Потерянный в Поднебесной

Глава 71: Одни в водах озера

— Чтоб ты знал, я расскажу обо всём только из-за Чонгук-и. Если бы не он, ты и слова от меня не услышал бы, Ким Тэхён. Сложив руки, пышная красавица шла впереди заклинателей по лесной роще и время от времени поправляла свои кольца. — Давно никто не звал меня по имени, — холодно усмехнулся Тэхён и поднял руку, чтобы Чонгук не предпринял попытки её угомонить. — Крайне любопытно, чем я тебе не угодил, дева. Розовые одеяния вспорхнули. Она резко обернулась и впилась в него яростным взглядом. — Как ты меня назвал?! Но Чон Джиён тотчас покосилась на Чон Чонгука и взяла себя в руки. Всё-таки она хотела произвести на него приятное впечатление после лет разлуки. Как будто это имело значение после того, в каком свете она уже успела себя представить. — Неужели вам нужно думать дважды, чтобы понять? — Чтобы узнать, почему я тебе не нравлюсь, мне нужно подумать трижды и я всё равно не угадаю. У людей разные причины на это. В любом случае, если не хочешь говорить — не говори. Перейдём к делу. Можешь рассказать всё Чонгуку. — Ты! — она вскрикнула и указала на него пальцем, точно мечом. — Да ты вообще знаешь из-за кого, я оказалась в плену у Цан Цзе? Знаешь, из-за кого погибло то несметное количество невинных заклинателей?! Всё из-за тебя, ваше величество! Ты отвратителен и бесконечно глуп! Сколько уже занимаешь трон? Больше десяти лет! Но почему Императорский Клан продолжает год от года кормить этого подлеца Цан Цзе дворцовыми заклинателями? Она остановилась и, задыхаясь от собственных речей, улыбнулась. Поправила кольца и смягчилась. — Уже долгое время прямо у тебя под носом, Ким Тэхён, советник Ян отсылает одиннадцать заклинателей в Город Мёртвых. На обед этому четырёхглазому уроду, разумеется. А ты даже не знаешь об этом! Как смехотворно! Каким императором тебя можно назвать? Какое уважение я должна испытывать?! Сам себе Ким Тэхён уже высказал подобные речи. Он обвинял себя во всех существующих грехах, поэтому никто не мог задеть его сильнее, чем он сам. Речь Чон Джиён стала подобна старой песне, играющей беспрерывно на протяжении многих лет. И так, под предлогом набора опыта и исключительного внимания к их дару, Императорский Клан в течение месяца выбирал заклинателей и отправлял по одному в разные места Поднебесной, из которых они непременно попадали в Город Мёртвых. Советник Ян прокармливал Цан Цзе. Ким Тэхён был в этом уверен ещё до того, как услышал подтверждение. История Чон Джиён не сильно отличалась от остальных, но она, отправляясь в это одинокое путешествие, в отличии от остальных заранее знала, что идёт на смерть. Однако не ожидала, куда попадёт и что это место окажется её родиной. Только из-за второго пункта ей удалось выжить, а после ловко сбежать. — Так ты демон? — Демон-полукровка, — цокнула. — Ты знал? Чонгук промолчал и Тэхён с презрением прищёлкнул языком. — Что ты делала в Звёздных Водах? Шпионила? — Вот ещё! Я… Просто хотела жить обычной жизнью и быть полезной!.. Меня выгнали из Города Мёртвых, благодаря старшей сестрёнке, ещё много, много лет назад. Некуда было идти, — она неуверенно покосилась на Чон Чонгука. — «Благодаря старшей сестрёнке»? Говоря об этом, я уже слышал от Шэнь Гэна о том, что у тебя есть сестра. Кто она? Вдруг Чон Джиён остолбенела. В её мысли ворвался чужой голос, знакомый однако: «Он не знает, кто такая Сун Цинлин. Не говори». Она ошарашенно