Король пиратов сквозь время (раб.название)

Скривившись, ребенок начал загибать пальцы на своих руках, а потом разгибать их. На острове он все же попробовал многое: от странной формы листьев, до пупырчатых грибов. Видя все это, Рейли покачал головой. — Так. Давай тогда будем отталкиваться от того момента, когда ты первый раз потерял сознание от того, что зашел в воду. Немного смутившись, мальчик посмотрел на Роджера, который тут же ему улыбнулся своей фирменной улыбкой. И все смущение как рукой сняло. Даже как-то странно это… — Так… впервые я это заметил на третий день на корабле деды… Но там ничего подозрительного я не ел! — А до того, как ты попал на корабль деда? — задал наводящий вопрос Рейли. Что в словах мальчика ему не нравилось: «корабль отца», «корабль деда». Пока что рабочая версия была таковой: ребенок — выходец из семьи торговцев-мореходов. Однако было непонятно для чего его оставили на острове на три месяца. Есть версия о том, что за кораблем деда гнались пираты, поэтому ребенка высадили на острове, слепо надеясь на удачное стечение обстоятельств для него. Вот только отчего-то эта версия не была правдоподобной. А вот с чего? Рейли вздохнул и улыбнулся — как все сложно. И интересно. — Я был на корабле отца. Но там я тоже не ел ничего странного… — Быть может какой-то фрукт не того цвета, или странного вида суп? — продолжил мечник, поправляя очки, он чувствовал, что разгадка близко, только руку протяни, а точнее натолкни на правильное воспоминание. Мальчик покачал головой. Потом задумался. И снова покачал головой. Он не мог вспомнить ничего такого. Вообще ничего. Ребенок беспомощно взглянул на капитана, надеясь, что он что-то может сделать, но тот лишь пожал плечами, показывая, что сейчас вообще бесполезен. Тогда мальчик перевел взгляд на старпома, который в свою очередь пристально рассматривал его, отслеживая любую эмоцию. Глаза за его очками переливались множеством догадок, которые Луффи и не пришли бы в голову и три года спустя. На одном из глаз был отчетливый восходящий шрам… Шрам… Дедушка. Ребенок начал вспоминать. Он съел один странный фрукт, еще будучи на корабле отца, как раз в день знакомства с «любимым» дедулей. Да, именно! Мужчины заметили торжественный блеск в детских глазах и уже в следующую минуту услышали долгожданную историю о фиолетовом апельсине с не самым приятным вкусом и зеленой кожурой, испещрённой смешными стрелочками. По мере того, как ребенок рассказывал, он все больше затихал. Рейли предположил, что мальчику известно о дьявольских плодах, и в детской головке начали складываться необходимые факты с нужными знаниями. Когда он затих совсем, то его вполне можно было назвать олицетворением святейшего шока. Ну, а что? Тебе почти шесть лет, и ты вдруг узнаешь, что съел один из дьявольских плодов, что считаются полу легендой, и теперь всю жизнь не сможешь нормально поплавать, разве что топором... в последний раз. Конечно, больше шокирует первое, но кто знает это детское сознание… или разум носителя Воли Д.? — Юу-ху! Я сверхчеловек! — внезапно выкрикнул мальчик, от переизбытка чувств подскочив на кровати пару раз. Впрочем он тут же прекратил свое действо, ведь раны все еще давали о себе знать при резких движениях. На глазах выступили слезы, но ребенок почему-то (или стыдно, или так приучили) не издал и всхлипа, осторожно придерживаясь за правое плечо. Это само по себе заслуживало уважения. И вызывало желание справедливо дать по мордам его "воспитателям". — Так. А ты знаешь, что это был за фрукт? — осадил его Рейли, поблескивая очками. — Его способности? Силу? Если нет, то чему тут радоваться? Вопреки ожиданиям, мальчик дерзко вскинул голову и упрямо встретил взгляд старома. — Я чувствую, что все будет хорошо. А значит, оно так и будет, — твердо заверил он, выглядя донельзя серьезным. Вот сейчас ребенок как две капли воды походил на их капитана. Мечник, усмехнувшись такому заявлению сознания, перевел на Роджера свой взгляд и с иронией понял, что тот опять спит. «То-то его давно не слышно…» — подумалось ему. Вот каким образом этот человек может