Потерянный в Поднебесной

Глава 70: Как хорошо мы жили без тебя

Не оставалось сомнений. Ким Тэхён и Чон Чонгук выиграли в городском конкурсе. После их выступления зрители потеряли всякий интерес к остальным выступающим и с жаром обсуждали «артистов», ожидающих результаты в стороне. Каким исход ещё мог оказаться, как не их победа? Только озвучили итог, Ким Тэхён сорвался с места и выбежал на сцену первым. Он с нетерпением ожидал награждение и, когда его наконец вынесли, он выглядел счастливее, чем именинник в свой день рождение. Всех поблагодарив и спустившись обратно, он повертел перед Чон Чонгуком мечом, по лезвию которого проходила изящная красная линия. — Это то, чего вы так желали? — Почему у тебя такое выражение лица? Этот великолепный меч — чудеснейший из всего оружия, что мне приходилось видеть! — Я не возражаю. Если вам нравится… Хорошо. — Можешь притворяться, что не оскорбил наш выигрыш. Я принимаю это. У тебя мало опыта в выборе оружия. Чон Чонгук безобидно пожал плечами, но уверенно подумал: «Слепой ощупывает слона». Ким Тэхён, конечно, не ведал, о чём говорил. К тому же, стоит сказать, Ким Тэхён сломал этот меч на следующий же день. И снова остался без оружия, потому что Чон Чонгук был прав — оно пёстрое и совершенно никудышное. Можно назвать это глупой прихотью. Они собирались возвращаться, когда раздался неожиданный зов из толпы: — Простите! Постойте! К ним подбежал высокий парень на вид старше, чем «шестнадцатилетний» Тэхён. Он остановился перед ними, поправил свои волосы и улыбнулся. — Ты… Вондо? Ученик господина Ся? — он удивлённо распахнул глаза. Однажды Ким Тэхёну приходилось навещать деревню недалеко от Чёрного Кольца в поисках хорошего меча и он наткнулся на двух забавных и вежливых людей — учитель и его ученик. Они согласились продать ему оружие, пусть и весьма неаккуратное. Но с тех пор прошло почти пять лет. Этот мальчик по имени Вэй Вондо, который когда-то уговорил своего учителя согласиться на продажу оружейного изделия, здорово подрос и изменился в лице. И всё же Ким Тэхён признал его. — Ты знаешь меня? — спросил подбежавший парень. Как бы Вэй Вондо догадался, что перед ним стоит человек намного старше, когда тот выглядел как мальчишка, едва получивший свой дар? — Конечно знаю. Я, э… А! Я ученик Хён Тэкима. Помнишь… Помните его, господин? Ха. Чон Чонгук приподнял бровь. Ким Тэхён всё ещё ужасно справлялся с невинным враньём. Подрагивающая фальшивая улыбка на его губах так и сквозила нелепостью. Даже ребёнок понял бы, что что-то не так. — О?! Господин Хён Тэким? Очень рад вас видеть! Столько лет прошло! Вы… Ха-ха, а вы помолодели! — Нет! Я не… — Я хотел рассказать о своём великом мастере мечей — учителе Ся, но вижу, что вы уже знаете его. Он сделал и этот чудесный меч для конкурса! Помните? Ведь однажды вы, господин, покупали у него один меч. Тот был не очень качественным, но за этот я ручаюсь! — Что ж, а где же твой учитель? Я бы очень хотел поговорить с ним. Ха-ха… — К сожалению, он уехал из города. Может, в следующий раз? Уверен, что он тоже хотел бы вас увидеть. Помню, вы нашли с моим учителем много общего в тот день. Вэй Вондо широко улыбнулся и обнажил зубы. Ким Тэхён сглотнул и ощутил, как ледяные мурашки пробежали по коже. Всё верно. Тот день был очень особенный. — А этот ребёнок рядом с вами кто? Тоже взрослый или просто юноша? — Это мой друг. Чон Чонгук. Он старше тебя. «Ну и меня тоже, скорее всего, но опустим это». — Какое знакомое имя! Мне кажется, я вас где-то видел, господин-друг-Хён-Тэкима. Мы не встречались? Чон Чонгук бесчувственно обвёл Вэй Вондо взглядом. Словно светлое небо пробило грозой и тучки со льющим дождём повисли над ним. В тот раз Чон Чонгук носил нежно-голубые одежды, но фигура его облачилась в мрачную тень, как всегда. — Нет. Парнишка, проявляющий дружелюбие, сжал губы и попытался снова, хотя уже без особого энтузиазма: — Я — Вэй Вондо. Приятно