним. — Привет, СССР, как жизнь? Как бизнес? — с того конца раздался по обыкновению излишне позитивный голос Империи, — Я вот тут решил, что мы очень давно не общались, поэтому хотел сегодня заехать к тебе. — Ближе к сути, — нахмурился Союз. С чего вдруг тот решил приехать лично? — А ты, как всегда. Ладно, в общем, я бы хотел переговорить с тобой ближе к четырём часам. Хотел уладить пару вопросов до встречи синдиката, а больше на этой неделе у меня столько свободного времени не будет. — А если занят уже я? У меня, тут вообще-то, авария на производстве. — Но ты ведь всегда сидишь в своём кабинете, — казалось, что тот удивлён, — Тем не менее, разговор будет выгоден обоим, главное распорядись, чтобы меня пустили. — Допустим. Но уже три часа, не слишком ли быстро? — Я искренне ценю, что ты беспокоишься о моём умении пользоваться часами, — трогательно пролепетал европеец, — Мне взять какие-нибудь печенюшки, чтобы тебя задобрить? — ехидно заметил он. — Раз такой упорный, то купи макаруны и булочки с корицей. Без них тебя не пустят. Даю слово. —… э? «Хм, а шокировать людей довольно интересно…» — СССР усмехнулся уголком губ, представляя шок на лице Германской Империи. Это довольно приятное чувство, так что Рейха можно понять.

***

«Он, конечно, сказал, что пошел проветриться в ближайший торговый центр, но его нет уже больше трёх часов…» — СССР скучающе подпер голову кулаком и вздохнул. Он слишком привык к нахождению Рейха рядом, особенно после выхода их отношений на новый уровень, так что даже признавался себе, что ему одиноко. К тому же, ему нужно было заранее подумать о разговоре с ГИ. Его задумчивость прервало сообщение от Кубы:

«Германская Империя вошёл в здание.

С собой у него бумажный пакет и кожаный портфель»

После прочтения, Союз взглянул на время: десять минут пятого. Так или иначе, центральный глава не заставил себя ждать. «Опоздал» — мужчина даже догадывался почему, так что его настроение немного поднялось. Скорее всего он всё продумал наперёд и после получения разрешения собирался сразу же выехать или даже без него, а потом ему пришлось резко менять маршрут. — Доброго времени суток, дорогой коллега, — в комнату вошёл ухоженный мужчина с едва заметными признаками старения на лице. Одетый в черные сапоги, вельветовое красное пальто, и с волосами, собранными в короткий низкий хвост. Брюнет одарил его доброжелательной улыбкой, прищурив красные глаза, — Не пойми неправильно, но как твоё здоровье? — Лучше не бывает, — Союз слегка растянул гласные, в упор смотря на гостя. Он откинулся на спинку и скрестил руки на груди, — Ну? — Знал бы ты как я был озадачен твоей просьбой, но надеюсь, что справился, — мужчина достал из бумажного пакета две картонные коробочки и поставил перед мужчиной на стол. — Наверное, ты реально был в ахуе, но мне всё равно, — небрежно ответил Союз, пододвигая к себе коробку с макарунами, в которой оказалось двенадцать штук четырёх цветов. —… — ГИ нечитаемо на него посмотрел, — Да, что-то вроде того. А ещё… что ты делаешь? — империя с вопросом смотрел, как СССР достал ножницы и стал разрезать рандомные макаруны пополам, не очень ровно, к слову. — У меня нет ножа. — Та-ак…? — протянул ГИ, намекая, что