Поместье: туда и обратно.

Сделки состоялись. Бильбо успокоился только когда заставил отправить заверенные нотариально копии документов ему, тщательно осмотрел их, и только потом, аккуратно разбив дела каждого дракона по папкам, потащился в кабинет Смауга, чтобы расставить это по полочкам. Он изрядно устал, и сидеть за бумажной работой ему не хотелось. А вот побродить снаружи, помочь садовнику и полюбоваться громадными даже по меркам драконов территориями - это пожалуйста. Не медля больше, Бильбо переоделся, натянул на себя одежду и побрел на улицу. По звуку шагов отследив все передвижения хоббита по дому, Смауг довольно улыбнулся: а малыш ничего, раз смог управится с тремя драконами. Правда, вот беда, управится со своим начальником ему не грозит. Да, даже если и грозит, то Смауг без боя не сдастся. Полежав еще минут пять, дракон встал и направился в свой кабинет, проверить чего там и как натворил Бильбо. В итоге ему все равно пришлось всем перезванивать, так как малыш слегка напутал в цифрах счетов. На несколько миллионов напутал, если точнее. Бэггинс уже потом узнал, что где-то что-то сделал не так - ему вскользь об этом упомянул уборщик (господи, сколько же их в этом доме?!) Адриан, который возился в кабинете Смауга. Бильбо, насмерть перепуганный, сел под яблоней и долго и угрюмо жевал яблоки, размышляя над своей судьбой. Если он напутал - тогда, возможно, его уволят. А раз его уволят и Торин оторвет ему голову, надо пожевать яблок на прощание. Только ближе к вечеру хоббит, осмелев и расхрабрившись, проник в дом через черный вход, а оттуда - на маленькую лестницу, ведущую к нему в комнату с наружной стороны. Не успел Бильбо коснутся дверной ручки, разве что потянуться к ней, как позади раздался голос хозяина поместья: - Можете не утруждаться, это больше не ваша комната, мистер Беггинс. Хоббит замер, будто его огрели чем-то, и едва не задохнулся. Конечно, он ожидал, что все так будет, но надеялся, что Смауг поорет и успокоится. Он кашлянул неловко, чувствуя вмиг удивительный упадок сил, а потом осторожно повернулся к мужчине, касаясь плечом плотной двери. - Я... Мне очень жаль, сэр, - выдохнул он, но и упрашивать дракона было бы глупо. - Но там же мои вещи. - Ваши вещи не там, а на третьем этаже. Из соседней комнаты будет куда быстрее принести мне телефон, чем с этого промозглого чердака, не находите? - Да, можно сказать, Смауга замучила совесть. Совсем немного. Хотя не должна была. Или должна? - С завтрашнего дня принесение завтраков в мою комнату не входит в ваши обязанности, я вполне в состоянии сам спускаться к столу. На этом все, доброго вечера. - Откланявшись, дракон направился в свою комнату с чувством очищенной совести. Бильбо аж онемел от шока: сердце грохнулось куда-то в пятки, и хоббит прислонился к двери спиной, облегченно выдыхая. Он чуть помедлил, а потом широко улыбнулся, довольный происходящим. Надо же, новая комната! Да, по соседству с драконом, но ведь это даже удобнее, если через полгода ему надо будет забрать у Смога документы. Он подбежал к краю лестницы, рассматривая спускающегося дракона, и позвал его. - Спасибо, - улыбнулся хоббит, счастливый донельзя. Смог не ответил, убирая руки в карманы штанов и чуть склоняя голову вперед, чтобы Бильбо не дай бог не увидел, что он улыбается. Забавно, ему впервые в жизни кто-то сказал спасибо. Странное ощущение. Будто он уже в своей кровати, заранее нагретой кем-то очень заботливым. Хоббит тут же занял новую комнату - больше и просторнее, с чудесной ванной комнатой дальше по коридору, в два или три раза больше той, которую свалили ему. Да и помещение было гораздо более просторным - шторы были посветлее, места было больше, и собираться и возиться тут было лучше. Бильбо даже отметил ощущение теплоты в груди, когда подумал об этом поступке дракона, и тут же встревожился. Вот еще только этого не хватало! Он вздохнул и потер глаза, решив, что отправится в душ и поспит. В конце концов, каким бы хорошим ни был дракон иногда, он был аферистом, который отнял у целого семейства их законные владения. А уж это было важно. Смауг же, без всяких там душей и чего-либо еще, сразу направился в постель, в которой, если подумать, и так провел почти весь день. Но сон к нему пришел не сразу. Из головы никак не выходило это хоббичье "спасибо" и эта счастливая улыбка. Дракон видел такие раньше, но никогда - в свой адрес. Он никак не мог выбросить это короткое воспоминание из головы. Оно раз за разом прокручивалось у него в голове на повторе: выбегающий на лестничную площадку малыш-хоббит, его улыбка и это "спасибо". Искреннее, не наигранное. Смауг не мог понять почему, но он очень хотел, чтобы Бильбо так улыбнулся ему снова. Еще хоть раз. С утра Бильбо проснулся в прекрасном настроении - он взялся за приготовление целой кучи вкусностей, которые готовить умел хорошо. Он, естественно, то и дело пользовался стулом, чтобы достать до самых верхних полок, потому что вряд ли подозревалось, что тут будет работать хоббит, но атмосфера подействовала на него благоприятно. И, хотя завтрак был готов, а сам Бэггинс по утрам не ел, он все еще торчал на кухне, прислушиваясь, нет ли из столовой шагов. А сам готовил десерты и обед - ему сказали, что где-то на севере территории был поврежден забор, будто какое-то животное пыталось пробраться, и днем ему надо было разобраться с этим. Так что самую