Подчинение равно спасению

Хан, почувствовав дрожь и страх, так и застыл в проходе. После минутного молчания, Минхо первым заговорил: — Если сосчитать всё вместе, то ты не появлялся уже больше суток. Поэтому я пришёл проверить, жив ли ты вообще. Мало ли, кто тебя знает, — равнодушно ответил Минхо. — Не думаю, что это стоит того, чтобы я с собой что-то сделал, — поставив стакан на стол, тихим голосом ответил Джисон, отчего тут же пожалел, вспоминая, что натворил со своей кожей. — Ну раз так, тогда иди ко мне, — усмехнувшись и похлопав по коленям, сказал Минхо. Джисон нервно сглотнул и забегал глазами. Он не хотел сейчас ничего, и уж тем более не хотел, чтобы Минхо увидел его вчерашнюю проделку. Он стоял как вкопанный и даже не собирался подходить — Джисон, подойди ко мне, — чуть менее терпеливо повторил он. Джисон схватился пальцами за ткань одежды, медленно подошёл и сел на край кровати. Хан не мог смотреть в глаза Минхо, поэтому его взгляд постоянно бегал от одного предмета к другому, а потом он и вовсе опустил голову, пытаясь чёлкой спрятать глаза. Минхо придвинулся ближе. Хан рефлекторно дёрнулся, когда тёплыми пальцами провели по щеке, переходя на шею, остановившись, ощупывая кожу на ней. Шершавая. Минхо широко открыл глаза и потянул за край свитера. Кожа по бокам шеи была вся повреждена. Он потянул вниз, придвигая Хана чуть ближе к себе и рассматривая ключицы. Вся кожа, абсолютно вся покрыта следами от царапин. Он посмотрел на Хана, в то время как тот, сжимая губы в полоску и хмуря брови, смотрел в другую сторону. — Говоришь, не стоит того, чтобы ты с собой что-то сделал? — хриплым и яростным тоном спросил Минхо. Джисон весь сжался, всё так же не поднимая затуманенных слезами глаз. — Какая Вам разница, — пробурчал Хан, пытаясь убрать руку Минхо. Он был зол и обижен. Все семь лет он ни перед кем не отвечал за подобные действия и сейчас тоже не собирался. — Джисон, твоё тело принадлежит мне. По крайней мере, пока ты здесь — ты мой. Хана бросило в холод от этих слов. Минхо со сдерживаемой яростью толкнул его на кровать. Чтобы что-то понять, юноше требовалось пару секунд. Минхо сел сверху, сдавливая шею Хана, почти полностью перекрывая доступ к кислороду. Джисон вцепился в руку Минхо, пытаясь оторвать её от шеи. Как бы он не старался, но убрать руку разъяренного Минхо ему не удалось. Слёзы уже собрались в уголках глаз, а рот открылся в надежде ухватить хоть каплю кислорода — Если тебе так сильно хочется навредить себе, просто скажи об этом мне, а я с особым удовольствием исполню твои желания. Джисон в панике почти не слышал его. Красные глаза Хана гармонировали с покрасневшим лицом. Боль и страх быть задушенным заполнили собой все его мысли. — Нет, — прохрипел Джисон дрожащими губами. — Отпусти… Минхо разжал руки. Дожидаясь, пока Хан сможет отдышаться, он холодно наблюдал за искаженным от ужаса лицом. Кулак снова поднялся вверх, чтобы ударить по лицу, но застыл в воздухе. Как бы Минхо сейчас не хотелось избить его, было бы нехорошо оставлять на видном месте синяки. Вместо этого он больно потянул Джисона за волосы и процедил сквозь зубы: — В следующий раз просто покончи с собой, зачем это показная драма с царапинами. Просто повесься или вскрой себе вены, — в глазах был какой-то холодный металлический блеск, от которого у Хана началась истерика. Он действительно вгонял его в ужас. Сказать честно, Джисон никогда не трясся от страха настолько сильно, даже от местных задир. Минхо он боялся как огня, боялся до отвратительного привкуса на языке, боялся до судорожной дрожи во всём теле. Хан не знал, что может сделать с ним этот человек. Зато он прекрасно знал, что не сможет постоять за себя. — Только попробуй не прийти на ужин, — он встал и вышел из комнаты, захлопывая дверь. Джисон снова разрыдался. Честно, он не знал, как реагировать на всё это. В голове всё ещё не могло уложиться то, что это всё в самом деле происходит с ним. Голова болела из-за сильного стресса и слёз, но Джисон не мог взять себя в руки. За шестнадцать лет он никогда не сталкивался с физическим насилием, и как себя защитить тоже было непонятно. Настолько беспомощным, как сейчас, Хан ещё никогда себя не