Потерянный в Поднебесной

Глава 34: Два меча под лучами заката

Ким Тэхён уже попрощался с головой мальчишки, кинувшегося под его лошадь, когда тот самый учитель Ся кинулся вперёд и, обхватив мальчишку, отпрыгнул в сторону, из-за чего бумага свалилась в лужу, а они сами отлетели на траву в обнимку. Ким Тэхён, от удивления распахнув глаза, тотчас спрыгнул на землю, наскоро привязал животное к дереву и подбежал к поднимающимся незнакомцам. — Прошу прощения, уважаемые господа! Моя вина! Я невовремя заметил юношу, — он подал руку взрослому мужчине. Но всё обернулось таким образом, что учитель и его ученик взяли вину за происшествие на себя, тем самым полностью оправдав Тэхёна. Так враждебного настроя между ними не произошло. — Простите, учитель Ся! — низко-низко поклонился мальчишка. — Простите, господин! Ещё некоторое время все извинялись и рассыпались в любезностях, но покончили на том, что учитель Ся недобро смотрел на своего ученика и пытался оттереть грязь с его щеки, из-за чего тот едва ли становился чище. Ким Тэхён простился с ними обоими и бросил прощальные извинения. И вот, уже почти дойдя до своей лошади, он опомнился: — Уважаемые господа, а не знаете ли вы, где здесь могу я приобрести хороший меч? Учитель Ся, благопристойный и строгий на вид мужчина, одетый в чисто-медные одеяния с еле видимыми полосками пыли после падения, дал ответ, который несколько огорчил: — В нашем городе был один талантливый мастер, но он ненадолго уехал, чтобы проведать своего сына в Чёрном Кольце, поэтому, простите, господин, я не знаю. — Ах, вот оно как… Но не успел он окончательно отчаяться, тут же мальчишка с упавшей на глаза чёлкой воскликнул: — Господин, так мой учитель и сам изготавливает чудные мечи! Мой учитель самый талантливый и умелый мастер, просто он очень скромен! Мужчина покосился, потёр лоб и несколько утомлённо признался: — Ах, да… Я же тоже занимаюсь изготовлением оружия. Но моё оружие недостаточно хорошее… — Этот уважаемый господин может приобрести меч у моего учителя по очень щедрой цене! — Вондо, не говори как торгаш! Ким Тэхён коротко посмеялся и лучезарно улыбнулся, располагая этой улыбкой к себе двух новых знакомых и заставляя их сердца заходиться. Стоило отметить, они также нашли великолепной внешность встреченного путника, несмотря на сокрытость за маской и доули. Мужественная фигура, статность в манере поведения, даже походка и взгляд — всё говорило о благородном происхождении и пылало красотой. — Тогда я могу приобрести у вас меч по обещанной щедрой цене, господин? Мужчина одарил своего ученика недовольным взором. Идея продавать свои мечи, видимо, не казалась ему слишком привлекательной. — Можете… Только вот боюсь, что вы будете разочарованы и не захотите тратить на мои изделия денег… Собственно, если вам не составит труда, сначала мы поднимемся на тот холм, — учитель указал на третий холм, считая от виднеющихся полей, где располагался большой коричневый дом среди густых деревьев со скромной чёрной черепицей. — Это дом моего учителя. — Отлично. Давайте же отправимся туда! Проходя цветочные поля и сверкающую реку, дом на холме, окинутый тенями растущих там древесных великанов, оказывался с каждым шагом всё ближе и ближе к ним. Ким Тэхён не желал окончания этого пути. Его душа плескалась и светилась, озаряя самые счастливые думы и затмевая старую боль. Он внимательно всматривался в омытые солнечным светом красоты природы. Ему нравилась протекающая сверкающая река вдали, проскакивающие кузнечики, голубое чистое небо и освежающий воздух, как будто более свободный и рваный, чем где-либо ещё. Он молча восторгался тёмно-фиолетовыми цветочками, сопровождающими их всю дорогу, и гадал об их названии. Всё-таки ему нравилось вдыхать свежий, прохладный воздух среди природных искусств. — Господин Хён Тэким, — обратился за прогулкой учитель Ся, — зачем