познакомиться, уважаемый господин! — он протянул руку, поддерживая свой локоть. Чон Чонгук оставался беспристрастным. Он сложил руки на груди и небрежно бросил: — С меня будет достаточно знакомств. Ким Тэхён не знал, что и подумать. Скоро они распрощались с милым Вэй Вондо. Однако, вместо того, чтобы отправиться домой с полученным призом, Чон Чонгук вдруг легонько дёрнул Ким Тэхёна за рукав. Даже в юношеских телах он был на голову выше, поэтому Ким Тэхён озадаченно взглянул снизу вверх на его ровное выражение лица, когда тот произнёс: — Там ярмарка. Не хотите пройтись?.. Чон Чонгук шёл впереди и следил за встречающимися в прилавках товарами. Ким Тэхён ел жаренные во фритюре хлебные палочки и перебирал ногами неспеша весь в своих мыслях. Его интересовала только еда и, лишь учуяв какую-нибудь вкусности, он поворачивал голову. Чон Чонгук же вёл себя так, словно что-то пытливо искал среди разнообразных вещей, будь то приборы для письма, книги и прочая ерунда. И наконец он остановился у прилавка молодой девушки. Она продавала свои картины. Меньше, чем в чи от него, остановился и Ким Тэхён. Склонив голову, он следил за тем, как Чон Чонгук рассматривает картины, как что-то спрашивает у молодой особы и как снова возращает свой взгляд к её пейзажам. Вдруг Ким Тэхён вспомнил стены, обвешанные всякими произведениями искусства, в его доме. Вспомнил, как Чон Чонгук показывал ему одну из своих собственных картин. И Ким Тэхён вспомнил самое главное. Ведь он очень много знал об этом человеке. Они были близки. В последнее время Чон Чонгук не уставал повторять «Вы не помните, но…», «Вы забыли» и так далее. Ким Тэхён вдруг ощутил себя расстроенно. Неужели Чон Чонгук считал, что если они несколько лет не виделись, то он ни разу не думал о нём, сразу же всё забыл, как будто их пройденный вместе путь не имел никакого значения? Он недовольно прикусил губу. Подошёл ближе и взглянул на картины издалека, когда Чон Чонгук уже отошёл от прилавка. — Хочешь пополнить коллекцию? — Нет, они бесчувственны. Может, только одна хороша. Но она немного испачкана… — он внезапно прервался и странно взглянул на Ким Тэхёна. — Вы знаете о моей коллекции? Ответом послужила тёплая улыбка. Он сложил руки на груди и полный серьёзности заявил: — Я много всего наговорил, но не думай, что ты для меня пустое место. Я всё помню. Чон Чонгук замер, не в состоянии шелохнуться. Ким Тэхён улыбнулся ещё ярче, сунул свои палочки ему в руки и с просьбой «Подожди» куда-то отбежал. А когда вернулся, забрал хлебные палочки и вручил вместо них леденец на палочке. — Пошли. Он держал в руке леденец и смотрел в спину юного императора. Чон Чонгук очень любил леденцы. Любуясь лучами уходящего солнца, они возвращались по тропинке вниз. На этот раз прогулка несла более благоприятное послевкусие. Они легко обсуждали своё путешествие в город, делились впечатлениями и мнениями. Четыре года назад это не составляло труда. Кто бы мог подумать, что однажды Ким Тэхён облегчённо вздохнёт, провожая неловкое молчание между ними? Кто бы мог подумать, что вернуться к привычным разговорам будет так сложно? И его сердце билось, когда они говорили. Он улыбался и смеялся. Слушал и рассказывал. Пару раз упоминал года, проведенные в Белом Дворце, и рассказывал о личностях, там проживающих. Чонгук в ответ шутил, что, казалось, было странного для него, и делился своими мыслями по поводу дворцовых господ. Они вернулись к тому, чтобы быть теми друзьями, какими они знали друг друга до врат в Небесную Тюрьму. Действительно, всё чувствовалось так, словно дней, проведенных в раздумьях над поступком Чонгука, не существовало. И это отозвалось в груди Тэхёна неоднозначно согревающим чувством. Если только Чон Чонгуку он мог рассказать что угодно, то как жил всё это время? Потерять хорошего друга — очень больно. Почему-то он не замечал этой боли раньше, но теперь ему казалось, что она была с