Errare humanum est

Корво

Корво не решился коснуться сердца Джессамины, хотя в груди сжало от желания и боли. Он испугался того, что сердце может сказать ему. Испугался укора и ненависти. Испугался, что если услышит голос Джессамины спустя пятнадцать долгих лет, то его сорвет. Пятнадцать лет назад сердце не было радо ни одной мысли Корво о Дауде. Корво понимал: Джессамина бы хотела смерти своего убийцы. Хотела бы отмщения. Но Корво ее подвел. Дважды. А ведь мог бы никогда не вспоминать об этом. Мог бы доживать свою жизнь во дворце, находясь по правую руку от своей дочери. Но нет, жизнь распорядилась иначе, вновь бросив их разбиваться о скалы. Зачем Чужой подарил Эмили сердце? Она не выпускала его из рук, почти не выходя из каюты весь остаток пути, и это так его тревожило. Он помнил, как невыносимо было сжимать сердце в пальцах, слыша голос Джессамины. Всякий раз от ее холодного обреченного тона у него болело сердце, и всякий раз он не мог перестать, слушая и слушая то, что она говорила ему. По второму кругу, по третьему, по десятому. В последнюю ночь перед прибытием спал Корво плохо, сумев задремать лишь под утро. Меган курила трубку, привалившись к столешнице бедром. Дауд затягивался очередной сигаретой, сидя у доски. С облегчением Корво увидел, что в руках у Эмили, сидящей за столом, нет сердца. Должно быть, она оставила его в своей каюте. Может, это было хорошим знаком. — Но что вы с Соколовым делали здесь? — спросила Эмили, лишь коротко кинув на Корво взгляд. Начало разговора он не застал, но не было похоже, чтобы он пропустил что-то важное. — Он любил Карнаку, — сказала Меган, вынув трубку изо рта. — Но узнал о заговоре, связанным с Королевской Убийцей. Он хотел предупредить вас. Не успел. — Откуда вы вообще друг друга знаете? — спросил Корво. Дауд странно хмыкнул. — Познакомилась с ним, когда приехала в Карнаку, — сказала Меган, пожав плечами. — Давно уже очень. Это неважно. Соколов решил, что герцог может быть связан с заговором. Скорее всего, даже стоять в его главе. Мы собирались отправиться в Дануолл, но потом… — Королевская Убийца, — пробормотала Эмили, уставившись на газетную вырезку. — Да. Его утащили буквально у нас из-под носа. Мы смогли проследить до Аддермирского института, но… — Билли вздохнула, раздосадовано поморщившись. — Им управляет алхимица Гипатия. — Возможно, герцог использует одного из ее пациентов, — вставил Дауд задумчиво. — Аддермир. Ясно, — кивнула Эмили и выжидающе посмотрела на Корво. — Отправимся туда. Королевскую Убийцу нужно уничтожить. Корво не понравился ее тон, хотя он прекрасно понимал, что иначе — никак. — А что за история тебя связывает с Соколовым? — спросил Корво, повернувшись к Дауду и убеждая себя, что он не пялится на то, как Дауд делает затяжку. — Ревнуешь? — спросил он с неожиданным весельем в голосе. Корво даже опешил, почувствовав взгляд дочери затылком. Меган же вообще не обратила внимания. Дауд фыркнул и кривовато улыбнулся. — Старая история. Пару десятков лет назад я одно время… квартировал в Академии Натурфилософии. На чердаке. Соколов увидел меня, но не сдал. Меган неожиданно хохотнула, будто знала какие-то сомнительные подробности, и Дауд на нее нехорошо посмотрел. — Еще бы он тебя сдал, — сказала она, проходя мимо и хлопая его по плечу. Дауд выдохнул в ее сторону дым и поджал губы. Корво опасливо глянул на Эмили: та улыбалась, чуть приподняв брови. Корво, пожалуй, впервые за несколько дней увидел ее улыбку, и его немного отпустило. Ближе к вечеру они втроем выбрались в город: Меган предпочла остаться на корабле. Напряженно Корво смотрел на стяги с портретом Далилы. Видеть их было неприятно, а Эмили щурила глаза, пряча половину лица за темной тканью, но