главную свою обязанность он решил выполнить сразу же, утром. Бильбо взялся за работу, которую должен был выполнить, и пошел в сопровождении Одетты, потому что это могло быть очень даже опасным. Из оружия у хоббита был только небольшой пистолет, оставшийся еще после войны, и он чувствовал себя безопасно. Следы, найденные им, и внешний вид ворот указывали на то, что это постарались не животные - а словно очень сильный человек или полуобращенный дракон. Бэггинс отослал Одетту домой, а сам принялся прочесывать территорию, надев свое кольцо, которое бережно прятал до нужной поры. Смауг же в это время, в своей обычной манере, спал до последнего. Сегодня у него был выходной, поэтому ничто не имело права мешать ему в удовольствии вздремнуть лишний часок или пять. К этому же его располагала еще и погода: денек выдался дождливый и холодный и воздух в комнате, окно в которой на ночь осталось открытым, был просто ледяным. Окно, не закрытое на ночь, так и оставалось открытым до сих пор. Смаугу было настолько холодно вставать, что к черту это окно, пусть так открытым и остается. Нет, холод бы его не поднял, а вот запах..Ближе к полудню, ветер донес до дракона крайне странный запах. Чужак -кошачьи глаза дракона тут же распахнулись и устремились в окно. Причем чужак, пришедший явно не поговорить за чашкой кофе. И с той же стороны.. что это? Хоббит? Смауг вскочил с постели, уже начисто забыв про погоду и холод. Быстро одевшись, он тут же направился на место, откуда доносился запах. У драконов потрясающий нюх. Бильбо знал об этом, но не знал, что неизвестный будет чуять его даже при кольце на пальце. Не так хорошо, конечно, но... Но струя огня промахнулась всего на немного, обжигая хоббиту руку и заставляя отпрянуть. Бэггинс забрел уже далеко в лес, когда обнаружил, что не знает дороги, а дракон, которого он видит... ужасный. Хоббит дрожит и прячется за ближайшим деревом, задницей понимая, что нет никакого толку стрелять в чешуйчатую громадину. Запах горелого был ощутимым, а Бильбо едва не заскулил, зажимая между ног обожженную руку и мысленно ругая чертова дракона всеми прекрасными не литературными словами. Бэггинс не был напуган - в такие моменты он только соображал, вспоминая, как все было раньше. Он выстрелил несколько раз, но серьезно ранить чудище ему не удалось - тот закрывал уязвимое место искусственно сделанной пластиной, которой у драконов быть не должно. Но Бильбо попал почти туда же, и дракон инстинктивно стал превращаться в человека. Так было намного удобнее скрыться от пуль. Бэггинс тут же набросился на него, свалившись вместе с ним со склона и чувствуя, как вся жизнь пронеслась перед его несчастными глазами. Быстрый на реакцию и не утративший сноровку с войны, Бильбо быстро оседлал дракона и прижал к его виску пистолет (кольцо он еще перед тем, как наброситься на него, снял и спрятал в карман). Он было снял пистолет с предохранителя, но дракон есть дракон - сильнее в десятки раз - и тот оттолкнул его, так что Бильбо до хруста в костях влетел в одно из деревьев. Увидела бы мать - завизжала бы с ужаса, подумал хоббит, слизывая кровь с разбитой губы. Когда Бильбо влетел в дерево, чужак, решив, что пора заканчивать, снова стал превращаться в дракона, намереваясь порвать хоббита на куски, но это ему не удалось - превращаясь, он слишком расслабился и не заметил, как из-за деревьев молниеносно выбежал Смауг и, находясь все еще в облике человека, напрыгнул врагу на шею, впиваясь в нее внушительной длины зубами и на удивление легко прокусывая жесткую чешую, вызывая у оппонента протяжный рык и полностью переключая на себя его внимание. Ответ не заставил ждать и огромная драконья пасть направилась прямо на Смауга, который, даже не пытаясь увернуться, схватил его за морду и с громким хлопком захлопнул пасть. Это было одним из давно отточенных Смаугом навыков - умение оставаться в теле человека, но при этом максимально высвобождать свою драконью силу. Среди драконов подобное считается даром, редким талантом. Дракон тут же попытался отвернуться от неожиданно сильного противника, но ему это не удавалось. Смауг насмерть вцепился ему в морду когтями а, когда ему надоело держать, с размаху вжал огромную драконью голову в землю, что-то шипя ему по-драконьи, пристально смотря тому в глаза взглядом, которыми не так давно смотрел на Бильбо этот дракон, желая прикончить хоббита. Спустя всего пару секунд этого рыка, чужак уже перестал сопротивляться, только жалобно скуля, как трусливая псина. Едва стоило Смогу его отпустить, как дракон тут же взмыл в воздух и полетел прочь, даже не оглядываясь. - Мать его туда, - пробормотал обалдевший хоббит, наблюдавший за этим с легким удивлением. Он моргнул и оперся о ствол дерева спиной, рассматривая развороченную землю и несчастные деревья, которые пострадали и повалились после драки драконов. На войне не было драконов - а если бы и были, то с ними справлялись загоны хоббитов, а не один... Бильбо фыркнул стыдливо и, пригладив растрепанные волосы, поднялся на дрожащих ногах. Еще немного - и до него дойдет, что произошло, и тогда хоббита начнет бить дрожь. Пока этого не случилось, он, хромая и не пытаясь отыскать в этих завалах свою палку, побрел к запорошенному листвой пистолету. Бэггинса шатало, но он не мог не похвалить дракона. - Знаешь, это было потрясающе, - засмеялся он, оглядываясь себе через плечо.