Спасительница

      Чувствуя, что мороз на улице становится более ощутимым, беглецы были вынуждены вернуться в поместье, дабы не заработать ещё и простуду. Тогда-то уж точно их недолгий побег на улицу будет не скрыть от внимательного взора их дядей. Однако и этих недолгих минут на свежем воздухе хватило, чтобы оживить их самочувствие и поднять настроение. В конце прогулки разговор зашёл о воспоминаниях из детства связанных со снежными забавами. Пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, они отряхнули ноги от снега и вошли внутрь дома. В общей зале было ещё относительно прохладно, хотя всё же теплее, чем на улице. Только этого было недостаточно, чтобы отогреть замёрзшие руки вернувшихся с прогулки. Тогда они решили пройти в библиотеку, чтобы погреться у камина, и продолжить беседу там, несмотря на поздний час. — Зато это превратило то Рождество в самый запоминающийся праздник на долгие годы, — рассмеявшись, закончила рассказ Вайолет, сидя на расстеленном пледе у горящего камина. — Думаю, не только для тебя, но и для всех остальных гостей вашего дома, — поддержал её настроение Хью, на какое-то время позабыв обо всех своих тяготах.       Он пока и сам толком не понимал, почему общество этой девушки так благотворно влияло на его самочувствие. И не только физически, но и психологически. Перед ней ему не хотелось изображать роль, указанную положением и обществом. Перед ней Армитадж мог показывать свои настоящие эмоции, не боясь осуждения или порицания. Даже в целом поддерживать с ней диалог оказалось куда легче, чем с её сверстницами, которых ему пытались в своё время навязать в качестве будущей жены. Именно это сравнение вдруг заставило его задуматься. Возможно, его дружеские чувства по отношению к Вайолет становятся уже не совсем дружескими?       В это время библиотека погрузилась в приятную тишину. Отчётливо был слышен треск дров в камине, где-то за окном тихую мелодию играл ветер, гудя меж стеблей деревьев. На противоположной стене едва слышно тикали часы, отмеряя минуты жизни всех людей в доме. Тепло от огня прогнало холод с замёрзших конечностей лейтенанта. Однако уходить из комнаты ему совершенно не хотелось. С такой компанией даже молчание было не в тягость. — Что вы здесь делаете в такое время? — вдруг их спокойную атмосферу нарушил грозный тон лорда Фалмута, заставивший обоих отдыхающих вздрогнуть. — Мы просто… — не зная, как правильно сформулировать оправдание, пролепетала мисс Энис. — Мы просто решили поговорить возле камина, — повернув голову на звук голоса дяди, Хью вызвался сам пояснить происходящее. — Всё в порядке. — Уже поздно, — бросив короткий взгляд на тёмное окно, констатировал хозяин поместья. — На сегодня разговоров достаточно. Ложитесь спать. — Да, милорд, — чуть опустив голову, сказала Вайолет, понимая, что они и правда что-то сегодня задержались допоздна. — Хорошо.       На этом лорд Фалмут оставил их убирать за собой, направляясь в свои покои. На их удачу в полумраке он не обратил внимания на лежащую на диване верхнюю одежду. Не найдя верных слов, молодые люди всё-таки решили готовиться ко сну. Пока девушка тушила огонь в камине, Армитадж складывал расстеленное покрывало и положил его на кресло рядом с ним. Захватив свои пальто, они также неспешно поднялись наверх. Убедившись, что её пациент находится в постели, Вайолет пожелала ему спокойной ночи и отправилась в свою комнату. Однако быстро уснуть у них обоих не вышло. Сегодняшняя спонтанная прогулка никак не хотела выходить у них из головы. Казалось, такое обыденное явление заставило их обоих взглянуть на своего друга несколько иначе, чем обычно. Только никто не спешил признавать то, что сегодня в их восприятии мира однозначно что-то изменилось.