заклинателю, у которого, не сомневаюсь, уже есть духовный меч, покупать недостойную железку? Верно. Несмотря на официальное возращение на трон, он продолжал скрываться и надеялся на то, что маска, доули и до боли глупое имя утаят для учёного человека истинную личность его покупателя. — Не слушайте моего учителя, уважаемый господин. У учителя Ся самые лучшие мечи, —встрял мальчишка и дёрнул за край чужого рукава, нашёптывая: — Учитель!.. Кто ж так деньги зарабатывает? — Не лезь в чужой разговор, Вондо. Трое людей подходили к холму вместе после того, как Ким Тэхён покрепче привязал свою (не свою, а украденную вообще-то) лошадь к дереву, заверенный юношей в том, что никто не возьмёт чужого в этом городе. Он не хотел ехать, смотря на то, как двое его новых знакомых напрягают ноги, но также не осилил бы усадить всех сразу верхом. Так что по закону справедливости просто решил пройтись вместе с ними пешком. Маска под горячими лучами солнца раздражала кожу его лица сильнее и заставляла всячески её поправлять, расчёсывая щёки. — Вы прознали, что я заклинатель? Это очень легко? — По вашему виду всё сразу понятно. — Мой учитель Ся невероятно умён, поэтому, разумеется, он сразу понял! — Вэй Вондо! — Что? Это же правда! Весь город об этом знает! Кого ни спросите, они точно так же скажут! Вы — самый умный человек в Поднебесной! — …Так зачем же вам меч, господин-заклинатель? — Ничего особенного. Всего лишь хочу сравнить мои силы с силами дражайшего друга. — Ах, должно быть, мужские соревнования за преимущество? Достойное дело. Он долго не находил, что на это ответить, потому что для всех остальных сражение, конечно, выглядело так, но сам Ким Тэхён видел в их будущем соревновании совсем иные помыслы. Никаких мужских состязаний, присущих завистливым подросткам! Он не опустился бы до такой низости и ни в коем случае не пожелал бы осквернять жаждой хвастовства Чон Чонгука. Ким Тэхён желал сойтись в бою с ним исключительно с самыми светлыми и чистыми мыслями, но он не знал, как правильно объяснить это и не прозвучать странно или двусмысленно, поэтому просто сторонне согласился: — Вроде того. — Позволю полюбопытствовать: вы родом из Чёрного Кольца? — Хм, нет. На самом деле я принадлежу Звёздным Водам. — Ох, Звёздные Воды? Слышал, долина страдает и терпит убытки из-за пропавшего императора? И тут он осознал: «Ох… Лучше бы я никогда не открывал своего рта». — О! Я слышал об этом! Лео сказал, что их император трусливо сбежал! Он сказал, это до ужаса позорный случай! И… — небрежно и насмешливо говорил мальчишка. — Вэй Вондо, сколько мне ещё повторять тебе закрыть рот?! — Это так, — держа себя в руках, спокойно согласился Тэхён. — Он и правда трусливо сбежал, но недавно нашёл в себе силы, принял ответственность и решил вернуться. Очень скоро состояние долины придёт в норму, поверьте. — Он — Великий Мудрец, — напомнил к чему-то учитель Ся, недружелюбно нахмурился и в тот же миг позабыл про всякие манеры и осторожность. — Они редко что-то приводят в норму. Чаще всего творят хаос, превращают в ад жизнь окружающих, а потом исчезают, сваливая этот груз на чужие плечи. Не примите за грубость, но не стоит питать к нему больших надежд, господин Хён Тэким. Навряд ли из этого что-то выйдет. Склонив голову, Ким Тэхён ничего не ответил. Когда время подходило к закату, трое господ разгуливали по второму этажу богатых и аккуратных владений, занимаясь кто чем: мальчишка, войдя в обшитый шёлком зал, привычно и натурально плюхнулся за стол у окна; его учитель Ся рыскал из комнаты в комнату, видимо, подыскивая достойное продажи оружие; а Ким Тэхён расхаживал из стороны в сторону и рассматривал различные украшения, картины, книги… Ничему особо он не удивлялся, ведь когда-то жил в самых роскошных владениях Поднебесной. — Учитель Ся, у меня есть вопрос! — взяв со стола раскрытую книгу, оповестил мальчишка. — Я