Путь в темноте

- Нах бля!.. И громкое рычание, перебитое, как хребет палкой, с таким же жутким треском, грохотом расквашенной об стену бутылки. - Сукииии! Дон сморщился, плотнее прижав к голове наушники. Это было просто невыносимо. Не только потому что его вымораживал лексический запас брата, изливаемый на ни в чем не повинные стены, но еще и потому, что этот надрывный хрип, переходящий в грохот, рык, крик, животный вой, казалось, самой души, рвал ему все нутро на части. А помочь было нечем. Совершенно. Вот вообще никак, хоть ляг и сдохни. Он умел лечить раны, знал, какое именно дать лекарство от боли или жара, как справиться почти с любой заразой, но он не умел облегчать такую боль. «Да есть ли от нее вообще спасение?!» Дон глянул на Майка, почти синхронно с ним сдавившего лоб рукой и сморщившегося с легким оскалом. Они ничем не могли помочь. Ни брату, ни себе самим. Но если вот сам Дон просто заторможенно и тупо пересидел несколько часов, пялясь в стену, просто укладывая в голове произошедшее, а потом бессильно ткнулся лбом Майку в плечо, то с Рафом такое не проканало. Раф все как-то узнал на самом деле еще до. Дон только теперь это понимал. Узнал, почуял своим внутренним зверем и просто отгородился, как он один умел, от своей дикой интуиции и внезапно согласился помочь Сопротивлению в их вылазке.

***

- Хуй с ними, скажи – мы придем. Дон чуть не роняет микрофон, дергаясь на голос. Он даже не услышал, когда Раф вошел и сколько услышал из его разговора с Эйприл. - Координаты пусть дадут. Мик дома остается со своей корявкой, а мы с тобой сгоняем, так уж и быть. Обернувшись, Дон минуту смотрит на брата, пытаясь уловить в его голосе то, что вдруг заставило его сменить гнев на милость. - Да я сам… - возражает он, дернув плечом. Беспокоить Рафа своей идеей ему совсем не хочется. Еще меньше хочется слушать его мнение об этой идее, наперед зная, что от этого мнения свернутся трубкой хвосты маски и станет стыдно даже плесени на стенах. «И дохлым мухам тоже». - Мы придем, - повторяет Раф и отворачивается, давая понять, что разговор закончен. – Не хер одному таскаться.

***

- Сука! Сука, блядь! Сука поганая!! Да как ты мог-то?!.. Майк скривился, пригнув голову, и покосился на закрытую дверь, которая не спасала от грохота, но хотя бы временно могла сдержать бесившееся внутри чудовище, которое то ли умирало там так долго, то ли наоборот пыталось выжить. Он ничем не мог помочь. Вот вообще. Такое никак не разделишь, не отодвинешь, не забудешь… С таким только жить дальше. Неясно только как. Понимает ли это запертый в клетку демон, который сейчас крушит стены и мебель? - Может, поговорим с ним? – он скосил взгляд на Дона, который остервенело печатал что-то в своем ноутбуке. – Ну, там как-то… я не знаю… успокоить, что ли. Брошенный в ответ взгляд, косой, острый, больной и режущий своим блеском, заставил оборвать собственные слова, сразу признавая их бредовость. Так смотрит подыхающий человек, уже хорошо понимающий, что все твои «держись» и «все будет хорошо» - это просто отговорки и жалкие пустые фразы, уже не способные затолкать ему в нутро, развороченное миной, его же кишки, мокрым серпантином лежащие вокруг. Майк встал с коротким вздохом, неловко поведя обрубком руки, и пихнул ногой к двери вскрытый деревянный ящик. - Может, ему уже хватит? – Дон на секунду оторвался от ноутбука. – Я бы сказал… - Я бы сказал, что ему еще очень мало, - Майк снял с гвоздя ключ и сунул его в замочную скважину. – Ему бы нажраться до того, чтобы забыть вообще, что мир есть. Он сунул в приоткрытую дверь бутылку дешевого вискаря и тут же захлопнул ее, заперев. Изнутри прилетел удар такой силы, что дверь содрогнулась. - Пей, брат, авось оно легче станет, - Майк взял из ящика такую же бутылку и открыл ее зубами. – За упокой. Он сделал пару глотков, сморщился и тихо чертыхнулся себе в плечо, занюхав вместо закуски старым перекидным ремнем. Из-за двери ему ответил пронзительный вой, оборвавшийся еще одним ударом. - Раньше его эта мерзость брала лучше, - Дон сощурил воспаленные глаза. – Это уже четвертая. Он протянул руку, слегка дернув пальцами, и несильно щелкнул ногтями по пузатому боку, прежде чем взять бутылку из Майковой руки. - За упокой. Спи спокойно, Лео, мы живы, как ты того и хотел. Сделав большой глоток, Дон сморщился и опять покосился на дверь. Он ничем не мог помочь Рафу. Никак. Это было выше его сил – отмотать назад время.

