Загробный медовый месяц

Отдохнув немного, я встаю и ухожу от виллис. Не собираюсь наблюдать, как они радуются совершенному убийству. После прогулки по лесу разыскиваю русалку Марину. Она радостно приветствует меня и спрашивает: -Как ты? Встретила своих? -Да, уже пообщалась с королевой. -Шикарная женщина! Глядя на неё, я жалею, что я не виллиса. Она много для своих делает. Думаю, все виллисы рады, что она у вас есть. -Да, и не только этому, - кисло отвечаю я, - они все в приподнятом настроении, наверное, из-за ночного танца. -Вовсе нет. Это из-за сегодняшнего убийства. Сейчас все ждут. -Какого убийства? – спрашиваю я. -Ещё не знаю, подождать надо. -Чего? -Появления живого. Его издали почувствуешь. Да уж, прекрасно знаю, но не говорить же русалке о моих похождениях с ревенантом. Вместо этого интересуюсь: -Откуда возьмётся живой в мире мёртвых? -Не мёртвых, а Неупокоенных, тут пройти легко,- поправляет меня Марина, наши и сами к живым ходят часто. А здесь живой появится, если его кто-то приведёт. -Кто, например? -Да кто угодно. Но не русалки точно, я бы знала. Ваши обычно сами к живым ходят. Посмотрим. -А можно узнать, кого именно убьют? -Нет, а зачем? -Может, его ещё можно спасти. -Опять ты за своё! Нет, нельзя! А если бы было это и возможно, тебе бы никто не позволил. Ага, так я и буду спрашивать. У Мирты, наверное. Мы сегодня мальчика спасли, и никто нам не помешал. Но вслух я говорю другое: -Неужели все знают, что произойдёт убийство и ничего не делают? -Нет, не в наших интересах мешать. Ты увидишь, когда ваши ходят на танец, многие стараются быть поближе. -И не пытаются помешать? -Нет, конечно. Да и что сделаешь против Мирты и остальных? -Как будто вообще ничего нельзя сделать! Русалка разводит руками и говорит: -Даже не представляю что. Да ты сама все поймёшь. С такой, как твоя королева шутки плохи. Кстати, как она отреагировала на то, что ты общалась домашними? -Не очень хорошо, конечно. Но я надеюсь, Мирта понимает, что я была не виновата, я тогда не могла найти своих и вообще ничего не знала. -Думаю, на неё можно полагаться, - соглашается Марина, - хотела бы я такую же королеву! -А у русалок не так? -Нет. У нас Водяной царь. -И как с ним? -Терпимо. Русалка отвечает таким тоном, что я понимаю, что моя королева нравится ей гораздо больше. Некоторое время мы гуляем, затем Марина говорит: -Пора к своим. -Не хочу возвращаться, - признаюсь я, - чтобы на их довольные рожи не смотреть. -Какая ты грубая! – укоряет Марина. -А вы все тут очень нежные, - огрызаюсь я. Русалка хитро прищуривается и шепчет мне: -Ладно, скажу тебе. Можешь идти к своим спокойно. Если там довольные ещё есть, то их скоро не будет. -Почему? Марина подходит вплотную и шепчет мне на ухо: -Они скоро узнают… сегодня убийства не было и не будет. -Как не будет? Откуда ты знаешь? -Тихо! – шипит русалка, оглядываясь по сторонам, - вдруг услышат! И я тебе ничего не говорила! -Так давай отойдем ещё подальше, - предлагаю я, - но почему ты считаешь, что убийства не будет, если все его так ждут и уверены в обратном? -Потому что мы чувствительнее вас. Оно должно было случиться ещё 3 или 4 часа назад. Но не случилось, не знаю, почему. Но я уже чувствую, как ослабевает ощущение того, что облегчение рядом. Это не только я заметила, другие русалки тоже. Виллисы к ночи поймут. Интересно, кто должен был убить, и что помешало? Я вспоминаю свои сегодняшние приключения с ребёнком и полицейским. Не мы ли