уже сказал тебе, нет! — Нет. Это другой вопрос, — не дожидаясь разрешения, ученик закрыл учебник и помахал им: — Когда вы уже расскажете мне конец этой истории? В прошлый раз мы так и не добрались до… — по какой-то причине юноша тут же скрыл своё смущение за обложкой. — До окончания… В соседней комнате на миг прекратилось шуршание. — Конечно, не добрались! Как мы дойдём до завершения, если ты так отвратительно себя ведёшь? Ким Тэхён лениво перевёл взор на учебник и чуть подошёл, чтобы осмотреть, заинтересованный изящной обложкой. — Что за история? — О-о, это очень захватывающая и мистическая история. Раскрыв книгу ровно посередине — там, где на левой странице красовалась мазаная иллюстрация к тексту, мальчишка таинственно произнёс: — История о Повелителе Драконов… Ким Тэхён провёл взглядом по рисунку и, резко оторопев, с испугом отшатнулся обратно. Его прошиб озноб: кинуло в холод и заметно затрясло. Человек, изображённый на рисунке, стоял на белоснежных ступенях в бордово-чёрных одеждах. Его волосы были завязаны в высокий хвост с длинными выпущенными прядями. Он нёс на себе «убор дракона». Всё вокруг изображалось таким тёмным, словно вечная ночь упала на мир, и лишь одно небо горело пламенно возвышающимся драконом. Ледяной ветер, жаждущий крови и горько скорбящий. Те залитые кровью небеса, которые однажды позволили Ким Тэхёну сбежать поздним дождливым вечером… Он видел их в своём сне так много раз, что подавился собственным сердцебиением, запульсировавшим в горле. Ким Тэхён на некоторое время оглох, не слыша ни зова мальчишки, ни встревоженных вопросов учителя Ся, и, точно покрывшаяся льдом фигура, мертвенно застыл. Взгляд, наполненный кошмаром, что вырвался из снов, остановился на картинке из учебника. — Господин Хён! Что с вами?! — мужчина откровенно тряс его за плечи, когда книга упала закрытой на стол и тот пришёл в себя. — Кажется, ему плохо! Неси… — Нет. Ничего. Всё нормально. Простите, — завертев головой, он подал голос. Ему тотчас вернули личное пространство, оставив плечи в покое. — Ох, ну и испугали же вы нас!ьВы выглядели так, словно умерли на месте. Такой бледный и… — Вэй Вондо. Ученик нехотя и всё же послушно примолк, но продолжал посматривать на потерянного Ким Тэхёна с неодобрением. Подойдя к столу с опаской, он молча развернул книгу на той самой странице и тихо спросил: — История Повелителя Драконов? Не могли бы вы мне рассказать её?.. Учитель Ся насторожился и, подумав, произнёс: — Прошло шестьсот лет с тех времён. Уверены, что хотите знать? — Да. Пожалуйста. — Что ж, — видя это выражение лица, мужчина вздохнул и кивнул: — Тогда присядьте. Это довольно долгая и печальная история со множеством сложностей и неясностей… Последние проблески воспоминаний о солнечных лучах, расходясь в тёмно-синих небесах, оставляли этот день и напоминали, что дневные дела пора заканчивать. В обычное время люди любовались жёлтыми и ярко-розовыми красками заката, но в тот вечер, когда прохладный и скучающий ветер колыхал чёрные одежды человека, смотрящего на острые скалы, закат оповестил о завтрашнем похолодании в красных, расползающихся по небу цветах. Чон Чонгук сидел на огромном камне, находящемся прямо в озере Биянь. Он отложил в сторону меч и, свесив ноги, смотрел на небо. С поднятой головой сохранял всё то же нечитаемое выражение, как всегда. Выражение на лице Чон Чонгука менялось в зависимости от ситуации: как-то Ким Тэхён видел его по-настоящему злым, разочарованным, уставшим; ему даже выпала возможность уловить полуулыбку на его белом лице, и он знал, что для таких людей, как О Ысыль или Сун Цинлин, Чон Чонгук в силе и рассмеяться. Но он действительно не понимал, кого Чон Чонгук пытался обмануть, ведь вне зависимости от эмоций на его ровном лице, в глазах ничего не было, как будто он лишь менял маски в определённые моменты. В этом они были так