***

— Неужели совсем скоро Дуайт снимет с меня эту повязку, — предвкушая грядущее важное для него, да и для всех остальных событие, пробормотал Хью. — Осталось лишь дождаться его приезда, — мисс Энис тоже не терпелось узнать результат эксперимента дяди.       Хотя она и надеялась всей душой на положительный эффект от компресса, лишний раз обнадёживать человека было бы слишком опасно. Вдруг что-то пошло не так, и у них не вышло вернуть хотя бы частичное зрение Армитаджу? Или вовсе из-за долгого бездействия его глаза пришли в негодность… Одна последующая мысль девушки была страшнее предыдущей, потому Вайолет встряхнула головой, прогоняя ненужные тревоги и излишнюю самоуверенность, оставляя лишь холодный врачебный расчёт. Сейчас она должна продемонстрировать перед наставником свою профессиональную выдержку, которой нипочём ни хорошие, ни плохие прогнозы по поводу здоровья пациента. — Доброе утро, — ближе к полудню дверь комнаты Хью открылась, и на пороге появился Дуайт с уже привычной сумкой на плече. — Здравствуй, дядя, — поднимаясь с кресла, поприветствовала его Вайолет. — Как твоё самочувствие? — данный вопрос относился уже к Армитаджу. — Не вернулись ли головные боли, учащённое сердцебиение… — Можно сказать, что они стали редкими, — без утайки признался лейтенант, сев прямее на заправленной постели. — Лихорадка последний раз была ещё в самом начале зимы, — продолжила доклад девушка. — Серьёзных нервных потрясений с момента твоего последнего визита также не происходило. Был приступ жара, но я остановила его тем средством, что ты прописал. — Это хорошо, — констатировал доктор, заканчивая раскладывать свои приборы, которые ему пригодятся для сегодняшних манипуляций. — Готов снимать компресс? — Более чем, — нервно сжав кулаки, ответил Хью и бросил короткий взгляд в ту сторону, где по слуху находилась его сиделка. Он мог отчётливо представить её там, стоящую возле кресла и готовую в любой момент прийти на помощь. А когда представленный им образ улыбнулся ему, то призрачная улыбка коснулась и его губ. — Тогда приступим.       Последующие несколько минут были нервными для всей тройки, а в последствие к ним присоединился и лорд Фалмут, желающий своими глазами увидеть результат такого длительного лечения. Всё это время Армитадж находился с опущенными веками, чтобы не травмировать расслабленную сетчатку глаз. Лишь когда по указанию Дуайта его помощница зашторила все окна, оставив гореть лишь пару подсвечников недалеко от кровати, ему было позволено осторожно открыть глаза. — Я вижу тебя, — пробормотал лейтенант, встретившись глазами со стоявшим перед ним доктором Энисом. Несколько секунд ему пришлось слегка прищуриваться, чтобы зрение привыкло к царящему в комнате полумраку. — Я вижу вас всех, — дополнил он, взглянув на дядю, а потом и на единственную девушку в помещении.       Подобные слова вызвали улыбку на лицах всех присутствующих. Вайолет, сдерживая свои эмоции, поднесла руки к губам, облегчённо выдохнув. Всё это время Дуайт продолжал осмотр пациента, а лорд Фалмут расспрашивал племянника, действительно ли ему стало лучше после всех проведённых врачебных манипуляций. Он хотел удостовериться, что самое страшное позади, и жизни Хью больше ничего не угрожает. Сама же мисс Энис будто не могла заставить себя сдвинуться с места. Ей не верилось, что им с дядей удалось помочь небезразличному им человеку. Конечно, полностью здоровым Армитадж уже не будет никогда, как и все пережившие плен, но опасность в виде стоящей на пороге смерти исчезла с горизонта. — Вайолет, лорд Фалмут, — заканчивая осмотр глазных яблок при помощи специального окуляра, обратился к ним Дуайт, — могу я вас попросить зажечь и остальные подсвечники, чтобы проверить чёткость зрения? — Да, конечно, — спохватилась девушка, вырываясь из своих мыслей, и принялась выполнять требуемое. Хозяин поместья молча кивнул и также взялся за свечи. В течение пары минут почти все имеющиеся в комнате осветительные приборы были зажжены, что позволило лейтенанту лучше разглядеть лица своих близких. — Есть какие-нибудь жалобы на зрение? Может головная боль из-за яркости освещения?.. — продолжил допрос доктор, отходя ближе к рабочему столу, чтобы убрать уже ненужные инструменты. — Вблизи я вижу достаточно хорошо, но вот вдаль… — вновь сощурившись, Хью попытался разглядеть лицо стоявшей дальше всего от него Вайолет. Безрезультатно. — Вдали всё размыто. — Я предполагал подобное, — начиная рыться в содержимом сумки, сказал Дуайт и по итогу достал оттуда очки. — Попробуй надеть их, — он передал их Армитаджу. — Я не знал, какие именно линзы будут нужны, поэтому сейчас может возникнуть резь в глазах из-за неправильного подбора, но это можно будет откорректировать чуть позже.       