ощущал. Казалось, ещё немного, и отчаяние съест его разум. Только это заставило его немного прийти в себя. Из-за переживаний и голода его начинало тошнить. Как бы он не хотел вставать с кровати, но ещё немного и он потеряет сознание. Ему необходимо поесть. *** В столовой, застегнув как можно выше горло кофты Хан сел за самый дальний столик. Пару минут он пялился на отражение ламп в супе, абсолютно ни о чём не думая. Он прислушивался к своим ощущениям. Голова болела, но теперь ещё и из-за шума. Организм просил еды, но Хан не мог заставить себя съесть даже ложку, хоть убей. — Завтра все занятия заканчиваются в час, поэтому после вы можете быть свободны, — Звонок, а после и объявление напомнили Хану об одном важном моменте. Последние три дня он не ходил на занятия. После переведения в старое крыло и всего случившегося, Хан совсем забыл об этом. Как бы он этого не хотел, но ему надо на этот счёт спросить у Минхо, чтобы потом не было неприятностей. Еда почти остыла, а дети стали расходится по комнатам. Съесть хоть чуть-чуть надо было, сидеть голодным тоже не дело. Он через силу стал поглощать суп, на удивление, он ему показался очень вкусным, но даже это не заставило его съесть все. Он оставил на столе поднос и вышел из корпуса, желая как можно быстрее добраться до кровати. Все мы не любим просыпаться по утрам. Джисон тоже не любит, но, осилив себя, встаёт. Приняв водные процедуры, он оделся в чёрные брюки. Прежде чем натянуть свитер, Хан снова вернулся в ванную, что бы рассмотреть своё тело, в особенности следы от удушья, которые почти исчезли, и царапины ниже. С мыслями о том, что нужно после занятий обработать эти участки, он наконец оделся. А теперь учебники. У Хана не было с собой никаких учебников, но он свято надеялся, что останется сегодня незамеченным. На первом уроке ему удалось проскочить. Учитель был слишком стар и даже не заметил Хана, а вот на втором была та еще мегера. Эта женщина легко могла поднять руку на ученика или унизить, обругать за любую мелочь. Мимо неё даже моль не могла проскочить, не то что подросток. И она, конечно, заметила, что у Хана нет с собой ничего. — Хан Джисон! Ты настолько пренебрегаешь моим предметом, что не удосужился даже взять с собой учебник?! — противно крикнула эта женщина. — Простите, пожалуйста, — поклонился Джисон, чтобы не злить больше эту ведьму. — Нет, я просто забыл учебник в комнате. Женщина хмыкнула и набрав кого-то включила громкий звук. Через несколько секунд Джисон услышал голос Минхо. — Слушаю. — Мистер Ли, один из ваших подопечных осмелился пренебрегать моим предметом и явиться на занятия совсем без ничего. Даже листок и ручку не взял, — с гордо поднятой головой заговорила эта женщина. Джисон в затылке ощутил холодное покалывание, а кожа покрылась мурашками. «Только не это», — думал Джисон. — Ну и кто это? — с другой стороны послышался равнодушный тон. — Хан Джисон, — зло сверкая глазками на Джисона, ответила женщина. — Скажите, чтобы он пришёл ко мне в кабинет. — Мистер Ли, вы на громкой связи, — почему-то ехидно проговорила женщина. — Хан Джисон, можешь идти. И без учебника на мой урок даже не являйся! — Минхо отключился, даже не сказав «спасибо» или «до свидания», чем возмутил женщину. Она привыкла к уважительному отношению к себе, а это что ещё за хамство. Хан молча вышел. Ужасный холод расползался волнами по всему телу. Хан немного дрожал. Ерунда, но что за эту мелочь может сделать Минхо? Ему думалось, всё, что угодно. Хан медленно шёл по коридору, он остановился перед самой дверью кабинета и потянулся постучать, но страх сковал его. Он так не хотел туда заходить. Осилив себя, он постучал три раза. — Войдите. — Господин Ли, — Хан закрыл дверь за собой, ощущая жуткий холод по плечам и шее, — вы меня вызывали… — Да, садись, — указав на стул с противоположной стороны стола, Минхо продолжил. — Что случилось? — Я… — Джисон, прикусив губу, сел на стул. — У меня не было с собой учебников, так как их не перенесли, а Госпожа Ким поругала и отправила к Вам. — Не перенесли? Почему сам не сходил? Хан готов был задохнуться от возмущения. Действительно, почему же он не сходил? — Не мог. — Тогда сходи сегодня, не вижу никакой