ним всё время более, чем явственно. — Расскажи мне. Каким Чон Чонгук был в свои истинные шестнадцать? Молодой заклинатель растерялся на миг и задумался. — Это было очень давно… Хм, похоже, в свои шестнадцать я не сильно отличался от вас в ваши шестнадцать. — Вот как! — сначала его величество поражённо раскрыл рот, а затем к нему пришла другая мысль. — Но ты не знал меня в те годы. Как можешь судить? — У меня сложилось кое-какое мнение о вашем юношестве. — Какое же? — он любопытно сложил руки на груди и подошёл так близко, что их плечи случайно соприкоснулись. Чон Чонгуку пришлось сделать шаг в сторону. Он поднял руку и безжалостно принялся загинать пальцы: — Наивный. Непослушный. Дурной. — Я так ужасен в твоих глазах? — он снова подошёл, толкнул его плечом и спрятал улыбку за наигранным оскорбительным чувством. — И мягкосердечный. Чон Чонгук опустил глаза, незаметно выдохнув с мучением, и оставил их плечи прижатыми друг к другу. — Ты был таким? Наивным? Непослушным? Дурным? И, ха-ха, мягкосердечным? — Не совсем. Я был не совсем дурным. Вы удивлены. Не верите? — произнёс Чонгук и приподнял бровь. — Какого мнения вы обо мне сейчас? Ким Тэхён игриво улыбнулся и также принялся загинать пальцы: — Озлобленный. Грубый. Очень! Очень смышлёный! Любого проведёт. — Это всё? — Ну, и отзывчивый, разумеется. Чон Чонгук сделал то же, что делал обычно, если его что-то не устраивало — нахмурился. Ким Тэхён ухмыльнулся: — А что? Дружелюбным тебя точно не назовёшь. Да и учтивостью тут не пахнет. Чон Чонгук обиженно вздёрнул подбородок и стал серьёзным. — А моё лицо? Вы не считаете меня, например… Лучшим созданием Небес? Сначала Ким Тэхён хотел рассмеяться. Звонко и с явным изумлением. «Да что он возомнил о себе?». Хохот почти сорвался с его губ. Вот только как будто кость застряла в горле. Ким Тэхён резко остановился и поднял туманный взгляд. Красные лучи окрасили кроны деревьев. Наступил вечер. Поэтому всё было в порядке с тем, что к этому моменту Чон Чонгук внезапно вернулся к своему прежнему виду. Жутко бледный, с короткими, но густыми блестящими в свете заката волосами, тёмными ресницами, костлявыми плечами и высоким ростом. В привычных ночных одеждах с широкими рукавами. Тонкие и изящные черты лица обволакивала вечерняя прохлада. Его водянистые погасшие глаза блекло сверкали. — …Больше мы не выглядим, как юноши. Наконец-то, — он опустил глаза и заметил, что его внешний вид тоже преобразился. — Я недостаточно хорош? Чонгук никогда не отличался настойчивостью, но он чуть склонился к Тэхёну и изогнул бровь. Вероятно, слишком сильно хотел получить ответ. И, может быть, Ким Тэхён понимал почему. Более ясно, чем ему того хотелось бы. «Я попросил оставаться прежними. Но по-прежнему уже ничего не будет. Ким Тэхён, он поцеловал тебя. Какие друзья из вас теперь?» — измученное обращение к самому себе. Он отошёл и обречённо выдохнул. — Немного… Хм… Неправда. Я мог бы назвать тебя красивым. Но, кажется, ты и до меня наполучал массу комплиментов. Так что, Чон Чонгук, сейчас же прекрати быть жадным! Уверен, Чон Джиён постоянно восторгалась тобой! Он выдавил смех, чтобы уйти от сомнительной темы и не выдать собственных мыслей. Как обычно. Слишком неудобно. Чон Чонгук странно покосился на него. — Вас это волнует? Чон Джиён. — А?! Я-то волнуюсь?! Да я буду первым гостем на вашей свадьбе. Поверь, твой старший, — он ударил себя по груди, — очень обрадуется, если ты решишь жениться. — Вы не хотите меня услышать. Я уже говорил вам: я не женюсь. Не пытайтесь переубедить. Ким Тэхён в возражениях раскрыл рот, но прикрыл его, так ничего и не ответив. Лишь очень тихо прошептал себе под нос: — Я не уговариваю. Как будто это имеет для меня какое-то значение… Он подумал ещё немного. Оказалось, что какое-то значение для него это имело. Поэтому через силу, переступив через себя, но он всё же спросил: — Значит, ты не относишься к этой девушке