помешали? Да нет, не думаю, что я могу оказать такое влияние в первый же день. В любом случае, важно не подать виду, что я что-то знаю. Вдруг они ещё могут как-то навредить бедному мальчику. Надо при случае спросить об этом Степана. Если он, конечно, захочет со мной разговаривать. А пока спрашиваю Марину: -А что могло помешать убить? -Смотря кому. Я ведь даже не знаю, кто должен был это делать. -Но ты говорила, у тебя есть какое-то ощущение. -Да, есть. -А что ещё оно тебе говорит? Кроме того, что никого не убили. -Ничего. -Ты сказала, что вы чувствительнее. -Да, все русалки такие. -Что ещё ты ощущаешь? Кроме того, что оно ослабевает? -Ничего, - упорно повторяет русалка. -А как ты это чувствуешь? Откуда идёт это ощущение? Марина с подозрением смотрит на меня и отвечает: -Правильный вопрос. Идёт оно обычно от места предполагаемого убийства, но не очень чётко. Не всегда можно верно определить. -Значит, ты знала и давно, где и кто! -Не преувеличивай. Ощущение из соседнего леса, но он большой. Существ там много, как узнать, кто именно? Желающих там полно, особенно ревенанты. -Только не полицейский, - хихикаю я. -Видела его? Странный тип. -Просто добрый и любящий. -Так, да не совсем. Жаль его, конечно, никому не пожелаешь так любить. Но у него какие-то дела с домашними, а это не приветствуется. Зря он так. Думаю, он и вдову свою бы скорее разлюбил, если бы так часто не видел. -А ты бывала там? – спрашиваю я. Марина сразу понимает, что я имею в виду и тихо отвечает: -Да. -И как… там? -Лучше бы не ходила. Мы молча идём по тропинке. Интересно, почему у неё так? Наверное, это личное. Я ничего не знаю о её смерти, наверное, не стоило спрашивать. Жаль, я не могу обсудить с ней посещение мира живых, вдруг она бы помогла мне. Не факт, что Степан поможет мне ещё раз. А похороны уже завтра… -Я бы, наверное, хотела, - задумчиво говорю я, - как туда попасть? -Жанна! Даже не думай! -Почему? Степан ходит, ты ходила, а мне не думать? -Наш царь один раз позволяет, на Степана сквозь пальцы смотрят. А с твоей королевой я бы не связывались. -Что ты из неё монстра делаешь? Ты говорила, что никто не попытается пойти против неё и остальных, а кто-то же спас сегодня жертву. -С чего ты взяла, что кто-то спас? Мы не знаем, что там случилось. Да, зря я так выразилась, вдруг Марина что-нибудь заподозрил. Нужно исправлять ситуацию, и я говорю: -Я думала, у вас осечек не бывает. И если не получилось, значит, кто-то помешал. -Ещё как бывают! Всякое бывает. -Так какие способы есть попасть в мир живых? - продолжаю настаивать я. Русалка оглядывается и отвечает: -Обязательно нужен проводник. Он проведет через ход. Самой почти невозможно. -Проводник? Это кто? -Тот, кто знает, что делать с ходом. -А где ход? И кто знает? -Ходов несколько. Но управляют ими домашние. Поэтому нам сложно пройти. -Почему? Разве с ними не договориться? -Можно договориться. Но лучше не нужно. -Что за ерунда? Только из-за того, что она домашние? Я очень хочу в мир живых! -Если так... лучше спроси разрешения у своей королевы. У нее уже налажен этот процесс. Я вздыхаю. Конечно, я бы так и сделала, но, боюсь, Мирта не одобрит такой визит. Лучше подождать, пока успокоится Степан и уговорить его. Слова Марины полностью сбылись. К ночи лица виллис становились все более разочарованными. Они грустно переглядывались и обсуждали, кто же мог так всех подвести. Ночь для них прошла тягостно. Но не для меня. Утром я просыпаюсь отдохнувшей