Ex adverso

Честер задумчиво постукивал тростью по мостовой. Нога еще не прошла до конца и ныла на каждом шаге, по земле стелился густой вечерний туман, оседавший каплями на брюках, но мужчина все равно предпочел прогулку до квартиры поездке на кэбе. Ему нужно было подумать. Не то чтобы он верил слухам, но зато он верил Рафе. Интересная закономерность складывалась: трое из десятки лучших студентов Академии натурфилософии резко повысили свою успеваемость без всяких на то объяснимых причин, потеснив в списках Фэйрклиффа, и эти же самые студенты завели себе любовников. Кое-кто и не одного. Не то чтобы Честер верил в целительную силу секса — мать, например, отлично обходилась и без этого, и на ее умственные способности целибат никак не влиял, — но чтобы сразу трое… В этом определенно была какая-то закономерность. Он свернул на дорожку, стрелой идущую сквозь пустынный тихий парк. Зажженных фонарей едва хватало, чтобы разгонять сумерки, но Честер не волновался — совсем рядом находилась крупная улица, где стража дежурила круглые сутки. Возможно, только поэтому он едва успел увернуться от первого удара. Нападавших было двое. В застывшем осеннем воздухе не слышно было ничего, кроме свиста лезвий, шелеста листьев под ногами и резких выдохов. Честер успешно увернулся от второй атаки, третьей, принял на трость четвертую, с недовольством понимая, что придется воспользоваться скрытой в ней тонкой рапирой… Из темноты деревьев выступила громадная фигура. Несмотря на свои размеры, неизвестный двигался практически бесшумно, но один из нападавших с какой-то нечеловеческой интуицией обернулся в нужный момент, и удар, нацеленный в ему висок, пришелся прямо в центр лица. Честер мог поклясться, что слышал хруст ломаемого носа. Второй нападавший застыл, заметив, что напарник мешком рухнул на землю. Честер не стал ждать, пока тот придет в себя, и продолжил атаковать — перехватил трость и врезал нападавшему металлической рукоятью по голове, целясь в висок. — Грубо, но действенно, — одобрительно прокомментировал верзила, встряхивая правой и делая шаг вперед, на свет. Честер прищурился: мужчина оказался не только высоким, но и довольно симпатичным — мужественно-симпатичным, на его вкус, с короткими рыжими волосами и рыжей же аккуратной щетиной. Судя по одежде, незнакомец был из моряков. — Проводить? — Откуда я могу знать, что ты был не с ними? — хмыкнул Честер, опираясь на трость. Шестое чувство кричало, что ему следует бежать, но окончательно разболевшаяся от короткой драки нога говорила свое веское «нет». — Отлично, тогда не буду мешать вам прогуливаться дальше, ваша светлость, — хмыкнул верзила, пряча руки в карманы. Он отвернулся и добавил невыразимо насмешливо: — Засаду ведь всегда устраивают вдвоем, а в парке сейчас столько свидетелей… Честер прикинул, с какой скоростью он сейчас может идти, сколько ему осталось идти до квартиры, и тяжело втянул холодный воздух. — Эй, спасибо, что, — он сжал зубы перед тем, как произнести, — спас. Не хочешь выпить? Я угощаю. В конце концов, если верзила действительно был заодно с этими двумя, то так его хотя бы консьерж запомнит. — Вообще, у меня другие планы были, — мужчина обернулся с хитрой усмешкой. — Но раз угощают… Можно и девочек задвинуть. Честер вспомнил свои размышления до нападения и невольно окинул верзилу вторым взглядом, оценивающим. Высокий, явно мускулистый, не очень умный и не вхожий в высшие круги, раз не узнал его… Рыжий, опять же. Фэйрклифф любил рыжих. Для одного насыщенного траха — исключительно для проверки теории! — подойдет. — Можно и без девочек обойтись, — негромко ответил он, улыбаясь выверенной тысячу раз, холодной, но соблазняющей улыбкой. Верзила развернулся всем корпусом, изумленно вскинув бровь. — Мне не послышалось? — спросил он, делая шаг к Фэйрклиффу. — Только что ты сомневался в моих намерениях, а сейчас предлагаешь… потрахаться? Честер пожал плечами, резонно парируя: — Ты тоже долго не размышлял, когда решил мне помочь, — он не удержался от ответной шпильки. — Конечно, если ты против, то я не смею тебя задерживать. Иди… куда шел. Ответный взгляд заставил Фэйрклиффа крепче сжать спасительный набалдашник трости. — Веди, — смягчившимся тоном произнес верзила, едва заметно щурясь. — Меня Девин зовут, если что. — Честер, — не думая ляпнул правду аристократ, чувствуя, что краснеет и слегка — вот Бездна — возбуждается под тяжелым, как будто уже раздевшим его взглядом.