ему мало этой информации. Вместо ответа СССР оторвал крышку коробки и положил в неё по половинке. И пока он всё это делал, центральный глава становился всё более напряженным и озадаченным, хотя старался не показывать этого. — Ешь. — Уверен? — Это не просьба. Думаешь я просто возьму и съем то, что ты мне принес? — Так ты реально собрался это есть… — пробормотал ГИ, взяв в руки коробку и без промедления закинул в рот половинку голубого цвета, — Ты действительно думаешь, что я рискнул бы тебя отравить настолько прямолинейно? — ГИ даже толком не жевал их, стараясь, как можно быстрее проглотить. — Мне всё равно. Даже если ты не будешь скрываться и мои люди в отместку будут отрезать от тебя по сантиметру живьём, то меня это к жизни не вернет, — с булочками он проделал тоже самое, с таким же постным лицом. — Только ради твоего спокойствия, — далеко не радостно вздохнул мужчина и развернулся. — Так зачем ты здесь? — Союз тоже закинул в рот синий макарун, — Если об этой встрече узнают остальные? — Ничего страшного, — ГИ сел на ближайший край дивана, — Я лишь хотел заранее узнать твою позицию на собрании, касательно ИРП, конечно. Я тут узнал, что у тебя уже была стычка с ним в доках Юга. Я могу узнать подробности? — Это были просто шестёрки, находись он там лично, нам бы не пришлось лишний раз упоминать его имя, — хмуро процедил СССР, говоря о том, что в таком случае они бы уже разобрались с этой проблемой. — А что насчёт… — Покусились на моё. Не лезь в это. — Хм, грубовато, но ладно. Но я хочу уточнить, у тебя ведь с ним теперь личные счёты, так ведь? — ГИ всегда отлично держал лицо, но сегодняшний день слишком насыщен непредсказуемостью. Ему не нравилось быть не в курсе событий, но северный босс, это не тот человек, которого легко вытянуть на разговор. Да и что-то в его поведении настораживало. Даже не просто «что-то», а конкретные действия, да и речь чем-то отличалась. — Что-то вроде того, — слабо кивнул СССР, не спуская серых глаз с гостя. — То, что Пакистан как бельмо на глазу любого человека в этом городе, просто факт. И тем не менее, мы бы не затягивали с его убийством, если бы могли избавиться всё это время. — Зимой это был ваш провал, так что нечего говорить о том, что сама задача была слишком сложной, — Союз оторвал кусочек от мягкой булочки и закинул себе в рот. — Мы тогда отказались от твоей помощи, потому что у него было явно много иностранных инвесторов, а прямой захват позволил бы им бесследно скрыться, — недовольно фыркнул центральный босс. В конце концов, они являлись не единственной большой группировкой в мире, так что были организации, что только рады взять под контроль город, в котором уже сильно ослабленно влияние правительства. — Значит, сейчас ты хочешь скинуть на меня грязную работу? — раздраженно процедил СССР. В целом, он и так планировал взять инициативу в свои руки на собрании, но центральный босс сильно его раздражал — слишком открыто хотел его использовать. — Я бы назвал это по-другому, но считай как хочешь. ЯИ напал на след его людей в одном из своих заведений. Добычу информации можешь оставить на нас. — А разве в прошлый раз вы говорили не то же самое, требуя от меня лишь экипировки и людей?..