проблемы. По-моему, ты уже достаточно взрослый пацан, чтобы самому думать о таких вещах. Джисон кивнул, стискивая края сидения так, что, казалось, скоро сломает пальцы. — Хорошо. Я могу идти? Минхо улыбнулся. — Нет. Думаю, что ты не хочешь появляться у неё на глазах. До конца урока ещё полчаса, поэтому иди ко мне, — Минхо отъехал на стуле подальше от стола. Джисон уставился на него настороженно. Он неуверенно мялся, а потом всё же не выдержал зрительного контакта и отвернулся. Его губы были сжаты в тонкую полоску, а глаза уткнулись в стол. Напряжённый вид юноши немного позабавил Ли Минхо. — Подойди ближе. Я тебе ничего не сделаю. Джисону не верилось в это, но и провоцировать новый конфликт ему тоже не хотелось. Он неуверенно шагнул к Минхо. — Расстегни рубашку. Стиснув зубы, Хан через силу принялся расстёгивать пуговицы одну за другой. Минхо не смог сдержать улыбки. Улыбка, полная наслаждения расплылась на лице, когда он замечает дрожащие руки и нервозность Хана. Стоило ткани немного сползти с плеч, как от увиденного его губы скривились от отвращения. Минхо пальцами провёл по повреждённой коже, подмечая как всё тело напрягается под его касаниями. Он открыл шкафчик и достал оттуда аптечку. Открыв маленькую баночку, он зачерпнул мазь и плавными движениями нанёс её на кожу Хана. «Ублюдок...» Джисон не мог подобрать нормальных слов для Минхо. Ему было неприятно, но он лишь сжал кулаки, не двинувшись с места. Закончив со всем, Минхо за талию притянул Джисона ближе, усаживая на свои колени лицом к себе, а после крепко обнял. Хана начало трясти от гнева. С силой сжимая его плечи он сдерживался, чтобы не усугубить ситуацию своим сопротивлением. Казалось, ещё немного и он взорвётся от злости. Минхо поглаживал напряженную спину, бока и бедра, заставляя ещё больше сжиматься. Так они просидели до момента, пока не раздался звонок. Джисон моментально рванулся чтобы слезть и сбежать, но его только сильнее прижали и грубо дернули за подбородок на себя. Слёзы наполнили глаза, когда прохладные губы коснулись его. Джисон сжал их в тонкую полоску, стараясь избежать поцелуя и не расплакаться от беспомощности. Спустя несколько тщетных попыток, Минхо с раздражением разрывает объятия и Хан моментально отстраняется и быстро, как только может, выходит из кабинета, даже не позаботившись о расстёгнутой рубашке. *** Так как им сказали, что все занятия заканчиваются в час, а сейчас столько и было, то Джисон пошёл в свою комнату. Ему нужно было догонять материал, чтобы не отставать от других. А пропустил он знатно. Разложив учебники и тетради по полочкам, Джисон заметил что скоро нужно было идти на обед, но он совсем не хотел есть. Минхо это вряд ли одобрит, но всё же и заставить себя сейчас он никак не смог. Быстро переодевшись, он сразу же сел за уроки. Хан довольно неплохо учился, ведь тот, кто учится, в итоге добьётся большего. Конечно, это всего лишь школа при детском доме, но он хотел в дальнейшем перейти в старшую школу, а потом и в университет. Одному догонять материал довольно сложно, но возможно. Хан любил учиться, и для него не было проблемой погружаться в новые, непонятные ему темы. В конце концов, это было куда проще, чем разбираться с собственными проблемами. Это его немного странный способ убежать от реальности и сейчас он снова вернулся к нему, углубляясь в задания с головой. Так, за завалами учебников Хан просидел почти до самого вечера. Когда он заметил, что начало темнеть, то посмотрел на часы. Сейчас было около четырёх вечера. Джисон достал из ящика свои очки и, надев их, продолжил заниматься. За всем этим завалом он даже не заметил тихих шагов позади себя. Минхо прошёл в комнату и сел на кровать. Джисон выглядел достаточно заинтересованным, чтобы совсем не замечать присутствия другого человека в комнате, поэтому совсем скоро Минхо это наскучило. Мягко ступая, стараясь как можно тише, чтобы остаться незамеченным, Минхо подошёл к Джисону и нежно провел по рукам, в то время, как целовал шею. Хан подскочил на месте, больно ударяясь животом о край стола. Это заставило его скривиться и согнуться от боли. Шок отчётливо читался на его лице. — Давно вы здесь? — сдавшись, тихо спросил Хан.