Корво все равно было видно, как она словно щерилась, желая убить Далилу здесь и сейчас. Но до нее так скоро не добраться. Кое-где на новостных досках висели их портреты с крупной подписью «РАЗЫСКИВАЕТСЯ». Корво, последовав примеру дочери, тоже спрятал лицо за тканью. На берегу рыбаки разделывали рыбу, соленая вода была темно-красного цвета, в духоте и жаре запах стоял невыносимый. Несмотря на близость моря, не было и намека на ветер. Они переговаривались — действительно на гристольском, пусть и с сильным акцентом. — Может, разделимся? — спросила Эмили, остановившись. Корво моментально стало тревожно, и ему захотелось себя ударить. Нервы были ни к черту, выпускать Эмили из поля зрения не хотелось. Но так действительно будет проще и быстрее осмотреть город. Она не маленькая девочка. Она женщина, уже вспоровшая глотки нескольким стражникам там, в Дануолле. Она может за себя постоять. — Да… да, давай. Эмили кивнула, кинула на Дауда взгляд и метнулась на ближайшую крышу. Корво устало опустил плечи. — Пойдем, — позвал Дауд удивительно мягко. Корво послушно повернулся к нему и последовал, не спрашивая, куда Дауд его ведет. Мальчиком Корво лазал по крышам, носился по трущобам и воровал еду на рынке. Это было давным-давно, Карнака с тех пор выросла, и не до каждой крыши можно было дотянуться даже с силой Бездны. Корво узнавал улицы, мимо которых они проходили. Дауд уводил его дальше от центра, и когда крыши окончательно снизились, они переместились на них и на землю больше не спускались. Тут, наверху, было как-то спокойнее. Дауд вел уверенно, наверное, хорошо успев изучить Карнаку за все годы, что жил здесь. Мысленно Корво задавался вопросами: чем он занимался, чем жил? Но вслух спросить так и не решался, чувствуя гигантскую пропасть между ним и собой. Солнце начинало клониться к закату, но никуда не исчезала вечная духота, от которой Корво отвык за годы жизни на холодном и влажном Гристоле, и теперь ему было сложно дышать. Корво остановился. Музыка звучала откуда-то снизу, с узенькой улочки, и он, махнув Дауду рукой, спустился вниз, за угол, чтобы не потревожить музыкантов. Подворотня душно пахла пылью, раскаленной на солнце за день. Сейчас она медленно остывала, дома отбрасывали большие тени, пряча под ними улочки. Дауд спустился вслед за ним, бесшумно, как и пятнадцать лет назад. Корво привалился спиной к теплой стене, стянув с нижней половины лица ткань, вслушиваясь в мелодию, незнакомую саму по себе, но со знакомым мотивом. Вся музыка Серконоса была узнаваема и похожа песня на песню, самобытные мотивы угадывались за пару нот. — В чем дело? — спросил Дауд, подходя ближе. Корво разомкнул тяжелые веки, окидывая взглядом и устало думая о том, сколько же могло всего быть за пятнадцать лет — могло, но не было. — Давай потанцуем? — предложил Корво, протягивая ему раскрытую ладонь. Дауд посмотрел в ответ странно, быстро и почему-то воровато огляделся, неожиданно снял перчатки и протянул руку в ответ. Танцем, конечно, это сложно было назвать, скорее объятия, сопровожденные легкими ненавязчивыми движениями, о которых даже не задумываешься, тело двигается само. Корво прижался лбом к его лбу, закрыв глаза, пытаясь ни о чем не думать. В духоте музыка обволакивала и туманила голову. Корво немного сдвинулся, теперь прижимаясь кончиком носа к виску Дауда, слушая его спокойное неожиданно громкое дыхание. Хотя бы сейчас, хотя бы на пять минут, он позволил себе забыть о бесконечном списке забот. Позволил себе забыть, что далеко на севере трон его императрицы заняла ведьма, что если Эмили узнает о Дауде правду, то она просто убьет его и возненавидит Корво, что его родная Карнака умирает под жужжание трупных ос. Хотя бы сейчас он