Потерянный в Поднебесной

Глава 35: Яростный тигр не смолкнет сам

Ху Сунь-ши шагал позади двух заклинателей, один из которых являлся его драгоценным императором, и с разрастающейся ненавистью прожигал взглядом того, кого его император считал близким другом. Он вспоминал вчерашний поздний вечер, когда они вернулись вместе, мокрые и при странных обстоятельствах диалога. Государь Звёздных Вод всё умолял Чон Чонгука заговорить с ним, а этот подозрительный подлец смел игнорировать его и иногда намеренно встряхивал мокрой одеждой, чтобы капли попали на лицо. Ху Сунь-ши был вне себя и едва не запульнул корзину с ягодами в Чон Чонгука, не имевшего ни доли уважения к императору самой величественной долины Поднебесной. Сегодня же всё между этими двумя пришло в норму: они без устали переговаривались. За разговорами все трое дошли до главного здания Чёрного Кольца — Центрального дома, где проживал глава, Шэнь Гэн, и решал все вопросы этой местности. Центральный дом являлся и жилым домом, и личной резиденцией главы Чёрного Кольца. Он огораживался высоким забором, но из-за того, что сам дом также был высок, его удавалось разглядеть. Этот день начался с моросящего дождя. Небеса мрачно набухали и погружали в уныние. Лишь взглянешь на чернеющие плотные и объёмные облака, застелившие собой голубизну и скрывшие солнце, и придут мысли о приближающемся ливне. Резвый ветер поднимался и обдавал прохладой. Кроны встречающихся деревьев под его напором беспокойно наклонялись ниже и ниже. Вчерашний алый закат не обманул жителей: погода изменилась и от тепла мало что осталось. Ким Тэхён не мог не радоваться изменениям и не наслаждаться ей. Он ликовал душой. — Как я соскучился по дождю! — улыбался он. Чон Чонгук же настороженно оглядывал веяния урагана и пытливо различал что-то вдали лесов, иногда заглядывая в сами тучи. Ху Сунь-ши заинтересованно обводил взглядом толпу, собравшуюся у владений создателя Чёрного Кольца. — Кто это? — покосился Ким Тэхён. — Заклинатели, главным образом помогающие мне в управлении, — их встретил Шэнь Гэн. Все, кроме бесстрастного Чон Чонгука, на секунду напряглись, хотя и упорно старались игнорировать неловкость предыдущей встречи. К счастью, Ху Сунь-ши оставался молчалив и не выглядывал из-за спины своего императора, пусть и не прекращал пронзать Шэнь Гэна взглядом. Сам создатель Чёрного Кольца вообще на него не обращал внимания и даже намеренно отвернулся. — Почему они здесь собрались? — Попрошу вас внутрь. За обедом всё расскажу. С этими словами Шэнь Гэн, шествуя впереди, повёл двух заклинателей и ученика Белого Дворца к большим воротам, ведущим внутрь двора. Но, к великому сожалению, прямо тогда ворота распахнулись и на внешнем дворе показался небольшой отряд из десятка человек, заставивший переговаривающихся заклинателей смолкнуть, а шествующего Шэнь Гэна остановиться. Вели этих людей трое невысоких, но крепких мужчин с до того резкими чертами лица, что все их деяния буквально отражались на коже. Однотонно болотные одежды из грубой ткани важно развивались на ветру, рукояти мечей блестели без солнца, взгляды надменно проходились по остальным заклинателям. И внезапно один из трёх взглядов зацепился за того, кого вёл Шэнь Гэн. Тот мужчина, что стоял в центре и держал волнистые волосы в низком хвосте, что-то с улыбкой шепнул двоим товарищам и махнул остальным подчинённым, чтобы вместе двинуться к Шэнь Гэну и его гостям. Чон Чонгук ожидал, что это кто-то из соперников главы Шеня. Вероятно, завяжутся препирательства и недовольства. Не только он так думал. Шэнь Гэн, знающий эту орду довольно хорошо, также предполагал дурные вести. Однако, к всеобщему удивлению, широкоплечий мужчина с двумя шрамами на шее и волнистыми волосами неуважительно кинул: — Неужели это сам Его Величество Ким Тэхён-и собственной персоной? Шэнь Гэн, Чон Чонгук и Ху Сунь-ши — все они в одно время