все проспать, но после быть в курсе всех событий? А ведь разбуди его сейчас и Роджер перескажет все, что только что Рейли узнал сам, ни разу не запнувшись. Вот как быть с таким капитаном? Плюсом на борту с недавнего времени появилась его маленькая копия. Эх… — По твоим словам, я могу предположить, что сила у твоего фрукта — телепортация, — мальчик недоуменно склонил голову к плечу. — Перемещение в пространстве, — растолковал длинное слово мечник, смотря, как зажигаются после этого звездочки в глазах ребенка. — Но это не точно. Однако, кажется, малыш пропустил последнюю реплику мимо ушей, начиная трясти капитана, чтобы все ему рассказать. И когда он только стал так доверять незнакомцам? Если верить Крокусу, то ребенок даже не засыпал, пока в каюте не останется в одиночестве. А тут… Быть может, всему виной харизма капитана, а, может быть, их родство с буквой «Д» в имени. К слову об имени… — Ну раз мы с тобой все это выяснили, то хотелось бы узнать о твоих родственниках и куда тебя надо доставить. А также как тебя все-таки зовут. Если это, конечно, не правительственный секрет, — пошутил под конец Рейли, принимая другую позу для сидения, а то ногу уже порядком затекли в одном и том же положении. Отстранившись от проснувшегося Гол Д., мальчик задумался и, явно кого-то копируя, засунул в нос мизинец, ковыряясь в нем. — Ну, отец попросил не говорить о нем. Да и я мало что о нем вообще знаю. Даже имя… А вот дед. Он говорил, что довольно известная личность. Кстати, твой шрам, Рейли, очень похож на его — у него тоже он на лице. Только у деды смешная шапка-собачья голова, волосы полностью седые-седые и шрам на другом глазу и во-от такой, — показывая пальцем свободной руки черту, которую лицезрел каждое утро на корабле Дозора, начал мальчик. — Я не думаю, что он вернется за мной еще недели две, так как три месяца моей тренировки на острове еще не истекли. А еще он может опоздать… Это в его духе. Зато именно от деды я узнал свое полное имя, но сначала он назвал мне свое. Имя моего дедушки… Речь мальчика была прервана громким вскриком со стороны Роджера. Рейли и Луффи как по команде обернулись к нему, чтобы увидеть как он победно тычит пальцем в ребенка, сам при этом выглядя донельзя довольным. — Я понял, кого он мне напоминает! Рейли! Ну ты только посмотри на это рожу! Ты только вспомни, кто так же ковыряется в носу, когда его излюбленный удар хоть немного задевает наш корабль! Старший помощник как-то… слегка удивился, по-новому разглядывая мальчика перед собой. А ведь и правда, сходство, так сказать, на лицо. Однако стоило только упомянуть о действии, которое производит ребенок, то тот тут же прекратил, слегка смущаясь. — Продолжай, — мягко попросил старпом мальчика. — Имя моего дедушки — Монки Д. Гарп. А мое — Монки Д. Луффи. Мне шесть лет. Ну почти шесть, потому что было как бы пять, и еще шесть месяцев у деды я провел… В общем, мне почти есть. Еще немного осталось и будет точно шесть. И… — мальчик как-то погрустнел. — Скажите, мы ведь не в Ист Блю, да? И пока где-то на фоне Роджер заливисто смеялся с этой новости: у приснопамятного дозорного есть не только сын, а уже внук, мечник, не пропустив вопрос ребенка мимо ушей, задал встречный: — Откуда ты это знаешь? Немного помедлив, мальчик ответил: — Волны не так бьют о борт. Я по той же причине на корабле деды долго заснуть не мог. «Вот шкет», — одобрительно фыркнул Рейли, вставая со стула. Вот он и узнал все, что хотел, теперь стоит подумать, что с этой информацией делать. Однако в разуме отчего-то всплыл обрывок разговора: «…только у деды смешная шапка-собачья голова, волосы полностью седые-седые…». «Стоять! «Полностью седые»? Но разве у Гарпа не…» — Луффи! — как-то даже слишком резко обратил на себя внимание мечник, впрочем, пока он этого не замечал, слишком поглощенный этой зацепкой. Конечно, может быть такое, что мальчик оговорился, но все же стоит проверить. Ведь тогда все кардинально меняется… — У твоего деда и борода седая? «Опять какие-то глупые вопросы», — мысленно пожал плечами мальчик, но ответить ответил, потому что его