серьёзно? К Чон Джиён. Чон Чонгук равнодушно кивнул. Его мало интересовала эта тема. — Видимо, жених из тебя никакой. Ты слишком ветреный, Чон Чонгук, — Тэхён усмехнулся. Тут уж он всполошился. Равнодушие как рукой смыло. — Я вообще-то отличный жених. Не стоит наговаривать, ваше величество. — Какой отличный жених бросит свою невесту? — он хохотнул. Его друг бросился защищать свою репутацию, словно перед ним стояла самая изящная девушка Поднебесной. Ах, Чон Чонгук, Чон Чонгук… — Сегодня ты одного мнения, завтра другого, а девушке маяться. Очень безответственно! Будь я девушкой, никогда бы не вышел за тебя. Очевидно, Ким Тэхён развлекался и смеялся над ним. Чон Чонгук же проявил большое внимание к его словам и отнёсся к услышанному щепетильно. На самом деле, его величеству не стоило так шутить при том положении Чон Чонгука, о котором он знал, о котором точно думал. — Мне было двенадцать, когда мы подружились с Чон Джиён. Родители записали её мне в невесты. Мы звали так друг друга, но тогда я был очень наивен. Не понимал истинного значения брака. С тех пор привык к этому, поэтому случайно представил её не в том статусе, в котором она находится. Он оправдался, хотя никто не просил. Ким Тэхён улыбнулся. — Ты не видел Чон Джиён с тех пор? — В тринадцать наша семья уехала из деревни. С того дня мы не встречались. — Вот как. Теперь понятно. Чон Чонгук более ответственный, чем я сказал? — Именно. — Хорошо. Буду знать, — он подмигнул, пусть и понимал, что не стоило. В доме, принадлежащем Сун Цинлин и её покойному мужу, они провели целую неделю. Большую часть всех дней, будучи среди них единственным лекарем, Чон Чонгук следил за здоровьем раненной девушки и готовил различные снадобья. Если находил свободное время, обычно разыскивал своего милого друга Ким Тэхёна. Порой они вместе посещали комнату, где книжные полки простирались с пола до самого потолка, и проводили время за обсуждением прочитанного. Книги наказали притащить Шибаю из местной библиотеки. Это сильно полюбилось им обоим. Как оказалось, взгляды Чонгука и Тэхёна во многом совпадали. Собственно, вкусы сторонами тоже. Молча восхищаясь начитанностью другого, они до вечера засиживались в книжной комнате, зачитывая друг другу части, что-то критикуя, что-то восхваляя. Могли бы их языки отвалиться, давно бы отвалились. Помимо чтения, они прогуливались по местным природным красотам. Ким Тэхён учил Чон Чонгука правильно и безопасно забираться на деревья, а Чон Чонгук просвещал его в тонкости ведения военного боя в лесу. — Что я могу тебе сказать? Ты идиот, Чон Чонгук, — смотря сверху вниз на упавшего с ветки мужчину, он усмехнулся. Чонгук туманно смотрел в ответ и не спешил подниматься, словно совсем не собирался. — Эй, ну вставай уже, — Тэхён потянул его за рукав, но не получил никакой реакции. Чонгук продолжал лежать на земле после того, как его нога соскочила с ветви и на глазах Тэхёна нелепо плюхнулся на траву. Он медленно прикрыл глаза и протяжно вздохнул, прошептав: — Какой позор. Ким Тэхён аккуратно расставил ноги и прошёл вперёд. Оперевшись руками о колени, он наклонился к лежащему и улыбнулся. — Не расстраивайся. У тебя есть потенциал. Несколько тренировок и получится! Ответа не последовало. Они здорово проводили своё время. И в их союзе из двоих для крохотного и болтливого Шибая больше не находилось места. Он стирал, убирал и готовил всё время. Даже не было времени на то, чтобы подлизаться к императору. Ну что за участь! Тем более, один мерзкий тип не подпускал его к Ким Тэхёну и грозился убить. Он мог только смотреть на них из окна и злиться. — Они правда так близки! — стоя в фартуке на кухне, проворчал Шибай. Он резал салат, и варил суп, и жарил мясо попутно. — Да когда они стали лучшими друзьями?! Когда успели?! Взгляните! Взгляните! Чон Чонгук, этот ублюдский кусок дерьма, едва не светится от счастья! Конечно!!! Проводит время с прекрасным