Ты - мой учитель, а я - твой школьник

Биология прошла относительно хорошо, не считая частых взглядов новоиспечённого учителя в его сторону. Как только парень захотел уйти, то тут же услышал за собой следующее: — Антон Черемисин, останьтесь после уроков, хорошо? Парень негодовал, что же он на этот раз натворил. Обречённо вздохнув, он, не оборачиваясь, ответил сухое «ага» и почапал на технологию. Уроки пролетели у Кратоса в телефоне. Подходя к раздевалке, он тяжко вздохнул и, сказав Серёге не ждать его, стал подниматься на четвёртый этаж, где собственно и располагался сам кабинет биологии. Подойдя к двери, парень постучался и, услышав одобрительное «Входи», открыл дверь. Даниил Сергеевич стоял возле стенда и развешивал плакаты. Сейчас Антон мог более подробно рассмотреть его. Высокий симпатичный парень с подтянутой фигурой. По росту он был примерно на полторы головы выше Кратоса. Модная стрижка, красивые зелёные глаза, выразительные брови. Одет он был в голубую клетчатую рубашку и белые джинсы скинни фит. В какой-то момент, когда Гаврилов вытянулся во весь рост, чтобы достать очередной плакат, который довольно высоко висел, рубашка его слегка задралась, оголяя рельефный пресс. Секунд 8 Антон смотрел на него, но, поздно спохватившись резко отвернулся. Его щёки горели алым, а глазами он бегал по всем предметам в кабинете, которые при старом учителе просто мозолили ему глаза. Почувствовав крепкие руки на своих плечах, он резко развернулся и встретился лицом к лицу со своим учителем, который как-то недобро улыбался ему, как кот, который смотрит на свою потенциальную жертву. И этой жертвой был Антон. Не придумав ничего лучше, он отошёл от него и промолвил дрожащим голосом: — Вы что-то хотели? Как же фальшиво вышло. Подняв глаза на учителя вновь, он обомлел. Тот улыбался хищной чеширской улыбкой. Парень нервно сглотнул. Мимо Гаврилова это не прошло и он стал медленно надвигаться на Антона. Мальчишку посетили нехорошие мысли и он быстро шмыгнул к двери, лихорадочно дёргая ручку. ЗАПЕРТО?! КАК?! КОГДА?! Вдруг он услышал за спиной металлический звон и обернулся. Даниил Сергеевич держал в руке связку ключей и по-прежнему пошло улыбался: — Не это ли ищешь? Попробуй отними. У тебя только два выхода, чтобы выбраться отсюда. Либо забрать связку ключей, но пройти через меня. Либо через окно. В окно? Через четвёртый этаж? Хороший ход, Данил, хороший. Проговорив это, парень снова начал двигаться к Антону, тот скользнул в середину класса и стал отходить назад и продумывать план по своему спасению, не упуская учителя из виду. А зря. Надо же ещё и по сторонам оглядываться хоть иногда. Вот он и не заметил сзади себя парту и, споткнувшись об её край и перевернувшись, упал спиной на эту самую парту. А парты у них такие широкие с бортиками. Парень поздно спохватился, а Гаврилов уже тут как тут. Нависнув над парнем, он приблизился к нему вплотную, потёршись об его пах, что вызвало у мальчишки сильное смущение, но, что странно, не отвращение. Уже смирившись со своей судьбой, он перестал сопротивляться, зная что исход неизбежен. Данил посмотрел ему прямо в глаза и, увидев в его глазах испуг и волнение, он нежно улыбнулся. Сердце Кратоса забилось с катастрофической скоростью, что может показаться, что оно вот-вот пробьёт грудную клетку. Он нервно выдохнул и с надеждой вновь взглянул на Гаврилова. Тот не стал строить каких-либо планов по типу, изнасиловать его или ещё чего-то. Он наклонился ближе и, коснувшись губ ученика, ввёл его в сладкий поцелуй. На удивление, Антон даже не дёрнулся, а скорее наоборот, начал отвечать. Он уже, конечно, целовал девушек, но не знал как себя вести с парнем, который не только старше тебя, но ростом почти под два метра. Отвечал он крайне неумело. Но почему? Почему он начал отвечать, он же вроде не гей. Или это он так думал? Может ему просто давно не хватало ласки, тепла, нежности? Может быть. Сам того не заметив, Кратос вдруг обнял шею старшего и прижался к нему почти всем телом. Тот в свою очередь переместился свои руки к мальцу на талию, поглаживая его бёдра, и стал целовать уже более настойчиво. К сожалению, поцелуй их длился недолго, минут 6 где-то. Отстранившись друг от друга парни стали ловить ртом воздух, потому что в лёгких его была явная недостаточность. Оба были красные, только Тоха от стыда, а Даня от волнения. Отдышавшись, Гаврилов вдруг заговорил: — Тебе понравилось, дружок? — Что? Нет! — Да? А твоё тело говорит обратное. Тот замолк. А ведь и в правду, парню было очень жарко и он хотел продолжения, но сказать об этом не мог, потому что ещё не до конца верил в происходящее. — Если что — обращайся. В этих словах больше слышались нотки издевательства, чем обнадёживания. — Ключи отдашь техничке. Сказав это, он положил ключи на стол и, подхватив сумку, поспешил покинуть кабинет. Как только он это сделал, Кратос слез с парты. Ноги были ватными, а дыхание учащённым. Он коснулся своих губ, нижняя была слегка прикушена. Он стал вспоминать тот поцелуй. Он не знал, что его учитель так хорошо целуется, но он также не знал, что тот «по мальчикам», хотя, может, он бисексуал, раз так хорошо целуется. Кратос почувствовал некое тиснение в джинсах. Что?! У него хуй встал от действий Данила, хотя странно, что это произошло сейчас. — Вот чёрт. Бля. Попытавшись кое-как успокоить нахлынувшее его возбуждение, он на полусогнутых вышел из кабинета, заперев его. До дома он дошёл относительно быстро, хоть и живёт в каких-то ебенях далеко от школы. Быстро переодевшись, он сразу пошёл в душ и под струёй холодной воды, ухватился за свой член, который очень сильно набух. Он стал прокручивать в голове этот случай, надрачивая стоящий хуй. Его поразило, больше не то, что сделал его учитель, а то, что он сильно хотел продолжения банкета. Это что-то с чем-то. Кое-как успокоив свой стояк, он заварил себе кофе и лёг на диван, включив фильм. Сегодня пятница, так что можно. За просмотром фильма он сам не заметил, как уснул. Что ж, мы скоро узнаем, что его ждёт завтра, или уже в понедельник