об этом попросили с самого начала. — Конечно же! Я же сказал, что он полностью седой. Белый-белый как паруса! Рейли начал сопоставлять факты: «Ребенок видел своего деда месяца два назад и с чистой совестью говорит, что он полностью седой. Мы встречались с ним в последний раз недели две назад и седина была только в волосах. Предположение о том, что он красится абсурдно даже для Гарпа. Следовательно, тут дело в другом». Старший помощник первые за долгое время чувствовал как его мозги начинали медленно вскипать. Кажется, долгая передышка не сказалась на них хорошо. Но, как всегда это и бывает, в самых сложных ситуациях на помощь приходит капитан, чье лицо только только пришло в норму, до это красное от смеха. — О, так у тебя дьявольский фрукт времени? Именно этот вывод укладывался в теории лучше остальных. Ни старпом, ни капитан, ни уж тем более Луффи о таком дьявольском плоде никогда не слышали. Однако даже в книгах, которые хранились на корабле даже упоминание о такой силу фрукта не было. Однако это легко объясняется тем, что дьявольские фрукты и по сей день остаются всемирной загадкой. Так просто об этом сказать — это и есть черта капитана пиратов Золотого Роджера. В этот день с такой же легкой руки Луффи, с его согласия, приняли в команду еще одним юнгой, обрисовав ситуацию с родословной и путешествием во времени в двух словах. Крокус тогда с улыбкой сообщил, что мальчик сможет полностью влиться в коллектив уже через пять дней постельного режима, так как он на одной из посещенных островов нашел очень редкое растение, способное быстро поставить на ноги взрослого, не то что ребенка. Луффи по этому поводу испытывал смешанные чувства, но внутри он знал, что все будет хорошо, поэтому не волновался. Себе он доверял, как и доверял Роджеру и Рейли.

***

Сильверс выходил из лазарета, где провел весь свой завтрак. Странно, но мальчик притягивал к себе так же сильно, как и капитан. Хотелось поговорить, узнать получше. Простая история об одной из тренировок деда (Гарп был безжалостен, оказывается, не только к врагам, но и к собственному внуку, ведь чего только стоят каждодневная порция ударов кулаком, одного из которых хватало, чтобы разбить корабль) или о том, как Луффи «поймал за хвост во-от такого волка, и тот чуть не откусил мне палец, за что я его кулаком, а потом палкой, а после…», или об учебе и всем интересном, что он успел узнать. Да и просто интересный феномен — не сколько фрукт времени, а само путешествие в нем. Жаль только, что мальчику всего пять, оттого он мало что знает о будущем (в основном это бесполезные факты: собачья шапка Гапра и его седина). Хотя… Рейли посмотрел в небо, по которому медленно плыли облака. Может быть, это и к лучшему, ведь намного интереснее, когда ты своего будущего знать не знаешь: все новые приключения будут полной неожиданностью. Однако насколько бы привлекательна не была способность фрукта, настолько же она и опасна. Луффи надо начать учится контролировать и управлять ею, иначе это может плохо кончится (и очередное путешествие во времени было бы самым безобидным, что могло бы произойти). — А-а-апчи!.. Прости, — внезапно послышалось из-за бочек до боли знакомый голос одного проказника, за которым раздалось сдавленное шипение, явно обозначающее принуждение к тишине. Старпом остановился. О личности второго можно было и догадаться. Эти двое почти неразлучны, хоть и горазды устраивать перепалки на пустом месте раз двести за день. Интересно, что на сей раз задумали эти хулиганы, по ошибке называющиеся юнгами? Вздохнув, мечник задумался, продолжив удаляться от лазарета, когда в последний раз преподавал урок этим болванам. И с удивлением понял, что последний раз был дня три назад. Непозволительно долгий срок без вправления мозгов! Или эти дурни наконец начали вести себя более-менее нормально? «Нет, » — покачал он головой, — «скорее уж внук Гарпа станет пиратом, чем у этих появится дисциплина… Ах да…» Эта мысль сама собой вызвала улыбку. Такое стечение обстоятельств заставляет задуматься о судьбе, которая явно любит шутить. Иногда (очень часто) и