человеком!!! А я??? Про меня вообще кто-нибудь помнит??? Я тоже тут есть!!! Эй!!! Он ругался, прыгал и размахивал руками. Но заклинатели слишком увлечённо сражались друг с другом под смех Ким Тэхёна. Однако, цветы не цветут весь год, и счастье не длится вечно. Утром восьмого дня Ким Тэхён отправился вместе с Шибаем на базар после его истошных и долгих уговоров. Они долго бродили там и задержались до обеда. Шибай убалтывал его величество, как мог и умел, когда они вошли в дом и едва не обронили всё купленное прямо на пороге. Поправляя золотистые украшения в своём громоздком и мощном пучке, в нежно-розовых тонких одеждах, оголяющих её ноги, девушка вальяжно спускалась по лестнице. Украшения с яркими камнями висели в её ушах, на её шее, на тонких и симпатичных запястьях и даже на ногах. Очевидно, стоило лишь немного шелохнуться, как раздался бы оглушительный звон. Прекрасное платье намеренно подчёркивало осиную талию и пышную грудь. Её зелёные глаза сверкали, а розовые мягкие губы растянулись в улыбке. Маленькие ножки в сандалях переступали по ступенькам. В разрезах виднелись округлые бёдра. Будто небесная фея. Ким Тэхён пошатнулся и потянулся к дверям, чтобы уйти обратно. — Ох! Какой обворожительный господин! — она встретилась со взглядом Шибая и приложила ладонь к сердцу. На каждом пальце кольцо. — Чон Джиён? Подруга О Ысыль? Четыре года назад. Южная Корея, Ханам. Тёмный переулок. Две бедные девушки, зажатые безмозглыми оболтусами. Одна из них О Ысыль, а вторая — её подруга, Чон Джиён. Они ведь ходили в одно кафе есть ореховые пироги! С тех времён Ким Тэхён видел её всего один раз в доме второй жены Шибая без сознания, поэтому не удосужился признать сразу. Но теперь его разум осветлился. Верно! Та самая девушка, с которой ходил на свидание его бывший менеджер Ким. Имя казалось знакомым с самого начала, но он никак не мог вспомнить. Сейчас всё прояснилось. — Верно. Это же ты. Я встречал тебя в другом мире. Помнишь? — Снова ты, — она спустилась и обнажила свои острые передние клыки в фырканье. Выражение лица сразу изменилось. — Айдол из Южной Кореи. Номер один. Великий Мудрец и позор всей долины по совместительству. Я помню, как забыть? Как-то мы с вашим миленьким другом и О Ысыль ходили на двойное свидание. Стоило бы отметить, что тот образ, увиденный в Чон Джиён пять лет назад, совершенно не вязался с тем, что видел Ким Тэхён на сегодняшний день. Тогда она была такая милая скромница… — Прошу прощения, — силуэт чернее ночи появился на лестнице, — ходили на двойное свидание? — Солнце моё, прошло столько лет! Не ревнуй меня к другим мужчинам. Ким Тэхён обронил челюсть на пол. «Солнце». Она назвала так Чонгука. — Вы ходили на свидание с О Ысыль? Правда? Что между вами? Чон Чонгук прошёл прямо к Ким Тэхёну и без спроса взял товары, купленные раннее. — Успокойся, — шепнул он и кивнул на стоящую позади деву. — Она тоже была в техногенном мире. Почему? — Можешь говорить со мной напрямую, Ким Тэхён, а не через моего жениха. — Он тебе вроде больше не жених, — угрюмо поправил Шибай. Они с его величеством разделили одно настроение на двоих. — Вероятно, из-за ран у тебя пробелы в памяти. Это, — Чон Чонгук вежливо указал на Ким Тэхёна, — нынешний правитель Звёздных Вод. Твой император. Проявляй должное уважение, Джиён-а. — Я не уважаю его, любовь моя. И проявлять уважение тут не к месту. —Чон Джиён, — он одёрнул девушку. Ким Тэхён решил поубавить её пылкость и, осмотрев с ног до головы, поинтересовался: — Твоё здоровье лучше сейчас, Чон Джиён? Не так давно ты боролась за жизнь. Едва не умерла. На том весёлость девушки заметно поубавилась. Она вспомнила что-то и настолько заметно помрачнела, что выражение её лица стало таким, словно родители в детстве не научили улыбаться. — Не желаешь пройти в гостиную? Нужно кое-что обсудить. Ким Тэхён хотел быть учтивым, но в его груди разгорелось пламя пострашнее любого пожара.