и готовой прямо сейчас броситься в мир живых на свои похороны. Но как это сделать? Мирта за мной наблюдает, Степан не хочет мне больше помогать. А я должна там быть! Обязательно! И должна проведать “Фиалку”! Чего бы мне это ни стоило и как бы они все там ни воняли! Я должна что-то придумать, но что? На фоне хмурых лиц виллис я явно выделяюсь, поэтому на меня посматривают недобро. Наконец одна из них не выдерживает и спрашивает: -Когда у тебя? -Сегодня, - отвечаю я, понимая, что она имеет в виду мою свадьбу и последующие за этим изменения. -Недолго ты наслаждалась. -Было бы долго, она бы не стала виллисой, - комментирует другая. Я не знаю, что ответить, и тут появляется ещё одна довольная невеста. Как ни странно, это ревнивая подруга Мирты. -А ты чему радуешься? – спрашивают её. -А я знаю, что вчера произошло! – торжествующе заявляет она. -Что? -Наверное, у Митьки очередной облом, - смеясь, предполагает Ася. -А вот и нет! -Говори уже, Галка! -Неужели Степан почти решился отомстить вдове, но передумал!? -Нет. Ревенанты здесь вообще не причём, - рассказывает Галя, - убить должен был Ян! -Ян? Ему-то что могло помешать? -Наверное, родители не вовремя пришли. -Кто-то из домашних собирался предупредить, наверное, им все удалось. -Не знаю, что им удалось, говорят, Ян ребёнка до леса довёл, а тот убежал. -Во даёт! Теряет хватку! -Ему надо быть более осмотрительным, когда ещё такой шанс повернётся. -А нам теперь что делать? -А кто убьёт в следующий раз? -И когда теперь? Я подхожу к Асе и спрашиваю: -О ком они говорили? Виллиса рассказывает мне о лесовиках и ревенантах, но многое я уже знаю и задаю действительно интересующий меня вопрос: -А где берут живых, которых собираются убить? -В мире живых, конечно. Ты ещё много раз сходишь, все увидишь. -Но Галя сказала, что Ян привёл ребёнка в лес. В какой, в наш? -Нет, в соседний, там живут лесовики. Только он вроде не довёл его до леса. Странная история! -Что странного? -Не припомню, чтобы Ян так ошибался. Он обычно своих шансов не упускает. Неужели, действительно, домашние смогли помочь своим? Вечно от них неприятности. -Как они могли помочь? -Ходят в мир живых, когда ещё не поздно все изменить, и предупреждают. Не знаю, как мог живой отсюда вернуться? Это не так просто. Точно, кто-то из домашних постарался. Самим живым не справиться. -А что теперь будет? – уточняю я, - этого ребёнка найдут и убьют? -Нет, как его найдёшь? Мы не знаем, кто и куда его увёл. Давно ходят слухи, что кто-то помогает живым ускользнуть отсюда, но я не очень верила. Наверное, зря. Ага, зря, но я не буду говорить ей об этом. Я знаю, кто помогает уйти отсюда живым и не только. Поэтому быстро закругляю разговор с Асей и иду к нему. -Зачем пришла? – грубо спрашивает Степан, - уже все знают. -И что? Никто не свяжет это ни с тобой, ни со мной. -Могут связать. Надо сидеть тихо, а ты опять идёшь ко мне. -Я не просто так иду. Мне надо в мир живых. -Что? И думать забудь. -Сегодня мои похороны. Я должна быть там. -Зачем? Думаешь, без тебя не обойдутся? -Хочу это видеть. И я не увидела всех родственников в прошлый раз. -Увидеть их на своих похоронах – не лучшая идея. Тяжёлое зрелище. -Откуда знаешь? Ты был на своих? -Да, был. Потому и говорю. Слишком тяжело. -Я сама решу, что для меня тяжело. -Не решишь. Ты сама не пройдёшь в мир живых. -Почему ты не хочешь мне помочь? – в отчаянии восклицаю я. -От одного раза неприятностей хватило. -Да какие у тебя