Потерянный в Поднебесной

Глава 55: Я вижу просветы твоего прошлого

Северный ветер нёс потоки снежинок дальше и дальше, скорее к замерзшим озерам и к ветвям зеленых елок, и гнал белоснежные пышные облака по небу. Этот ветер тревожил волосы на голове молодого, красивого заклинателя, сидящего на крупном олене. Сумрачного цвета олень с огромными извилистыми рогами, напоминающими ветви иссохшего дерева, послушно отстукивал копытами и отличался просто поразительными размерами для своего вида. Одежды сидящего на нём заклинателя походили на смоль, но тёплая меховая накидка могла бы слиться со снежными холмами. Грациозный, он напоминал прекрасную фарфоровую статую искуснейшего творца всей Поднебесной, и источал столько статности и элегантности, сколько, казалось, не способно уместиться в одном мужчине. Чон Чонгук подъехал к сидящему на снегу Тэхёну и живо спрыгнул вниз. Он аккуратно коснулся его локтей и потянул на себя, помогая бедному калеке встать. — Зачем ты притащил оленя? — сохраняя холод внешне, но очевидно истеря внутри, спросил он и встретился взглядом с животным. — Ваша нога болит. «О Святое Поднебесье!» — подумал Ким Тэхён, приложил ладонь ко лбу и прикрыл глаза, желая испариться и не участвовать в этом. Чон Чонгук оставил его, чтобы найти оленя. Оленя! Он поймал и привёл дикого волшебного оленя Северных Земель, потому что бездумный и легкомысленный Ким Тэхён вовремя не позаботился о себе. Как предлагаете теперь ему в глаза смотреть??? Да со стыда провалиться можно! Это Тэхён здесь старший, в его обязанности входило быть за всё ответственным, заботливым и внимательным. А теперь с ним обращались как с неотёсанным дитя. Он перевернул ситуацию с ног на голову и в очередной раз доказал собственную глупость. Позор! Хуже не придумаешь! Судьба всегда задорно смеялась с таких смелых выражений. Конечно придумаешь. — Вам помочь забраться? — Нет. Чонгук всё ещё по какой-то неведомой причине поддерживал его за локти, хотя давно пришла пора отпустить, потому Тэхён легонько оттолкнул его руки и, еле заметно хромая, прошёл к оленю. Он залез на него едва не через слёзы и был близок ко второй смерти, но справился сам. Животное ни разу не не дёрнулось, словно находилось под воздействием какого-то заклинания. Всё же удивительно, как удалось поймать существо, наделенное немалым количеством чистой духовной силы. Когда Ким Тэхён уже сидел верхом, он думал, что втаптывание его гордости в грязь подошло к концу, но следом на оленя запрыгнул Чон Чонгук и перед тем, как двинуться, сказал: — Держитесь. Раньше чем Ким Тэхён сумел бы возмутиться или отказать, ему пришлось резко обхватить Чон Чонгука и вплотную прижаться, ведь иначе его ждало падение на землю. Чон Чонгук подал оленю знак двигаться, но тот бросился в такой стремительный бег, что ни одно живое существо не удержалось бы на нём самостоятельно. Появилось ощущение, будто этот олень страстно старался избавиться от двух всадников или спасался от страшнейшей твари, потому что пейзажи по обеим сторонам превращались в неразборчивое месиво белоснежных цветов. Таким образом, Чонгук держался за шею животного, а прикрывший глаза Тэхён крепко сжимал свои руки на его талии. — Можешь заставить его ехать медленнее? — прикрикнул из-за сильного ветра. — Я чувствую, как смерть приближается, Гу-гу! Ответа не поступило, но через мгновение олень сбавил скорость. Они всё ещё ехали очень быстро: не настолько, чтобы прикрывать глаза и плохо слышать друг друга, но и не настолько, чтобы он перестал прижиматься к своему младшему. Тогда Ким Тэхён и понял: он с дури решил, что хуже не придумаешь, но с каждой секундой становилось всё хуже, хуже и хуже, как будто жизнь намеренно издевалась над ним. С тех пор как они ехали вместе на одном мотоцикле, прошло много времени, и, несмотря на то, что ситуация сейчас имела схожесть, она в корне отличалась. Ким Тэхён больше не какой-то айдол, не просто надоедливый парень. Он в первую очередь — Его Величество Великий Мудрец, государь долины и старший для Чон Чонгука. А ещё он взрослый мужчина! Всё это тяжело давило на его плечи и заставляло от стыда сгорать до пепла, потому что на кого он похож, сидя позади и обнимая Чон Чонгука вот так? Девица? Молодая госпожа! Это уничтожало не только гордость, но и его мужское достоинство. Помимо остального, Ким Тэхён в который раз задумался о том, достаточно ли хорошо он сложен. Стальной пресс Чон Чонгука ощущался сквозь три слоя одежд так, точно тот остался в одной сорочке. Мышцы его плеч и спины отличались не меньшим превосходством и вызывали лишь затяжной вздох, плотно заполняющий грудь. Его тело заставляло сердце Ким Тэхёна метаться, хотя он отчаянно звал это молчаливой завистью. Синий свет полной луны залил снежные сияющие холмы, окрасил и редкие одинокие ёлки. Уши заполнял вечерний холодный ветер, несущий вместе со своими потоками снежинки. Пустынная тишина среди спящих ледяных царств: ни воя волков, ни разговоров, ни грохота. Лишь хруст под сапогами и дыхание уставшего оленя. — Лесной пустырь? Ким