***

- Благодарности эти сопливые себе оставьте, - Раф отворачивается от командира ударного подразделения и идет прочь. – Не за тем приперлись, чтоб эти охи слушать. Он стряхивает с сая уже подстывшую кровь и бережно вытирает его об куртку пригвожденного к стене мертвого солдата. Сражение выиграли. Потери незначительные. Захватили склад с оружием и продовольствием. Раф подхватывает со стеллажа у стены ящик трофейного виски, даже не спросив ни о чем, и направляется к выходу. - Рафаэль. Этот окрик настигает его уже на пороге, заставив остановиться, но не обернуться на знакомый голос. Дон морщится, как от зубной боли, в душе своей уповая на то, что Раф сейчас все же выслушает Эйприл, хоть немного смягченный победой. Он же сам согласился прийти – значит, хотел восстановить союз с Сопротивлением… - Мы нашли его. Брат оборачивается так резко, что по его карапаксу отблесками зенитной батареи дергаются длинные хвосты банданы. Он в упор смотрит на подошедшую Эйприл и молчит. Дону на долю секунды кажется, что в глазах Рафа он видит что-то теплое, или намек на подтаивание, но потом запоздало понимает, что же видит на самом деле. Рф уже знает, что именно скажет ему Эйприл. «Нет! – первой мыслью вырывается из Донова мозга, который уже блокирует все-все-все, что еще не услышал, и превентивно ищет доказательства ошибки еще не сказанных слов. – Нет. Нет-нет-нет!» - Мне жаль. Несмотря ни на что, он все же был моим другом, - Эйприл что-то протягивает Рафу. Что-то завернутое в обрывки военного плаща. Раф даже не прикасается к этому, вперив в нее совершенно пустой взгляд. - Искренне, Рафаэль. Мне очень и очень жаль… - Эйприл предпринимает еще одну попытку вложить ему в руки то, что держит, но Раф отворачивается от нее. – Мне доложили, что все это было специально подстроено. Кто-то нарочно исказил мой приказ, отведя артиллерию раньше времени, чтобы вы погибли… Раф делает шаг прочь, коротко мотнув Дону головой. - Те, кто сделал это… - Эйприл спотыкается об продолжение, видя, что он уже открывает дверь. – Рафаэль, это те самые люди, которые поймали тогда Сплинтера… мы их нашли. Обернувшись, брат Дона минуту смотрит Эйприл в глаза, о чем-то думая, потом ставит ящик на место.

***

- Тварь!! Дон закрыл глаза и уши, вдавив в голову гарнитуру. От этого не было спасения нигде. Хоть беги прочь, только куда же? Куда от собственных мозгов бежать, в которых яркими вспышками осталось то, что было потом? То, что продолжалось теперь…

***

Раф пьет. Дон смотрит на него и впервые за очень и очень долго даже не знает, как подойти и что сказать. Пожалуй, с того самого дня, как они ушли от Лео, оставив его наедине с его безумием, супом из человечины и трупом отца. Раф тогда тоже напился. Но даже тогда ему не было так погано, как сейчас. Дону так кажется. - Сука!! Недопитая бутылка врезается в стену, разлетаясь на сотню веерных звезд. Майк рывком встает, дергает на себя дверь рафовой комнаты и запирает ее на ключ.

***

Раф так и не сказал им, что же он узнал от того человека, которого нашла Эйприл. И не сказал, как узнал. Впрочем, методы сомнений не оставляли, и Дон от души надеялся, что ему не перепадет счастья еще хоть раз увидеть Рафа таким.

***

В крови все – голова, руки, пластрон, ноги. Даже уцелевший глаз и искривленный судорогой рот, словно Раф грыз кого-то. Под ногтями застряли ошметки кожи и скользких внутренностей. Дона начинает тошнить, хотя уж он-то повидал достаточно на своем веку. От Рафа пахнет… нет, он него за версту несете болью, помноженной на страх и проклятия. Как будто на чуть притупившихся остриях его саев до сих пор намотаны кишки и жилы еще живого человека, из которого он медленно их доставал, тихо и спокойно спрашивая о чем-то ему очень важном. - Раф? – Дон приподнимается из ободранного кресла, куда рухнул, едва вернувшись домой. – Раф… - Он не врал… - Раф нездорово-осторожно кладет саи на стол и берет бутылку. – Он не врал мне… а я, мудак, не поверил… - Что случилось? Ты об этом человеке?.. – Дон смотрит на саи, потом на брата. – Что… - Лео… - трофейный виски в три глотка улетает в глотку Рафа, а бутылка летит в стену. – Бля, сука!! Сука, твою мать ебучую!! Прости-и…

***

- Ты хоть знаешь, что произошло? – Майк скрипнул зубами, повышая голос, чтобы Дон услышал его. - Он не сказал мне, - тот отрицательно качнул головой. – Я так понимаю, что у Лео были причины тогда… только теперь это уже ничего не изменит.