по-черному не прочь. Вот просто ради интереса было бы неплохо узнать, кто является отцом Луффи и, по совместительству, сыном самого Гарпа. Вряд ли это был бы заурядный человек, учитывая, кто его отец. За такими рассуждениями мечник ушел в кампуз, проведать кока. А между тем на время забытые юнги с облегчением выдохнули. У обоих чуть сердце из груди не выскочило, когда страшный заместитель капитана вдруг остановился. От преждевременной остановки кровяного насоса их спасло то, что Рейли продолжил идти дальше, а иначе одной своей смертью они бы не отделались. Конечно, наивно полагать, что он их не заметил. Однако молодые души приободряло то, что старпом прошел мимо, будто бы давая волю действиям. Хотя оба знали, что это не так и за любую провинность последует расплата. Но это не помешало им воодушевится. Юнги были одними из первых, кто увидел маленького гостя их корабля и в каком он пребывал тогда состоянии. Если честно, они не надеялись вновь увидеть его живым. Однако малец мало того, что выкарабкался из лап костлявой, так еще и умудрился стать новым юнгой. Шанксу, в отличие от того же Багги (который кричал использовать как щит внука дозорного против Дозора) было совершенно наплевать на родословную мальчика. Его больше интересовало, чем именно шестилетка смог понравиться капитану (ну кроме того, что пришел, или лучше сказать, свалился на чужие головы, из будущего). А тот людей просто за какие-то качества не берет. Должно быть что-то внушительное. Вот, например, Багги — с виду пугливый тупица, а стоит только вспомнить, как за ним люди идут (как крысы за крысоловом с дудочкой из одной сказки с Норд Блю). Значит, и в этом мальчике что-то такое же есть… А Багги же просто не мог упустить свой шанс если не затесаться в друзья, то приобрести знакомого из родни дозорных (связи будут на всякие случаи). Ну и его немного интересовал сам малец (как выжил-то?), совсем чуть-чуть. Парни, немного высунувшись из своего укрытия, осмотрели палубу на предмет угроз. И, удостоверившись, что все чисто, они прошмыгнули к заветной двери в лазарет, по пути поспорив, кто ее откроет. Спор немного затянулся, так что они провозились у входа дольше, чем надо было. В конце концов пришлось пойти на компромисс (что бывает крайне редко) и открыть дверь вдвоем. Впрочем, такое решение было несколько опрометчиво, если учесть, что больной, к которому они собрались наведаться, не был предупрежден об их приходе заранее и, воспитываясь на корабле отца большую часть времени и заработав некоторые умения на корабле деда, вбиваемые оным в сознание внучка, приобрел некоторые привычки. К примеру, если за дверью слышны странные звуки, то лучше затаиться для неожиданного нападения. Поэтому, когда парни, открыв дверь в лазарет, завалились в каюту, они обнаружили только незаправленную постель, свидетельствующую о присутствии в этом помещении человека. Шанкс, стоявший ближе к двери, успел краем глаза заметить движение, поэтому успел присесть, избегая атаки, в отличие от Багги, которому деревянная ручка швабры со всего маху заехала прямо по красному носу. Синеволосый юнга, отчаянно взвыв, схватился за свою драгоценнейшую и прекраснейшую часть тела. Сидя на корочках, рыжеволосый мог лицезреть потрясающую картину: его друг-соперник, получив от возвышающегося неподалеку ребенка, не сдерживал слезы, ревя в три ручья, а сам виновник трагедии века (все же нос — это главная реликвия одной впечатлительной персоны) сжимал в перебинтованных руках швабру, настороженно следя за ним самим. Юнга не смог сдержаться и громко захохотал, повалившись на пол. — Багги! Тебя уделал шестилетний малыш! Кому расскажу — не поверят… Или поверят? Из горки соплей и вселенского уныния послышалось злое и четкое, как будто во всем виноват рыжий: «Иди нахрен, Шанкс». Что вызвало еще один приступ неконтролируемого хохота со стороны «мнимого виновника» и полноценное непонимание происходящей ситуации от «настоящего». Таким вот образом и состоялась первая встреча Шанкса, Багги и Луффи, закончившаяся стремительным побегом первых из-за внезапного прибытия мечника.