***

— Меня удивляет, что ты так беспокоишься о моём благосостоянии, но если ИРП так тебя нервирует, то лучшее, что ты можешь сделать, так это убедить остальных загнать его в угол всеми возможными способами, чтобы мы смогли взять его силой. — Очень безрассудный и самонадеянный план, — недовольно пробормотал ГИ, скрещивая руки на груди. Они уже около двадцати минут обсуждали роли, и никак не могли окончательно сойтись в том, какого мнения будут придерживаться на собрании. — Так уж сложилось, что мне в руки упал один талантливый кадр. Может получу ещё парочку, если повезёт, — СССР вздохнул и откинулся на спинку, краем уха услышав звон лифта. — Даже если так, хочешь сказать, что лишнее пушечное мясо помешает при захвате? — Разве что для оцепления всей территории. При боевых действиях они лишь помешают, потому что не знают наши команды, протоколы, да и толком не обучены для такого. — СОЮЗ, ТЫ НЕ ПОВЕРИШЬ, ЧТО Я НАШЕЛ!!! — громко и самодовольно прокричал Рейх, явно приближаясь к кабинету, так как шорох пакетов становился громче. — А вот и главный кадр, — широко усмехнулся СССР. Они всё равно утром оговаривали то, что Рейх смог бы пойти вместе с ним под предлогом охраны, так что пусть заходит. ГИ на это очень подозрительно прищурился и повернулся к двери. Кто-то может так вальяжно разговаривать здесь? Он-то с СССР на равных, но подчинённые?.. Первым в комнату зашел не Рейх, а нечто большое и рыжее. Этим «нечто» оказался кот, наподобие того, подаренного наёмником ранее, кота-сардельки, но рыже-полосатый и в длину около полутора метров. Рейх держал его, обхватив одной рукой посередине, а оба предплечья были завешаны пакетами от шопинга. — Вау, — четко произнес Союз, в некотором замешательстве, но увидев лицо Германской империи, когда это «нечто» проходило мимо него, мужчине почти пришлось давить смех. Ещё несколько месяцев назад у него было бы такое же выражение лица, если бы подобная вещь появилась у него в кабинете. Хотя Империя, разумеется, был более богатым на мимику. — И где ты это откопал? — спросил СССР, когда тот подошел к столу. — Да там…был......один.....магазин… — бодро начал Рейх до тех пор, пока не повернул голову в сторону гостя. Он слышал обрывок разговора, но думал, что это кто-то из здешних. — Кстати, это… — Союз заметил его удивление, но договорить ему не дали. — ТЫ?! — Рейх с грохотом выронил всё из рук, а Германская Империя вскочил и указал на него пальцем. У Союза же была прекрасная возможность наблюдать на их лицах абсолютно идентичные выражение возмущения и крайнего шока одновременно, — КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! —… — СССР не нашел ничего лучше, чем положить кота на пол, к скинутым Рейхом сумкам, и послушать дальше. Его паранойя сразу дала о себе знать, но эти двое явно не ожидали друг друга увидеть, да и не похоже, что были рады. Хотя, какого-то хрена и были знакомы. — Значит, когда это я, ты говоришь, что не хочешь быть никак связан с синдикатом, а как Советский Союз с севера, так ты пожалуйста! Ты издеваешься надо мной?! — почти прошипел ГИ, всплеснув руками. — А хули ты тут забыл, старый хрыч?! И это первое, что ты говоришь мне за десять лет?! — Рейх ткнул в его сторону пальцем и вздернул подбородок. — Не ври! Я три года назад интересовался, жив ли ты! — отрезал мужчина, скрещивая руки на груди. — Ты спрашивал, не соглашусь ли я перейти под твоё начало, а не о моём здоровье! Хватит строить из себя отца, меркантильный ты ублюдок! — Рейх оскалился, упер руку в бок, а второй показал родственнику выразительный средний палец. — … — ГИ закатил глаза и с цыканьем склонил голову на бок. — Отца? — в молчании вопрос СССР прозвучал неприлично громко. — Э… ну-у… — Рейх опомнился и понял, как накосячил. Не то чтобы он как-то стеснялся родства, но СССР весьма специфическая личность, так что как бы он не решил, что Рейх специально был послан ГИ, — Ты же помнишь, что я говорил о своей семье, да? — неловко протянул он. — Лишь то, что вы не общаетесь и ты не хочешь о ней говорить, — Союз скрестил руки на груди, а его взгляд становился всё недовольнее. С ГИ он разберётся позже, тот уж точно никуда не денется. — Причина в том, что я ненавижу макулатуру и всё в таком духе, что связано с бизнесом, поэтому я не захотел быть наследником, и это вылилось в нашу небольшую перепалку, так что мы пришли к согласию, что не будем мешать или помогать друг другу. И… это одна из причин, почему я сомневался в походе на собрание, — скорее всего, Рейх впервые выглядел настолько виноватым за время их знакомства, но на мужчину это не произвело должного эффекта. — Значит, это ты с утра капал мне на мозг, что я не сказал тебе про дополнительные помещения. Ты. Ты, блять! — Ну а когда мне было об этом сказать?! Когда ты подозревал меня в том, что я дышу, чтобы тебя убить? Или, когда ты только начал мне доверять?! — Рейх раскинул руки в стороны. — Да хотя бы на том берегу! Разве не так делают в этих дурацких романах?! — Нашелся тут критик. Будто бы ты не разнервничался и всё не началось бы сначала! Только в таком случае ты бы стал постоянно подозревать меня во внедрении в твою организацию, а не в покушении! А может и в том, и в том! — он топнул ногой. — А мне стоит? — Блять, иди ты нахуй, Союз! Мы с ним, выглядим ебать близкими людьми?! — Рейх указал пальцем в сторону брюнета, — Я даже не помню, когда видел его в последний раз, это было давно! — А как доебаться до квартиры, так ты сразу! — Союз повторил его жест. — Да забудь ты уже об этом! Я же купил тебе гигантского кота! — недовольно взмахнул он руками. — Но ты запретил мне завести настоящего! — вздёрнул голову СССР. — И ты прекрасно знаешь, почему! — Рейх ткнул его пальцем в грудь, — Лучше объясни мне, что этот хрен делает у тебя в кабинете! — Это вообще не… — МОЖЕТ КТО-НИБУДЬ ИЗ ВАС УЖЕ ОБЪЯСНИТ МНЕ, ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — у ГИ уже мозги кипели в попытке проанализировать их диалог.