Ex adverso

Честер замялся перед тем, как спросить: — А можно… потрогать? Девин, скинувший с плеч плотную шерстяную рубашку, удивленно обернулся. — Что? — переспросил он непонимающе. Честер окинул бегающим взглядом привычную, чисто прибранную спальню, и нехотя повторил, неуверенно скрещивая руки на груди: — Твои… татуировки. Можно потрогать? Девин усмехнулся, в этот раз почти не обидно. — Конечно, — он избавился от штанов и прошел мимо Фэйрклиффа к кровати, гибким движением укладываясь на живот. — Трогай сколько хочешь. Честер незаметно выдохнул — Бездна, как же неловко было просить о такой глупости! — тоже разделся до конца и устроился, подогнув под себя одну ногу, рядом с расслабленно вытянувшимся Девином. Подушечкой среднего пальца он осторожно очертил контур ближайшего пера. От времени линии чуть расплылись, но сохранили цвет. Кожа Девина на ощупь была горячей, приятно упругой, и Честер не смог отказать себе в удовольствии проследить всю масштабную картину: орла, державшего в когтях извивающуюся кольцами змею. Для сделанной в (наверняка!) неидеальных условиях татуировки у этой была поразительная детализация. И это, скорее всего, должно было быть больно… — Это из какой-то легенды? — задумчиво поинтересовался Честер, скользя пальцами вдоль пояса и поглаживая готовую к укусу змею. Девин замычал. — Не знаю. Может быть. Я просто согласился на эскиз, не знаю, откуда мастер брал идею. «Поразительный идиотизм — так равнодушно относиться к татуировке, которая останется у тебя на всю жизнь», — подумал Честер язвительно; подумал, но не озвучил. — Понятно… — протянул он негромко. — Больно было? Ну, набивать все… это? Он провел ладонью по всей татуировке, и Девин пожал плечами. Спинные мышцы пришли в движение — а у его любовника была действительно красивая спина, — и на несколько секунд Честер залип, забыв обо всем. — Тогда бы сказал, что больно, — голос китобоя стал ниже, приятней — потому что этот тон четко ассоциировался у аристократа с сексом. — Сейчас, когда есть, с чем сравнивать — наверно, не особо. Но к ощущению довольно быстро привыкаешь. А с чего такой интерес? Решил тоже себе что-нибудь набить? — О нет, мне точно нельзя, — рассмеялся Честер, продолжая неторопливо гладить любовника. Ему просто нравилось его касаться вот так, почти без подтекста. — Но вышел бы пикантный скандал. Девин вытащил из-под головы руку потянулся к нему, не глядя охватывая бедро и начав неторопливо, почти лениво разминать кожу. Фэйрклифф вспыхнул мгновенно, как спичка или даже хуже; он откинул голову, выдыхая ртом, и негромко, но почти без волнения спросил: — Отсосешь мне? Девин фыркнул. — Отсосешь мне в ответ и дашь кончить на лицо — сделаю. Честер невольно заартачился: — Что за странное… — он замолчал, когда лежавший рядом любовник повернулся на бок, чтобы видеть его лицо. На губах Девина играла улыбка — самоуверенная, темная, но едва заметная. — Честно? Ты невероятно красив, когда выглядишь немного попользованным, — без тени смущения заявил он, оставив Честера хватать в возмущении воздух ртом. — Попользованным? — прошипел Фэйрклифф почти что гневно. Девин перестал тискать его бедро и поймал за руку, притягивая к себе, и аристократ не сразу, но поддался, нехотя опускаясь и вытягиваясь рядом с Девином на мягком одеяле. Любовник подтолкнул его ближе, так, что они частично соприкоснулись бедрами и грудью, оставил ладонь на пояснице, зашептал куда-то в висок, неторопливо и вкрадчиво: — Уставшим. Довольным. Раскрасневшимся, — от коротких поглаживаний вдоль позвоночника Честер быстро растерял запал, покрывшись мурашками; дыхание позорно ослабело, став поверхностным. — С розоватыми влажными губами и этой поволокой в глазах… Тебе ведь тоже нравится это ощущение, да? Даже зная, что краска на щеках давно выдала его, Честер все равно смежил веки и слегка отвернулся, хмурясь и выражая несогласие. Не разрывая прикосновения, любовник повел ладонь ниже, на невольно напрягшуюся ягодицу, бедро, ласково поймал под колено и нетребовательно потянул на себя; с несдержанным прерывистым вздохом аристократ скользнул ближе, закидывая ногу поверх чужих. Они прижались вплотную, и Фэйрклифф не думая двинул бедрами, чтобы продлить скользящую теплую ласку. Хватка на колене стала крепче. — Ну так что? — Девин едва ощутимо прижался губами к необдуманно открытой шее, и Честер тихо ахнул. — Я… — он коротко облизнулся, не открывая глаз; Девин мягко укусил его, чуть оттянул кожу, не оставляя следа. — Бездна, ты умеешь отвлекать! Любовник отстранился и довольно усмехнулся. Решившись, аристократ несильно толкнул его, роняя на спину, и легко оказался сверху. — Одинаково, — сказал он, вдыхая всеми легкими — пока есть возможность нормально дышать. — Я хочу одинаково. Все, что ты сделаешь со мной, я могу… и сделаю с тобой. Девин прищурился (его руки, словно живущие своей, отдельной жизнью, опустились Фэйрклиффу на задницу и начали ее неторопливо, легко наминать) и неожиданно расплылся в широкой усмешке. — По рукам, — он приподнял бедра — и Честера заодно, — устраиваясь удобнее. — Но я прав? Тебе это нравится? Фэйрклифф утомленно закатил глаза, тоже ерзая — и подставляясь под прикосновения, чтобы ощутить их более полно. — Да, мне нравится, — пробурчал он, не глядя на любовника и краснея гуще.