***

— Эй, Багги!.. Ну не дуйся ты, — свесившись со своего гамака, уговаривал рыжий. — Ты что, плачешь? Опять? С нижнего яруса послышалось возмущенное сопение и всхлипывание. «Точно плачет», — отметил Шанкс, роясь у себя под подушкой. Видимо, нос до сих пор не прошел, хотя, судя по тому как он раздулся во время ужина на пол лица юнги (от чего одна половина команды долго не могла откашляться, поперхнувшись едой или выпивкой от смеха, а другая покорно валялась под столом, колотя по полу от переизбытка чувств), пройдет он ой как не скоро. И придется Багги освещать своей достопримечательностью лик Оро Джексона еще недельку. Хорошо, что его после ужина успел выловить Крокус и замотать нос в бинты, отчего юнга стал выглядеть еще забавнее. С гамака, будто бы уловив чужие мысли, раздался тихий скулеж. «А удар у него поставленный, даром что ребенок. Лучше не попадаться», — взял на заметку рыжий. — Ну перестань, Багги, — серьезно проговорил Шанкс, но потом, не сдержавшись, прыснул. — Зато команда теперь всегда навеселе будет. С ложа соперника послышался по-особенному длинный всхлип, отвечающий за хозяина где он видел это все веселье вместе с Шанксом и этим новеньким. — Перестань, Багги. А то уже на девчонку начинаешь походить. Ты же не плакса? — продолжил рыжий, на что наконец получил хоть какую-то реакцию. — Заткнись, — емкое, но уже не такое злое, как в лазарете. К слову, было немного иронично то, что Багги получил травму там, где обычно эти травмы лечат. Ну что это, если не дьявольское невезение? Может быть, за силу фрукта Багги надо расплачиваться удачей? Чтож, тогда его соперника ждало самое гадское будущее, ведь и до поедания плода он не отличался особой везучестью (а как раз наоборот). — Слушай, ну я-то хотя бы в чем виноват? Не я целился в твой нос шваброй, не я держал тебя на месте, не давая увернуться. — Рыжему уже немного начало надоедать, поэтому он сменил тактику. — Да, каюсь, быть может моя ошибка в том, что я вообще тебя позвал проведать новичка. Больного маленького новичка. Однако я даже не думал, что ты и в такой ситуации сможешь покалечится. Да и вообще, чего ты скулишь? Тебе, можно сказать, очень повезло. Потому что у Луффи раны еще не прошли, что значит, что он бил не в полную силу… Слушай, а что было бы сойдись вы в поединке? Хм… я даже теряюсь. Вот на кого поставить? Как ты думаешь? — Иди ты… И вообще, в том, что я в плохом настроении, — гордость пирата не позволяла признать еще и плохое состояние здоровья, — виноват целиком и полностью ты! Сверху послышалось донельзя удивленное «ха-а». Что только подстегнуло униженного каким-то малолетним калекой прямо на глазах своего заклятого врага Багги, и тот начал распаляться. — Да! Именно ты во всем виноват, чертов Шанкс! — вынырнув из кокона своего одеяла, яростно зашептал юнга. — Хей. Я всего лишь уклонился, — пожал плечами рыжий, спокойно отвечая на выпады товарища. — Вот именно! Этот удар предназначался тебе! А ты его так подло избежал, нарочито подставив мой любимый нос. Это было подло, Шанкс! Теперь можешь даже не признаваться, что завидуешь моей внешности. — Так вот оно что, а я все думал, что это за чувство, — притворно заявил собеседник. — Всё. Пути назад нет. Моё сердце разбито, как флотилия «Золотого льва» в той стычке. Он даже картинно хлопнул себя по лбу. Как ни странно даже на такую плохенькую игру Багги велся. Еще как велся — стоит только сейчас взглянуть на его самодовольную рожу. «Так, пора возвращать принцессу с небес, а то улетит ведь. А мне же потом перед Рейли еще и отчитываться придётся…» — с улыбкой подумал Шанкс, втягивая карту сокровищ так, чтобы она была видна соседу снизу. — Как жаль, что эта карта предназначается только самому убогому на корабле в качестве утешения, ведь, если верить слухам, с ее помощью можно найти