по-своему изумлённо обернулись. Вот такого поворота событий уж никто из них не ожидал. Ни маска, ни шляпа его не выручали, когда что-то ужасное должно было произойти. Ким Тэхён приподнял подбородок, убрал руки за спину и презрительно прищурил глаза. Он не обратил внимания на озадаченные взгляды и прямо посмотрел на подошедших знакомых. Держал себя в руках и не подавал знаков тревоги, хотя все его внутренности сжались. Старые знакомые, с которыми, расставшись однажды, никогда не хочется встречаться вновь, спустя много лет вновь появились в его жизни и заставили до скрипа зубов пожалеть о том, что Ху Сунь-ши, Чон Чонгук и Шэнь Гэн находились сейчас за его спиной. — Как смеешь! — взбушевался его ученик и собирался оголить свой меч, но Тэхён предупредительно поднял руку и успокоил его, как бы говоря: «Это моё дело». Тем временем трое давних знакомых усмехнулись. — Как ты говоришь с ним, Лео? — обратился Шэнь Гэн к главе этого сброда, но на него и не посмотрели. — Ну и занесло же тебя, недоросток? — продолжил тот, чьё имя прозвучало. — Слышали, Ким Тэхён-и сбежал, когда его обвинили в совсем не детских чувствах к господину Су Сонхо? Получается, это правда? — мужчина несдержанно засмеялся, и двое подхватили этот смех. Второй молчаливый удар удивления прошёлся по тем, кто стоял на стороне Ким Тэхёна. И словно тысячи клинков вонзились в него, но он смолчал и сдерживал поднимающийся конец света у себя в голове. Его пальцы тут же залились краснотой, а желание натянуть доули на сверкающие униженностью глаза возросло. Разумеется, никто из друзей Тэхёна не знал этой истории. Только Ху Сунь-ши, который всю жизнь думал, что это не больше чем пустой слух… — Получил такой дар и сбежал! Да ты и впрямь бестолковая псина, прямо как говорил учитель Но! Ким Тэхён-и настолько отвратительный император, что мы сразу же покинули Звёздные Воды после церемонии Цветения, ты в курсе? Но эти заклинатели получили не совсем то, на что рассчитывали. — Охо-хо-хо, какие жертвы! — Ким Тэхён коротко рассмеялся им в лицо. Он невинно постучал пальцем по виску и неискренне произнёс: — Прости, но можешь напомнить своё имя?.. Знаешь ли, много учеников покинуло долину после моего становления на престол. Не запомню же я каждого! — Мы учились в одном классе, идиот! — вскрикнул разозлённо тот, что стоял левее от Лео. — Правда? — он сложил руки на груди и наклонил голову. И только они вновь вздумали открыть рты, как Ким Тэхён замахал руками и с восторгом указал на того, кто стоял посередине: — А-а! Я помню, помню! — Он захлопал в ладоши. — Это же ты тогда расплакался, когда занял второе место на последних экзаменах в Погребальных Ямах? Кажется, ты. Прости! В тот день ты вроде отмечал день рождения? А я даже не уступил первое место! О Небо, мне так стыдно! Он надеялся на этот хитрый ход, но поздно осознал, что сделал хуже. Вот уж и правда, Ким Тэхён — настоящее проклятие не только для окружающих, но и для самого себя. Двое из них уже захлёбывались слюной от злости и лопались от раздражения. Они краснели и ломали собственные пальцы из-за услышанного, и это то, чего он добивался своим игривым поведением, однако… — Это я, — спокойно признал Лео. — Что ж, хвастайся этим сколько хочешь, ведь навряд ли у тебя есть другие достижения, да? Ха-ха-ха! Тебя же ненавидели все подряд: ученики, учителя, собственная сестра. И даже уважаемый господин Су, слывший тебе лучшим другом, стеснялся с тобой рядом ходить!!! Насколько же ты ущербный, раз одного тебя презирало столько людей? — он чуть выступил вперёд и оскалился: — Наверное, одиноко было? Бедненький ребёнок, которого любили в детстве, но отвергли выросшим. А, должно быть, много травм ты получил, когда весь дворец узнал, что Ким Тэхён-и — обрезанный рукав! Ха-ха-ха-ха! Так испугался, что сразу..! Лео не успел договорить, потому что мрачный Чон Чонгук вдруг ударил его коленом в