похожи, что Ким Тэхёну становилось неловко. Сколько ни смотри, в том водянистом взгляде не рассмотреть ни одного чувства, ни одной мысли. Всё заточалось под чем-то твёрдым и печальным. Никак не разобрать, что это такое. — Эй, Гу-гу! С неизменно счастливой улыбкой Ким Тэхён перепрыгивал с булыжника на булыжник и радостно махал новокупленным мечом. Вокруг всё тонуло в тиши и умиротворении, постепенно отходило в сумрак и засыпало, оттого этот шумный мужчина, прыгающий и настолько ослепительно улыбающийся, что в уголках его глаз появлялись смешливые морщинки, казался не вписывающейся деталью. Забравшись на высокий камень, Ким Тэхён упал недалеко от своего друга и повертел перед ним своим оружием: — Смотри, что я купил сегодня! — Безделушка, — поднявшись на ноги, заявил тот. — Это с чего бы вдруг?! Отличный меч! — Я думал, что вы разбираетесь в оружии. — Тебе так нравится этот взрослый, что ты подметил все его интересы? — смотря снизу вверх, лукаво улыбнулся Ким Тэхён и позабавился выражением на лице молодого человека. — Я ещё в Ханаме понял, что ты мой фанат, Гу-гу! Вдруг лезвие чужого меча оказалось меньше чем в цуне от его щеки. — Ладно-ладно, не горячись. Я просто шучу! Ха-ха-ха! — он поднялся. — Учитель Ся сказал, это последнее, что у него осталось. У меня не было другого выбора, кроме как купить этот не очень хороший меч. — Учитель Ся? — его бровь дёрнулась. — Мой новый знакомый. Очень умный и… Прямолинейный человек. — Я вижу, этот мир полон ваших знакомых и друзей, — явно не одобряя, сказал Чон Чонгук и вдруг сделал нападающий выпад. Таким образом, с игривостью в глазах Ким Тэхёна и лёгкой раздражённостью беспристрастного Чон Чонгука они и начали своё состязание. — Ошибочное мнение, Гу-гу. Не стоит так говорить. Он попытался задеть его ноги, но в прыжке назад Чонгук очень ловко избежал ранения. — Кроме тебя, у меня друзей нет. — Звучит неправдоподобно. Чон Чонгук водил рукой плавнее, чем змея искручивается вокруг ветви дерева, и действовал настолько уверенно и опытно, что любой бы лишь при одном взгляде понял, что этот заклинатель прошёл длинный путь в совершенствовании своих знаний и умений в бою. Чёрные рукава пышно переливались и со взмахами, производимыми Чонгуком, порхали изящными водопадами. Чон Чонгук сделал три ветряных движения и использовал хитрый трюк, чтобы вызвать недоумение соперника и тут же вонзить меч в живот, но Ким Тэхён догадался и ловко отразил удар. Однако Чонгук держал при себе столько просчитанности в следующем ударе и так точно действовал, что лезвие Тэхёна не имело надежды срезать ни волоска с него. — Нет. Это правда. Всё из-за того, что я не так дружелюбен, как мой Гу-гу, — неприятно усмехнулся он, в очередной раз выполнив резкий выпад вперёд. Увернувшись, Чон Чонгук с лёгким летящим взмахом руки и наклоном головы провёл мечом по воздуху, потому что Ким Тэхён угадал повторяющееся движение и мягко ушёл от нападения. У него неплохо выходило с продуманностью во время сражений, ведь именно на этом и строились в первую очередь удачные победы. В юношеские годы Тэхён зачастую выигрывал по двум немаловажным причинам: первая — разнообразие смешанных стилей в сражениях, а вторая — умение просчитывать следующий шаг. Иногда, конечно, встречались и случаи, когда ему всего лишь ставили недостойного соперника, но в основном Ким Тэхён одерживал победы благодаря своим стараниям и уму. И он отыскал то же самое в Чон Чонгуке сегодня. Однако, что удивительно, Чон Чонгук справлялся в несколько раз лучше с выбором нападения и защиты, а ещё он плыл в единственном стиле ведения, которую Тэхён ни разу не встречал, и это оказалось большим преимуществом. Где-то стиль напоминал устаревшие иностранные техники, а где-то он понимал, что вообще не видел ничего подобного за всю свою жизнь. Чон Чонгук напомнил ему призрака гордого и сильного воина из