неприятности! – возмущаюсь я, - тебе никто ничего не сделал. -Степановну мы уже напрягли. Я не собираюсь портить с ней отношения из-за тебя. -Ты так говоришь, как будто мы сделали что-то плохое. -Для обитателей этого мира мы сделали именно плохое. -Но ты так не считаешь. Ты уже спасал кого-то раньше! -Молчи об этом, раз уж догадалась. Я догадалась? Он сам это сказал. -Мы с тобой все вчера обсуждали, - продолжает полицейский, - я объяснил свою позицию. Один раз я пошёл у тебя на поводу, но, видимо, совершил ошибку. Больше её не повторю. Второй раз в мир живых я тебя не поведу. Тема закрыта. -Но мне очень нужно! – в отчаянии кричу я, - я должна попасть в свою кофейню! И тут же жалею, что сказала это. Степан все равно не поймёт. -В кофейню? - переспрашивает он. -У меня кофейня, - начинаю было я и тут же спохватываюсь, - была... -Правильное слово – была. Это больше не твоё. Я замолкаю. В голове не укладывается, что “Фиалка” больше не моя. Но даже если и так – разве мне нельзя просто посмотреть, как там идут дела без меня? Надо было туда пойти ещё вчера, как я могла позволить себе такую слабость? Я знала, что это могло быть моё первое и последнее посещение мира живых. -Жанна, постарайся успокоиться, - уже мягче говорит Степан, - наслаждайся своими последними часами. Скоро тебе будет не до этого. Ничего не отвечая, я разворачиваюсь и ухожу. От него бесполезно ждать помощи. Но не один ревенант ходит к живым, туда можно попасть и без него. Другое дело, что мало кто согласится отправить туда меня. -Жанна, ты куда собралась? – кричит мне вслед ревенант. Я останавливаюсь и спрашиваю: -Скажи хотя бы, что с ребёнком, которого мы отводили вчера? -Всё в порядке. -Ты уверен? -Да. И не думай больше о живых. Ты можешь просто вернуться к виллисам? -Могу, - отвечаю я, но иду совсем в другую сторону. Убедившись, что за мной никто не идёт, я выхожу на опушку и иду к избе Фаине Карповны. Только бы она согласилась мне помочь. Похороны наверняка уже скоро, я могу не успеть. Старушка удивлена моим появлением. -Что тебе? – спрашивает она, - тебе ещё не объяснили, что сюда ходить нежелательно? Она явно не настроена мне помогать. Придётся сразу брать быка за рога. -Вы знаете, что вчера был спасён ваш потомок? – выпаливаю я. -А, тебя Мирта послала узнать? Я думала, она Галю пришлёт, ты-то новенькая. Знаю, хоть и не понимаю, как это произошло. Моих предупреждений не послушали. Лесовик его забрал. Что случилось потом, я не знаю. Я ничего не нарушала и не имею отношения к случившемуся. Хотя кто мне теперь поверит. -Неужели совсем не хотелось родного человека спасти? – спрашиваю я. Бабуля злобно смотрит на меня и отвечает: -Хотелось и ещё как хотелось. Да что я сделаю, если они такие непутевые? Я хочу возмутиться, что мы же вчера смогли что-то сделать, а она тем более должна была. Но сейчас мне надо думать о своих целях, мальчик все равно уже спасён. Поэтому я говорю: -Меня не присылала Мирта. Она не знает, что я здесь. Я пришла сама. -Зачем? -Это я вчера помогла вашему правнуку. -Ты? -Да, я. Или вы думаете, я стала бы спокойно смотреть на это? Я не дала лесовику забрать мальчика, когда они подошли к лесу. -Сумасшедшая! – восклицает бабушка, всплеснув руками. -Что мне было делать? Если ребёнку не повезло с родственниками – ни живые, ни мёртвые не захотели помочь ему. -Где он? -В мире живых. -Как тебе это удалось? Мне не хочется говорить о роли Степана в этой истории, и я отвечаю: -Долго