позволил себе быть счастливым. Рядом послышался звук шагов, метку слегка обожгло, и Дауд, вздрогнув, шарахнулся от него, отступая на приличное расстояние. Корво дрогнул, ощущение спокойствия исчезло слишком резко. Стало почти обидно. Эмили спустилась откуда-то сверху и странно на них посмотрела. Как только нашла? — Я кое-что выяснила, — сказала она, задержавшись взглядом на Дауде. У Корво почему-то заколотилось сердце. — По поводу того, как добраться до Аддермира и не нажить себе проблем с местной стражей. Корво кивнул, краем глаза увидев, как надевает Дауд перчатки. — Идем? — переспросила Эмили. Корво кинул взгляд на Дауда. Тот качнул головой. — Да, — ответил Корво, поняв, что он не пойдет. Выглядел Дауд не очень хорошо для таких вылазок. Сказывался возраст и, наверное, пятнадцатилетние скитания Чужой знает где. — Корво, — окликнул Дауд. Корво повернулся к нему. Дауд протягивал ему амулет. — Возьми. Как только разберетесь в Аддермире, отключите прожектор. Меган приедет за вами. Корво послушался и взял теплую живую кость в пальцы. Их тут же укололо, забытое ощущение разлилось по венам и ударило в голову, как алкоголь. — Спасибо, — он дернул уголком губ и пошел за Эмили. Эмили повела его сначала по улицам, потом по крышам, потом они стали настолько высокими, что пришлось переместиться на балконы. Стража здесь носила ярко-красные мундиры, при этом все равно умудряясь сливаться с залитыми закатным солнцем улицами. Золото звенело в воздухе, забивалось в легкие крошкой, мешая дышать. — Здесь всегда так невыносимо? — спросила Эмили, остановившись на одном из балконов. Перед ними открывалась широкая улица, прямо напротив расположилась станция. Корво улыбнулся под тканью. — Большую часть года, — ответил он. — Привыкнешь. Наверное. Эмили фыркнула. По крыше напротив ходило несколько стражников. Корво поймал Эмили за рукав, удержав от прыжка, и она посмотрела на него вопросительно. — Никаких убийств, — сказал Корво тихо. — И не собиралась, — ответила она резковато. Он почему-то ей не поверил. Вдвоем они быстро нейтрализовали стражу, что была на крыше. Пока Корво душил одного из стражников, то устало думал о том, что он надеялся, что никогда больше ему не придется этим заниматься. Он слишком наивно думал о жизни. Эмили, казалось, несколько раз порывалась использовать меч. С противоположной стороны крыши было видно станцию и сам экипаж. Рельсы уходили прямо к скалистому острову, на котором стоял Аддермирский институт. Корво взглянул через Бездну: внизу был только один стражник, убрать его не составило труда. Корво устроился на сиденье напротив Эмили и дернул пусковой механизм. Экипаж дрогнул и тронулся, покатившись быстро и ровно. От воды наконец-то потянуло соленым ветром, и дышать стало легче. — Вы с Даудом… — начала Эмили после полуминут молчания. Корво напрягся, закусывая щеку изнутри. Кончики пальцев похолодели от волнения, как будто его поймали за чем-то очень стыдным. — Между вами что-то есть? — Это так заметно? — переспросил Корво и тут же больно прикусил язык. Эмили посмотрела на него и фыркнула, пожав плечами. — Ты так смотришь на него, — ответила она. Как? Почему-то у Корво появилось стойкое ощущение, будто он предает Джессамину. Опять. Корво думал, ни на кого, кроме нее, он никогда в жизни не сможет смотреть. В его сердце она будет всегда и всегда будет занимать в нем слишком много места. Корво ни на кого и не смотрел — за эти пятнадцать лет. Но то, что было с Даудом… Тогда это случилось от безвыходности. От отчаяния. Корво невыносимо нужны были руки, которые бы держали его. Которые хотя бы на одну ночь принесли бы ему ощущение безопасности и стабильности. И ту ниточку, спасшую его от безумия, он так и не