Ghost love

      Пейтона охватила паника. Что делать? Он не знал. Все пути спасения были отрезаны. Однако в душе оставался блеклый огонек надежды, что Ноен его спасет.       Энтони к этому времени уже встал и крепко схватил парня за волосы, потянув на себя. — Это разозлило папочку, но на первый раз простительно, — прошептал Ривз, обжигая горячим дыханием щеки Мурмаера, на которых незаметно появлялись слезы. — Ну, ну, чего ты?.. Не плачь. Если будешь хорошим мальчиком, тебе понравится, — ухмылялся брюнет, прижимая бедное тельце Пейтона к своему горячему телу.       Пейтон был такой хрупкий по сравнению с ним, что сломать его было настоящим удовольствием. Энтони подхватил лёгкого юношу и кинул на рядом располагающуюся кровать.       Ривз навис над ним, подняв его руки над головой и держа так больно, что синяки были обеспечены, если его отпустят.       Пейтон безмолвно плакал, храня жгучую обиду за сердцем. И дело не в том, что сейчас его изнасилует ненормальный студент. А в том, что человек, который ему дорог, ничего не делает для его спасения.       Ах да.

Он же не человек.

***

      Ривз целовал каждую часть лица парня, медленно подходя к губам. Пейтону это казалось вечностью, и он хотел, чтобы это поскорее закончилось.

Не закончилось.

      Энтони стал впиваться в губы жадным поцелуем, но Пейтон не отвечал. Ему было слишком противно.       Однако брюнет не сдавался, поэтому стал кусать губы, чтобы Мурмаер открыл ротик. Юноше этого не хотелось, но терпеть терзания его губ было уже невозможным, поэтому тот слегка приоткрыл свои уста, что сыграло на руку студента. Тот проник языком в рот педагога и стал поочередно изучать им сначала нёбо, затем ряды зубов. Он пытался задействовать язык юноши, однако тот просто лежал, ничего не делая. Однако Ривзу это не нравилось, поэтому он снова укусил его за губу и податливый язычок брюнета стал танцевать в ритме танго вместе с языком Энтони. Тот заметно усмехнулся. — Какой податливый, — ухмыльнулся он, оторвавшись от губ Пейтона.       Тот тихо смотрел на своего мучителя, поджав губы, и изо всех сил сдерживался, чтобы не заплакать. Но одна непослушная слеза все же выступила на щеках, что заметил и Энтони. Он аккуратно слизал ее своим языком, проводя влажную дорожку от щеки до шеи.       На шее он ставил аккуратные отметины, полностью перекрывая следы засосов, что оставлял некогда Ноен. Вскоре вся шея Пейтона была как чертов букет — переливалась всеми цветами, что могут существовать.       Мурмаер все ещё молчал, проглатывая жгучий ком слез, мешавший заговорить. Он время от времени смотрел на дверь, мечтая, чтобы Ноен зашёл и спас его.       Но его все не было.       Ривз же времени не терял и, перейдя с шеи и ключиц на грудь, стал медленно спускаться к заветной точке, оставляя невесомые поцелуи везде, где только можно.        Когда же Энтони спустился ниже и, облизываясь, стал снимать нижнее белье Пейтона и свои джинсы, Мурмаер понял кое-что.

Ноен не спасет его.

***

      У Ривза уже был заметен стояк, который было видно через его трусы. Пейтону же было неимоверно страшно. Он понимал, что будет дальше, но отказывался в это верить.       Энтони, сняв окончательную часть одежды Мурмаера, хищно оскалившись, стал сосать у него. Пейтон же, как не старался, но не мог больше держать себя в руках, поэтому потеряв над собой контроль, стал вовсю прогибаться, закатывая глаза от удовольствия.       Ривз увеличивал темп, беря член глубже, облизывая и целуя, от чего у брюнета в глазах потемнело и были видны звёздочки.       Через некоторое время он кончил. Тяжело дыша, он мутно увидел, как Энтони проглотил его семя, облизывая свои губы. Пейтон подумал, что это конец, но юноша так не считал. — Эй, сладенький, теперь твоя очередь приносить мне удовольствие… — оскалившись, произнес брюнет.       Пейтону это абсолютно не понравилось. Да даже первая выходка не была ему по душе (хотя Энтони ничего так отсасывал), поэтому он предпринял попытку встать, чего ему не позволил Ривз. — Эй, малыш, мы ещё не закончили… — Да пошел ты… — прохрипел Мурмаер, намереваясь встать. — Ах так? Я же попросил быть паинькой, но ты, видимо, не понимаешь. Что ж, не хочешь по-хорошему — будет по-плохому… — Энтони прижал всем своим весом парня к кровати, переворачивая на живот. — Отпусти меня, уебок, — хрипел Мурмаер. — Ну все, ты договорился! — разозленный студент резко вошёл в Пейтона, не растягивая того и не используя смазку. Брюнета охватила такая жгучая боль, что он ничего не чувствовал, кроме нее.       Энтони долбился в него, стоная от удовольствия, а вот Мурмаер плакал и пытался прекратить это безумие, но Энтони лишь рвал волосы на голове Пейтона, вдалбливаясь в него ещё больше.       Пейтон ощущал лишь малую долю удовольствия, так как боль собою все перекрывала. — Стони, сука, — крикнул Ривз, ударяя того по щеке, и Мурмаер от безысходности стал издавать звуки больше похожие на хрипы, а не стоны. Он плакал и у него началась истерика, даже практически паническая атака.       Однако вскоре Энтони вытащил свой член из бедного тела Пейтона и кончил ему на спину. Он, вроде как, был рад, а вот Мурмаер просто плакал и не мог остановиться. Он даже не заметил, что Энтони куда-то вышел.       Попытавшись встать, его пронзила моментальная боль. Мутным взглядом посмотрев на кровать, он увидел кровь вперемешку со спермой.

Энтони порвал его.

Ноен ничего не сделал.