живот, а затем схватил за шиворот и отбросил в лужу на несколько чжанов. Тот, подобно жалкой псине, рухнул с всплеском. На Чон Чонгука бросились бы его заступники, не будь на месте Шэнь Гэна, который одним движением запретил им двигаться с места. Но было поздно останавливать Лео. Он в худших выражениях выставил позорное прошлое Ким Тэхёна всем на обозрение. Все карты раскрыли, и страшным образом Тэхён обесчестился перед теми, кого считал близкими себе. Этот человек вытащил из сырого и грязного подвала вещи, за которые Ким Тэхён ненавидел себя больше всего на свете, из-за которых его уши трещали. Грудь поднималась и опускалась, набитая унижением и досадой. Каково ему было, когда он не терпел упоминания об этом даже в собственной голове, когда он пресекал любое напоминание, когда пытался тысячи раз выжечь из своего мозга те мерзкие воспоминания? Теперь же все знали о его старых ошибках и смотрели точно так же, как в день Цветения ученики и учителя смотрели на будущего государя долины. Но, говоря об этом вслух, Лео не знал, что за шутки над безудержным монстром жестоко расплачиваются. И если он не знал, что за существо перед ним, то совсем скоро узнал. Зажившие раны лопнули: спина и руки сквозь одежду омылись кровью, зрачки сверкнули жёлтым и ярко обратились в тигриные. Сквозь его тело пробился божественные ореол свечения, и в руке появился искрящийся духовной силой длинный и тяжёлый меч да-дао. В конце концов, Лео воспользовался наиболее острым ножом, чтобы вспороть всё то, что Ким Тэхен так долго и неумело зашивал в одиночестве. И Тэхён не собирался оставаться в долгу. Все как один отступили назад и с испугом в глазах уходили всё дальше от человека, в котором очнулось божество. Шэнь Гэн мгновенно загородил собой Ху Сунь-ши, схватил за запястье и также заставил отойти. Лишь Чон Чонгук оставался на месте. Рядом с ним. Люди зарились на Ким Тэхёна, точно дикое животное появилось перед ними, и с опасением замерли. — А я и правда забыл, как ничтожен… — раздался хриплый, подрагивающий от беспомощности голос. Того самоуверенного и надменного Лео, с трудом поднявшегося из лужи, вдруг затрясло. Его прислужников и двух товарищей тоже. Десяток беззащитных ланей перед огромным голодным тигром не находили убежища для защиты и жалели о том, что посмели предстать перед ним, забыв о своей породе. — Что такое? Ты уже не такой смелый, Лео, — он поднял тяжёлый меч и указал на него. Их пробрал каменный страх, и каждый, кто видел разъярённое божество, ощущал веяние приближающейся смерти. Заклинатели, собравшиеся у дворца Чёрного Кольца, почувствовали проходящие сквозь них вибрирующие волны нескончаемой духовной силы и приходили в ужас от невиданной мощности. Божественный ореол слепил их. Немая тишина, созданная ожиданием действий Ким Тэхёна, загоняла сердца людей в пятки и заставляла молиться. Но она прервалась ровно в тот момент, когда божественное свечение секундно сверкнуло — и тело Лео распалось на две части. — Он… Он рассёк его душу!!! — срывая горло, завопил кто-то и от потрясения упал на землю, дрожащими руками доставая меч. Услышав выкрик, оглушающая волна паники перевернула всё с ног на голову. Заклинатели, встретившиеся с тем, кто мог лишить их этой жизни и всех жизней наперёд, бешено заметались в плаче и криках. Они метались из стороны в сторону, хватались друг за друга и молили о помощи. Одного примера оказалось достаточно, чтобы они представили на месте Лео себя. Ким Тэхён рассек не только тело. Он уничтожил его душу, лишая шанса на перерождения. Стёр с лица одним ударом меча… И теперь все действительно смотрели на него как на одичавшее, кровожадное животное. Они с воплями выжидали, когда явится тот, кто посадит разъярённого тигра в клетку и вернёт им их безопасность. Светлый дух рассеялся в воздухе. После себя он оставил неприятный запах крови и чего-то горелого. Но вместо