забыл. Может, поэтому уцепился за нее сейчас. Не сдержался. — Тебя… это волнует? — спросил Корво пересохшими губами. — Что? Нет, — Эмили расслабленно и совершенно искренне улыбнулась. — Ты, конечно, никогда о нем не рассказывал, но… может быть, после всего этого? — Может быть, — ответил Корво негромко, хотя и ощутил крохотную вспышку радости: Эмили принимала. Пока она не узнала о том, что Дауд — убийца ее матери, конечно. — Он тоже носит метку, да? — переспросила Эмили, смотря на волнующуюся воду. — Да, — ответил Корво тихо. Говорить об этом почему-то было… неловко? — Я это… почувствовала, — сказала она с заминкой, будто не знала, как объяснить. — После того, как Чужой поговорил со мной, — она взглянула на свою руку. Экипаж пронесся над неспокойным морем: вдалеке собиралась неприятная гроза, негромкое рокотание едва доносилось издалека, но уже чувствовался запах соленого дождя. Духота очень резко сменилась горячими порывами ветра. Шторма у берегов Карнаки не были такой уж редкостью, но даже они не всегда приносили долгожданной прохлады. — Меченые чувствуют друг друга, — сказал Корво негромко и задумчиво, вспоминая, как невозможно испугало его ощущение, когда он схватил Дауда впервые, чтобы перерезать ему горло. Метку тогда ошпарило кипятком. — По-особому. Как… — Как дом, — закончила за него Эмили. Корво кивнул, смотря на метку на ее руке. Мягко экипаж остановился, слегка дрогнув. Они вышли. Корво увидел серо-голубое здание Аддермира. Тучи были все ближе, вот-вот пойдет дождь. — Почему он выглядит таким… заброшенным? — пробормотала Эмили. — Разве это не самый известный исследовательский центр юга? — Здесь что-то произошло, — ответил Корво. — Или происходит сейчас. Он моргнул, чтобы взглянул через Бездну, и краем глаза увидел движение в стенах института. — Здесь есть стража, — сказал он. — Пока не знаю, сколько. Идем? Эмили кивнула. На главный вход дверной проем сбоку похож не был. Из него неожиданно выглянул стражник. Корво дрогнул, застыв, надеясь, что на них не обратят внимания: мужчина в форме смотрел в другую сторону. Что-то все-таки привлекло его внимание. Он повернул голову и, конечно, заметил их. Корво выругался себе под нос, рванулся, но сбежать и вообще сделать хоть что-нибудь не успел: вспышкой черного света Эмили оказалась за спиной и перерезала горло. Корво дрогнул, к горлу подступил тошнотворный ком. — Что? — переспросила Эмили, взглянув на него. — Необязательно было его убивать, — пробормотал Корво почти беспомощно. — Он бы поднял тревогу. Сбежались бы еще. Вместо одного трупа было бы несколько. Не смотри на меня так, будто ни разу не убивал. Корво послышалось ехидство в ее голосе. Внутри заскребло. — Я убивал, — согласился Корво, — но только если иначе было совсем никак… — Вот здесь иначе тоже было никак, — рассудила Эмили холодно. — Идем уже дальше. — Нужно хотя бы спрятать труп. Эмили приподняла брови и красноречивым взглядом окинула лужу крови, под ним растекшуюся. — Бесполезно. Корво дрожаще вздохнул и все равно поднял тело, оттаскивая его за угол. Эмили не стала его останавливать. — Предлагаю разделиться, — сказала она, заглядывая за угол, хмурясь. — Я думаю, здесь может быть вход с другой стороны. Или что-то вроде того. Я пойду поищу. У Корво не было сил спорить, да и предложение было правильным. Он с трудом поборол такое сильное желание не отпускать Эмили, но пришлось себе напомнить, что они связаны через Чужого, они будут чувствовать друг друга и поймут, если что-то произойдет. В теории. Ну и кроме того: Эмили взрослая девочка. Разберется. Корво кивнул и пошел искать другой вход. Он обошел здание, стараясь не думать о том, скольких людей Эмили перебьет, пока будет находиться без присмотра, и