объяснять. Вчера у меня была возможность проникнуть в мир живых и забрать вашего потомка с собой, но сегодня её нет. Пожалуйста, помогите мне. Мне очень нужно опять туда. -С ума сошла! Как я тебя туда отправлю? -Я знаю, что вы можете. -А про последствия ты знаешь? -Хватит меня пугать! – взрываюсь я, - чего вы тут все боитесь! Если у меня будут проблемы с королевой или ещё кем-то, это МОИ проблемы! Не ваши! -Ладно, хорошо, - неожиданно соглашается Фаина Карповна, - действительно, долг платежом красен, а между собой сами разберётесь. Иди сюда. Мы проходим на кухню, бабушка начинает доставать из печки сковородки и котелки. На роту солдат она, что ли, готовит? Здесь вроде все мертвые уже. -Не стой, подойди ближе, - приказывает Фаина Карповна, зачерпывая ложку каши из котелка - ешь. Я вынуждена подчиниться, хотя терпеть не могу каши, да еще сладкие. Кажется, тут мед и изюм, фу. Зачем это надо, Степан говорил, мы не должны есть. -Пей, - говорит старуха, поднося к моим губам стакан. Делаю глоток - кисель. Последний раз я его пила еще в детстве. Фаина Карповна быстрыми движениями умывает мне лицо, руки и шею, затем снимает с крючка большое белое полотенце и накрывает им мои волосы и плечи. -Почти готова, - комментирует она, доставая из печки кость и протягивая мне, - ничему не удивляйся. Бабуля бьет меня по спине, и я радостно чувствую, как пропадают уродливые ноги. Должно забиться сердце... -Полезай, - приказывает Фаина Карповна. -Куда? -В печку, куда еще? -Разве я туда помещусь? - спрашиваю я. -Лезь молча! Поколебавшись несколько секунд, выполняю требование. С трудом протискиваюсь, приходится лечь скорчившись, даже в гробу было просторнее. Неужели это и есть ход? Фаина Карповна закрывает меня, но не успеваю я испугаться, как уже оказываюсь на улице, а в нос бьет запах живых. Встаю и отряхиваюсь, стараясь не обращать внимания на жуткую вонь. Хотела бы я знать, как я выгляжу. Фаина Карповна могла бы хоть зеркало дать, ладно Степан, он мужчина. Прикладываю руку к груди и чувствую, как бьется сердце. Бьется! Замираю, наслаждаясь его ударами. Затем спохватываюсь - время. Наверное, похороны уже в разгаре. Почти бегу к дому, останавливаюсь лишь на минуту у витрины - посмотреть на свое отражение. Ничего особенного, брюнетка лет двадцати пяти, предыдущий образ мне больше понравился. Но выбора нет, да и времени любоваться собой тоже. Поворачиваю за угол и вижу, что у моего подъезда собралась толпа. Сколько же народу пришло! Пару секунд разглядываю их, затем подхожу ближе - я должна увидеть себя. Как бы ужасно не воняла эта толпа, ну почему их так много? Под плач и причитания полузнакомых бабушек пробираюсь к гробу и ахаю: там лежу я в свадебном платье. В моем, настоящем, а не платье виллис. Я все-таки надела его. На шее у меня кулон, который мне подарила Света. Ничего себе, они меня в нем собираются хоронить? Зачем? И вообще я в гробу выгляжу чуть ли не лучше, чем при жизни. Как будто я просто прилегла отдохнуть перед свадьбой. Перестарались. Хотя я сама виновата, должна была лучше выбирать похоронного агента. Это я сделала еще при жизни, чтобы моим не пришлось делать все самим. Еще раз оглядываю себя - зря я придираюсь, неплохо поработали. Поверить не могу, что мое тело скоро зароют в землю. Как хорошо, что я этого не почувствую. Но я себя больше не увижу. Останется только новая личина виллисы и эти временные тела, если я смогу еще раз уговорить кого-нибудь. Другие люди оттесняют