Когда лейтенант надел очки, то тут же зажмурился. Так все в комнате поняли, что данные линзы ему не подходят, но он всё же настоял на продолжении эксперимента. Пересилив боль в глазах, Хью приноровился смотреть через имеющиеся очки. При помощи них ему удалось разглядеть улыбку на лице мисс Энис, которая тут же смущённо опустила взгляд к полу, начиная теребить юбку. — Так я вижу лучше, — признался пациент, снимая аксессуар и принявшись рефлекторно тереть глаза. — Но эти линзы мне явно не подходят. — Я это заметил, — забирая очки, констатировал Дуайт, убирая их обратно в сумку. — Когда твоё здоровье нормализуется, могу посоветовать хорошего окулиста близ Лондона, который сможет справиться с подбором линз лучше меня и возможно даст свои рекомендации по восстановлению зрения. — А каково состояние моего племянника в целом? — решил поинтересоваться лорд Фалмут, переводя взгляд с Армитаджа на доктора Эниса. — Судя по моим наблюдениям, Хью медленно, но верно идёт на поправку, — не сдержав короткой довольной улыбки, подвёл итог Дуайт. — До полного восстановления пока рано, однако прогресс явно на лицо. Одно я могу заявить точно: опасность, грозившая ему прошлой осенью, исчезла. Если так всё пойдёт и дальше, то при самом лучшем раскладе уже летом Ваш племянник будет практически таким, каким вернулся из Франции. — Это отличная новость, — в этот момент, казалось, с плеч хозяина поместья рухнул тяжёлый груз, и он по-отечески похлопал Хью по плечу. — Но для этого следует и дальше соблюдать осторожность, чтобы не допустить рецидива болезни как это случилось в прошлый раз, — предостерёг всех доктор, и его пациент более остальных понял спрятанный в этих словах намёк. Сейчас ему лучше не пересекаться с Демельзой, да и в целом с Полдарками для его же здоровья. — Даю слово, что прослежу за этим, — кивнув, лорд Фалмут принял данные указания всерьёз. Ему не хотелось больше переживать то, что было в прошлом году.       Оставив последние наставления о поведении, лекарствах и способах реабилитации после перенесённой болезни, Дуайт покинул Треготнотт после недолгого разговора с Вайолет. Как бы она не привязалась за все эти недели к Хью, но семейные узы для девушки были крайне важны. Особенно с дядей, который в своё время заменил ей погибшего отца, и с которым она не теряла связи в период своего взросления. Ей хотелось обсудить с ним много чего, но его ждали и другие пациенты. С лёгкой тяжестью в груди мисс Энис поднялась обратно к своему другу, застав его за рабочим столом. Лорда Фалмута в комнате уже не было. — Дядя Дуайт сказал, что тебе пока нельзя писать и читать в полумраке! — спохватилась Вайолет, делая несколько резких шагов к Армитаджу, но остановилась, чтобы не нарушать его личное пространство. — Я ненадолго, — не отрываясь от письма, успокоил её лейтенант. — Мне нужно кое-что записать, пока это свежо в моей голове. — Мы должны следовать его указаниям, чтобы твои головные боли не вернулись с новой силой, — пытаясь голосом выразить своё беспокойство о его самочувствии, продолжала настаивать девушка. — Ты ведь не хочешь, чтобы дядя Дуайт снова надел повязку тебе на глаза? — Почти всё, — ловко орудуя пером, Хью записывал в свой дневник последние строчки и под конец отложил бумагу, давая чернилам высохнуть. — Обещаю, впредь я не буду нарушать указаний твоего дяди. По крайней мере, постараюсь этого не делать. — Ну вот, что мне с тобой делать? — покачав головой, наигранно возмутилась мисс Энис, но её лицо в конечном итоге всё же дрогнуло в улыбке. Это заставило улыбнуться и её пациента, который сократил между ними расстояние, подходя ближе к ней.       В эти короткие секунды, которые для Вайолет ощущались за вечность, её сердце, кажется, забилось в разы быстрее, а дыхание стало слегка прерывистым. Оба молодых человека, у которых давно не было возможности, посмотреть товарищу в глаза, сейчас не могли оторвать взгляд друг от друга. Что-то явно изменилось в их восприятии за это время, но никто из них не рисковал сделать последний шаг навстречу. Понимая, что со стороны они выглядят несколько странно, Армитадж подошёл ещё чуть ближе и осторожно обнял Вайолет. Её тело на мгновение вздрогнуло от неожиданности, но быстро расслабилось, что она даже решилась на ответные объятья. — Спасибо за то, что ты заботилась обо мне все эти месяцы, — невольно вдохнув запах её волос, пробормотал Хью. Они пахли смесью луговых трав и мёда, что приятно жгло обоняние. — Без тебя бы у меня ничего не получилось. — Спасибо тебе, что ты не сдался в самый сложный период, — прислонившись щекой к его плечу, шёпотом ответила мисс Энис. — Я не хотел подводить тебя, — признался он, так и не отпуская её от себя. — Ты была так настроена помочь мне… Это было так честно и искренне… — Ты действительно стал мне дорог за время нашего знакомства, — ненадолго закрыв глаза, тихо заявила девушка, чувствуя себя как никогда безопасно в окружении рук Армитаджа. — И я рада, что нам удалось помочь тебе в борьбе с этой болезнью. — Я тоже рад этому, — чуть отстранившись, молодой человек вновь встретился глазами со своей спасительницей, и увидел, как её слегка поблёскивали от влаги. — Теперь всё будет иначе. Честно. — Я очень на это надеюсь, — чувствуя едва ощутимое прикосновение его пальцев к своему лицу, Вайолет неловко отвела взгляд к полу, смущаясь всего происходящего.       Внезапно этот трепетный момент был прерван щелчком двери, вынудившим их обоих резко отпрянуть друг от друга, и на пороге комнаты появился лорд Фалмут. Переводя подозрительный взгляд со своего племянника на его сиделку и обратно, хозяин поместья сообщил, что сегодня ждёт их обоих на первом этаже для совместного обеда. Раз уж зрение Хью постепенно возвращается в норму, то пришла пора возобновить и семейные приёмы пищи, конечно, с соблюдением всех рекомендаций доктора Эниса по поводу освещения помещения.