обнаружил, что по скалам можно забраться выше, к отдельно стоящему корпусу, который при близком рассмотрении оказался чем-то вроде жилых помещений. Ну, когда-то это могли быть жилые помещения. Наверное, палаты для пациентов. Но сейчас все было разрушено и заросло травой. Здесь тоже была стража. Кроме стражи тут, на самом деле, вообще никого больше не было. Корво не убивал, он только тихо нейтрализовывал и оттаскивал бессознательные тела по углам, чтобы исключить тревогу. Пока он исследовал эту часть института, то обнаружил удачное место для причаливания лодки и сам прожектор. Вдалеке небольшой кляксой на черной воде виднелся «Падший дом». Скоро окончательно стемнеет, так что отключение прожектора будет хорошо заметно. Но сейчас еще было слишком рано для этого, так что Корво пошел обратно. В одной из жилых когда-то комнат он наткнулся на святилище Чужого. Руна, лежавшая на нем, звенела так громко, сверлила прямо в виски с обеих сторон, звон отдавал в зубы и кости, но Корво ощутил его с облегчением, поняв, как сильно он скучал по этой песне и по тому, как его тело реагирует на нее. Он подошел и занес над руной руку с меткой. Метку обожгло, она вспыхнула ярко, как раскаленный в печи металл, и Корво постоял так, наслаждаясь забытым мучительным ощущением. Чужой не говорил с ним все эти пятнадцать лет. Корво не пытался его звать. Корво опустил на руну руку, коснулся ее всего лишь кончиком пальца: пространство моментально пошло трещинами, свет ослепил его на мгновение, и вот уже вокруг была Бездна. Порой Корво проваливался в Бездну во снах, но в последние годы это происходило все реже и реже. Пятнадцать лет назад она напоминала океан в безветренный и безоблачный солнечный день: бесконечная соленая синева, где вдалеке виднелись силуэты плывущих китов. Сейчас от этого осталось лишь воспоминание. Бездна ощущалась тяжело и тревожно и уже не казалась самым безопасным местом в этом мире. — Корво, друг мой. Чужой появился перед ним, нарушая личное пространство, Корво взглянул в черные блестящие глаза, думая о том, что пятнадцать лет назад Чужой даже смотрел на него чуть иначе. Его глаза тогда были скорее провалами, черными дырами. Сейчас же они казались беззвездным небом. — Сколько лет… Корво кивнул. Язык прилип к небу. — Я рад был познакомиться с твоей дочерью, — сказал он сквозь внезапно прорезавшееся ехидство. — Ты почти потерял еще одну императрицу, но вы все-таки сумели сбежать вместе. Слова были сродни удару по щеке. Отвечать Чужому не хотелось. — Я так люблю наблюдать за тем, как преображается история, передаваясь из уст в уста… Корво выдохнул. Вот этот Чужой был ему так хорошо знаком: он бросался непонятными философскими рассуждениями, которые, казалось, никак не были связаны с тем, что происходит вокруг. Кусочек чего-то привычного несколько успокоил его. — Что история Королевской Убийцы… что ваша история, — Чужой сложил руки за спиной, неторопливо прохаживаясь по черному камню, — с годами, что грядут, они преобразуются, как мягкий метал преобразовывается под кузнечным молотом. Но вы ведь всегда будете помнить правду, — он мелькнул перед глазами и оказался вплотную, — по крайней мере, свою правду. Корво ощутил, как от него холодно пахнет солью, и Бездна схлопнулась. Руна в руке больше не звенела. Корво спрятал ее в карман и пошел в соседний корпус. Первое, что он увидел, была кровь. Корво устало посмотрел на следы на полу и на труп женщины в форме, лежащий чуть дальше. Эмили определенно здесь проходила, и он пошел вперед, зная, что дальше найдет еще тела. Он не ошибся. Эмили и не старалась не убивать: Корво очень сомневался, что она сделала это из крайней необходимости. По цепочке кровавых следов и трупов он вышел