посмотрела на Чон Чонгука и, заикаясь, ответила: — Л-лишние вопросы! П-позволишь мне продолжить, наконец?! Ким Тэхён недовольно свёл брови, но кивнул. Благодаря тому, что Чон Джиён принадлежала к Городу Мёртвых, она не испугалась и не вызвала подозрений окружающих, как это случалось с остальными заклинателями. Она собиралась бежать от туда, но в последнее мгновение решила разузнать о том, что случилось с её товарищами. Среди низкоранговых заклинателей правда о Императорском Клане давно раскрылась и каждый ведал, что вызовы в такую поездку означали прощание со Звёздными Водами. Верную смерть. Ходили разные слухи. Кто-то говорил, что над пропавшими заклинателями ставят опыты. Кто-то считал, что их убивают и едят. Другие предполагали, что заклинателей удерживают в плену соседние долины, сговорившиеся против Звёздных Вод. Надеясь найти товарищей живыми, Чон Джиён обнаружила, что за всеми пропажами стоит никто иной, как нынешний управляющий Городом Мёртвых, — Цан Цзе. Её выражение лица изменилось, когда она сказала им: — Перед тем, как угодить в его лапы, я услышала кое-что. Цан Цзе говорил с кем-то в тёмной дальней комнате. Я не видела с кем именно, но он произнёс кое-что оче-е-ень странное. Она подняла на них полные страха глаза и сжала свои руки. В тот вечер Чон Джиён стала свидетелем того, как Цан Цзе сказал: «Эта девка… Сун Цинлин… Она прознала обо всём и его превосходство разобрался с ней. Хи-хи-хи… Скоро мир ляжет у его ног и я буду первым, кто получит его расположение. Вот тогда краски запляшут… Лишь бы не возникло проблем. Убить всех… Если эти двое узнают раньше времени, ничего не выйдет. Вечный Император разгневается, его превосходство найдут, и богиня всё уничтожит». — Он сказал «его превосходство»? — Чон Чонгук тревожно переспросил. — Так и сказал, — кивнула она. — Дело в том, что мы виделись с Сун Цинлин в Городе Мёртвых. Она спасла меня, попросила бежать и при встрече передать тебе, Чонгук-и, что узнала, кто за всем стоит. Ким Тэхён, который не понял ни слова из рассказанного, стоял неподвижно и почти не моргал. В своей голове он пытался сложить перевёрнутые и погрызанные пазлы, но из этого ничего не выходило. Абсолютно ничего. Речь Цан Цзе звучала безумно, походила на бред больного. Говорил ли он всё время об одном человеке, называя его «его превосходство»? Или имел в виду нескольких людей, путая очерёдность? Он совершенно ничего не понимал. Какая-то ерунда. Это начинало выводить из себя. Слишком много тайн. Сплошные паутины. Всполошив свои волосы, Ким Тэхён страдальчески массировал точку меж бровей. Он вернулся к реальности и сделал вывод: — Значит, Сун Цинлин похитили? Или убили? — Пока что она жива. Это всё, что я знаю. Чон Джиён зажала рот и со слезами, появившимися чересчур внезапно, кинулась к своему бывшему возлюбленному за утешением. — Я так волнуюсь за неё, Чонгук-и! Она спасла меня! Я многим ей обязана! Неужели Сун Цинлин в опасности? Где же нам искать её?! Чон Чонгук сохранил бесчувственное выражение и похлопал Чон Джиён по спине, тут же слыша от неё шёпот: — Как ты залез мне в голову? Объяснись. Ким Тэхён ничего не услышал и лишь поразился этому бесстыдству. «Нашли же время кидаться друг другу в объятия!». Он ощутил что-то крайне неприятное и натирающее мозоль на сердце, но быстро отвернулся и принудил себя вернуться к осмыслению услышанного. По крайней мере, только что он узнал, что в Белом Дворце находятся