того, чтобы вернуться в сознание и прекратить, голод убийства и жажды лишь больше разыгрались в Ким Тэхёне. Тигриные глаза метались туда-сюда — так вырвавшийся дар наслаждался своим превосходством и ощущал полноту мощи. Шэнь Гэн сильнее сжал запястье потерянного и испуганного Ху Сунь-ши, оголил меч и без сомнений собирался насмерть сразиться с тем, кого некоторое время назад называл другом. В любом случае он лишь хотел защитить самое ценное для себя. Шэнь Гэн стоял не так уж далеко и проникался накаляющейся паникой, но не позволял себе потерять контроль и превратиться в такого же перепуганного зверёныша. Ему всё ещё нужно было убедиться в сохранности Ху Сунь-ши и Чёрного Кольца. Он не стал бы главой в этих местах, если бы не умел переступать через свои чувства. Под действием дара Ким Тэхён готовился уничтожить все увиденные им души и закончить существование Чёрного Кольца. Но если и этого будет мало, он может потерять голову и стать тем, кто зальёт кровью всю Поднебесную, обольёт её кислотой и поставит на колени всё живое. Этот заклинатель, до недавнего времени мило улыбающийся и говорящий всякие глупости, который жил справедливостью, будто продал под действием дара самого себя. И то верно. Чем дальше, тем меньше оставалось от истинного Ким Тэхёна. Между тем единицы заклинателей, сохранивших достоинство даже перед страхом смерти, готовились с бесполезной храбростью атаковать его, но небеса неожиданно прогрохотали. С поднявшимся сумасшедшим ветром на дворец Чёрного Кольца начали нападать неизвестно откуда взявшиеся тёмные существа. Никто не ожидал, что они выберут именно этот, самый неудачный момент, чтобы захотеть разнести людей в пух и прах. Потому что претендент на это уже имелся. Тёмные существа, выглядевшие как смешанные в одно уродливые виды разных животных, входили в разряд среднего класса, но отличались особой жестокостью и беспощадностью к жертвам. Их называли «свинопасами», потому что эти твари имели свиной хвост и половину свиной морды. По причине неожиданности заклинатели среагировали не сразу. «Свинопасы» обитали на юге Поднебесной. К тому же их вид почти полностью был заключен в Погребальные Ямы ещё много лет назад. Однако это не помешало им бесчисленной ордой прилететь в Чёрное Кольцо, находящееся на западе. Они впивались в шеи заклинателей и обгладывали до самых костей. Будто вылетая из мрачных опускавшихся туч, тёмные существа подлетали и подлетали без конца. Это заставило заклинателей на время оставить проснувшееся полубожество, чтобы отбиться от назойливых и до ужаса изголодавшихся тварей. Ведь они нападали с таким рвением, словно никогда не ели или находились на грани сумасшествия от недостатка пищи. Так бешено и беспрестанно пытались вонзиться в глотки людей, что, пока их не убьёшь, не отстанут. Это и было главной причиной сбора помощников Шэнь Гэна. Пару дней назад в разных областях долин подмечали мелкие нападения тёмных существ, которых, по сути, уже на свободе быть не должно. Затем их становилось всё больше, сила и жажда их возрастала до невероятных размеров. Несчастные и жалкие тёмные твари, никогда не отличавшиеся силой, вдруг осмелели и в одних стаях с низкоуровневыми тёмными существами бороздили Поднебесную, пожирая целые деревни. Средние тёмные существа, как раз такие, как «свинопасы», появились совсем недавно, буквально пару дней назад. Они удивляли и ставили заклинателей в замешательство своей принадлежностью и количеством. «Такого не может быть», — думали они и оказывались правы. Действительно не могло, но оно случалось: среднеуровневых тёмных существ видели всё чаще. Высокоуровневых, к счастью, пока замечено не было. Большая часть тёмных существ заперта в Погребальных Ямах Звёздных Вод, другая трусливо обитала в Городе Мёртвых и не высовывалась в человеческий мир, остерегаясь заклинателей. Откуда их взялось столько, чтобы храбро сжирать деревни