прошлого. Таким образом, казалось бы, пользуясь одними и теми же трюками, они находились в совершенно разных положениях, и Ким Тэхён сразу же понял это. Вероятность его победы в состязании достигала самых низких процентов. Он догадался об этом, стоило сражению начаться. Но пусть и так, продолжая с ним сражаться, Ким Тэхён знал, что получал несравненное удовольствие, думая о том, что это — исключительно редкий опыт, и загорался только большим интересом по продолжении. В его глазах разжигался азарт, а в груди пылала страсть, распространяющаяся и на его нападения также. — Что за ерунда? — наконец ответил Чон Чонгук на странную речь, услышанную ранее. — Ерунда? Но ты так близок со своей Сун Цинлин! — вместе с вырвавшейся эмоцией перед глазами молодого заклинателя неожиданно блеснуло острие меча. — Я уже начинаю задумываться о том, когда ваша свадьба! Два лезвия столкнулись, раз за разом ударяясь друг от друга, и отразили прощальные лучи ярко-красного заката на тёмных небесах. Подолы чёрных и синих одеяний колыхал вечерний ветер, в их глазах отражался восторг и немая похвала друг для друга. Оставив его без ответа, Чонгук взмахнул рукой в остром ударе, но Тэхён перепрыгнул, поворачиваясь спиной к окраине того камня, на котором они вели сражение. Он успел решить, что дальше последуют мелкие выпады со стороны Чон Чонгука, однако после первого острого удара последовал второй, к чему Ким Тэхён оказался не готов. Лезвие едва не коснулось его кадыка, когда он оступился и, протянув руку в желании ухватиться за что-то, неосознанно вцепился в рукав младшего. И так, вместо одного проигравшего Ким Тэхёна, вниз в воду полетел ещё и победитель. От охватившего страха в полёте он небрежно отбросил в сторону меч и неожиданно обвил руками шею Чон Чонгука, прижимая его к себе и закрывая глаза. Он не имел в виду ничего, о чём каждому подумалось бы, а всего лишь очень боялся падения. Он схватился за него, как будто Чонгук мог бы взлететь ввысь и не дать им упасть. Два порхающих силуэта в объятиях ворвались в тихую и мирную жизнь озера Биянь, сотрясая всё существование озера. Большой всплеск, и вот — вновь тишь да гладь. Они вынырнули там, где их ноги доставали дна, и прежде чем Чон Чонгук начал бы свои злые, до безумства злые тирады, Ким Тэхён кинулся вперёд и, обхватив чужой затылок рукой, нарушил всякие существующие приличия и прикрыл его губы ладонью. — Прости, прости, прости! Не надо злиться! Я не специально! Прости! Не хотел! — на одном дыхании он проговорил всю эту речь и, не отрывая ладони от мягких и влажных губ Чонгука, сломал последние тонкие грани личного пространства, желая показать, как он виноват, — с утешением он провёл рукой по его мокрой чёлке, чтобы та не лезла в глаза. Чон Чонгук с открытым лбом стал ещё красивее, чем был, когда казалось, что это невозможно. — Я уберу ладонь, но ты не станешь на меня ругаться, хорошо? Пожалуйста! — он сказал это так, словно при желании Чон Чонгук не смог бы насильно заставить отвести ладонь. По крайней мере, он легко переломал бы все его пальцы разом. Кивка в ответ не последовало, но он осторожно опустил руку. Чонгук некоторое время смотрел на Тэхёна, как на полного дурака, а затем, злобно взмахнув, в полном молчании, но очень раздраженно направился на берег. В противовес своим мыслям, от его озлобленного молчания Ким Тэхён ощутил себя намного хуже, чем если бы Чон Чонгук начал ругаться, и поэтому кинулся за ним вслед: — Гу-гу, прости этого глупого взрослого! Я случайно ухватил тебя! Прости, прости, прости! Ну скажи хоть слово! Гу-гу-у-у-у! Чон Чонгук проигнорировал его и ушёл один, оставив его величество позади. Промокший до ниточки Ким Тэхён остановился, и весёлая гримаса сошла с его лица, как будто нитки развязались и упали. Он затуманенным взглядом смотрел ему в спину и, ощущая в груди неподъёмную тяжесть, думал о чём-то своём.