меня от гроба, бросаю на свое тело последний взгляд и отхожу в сторону. Становится легче. Откуда столько народу? Я на свадьбу приглашала меньше. Можно подумать, что я местная знаменитость. А ведь мне нужно увидеть родных. Как найти их в этой толпе? Оглянувшись, я все же замечаю их - мама, Света и Роман стоят вместе. На них всех просто лица нет, кажется, они выплакали все глаза. Только бы маме не стало плохо. Несколько секунд я смотрю на них, затем не выдерживаю и ухожу. Нет сил видеть их такими, лучше не видеть. Надо пойти в кофейню, там мне будет легче. Захожу в кофейню, меня приветствует Алена — значит, она сегодня на работе, а не на моих похоронах. Интересно, Илья здесь? Скорее всего, нет, похороны он не пропустит. Осматриваю “Фиалку”, как будто вижу её в первый раз. Больше не моя кофейня… Зачем я пришла? Что хотела увидеть? Надо уходить, только куда? К Неупокоенным? Но как? А больше некуда. У меня здесь больше ничего нет. -Выбрали что-нибудь? – спрашивает Алёна. Я качаю головой. Я теперь не пью кофе. Да и денег у меня нет. Дверь кофейни открывается, Алёна здоровается с посетителем. Ей отвечает знакомый голос. Оборачиваюсь – ко мне подходит Степан в полицейской форме. -Ты? Что ты тут делаешь? -Я хочу спросить тоже самое. Но давай сначала сядем. Тебе что взять? Я молчу, и полицейский заказывает два капучино. Мы садимся за столик, и ревенант спрашивает: -Ты довольна? Увидела, что хотела? Я не знаю, что ответить. Увидела, но не довольна. -Почему ты не послушала меня? Я предупреждал, что здесь нечего делать. -Ты пришёл прочитать мне нотацию? – возмущаюсь я, и тут официантка приносит нам кофе. Когда она уходит, Степан берет свой стаканчик и отвечает: -Я пришёл за тобой. Или как ты собиралась возвращаться? А если бы твоё отсутствие обнаружили? -Мне все равно, - бурчу я. -Жанна, это несерьёзно, - говорит полицейский, - я понял, что тебе наплевать на последствия для тебя и меня. Но подумай, это может помешать спасти кого-то ещё. Точно, я совсем забыла, что Степан кого-то переправлял из мира мёртвых. Наверное, другой лесовик или бабуля Степановна в курсе. Не хотелось бы навредить им. Запах живых резко усиливается - молодая парочка заходит в кофейню. Я наклоняюсь ближе к Степану, чтобы хоть как-то перебить это. Ну почему их сразу двое, с одним невозможно находиться рядом. Ревенанту тоже неприятно их появление, он вдыхает аромат кофе. -Я не хотела вам мешать, - говорю я, - и мне не наплевать на последствия для меня и тебя. Мне просто было очень нужно попасть сюда, а другого способа я не нашла. И время поджимало. -Как тебе могло прийти в голову обратиться к Фаине Карповне? Она не друг нам, её волнуют только свои. -Свои её тоже не очень волнуют, - фыркаю я, - она ничего не сделала, чтобы спасти мальчика. -Она сделала все, что могла. Я имел в виду, она думает о домашних духах, а действовать заодно с Неупокоенными ей ни к чему. Думаешь, она помогла тебе? -Я же здесь. -Как ты собиралась возвращаться назад? А скрыть посещение мира живых? Жанна, она тебя подставила. Ты понимаешь, что она может все рассказать Мирте? -С чего бы? Мне показалось, она не горит желанием общаться с королевой. И не волнуйся, я про тебя ничего ей не сказала. -Я знаю. Возьми кофе. -Зачем? -Возьми. И сделай вид, что ты пьёшь. Я беру горячий стаканчик, подношу к губам и вдыхаю аромат кофе. Хотя бы это удовольствие у меня осталось. Так приятно ощущать тепло… а то я уже привыкаю к холоду виллис.