Тэхён прокашлялся, шмыгнул носом и осмотрелся, но не нашёл ничего примечательного. Да и что он мог найти в Северных Землях, где кругом сплошной снег и лёд? Чон Чонгук снял со своих плеч меховую накидку и расстелил на снегу, сказав: — Подождите здесь. Не тратясь на слова, он оставил Ким Тэхёна в одиночестве и поднялся вверх на холм, откуда открывался вид на неизменно белоснежные земли, укрытые в опускающейся ночной тьме. Подол чёрных одежд беспрестанно колыхался на ветру, а на плечи падал снег, такой же бесконечный, как и всё, что они встречали на своём пути. Чон Чонгук остановился перед двумя толстыми пышными елями. Они, подобно сёстрам, стояли рядом и создавали впечатление, что вечерняя тень, павшая на Северные Земли, принадлежала им. Настоящие грозные великаны. Чон Чонгук, однако, оставался беспристрастен и равнодушен, даже когда после нескольких многозначительных извилистых ударов по стволам елей затряслась земля под его ногами и содрогнулась луна на беззвёздном небе. Пока земля продолжала дрожать, перед ним вдруг начали появляться странные, огромные ледяные существа. Они вырастали из снега и росли, росли ввысь, грозясь достать до вершин гор. Ким Тэхён, следящий за всем снизу, было подорвался броситься на помощь. Его нутро сжалось. Но тогда застывший прежде олень дёрнулся и встал перед ним, как будто говоря: «Не вмешивайтесь». И правда, понял Тэхён — в его помощи, очевидно, никто не нуждался. Бесстрастное выражение на лице Чонгука говорило само за себя. Ледяные чудовища держали в своих руках огромные кувалды и надвигались на крошечного заклинателя, но тот не шелохнулся и явно не испытывал ни капли страха. Иной раз Ким Тэхён думал, что Чон Чонгук вообще не знает такого слова. Ожидаемо одно ледяное чудище подняло кувалду и собиралось нанести удар. Чон Чонгук с лёгкостью сумел бы одним незатруднительным движением заставить великана рассыпаться на мелкие куски, как, впрочем, и второго тоже, но понимал, что если сделает это, то все ледяные осколки посыпятся на находящегося внизу Ким Тэхёна. Именно по этой причине вместо борьбы Чон Чонгук сотряс округу громким зовом: — Шу Лян-хэ!!! Ким Тэхён приоткрыл рот. Это имя он знал. Шу Лян-хэ — погибший друг Чон Чонгука. Вместе они когда-то убирались в саду, где находилась его могила. Они покупали для него 23 мака и видели его прекрасные поместья, находящиеся не так далеко от дома самого Чон Чонгука. Почему он внезапно прокричал имя умершего? Лишь прозвучало имя, как великаны замерли и яркий, ослепляющий луч прорезался сквозь темноту. Окружённый синеватым сиянием между двух сестёр-елей, величественно ступил на снег абсолютно седой длинноволосый мужчина в траурных белых одеяниях. Его длинные волосы доставали колен и исходили тусклым искрящемся сиянием, на тёмных ресницах покоился мертвенный иней, по рукам и шее плелись узоры и рисунки. Лицо его казалось Ким Тэхёну знакомым и говорило об увядшей очень давно юношеской красоте. Неужели это — постаревший друг Чонгука? — Кто назвал это имя??? Явись! — прозвучал старческий голос, полный надрывающихся ярости и отчаяния. Беспросветно чёрный силуэт выступил из-за замеревшей ледяной фигуры и, сложив руки в почтительном жесте, опустился на одно колено. — Господин Шу. Приветствую вас. Старик поражённо выдохнул с вышедшим паром. — Чон Чонгук?.. Ты жив?! Тотчас седой мужчина щёлкнул пальцами, из-за чего чудовища превратились в летящие снежинки, и подбежал к приклонившемуся заклинателю. Он поднял его на ноги, заботливо стряхнув снег с колен, и даже улыбнулся. — Ты жив! Всё ещё жив! Ким Тэхён сделал то, что в девяти из десяти ситуаций делал его младший друг, — нахмурился. От переполняющей радости старик ветрено обнял его. Похлопав по плечам, он взглянул на полное горькой печали молодое лицо и не переставал держать счастливую улыбку на лице. — Поверить не могу! Как радостно мне видеть тебя! С тобой всё хорошо? Я не знал, кто навестил мои земли и выпустил стражей. Прошу, прости. К тому времени к ним вместе с оленем поднялся хромающий Ким Тэхён, который обратно накинул на плечи Чон Чонгука меховую накидку и за локоть подвёл ближе к себе. Заметив странную перемену в нём при встрече с незнакомцем в траурном наряде, Ким Тэхён принял вражеский вид. — Чон Чонгук пришёл не один?! Старику точно льдина упала на голову. Сущее недоумение проскочили в его мелких, но красивых голубых глазах. — Господин Шу, прошу прощения за вторжение, — Чон Чонгук не поднимал глаз. — Причина, по которой… — О-о! Не нужно лишних слов сейчас! — запротестовал старик и добро продолжил: — Столько лет, Чонгук! Пройдите же в мои владения. Там всё и обсудим. В тот же миг в пространстве между елями вновь появился светлый разрез, на этот раз не ослепительно яркий, и седой мужчина, похожий на прекрасного мертвеца, погребённого в снегах, гостеприимно указал рукой в его сторону. Чон Чонгук шагнул первым, но Ким Тэхён удержал его. Испытывающе смотря на него, он чего-то ожидал. Чон Чонгук уверительно убрал его ладонь со своей руки и тихо сказал: — Всё нормально.