два предателя. Один утаивает личность за фальшивой личиной человека и пожирает заклинателей — Цан Цзе, а второй носит звание советника Яна и строит очевидно корыстные планы на Звёздные Воды. Бледная и чистая луна поднялась в небеса, собрав вокруг себя множество проснувшихся звёзд. Солнце давно опустилось и исчезло за горизонтом, простившись с очередным днём, прошедшим для многих трудно. В доме зажгли свечи. Летняя прохлада отрезвляла и распускала способности мыслить широко. — Чонгук-и, а что стало с твоими волосами? — заталкивая пельмени-клёцки в рот, обеспокоенно спросила Чон Джиён. Они сидели за широким столом, заваленным горячей едой, и напряжённые появлением в их жизни Чон Джиён наслаждались, если так можно сказать, ужином. Ким Тэхён поднял омертвевший взгляд. «Чонгук-и?». Шибай, уже привыкший к её причудам, опрокинул чарку вина. Ужин, что говорить, проходил наилучшим образом. — Техногенный мир, — коротко ответил Чон Чонгук. — Поэтому волосы такие. — О? Неужели тот Чон Чонгук из команды университета — это был ты?! — Верно. — Вот это да! — от удивления она кинула палочки на стол и всплеснула руками. — Значит, мы находились в одном мире, а я даже не знала! Какое дурацкое упущение! Но я, в любом случае, рада, что встретила тебя хотя бы сейчас. Прошло… — Много лет, — он перебил её. — Давно не виделись. Продолжай есть, Джиён. Девушка обвела его взглядом, покосилась на Ким Тэхёна и что-то молча сообразила. — Она с нами надолго? — с негодованием спросил Шибай. — Я тебе чем-то не нравлюсь? Шибай кивнул ей прямо в лицо. Если бы мог, наверное, и плюнул. — Ей некуда идти. Город Мёртвых для Чон Джиён закрыт. Судя по всему, Цан Цзе не успокоится, пока не найдет её, — прояснил Ким Тэхён. — Думаю, она теперь под нашим попечительством. — Я только с Чонгук-и, а не с вами! Ким Тэхён скривился и небрежно бросил: — Я твой император, хочешь того или нет. — Как долго мы ещё будем оставаться здесь? — продолжил спрашивать всё тот же Шибай. — Я должен получить письмо. Будучи просвещённым, Чон Чонгук продолжил: — Отъедем после того, как его величество получит ответ от господина Шэня. — А если ответ вообще не придёт? Нам тут вечно сидеть? Я открыл для вас двери этого дома, но у нас был договор. Можно оставаться лишь до пробуждения этой… девицы. Надеюсь, вы не забыли? — Шибай, я хочу сходить с тобой завтра на базар! Что думаешь об этом? Откажешь своему другу? — Ким Тэхён пошёл на хитрость. — Д-другу?.. — Конечно! — он солнечно улыбнулся и выиграл. — Хорошо. Раз другу… Отлично! Идём на базар! Ким Тэхён кивнул, встретился с мрачными глазами Чон Чонгука и подмигнул ему, как бы беззвучно говоря: «Здорово я придумал, да?». «Лучше не придумаешь», — Чон Чонгук агрессивно схватился за палочки. — «А я тут, значит, пустое место, да?» — Ваше величество, давно хотел предложить вам. Раз мы друзья… Не хотите сходить со мной к озеру? Искупаться?.. — застенчиво, словно женщина, приглашающая мужчину на свидание, поинтересовался коротыш в шляпе. Ким Тэхён довольно улыбнулся. — Да! Почему нет? Я и сам хотел освежиться. Чон Джиён дёрнулась, чтобы предложить и свою кандидатуру, но быстро вспомнила, что вроде как не переносит Ким Тэхёна, поэтому просто продолжила есть. Чон Чонгук не обратил на это внимание. На следующий день примерно в полдень, когда солнце жалило особенно жестоко, Шибай и Ким Тэхён вернулись с базара, накупив столько вещей, сколько смогли унести. Дома