в неиспользуемое помещение: все здесь оккупировали трупные осы, но от гнезд остались лишь обугленные каркасы. Эмили нашлась в следующем помещении, у лестницы, ведущей вниз. От Эмили сильно тянуло Бездной, похоже, она через нее смотрела. — Гипатия внизу, — сказала Эмили шепотом, стоило ему приблизиться. Корво не стал спрашивать про убийства. Эмили спрятала меч и пошла вниз. Корво последовал за ней. Они не особо старались скрывать свое присутствие, но алхимица, стоявшая к ним спиной и чем-то увлеченно занимавшаяся не обратила на них никакого внимания. Тогда Эмили подошла к ней ближе и робко тронула за плечо. Та вздрогнула и повернулась. — Вы мои пациенты? Извините. Я должна о таком знать… Алхимица казалась растерянной. Ее будто и вовсе не удивило вторжение двух вооруженных людей, одна из которых была перемазана в крови. Что-то с Гипатией определенно было не так. — Мы здесь, чтобы спросить вас кое о чем, — сказала Эмили. Гипатия посмотрела на нее, потом взглянула на Корво, держа заляпанные в чем-то руки перед собой. — Вы прячете лица из-за болезни? — Гипатия шагнула к Эмили, протянула руки, но та удивительно мягко остановила ее. Гипатию это не смутило, она сделала шаг в сторону и вернулась к осе, в которой копалась до того. — Мы здесь лечим то, что гораздо более распространено, чем многие готовы признать… Она постояла немного, потом отмерла и села на стул возле разделочного стола. — Мы здесь не за лечением, — сказала Эмили, присаживаясь возле нее, чтобы глаза были на одном уровне. Корво отступил немного в сторону, осматривая помещение и лишь краем уха слушая разговор. — Мы ищем Антона Соколова. — Соколов? Да, — Гипатия зазвучала взволнованно, будто была удивлена тем, что вспомнила. — Он был здесь, но недолго. Потом она забрала его… — Она? — вырвалось у Корво. — К Кирину Джиндошу… — закончила Гипатия. Потом она вздрогнула и повернула голову. — Вы слышали?.. Корво с Эмили переглянулись. — Что по поводу Королевской Убийцы? — спросила Эмили. — Это ваш пациент? Гипатия встала. — Королевская Убийца… я что-то читала об этом в газетах, — сказала она задумчиво, возвращаясь к осе. — Я не… ах да, убийства. Я была в Дануолле, изучала болезни, распространенный среди экипажей китобойных судов… — она вздрогнула и повернула голову в сторону. — Мне показалось или меня кто-то только что позвал?.. Я стала много забывать… Королевская Убийца — это что-то интересное, мне кажется, я могла бы помочь. Просто раньше я так хорошо работала, а теперь моя память меня подводит. Да кто меня зовет? Больше она ничего не сказала и Эмили опасливо от нее отступила. Корво и Эмили вышли в небольшую комнатку, отгороженную от общего зала. — С ней что-то не так, — сказала Эмили потерянно. — Но по крайней мере мы узнали о Соколове. — Но не узнали о Королевской Убийце… Послышался грохот. Потом очень быстрые шаги. Кто-то в соседнем помещении очень громко закричал, далее последовали такие звуки, будто кто-то неаккуратно и быстро что-то ест. Корво коротко взглянул на Эмили: та стояла, побледнев. Через полсекунды нечто разбило стекло и сбило Эмили с ног, прыгая сверху. Корво среагировал быстрее, чем успел подумать: выхватил пистолет и выстрелил. Эмили рванулась из-под обмякшего тела Королевской Убийцы, громко выругалась и вскочила на ноги. Кровь залила ее лицо и одежду. — Ты в порядке? — вырвалось у Корво взволнованно. Эмили лишь кивнула, зло смотря на труп. — В полном, — процедила она. — Вот и про Королевскую Убийцу узнали. Как так может быть? Гипатия — и есть… У Корво в голове щелкнуло: он пристрелил Александрию Гипатию. И Королевскую Убийцу. Глупо требовать от Эмили не убивать, если он сам не убивать не может… — Не смотри так, — вздохнула Эмили. — Спасибо.