и нападать на города? Несколько долин уже начали расследовать причины этого. Пара глав отправилась в Звёздные Воды, чтобы узнать о том, не прорвались ли где-нибудь Погребальные Ямы, потому что, очевидно, вся эта мерзость, жутко голодная и дикая, вырвалась оттуда. Но это бы не особо волновало Шэнь Гэна, если бы вчера во время отлучения на выручку в Тихие Берега, на границе с Чёрным Кольцом, он не поймал одного из таких летающих существ. Именно поэтому сегодня он собирался созвать сильнейших заклинателей и привести полубога на подмогу, чтобы защитить жителей. Об этом Шэнь Гэн думал оповестить их за обедом. Но кто знал, что Ким Тэхён в последний момент вместо защиты станет главной опасностью? Сражаясь и беспрестанно оглядываясь на Ху Сунь-ши, он так сожалел о том, что император Звёздных Вод сейчас не в трезвом рассудке, иначе бы одного взмаха его меча да-дао хватило, чтобы разорвать на части всю эту дрянь разом. К несчастью и собственному невезению, ему приходилось больше остерегаться убийственного Ким Тэхёна, чем прибывших тёмных существ. — Сейчас я призову Крылатую Колесницу и ты залезешь внутрь, понял? Они позабыли о прошлом перед перспективой быть убитыми и сражались с Ху Сунь-ши плечом к плечу, поэтому докричаться до него было несложно. Вокруг то и дело взмывала кровь, летали обглоданные руки и надкусанные туловища. Люди кричали о помощи. Слышались отвратительные писки летающих тварей и пережевывание костей. Взмахи мечей и стук железа не прекращались ни на секунду. — Нет! Я останусь здесь! — разозлённо вскрикнул Ху Сунь-ши, одновременно отбивающийся и посматривающий на усмехающегося Ким Тэхёна. Ху Сунь-ши жалобно покусывал нижнюю губу и старался придумать хоть что-то для спасения его величества. Конечно, он ясно осознавал, что что-то не то творится с его даром. Но откуда ему было знать, как это прекратить, когда он только сегодня прозрел в том, что быть Великим Мудрецом — не так уж просто и понятно? Его глаза наполнялись слезами, а обида захлёстывала горло. Ким Тэхёна «свинопасы», очевидно, не трогали из-за расхлеставшейся духовной энергии. Но вся его одежда промокла от собственной крови, а руки, сжимающие столь опасное оружие, тряслись от внутреннего сопротивления! Ху Сунь-ши знал, что этот человек не хотел быть таким опасным, и понимал, почему всё так случилось. — Идиот! — Шэнь Гэн развернулся к нему, взмахнул мечом над его головой и убил очередную тварь. — Тебе нужно уйти отсюда! Или хочешь погибнуть?! — Пока его величество здесь, я тоже останусь, — только он это сказал, как в лицо Шэнь Гэна чуть не впились острые когти, которые отбил Ху Сунь-ши. Покончив с этим, он закричал: — Защищай себя, а не меня, придурок! И ровно в тот момент, как Ху Сунь-ши прокричал это Шэнь Гэну, его взгляд скользнул за чужую спину и наткнулся на то, что заставило его обронить все задние мысли. Чон Чонгук медленно и задумчиво поднял с земли небольшой, но, несомненно, острый кинжал и с определённым намерением двинулся к не замечающему его Ким Тэхёну. — Эй, ты! Ты что собрался делать?! — юноша крикнул, но всё равно не успел бы добежать. — Цзы-чжан! — встрепенулся Шэнь Гэн. Ху Сунь-ши старался, но так и не смог предотвратить то, что омертвило его душу и поражённо обморозило. Ладонь Чон Чонгука до побеления сжалась, а сердце в его груди, скачущее галопом, горько обливалось, но взгляд оттого не становился менее уверенным. Ким Тэхён стоял посреди залитого кровью поля и долго ничего не делал, но звонкий зов привлёк его внимание — то Чон Чонгука звал юный ученик Белого Дворца, которого его тигриные глаза не узнали, но сердце от ужаса дрогнуло. Дар желал впитать больше духовной энергии, и такая энергия изливалась из Ху Сунь-ши. Поэтому его ноги двинулись вперёд, пусть душа и молила оставаться на месте. Рука держала тяжёлый меч, собравший в себе всю духовную силу, и этот меч, наделённый божественным