такие несметные сокровища, что даже Дейви Джонсу они не снились… — рыжеволосый прямо-таки слышал, как внутри Багги борятся гордость и жадность. Он уже знал, что победит в итоге, но вот через сколько это произойдёт… Придётся немного поторопить события. — Значит, эта карта, из всей нашей команды, предназначается именно… — Мне! — яростно раздалось с нижнего гамака. От этого Шанкс чудом успел подавить улыбку. Как бы сказал капитан во время рыбалки, «наживка съедена, можно и поиграть — леска все равно выдержит». Он бы вполне мог и поиграться, однако юнге хотелось только одного — лечь спать. Но лечь в хорошем настроении, поэтому он недоверчиво спросил: — Разве ты считаешь себя самым убогим членом команды? Помявшись с минуту, Багги все-таки, скрепя сердце, подтвердил это, наивно полагая, что карта теперь его. Однако как только с языка красноносого сорвались последние слова, выражение разбитости и потерянности сразу улетучилось с лица рыжего, на их место пришел хитрый прищур. — Да будет тебе, Багги. Все и без твоего признания об этом знали. А кто не знал, то точно догадывался. Спокойной ночи! И с чистой совестью, слушая ругательства в свою сторону от взбешенного юнги как колыбельную, Шанкс заснул, подумав напоследок о шестилетнем мальчике. К сожалению, из-за непрерывного нытья Багги, которое побуждало все новые приступы смеха у него самого, им так и не удалось поговорить. Но рыжий знал, он с лихвой еще успеет наверстать упущенное.

***

Крокус наконец закончил снимать бинты с ребенка. Мальчик за эти дни стал более общительным. Наверное, на это влияло постоянное нахождение поблизости от него капитана, старпома или юнг, правда последних Крокус заметил лишь раз, когда те галопом мчались из лазарета, подгоняемые Сильверсом. Медик не знал, что успели натворить те двое, но тем же вечером ему пришлось перебинтовывать нос Багги. «Скорее всего, они подрались с Луффи», — заключил про себя мужчина, позже осмотрев ребенка, на котором ранений, даже самых маленьких, почему-то не прибавилось. — Ну вот теперь ты переезжаешь в каюту юнг, — выждав паузу, заключил напоследок Крокус, сматывая и выбрасывая последний бинт. Мальчик как-то недоверчиво осматривал свое плечо, а потом кинулся осматривать ногу. Ни на первом месте, ни на втором не было ни намека на былое. Луффи вопросительно посмотрел на взрослого. — Я взял на себя смелость сделать так, чтобы от твоих ранений не осталось и следа, — мягко произнес он, помогая мальчику с переселением. Хотя тут и помогать-то было нечем. У мальчишки из своих вещей осталась только разодранная одежда, да латанные-перелатанные сандалики, измазанные соком растений, засохшей грязью и кровью. А те вещи, что ему выдали, то есть две футболки (больших на размера три-четыре) и старые штаны (они вроде бы были малы Шанксу), пришлось немного подшивать и обрезать, в чем и состояла помощь медика (штопать людей и зашивать вещи, конечно, не одно и то же, но выбирать как-то не приходилось). — Почему? — взгрустнув, спросил Луффи, недоверчиво щупая плечо, которое сейчас даже не саднило. — Разве ты не рад? — деланно удивился медик, заканчивая с футболками и принимаясь за штаны, с которыми будет гораздо легче. — Нет. Шрамы — это круто, — легкомысленно заявил мальчик, сразу же натягивая на себя черную футболку. Эта фраза заставила судового врача улыбнуться. Даже несмотря на всю подозрительность, это был довольно простодушный ребенок. В лазарете повисла тишина. Пока Крокус разбирался со шортами, мальчик, пыхтя, заправлял постель. Благо малый опыт такого у него уже имеется. И он очень сильно надеялся, что на этом корабле для него найдется хотя бы дырявенький гамак. Вопреки ожиданиям, Луффи провозился с постелью очень и очень долго. Зато к тому времени, когда немного уставший мальчик сполз на пол, шорты были уже готовы.