они не задержались, лишь обменялись несколькими фразами с сидящими в зале Чон Джиён и Чон Чонгуком. Ким Тэхён не удержался от презрительного взгляда на их любопытную компанию и саркастично оставил перед уходом: «Развлекитесь тут, пока нас нет!». Путь до озера проходил через лес, поэтому некоторое время они с Шибаем составляли друг другу компанию в приятной прогулке. Ким Тэхён обмахивался листом папоротника за неимением какого-нибудь веера, а его компаньон вместо этого использовал шляпу. Половину дороги Ким Тэхён дулся на всё подряд, ругался и на солнце, и на траву, и на летающих пчёл. Словом, он был разгневан незнамо чем. На прямую ничего не говорил, но не переставал вспоминать милые беседы Чон Чонгука и Чон Джиён. Чуть позже оба жаловались на погоду, свои плотные одежды и отсутствие ветра, пока Ким Тэхён не решил отвернуть голову и как бы абсолютно с ровным сердцем спросить: — Хм, вот, что хотел спросить… Ты правда ничего не знаешь о Джиён? — Теперь знаю, — беззаботно усмехнулся Шибай. Он шёл рядом с императором, но его макушка заканчивалась у пояса Ким Тэхёна, поэтому, когда к нему обратились, пришлось сильно вздёрнуть голову. — Нет. Я спрашиваю о её связях с Чонгуком. — А-а, это. Честно говоря, я бы тоже хотел услышать эту историю! Ха-ха-ха! Не стал бы свидетелем, никогда б не поверил в то, что Чон Чонгук вообще способен на человеческие чувства. У него! И невеста! Вот это новость! Шибай разговорился, но испуганно оборвался. — Ты давно знаком с ним? С Чонгуком. — Э-э, — он растерянно почесал затылок. — Ну, можно и так сказать. Но я знал его не в лучшие времена. Тем более, прошло много лет, хотя и сомневаюсь, что он изменился… В общем-то, — он понизил голос и, сложив ладони, взмолился: — пожалуйста, не спрашивайте меня о нём, ваше величество! Но Ким Тэхён словно не слышал: — Скажи мне, как много у него друзей в Поднебесной? — Э-э… Ваше величество… — Говори, что знаешь. — Ладно, — выдохнул он. — Вроде всегда было немного друзей. Сейчас уже и вовсе никого нет в живых. Только если… Госпожа Сун и вы. Я вообще не понимаю, почему ваше величество им интересуется. — Как много у него врагов? — О! Весь мир, ваше величество. Ким Тэхён больше ничего не спрашивал. Лишь дошли они до озера, он схватился за свой пояс с тигриной подвеской и стал снимать халат за халатом. От внезапности происходящего Шибай даже растерялся и отскочил. Но раньше чем он пришёл в себя, Ким Тэхён оголился по пояс и будучи в одних штанах игриво улыбнулся. — Почему замер? Смущаешься? Ким Тэхён поставил руки в боки и попал в точку. Шибай не смущался до этого самого момента. Пока не увидел, что тело его величества выглядит непозволительно хорошо, он был в полном порядке! Крепкий и ярко выраженный пресс поразил так, что челюсть упала на землю. Худые, но крепкие руки с выделяющимися трицепсами заставили подумать о том, какой он, должно быть сильный! И как давно Ким Тэхён занимался тяжёлыми упражнениями?! О Небо, сколько часов в день он тренировался? Наверняка, девушке, которую Ким Тэхён выберет в жёны, несусветно повезёт! Красавец с отличным телом и мозгами в придачу — чего ещё можно желать? Сердце Шибая завистливо закатилось. Снимая вещь за вещь, как считаете, не чувствовал ли он себя ничтожеством?! Мягкий животик посмотрел на своего хозяина с насмешкой. Короткие, чуть припухлые ноги и руки, жир на которых слегка трясся — это его убивало. Тело пухлого ребёнка — вот