могуществом, мог разделить землю пополам, разрушить миллионы миров несколькими взмахами, превратить человеческие души в ничтожный дымок. И зная обо всём этом, Чон Чонгук схватил Ким Тэхёна за плечи, овитого божественным орелом. Он остановил его шаг и повернул к себе без единой тени страха или отвращения на своём лице. Тот, кто не отступил от него, кто не распахнул глаза от удивления, кто не обвинил его ни разу с начала рассказа, кто видел, что он, стыдливо царапая свои пальцы, нуждается в помощи, — это всё был Чон Чонгук. Он храбро посмотрел в жёлтые глаза и, чуть прищурив глаза от боли, позволил воткнуть в свой бок оружие высшей духовной степени. Переживая страшнейшие мучения от скопившейся энергии, Чон Чонгук вдруг схватил Ким Тэхёна и притянул к себе. Даже сами Небеса не могли ожидать того, что в такой момент он решительно позволит себе поцеловать Ким Тэхёна. — Чон Чонгук! — Ху Сунь-ши едва не рухнул на колени. Он намертво сжал руки на плечах Тэхёна и с незаметными отрывами водил своими губами по его губам снова и снова. Чонгук терпел адскую боль меча, воткнутого в него, и касался Ким Тэхёна вновь с настойчивым рвением. Вместе с односторонними плавными поцелуями божественный ореол постепенно погасал, но его глаза продолжали рвать и метать под закрытыми веками. Поднявшийся ветер трепал чёрные и синие одеяния, близкие настолько, что могли бы слиться в одну ткань. Волосы колыхались и порой падали на глаза, ресницы прикрытых глаз тревожно трепетали. Чон Чонгук целовал мужчину перед собой прямо посреди поля сражения, кровавых луж, горсток костей и выкриков смерти. Он сжимал костлявыми руками трясущееся тело, потому что хотел спасти. И наконец, когда Тэхён проникся высасыванием духовной энергии из себя с помощью Чонгука и ослаб, Чонгук отпрянул — и под тёмными грозовыми тучами сверкнуло короткое металлическое лезвие, способное рассечь всё самое прочное и драгоценное. Резкий взмах запястьем — острие кинжала безжалостно перерезало горло несравненного полубожества Ким Тэхёна. Всплеск! Вдохи застыли, кровь из ровного пореза омыла шею и губы, к которым только что кто-то приникал. — Ваше величество! — Ху Сунь-ши в слезах согнулся пополам, коснулся лбом земли и громко зарыдал. — Ваше величество! Но видя, как бережно и аккуратно Чон Чонгук подхватил тело и отбросил в сторону кинжал, Ху Сунь-ши со вздохом истинной ярости подскочил на дрожащие ноги. С криками он попутно отбивался от тёмных тварей и, спотыкаясь, подбежал к ним. Бледное лицо Чон Чонгука побледнело ещё в несколько раз, слабые руки держали бездыханный прекрасный труп. Из раны, оставленной исчезнувшим вместе с божественным ореолом духовным оружием, водопадом хлестала кровь. Теперь твари продолжили нападать, но молодой заклинатель смог поставить на них двоих защитный барьер. — Ты! Убийца! Что ты наделал?! Его величество, этот честный и возвышенный человек с чистым сердцем, и правда… убит? — Ху Сунь-ши… — Ты убил его! Ваше величество!.. — колени несчастного юноши коснулись грязной земли, ему даже стало плевать на свинопасов. К счастью, Шэнь Гэн мгновенно оказался за его спиной и продолжал смело оборонять их обоих. — Чон Чонгук! Что вы наделали?! Но молодой заклинатель беспокойно посматривал на обмякшее тело с остановившимся сердцем и не имел ни времени, ни терпения, поэтому сказал лишь одно: — Я пришлю послание о местоположении через некоторое время. Он бессмертный. Не забывайте. Но его душа может исказиться, поэтому раньше моего послания не вздумайте поднимать шум, — он взглянул на двоих друзей Ким Тэхёна и с трудом выдавил: — Я не причиню ему вреда… А затем Чон Чонгук призвал странное оружие, являющее не его прежним мечом, а скорее чем-то, напоминающим огромный, изогнутый на конце клинок, и рассёк им пространство. Вместе с Ким Тэхёном он исчез в блестящей черноте настолько быстро, что Ху Сунь-ши не успел и пикнуть.