каким являлся Шибай! Он поздно понял, что предложение искупаться вместе было слишком позорным! Ким Тэхён давно избавился от своих шрамов на руках и спине. Как только он получил шанс совладать со своим даром, то одним из первых заклинаний разучил то, что помогло распрощаться с воспоминаниями об унизительных днях. Кроме недавних царапин, его тело не знало никаких следов. В ином случае он не проявил бы подобной смелости — снять одежду. Скоро они стали плескаться в воде, расслабленно плавать, нырять и наслаждаться прекрасным времяпрепровождением. Под лучами солнца в глуши радовались летнему дню. Птицы насвистывали, сидя на зелёных деревьях. Ким Тэхён неплохо ладил с людьми, если это касалось временных дружеских отношений, поэтому вместе с Шибаем они хорошо веселились. В детстве он ненавидел лето. Это пора, когда учителя водили всех учеников их класса к озеру, исключая непослушников, вроде Ким Тэхёна. Он никогда не купался летом, потому что одному неинтересно, а Су Сонхо ни за что бы на это не согласился. К тому же, родители на лето отправляли Сонхо в Тихие Берега к его тётке, и тогда Тэхён вообще оставался в одиночестве. Второй друг его юности — Ху Дэ — усердно работала и всегда была занята. Теперь он оказался рад поплавать с кем-то вместе. Он рисовал что-то на воде, когда Чон Чонгук неожиданно вышел из лесной чащи. Прошло много часов, прежде он пришёл. Небеса понемногу тускнели и застилались облаками. Наконец спала безжалостная жара и стало прохладнее. Ким Тэхён устал рисовать рисунки, которые тут же пропадали, и, не заметив пришедшего товарища, нырнул под воду. Через пару секунд он вынырнул и двинулся к берегу. — О-о, что ты здесь делаешь? Показываясь перед ним полуголым, он зачесал мокрую челку назад и оголил лоб. Чон Чонгук смог только моргнуть в ответ. — Неужели пришёл искупаться? — он усмехнулся и остановился напротив. Вода стекала по его телу. Белые штаны так облегали ноги, что это казалось неприличным. Что голым вышел бы — одно и то же! Чон Чонгук смотрел не на лицо, поэтому Ким Тэхён окликнул его: — Что с тобой? — Вот это да-а-а! — раздался женский голосок. Чон Джиён вышла с той же стороны, что и Чон Чонгук минуту назад. Она осматривала фигуру его величества, когда Шибай кинулся защищать приличия и императорскую честь и начал её прогонять. — Эй! А ну-ка сгинь! Я пришла не к тебе, бесячий карлик! Ким Тэхён встретился с Шибаем взглядом и подал жест рукой, который означал уход их обоих. Тогда Шибай, верный его фанат, оголил меч и погнался за убегающей в чащу Чон Джиён. Таким образом, двое остались наедине под бело-розовыми небесами на зелёной поляне. — Вам лучше не доверять ему, — он соизволил поднять глаза. — Кто тут ему доверяет? Ким Тэхён усмехнулся, но не из-за их разговора, а из-за чёрных глаз, которые снова вернулись к его телу. Почувствовав явное преимущество со своей стороны, он странно разыгрался. Легкомысленно списав своё поведение на жару, зной и скуку, Тэхён толкнул Чонгука в плечо. — Ты идёшь купаться со мной. — Что.? — Охладишься, — он схватил его за запястье. — Тебе не помешает. Потащив за собой, Ким Тэхён завёл их обоих в воду, которая успела нагреться за день. Чон Чонгук намочил свои одежды по пояс и следил за Ким Тэхёном, который немного отплыл и треснул по воде. Вся она попала в чужое лицо. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — он звонко захохотал и сделал так снова. Молодой заклинатель не вытерпел второго раза и, нахмурив брови, взмахнул рукой так, что и Тэхён промок. Так начались их игры. Двое мужчин носились по озеру и устраивали бунты. — Гу-гу, почему ты тут со мной? Чон Джиён ушла! — с улыбкой он всплеснул водой. — Что вы хотите услышать? — он дал отпор. — Ты хотел сделать её своей женой. Что за вопрос? У тебя должны были остаться чувства, ведь так? — Я уже говорил вам! — он повысил голос и обрызгал Ким Тэхёна. Его мокрая чёлка упала на глаза. — Это было давно. Я не понимаю, почему вас это волнует, ваше величество. Ким Тэхён удивлённо замер. Ударив по воде чересчур сильно, он сократил расстояние между ними с неприятным выражением лица и подошёл ближе. Слова рвались из горла, но он смотрел на беспристрастного друга молча. Ким Тэхён молчал до тех пор, пока одна ветреная мысль не овладела его рассудком. — Меня это волнует, говоришь? Он злился, но заметно охладел и потянулся к поясу одежд Чон Чонгука. — Что вы делаете?! — тот не на шутку взволновался и отскочил настолько, насколько это возможно сделать в воде. Став совсем равнодушным, Ким Тэхён поднял на него серьёзный взгляд и подошёл снова. — Всё намокло. Это неудобно, правда? Развязав пояс, он агрессивно распахнул первый чёрный халат и снял его с чужих плеч. Ким Тэхён смотрел в его глаза, не отрываясь, пока делал со вторым халатом то же, что с первым — постепенно расстёгивал и стягивал с тела. Его взгляд казался столь же разгневанным, как и движения. но вместе с тем темп казался издевательски размеренным. Тем временем солнце озарило небеса красными уходящими цветами и перекрасило облака. Словно поселившись в озере, солнце колыхалось в воде и меняло его цвет тоже. Предчувствуя подходящий вечер, птицы закружили над водой. Ветер покачивал кроны разросшихся вокруг деревьев. Ким Тэхён скинул с Чон Чонгука последние одежды и привёл их в равные положения. Шрамы растянулись по плечам и рукам Чонгука. На его белоснежной коже, похожей на оледенелый снег, виднелись линии. Они застилали его тело, такое красивое, какое Тэхёну не приходилось ещё видеть. Вены шли по крепким рукам. Нельзя ли назвать его выточенным из нефрита? Казалось, от него исходила освежающая прохлада. Ким Тэхён не постеснялся рассматривать его, будто товар на рынке. Он не постеснялся вести себя странно. Не постеснялся смотреть в глаза Чон Чонгука чёрство и всем видом показывать, кто тут держит хлыст, гонящий другого. «Ты в моём распоряжении, забыл?» — если Ким Тэхён имел в виду это, когда снимал с него одежду и смотрел вот так, то это было незаслуженно жестоко по отношению к Чон Чонгуку. — Много же ты скрываешь, Гу-гу. Он прикоснулся к шраму в виде лотоса на сгибе локтя и провёл большим пальцем по неровностям. Знак проклятия. Если бы Ху Сунь-ши увидел этот символ на Чон Чонгуке, он тотчас бы завопил, что был прав в своих догадках. Насколько этот заклинатель ужасное существо, раз на него наложили столь жестокое проклятие, как это? Держа лотос на своей коже, он подвергался нескончаемым кошмарам, что приводило к отсутствию сна вообще. Поэтому Чон Чонгук всегда бодрствовал и отказывался от спальных мест? Ким Тэхён остался спокоен. Ни одна мускула на его лице не дрогнула. — За этот знак я могу тебя убить, но ты позволил мне тебя раздеть. Он смотрел в его непроницаемые глаза. — Так доверяешь? Слышать ответ было не нужно. Он убрал руку, ушёл на берег, как будто наигрался, и оставил Чон Чонгука в озере одного.