Странные последствия.

***

Тихо, хорошо.. Почему-то так легко, чувствуя невесомость около себя, такую уже не привычную легкость своего и так худого тела, такую тихую, но одновременно и звонкую тишину около себя, которая вовсе не давит на уши. Космос. Пустой, глубокий и холодный, но одновременно такой разнообразный и теплый, как объятья любимой матери, которая носила тебя на постоянной основе в детстве на руках , из которых не хочется выходить. Он прикрывает глаза, обняв себя за плечи, приятно жмурясь, хоть и понимает, что спит. Ему хорошо. Очень. Как-будто он бывает тут намного чаще, чем он помнит. Да и в общем, чем знает. Да и, неважно это, если честно. Он осматривается, поднимая руки вверх, чувствуя непривычный прилив сил для себя, ярко и искренне улыбаясь. Руки не сковывают цепи усталости, как и его голову. Он чувствует себя свободным, но таким маленьким, по сравнению с этим огромным, пустым пространством. Как муравей перед огромным заводом. Он делает кувырок в воздухе, отталкиваясь ногами о воздух, расправив руки в стороны. После ещё один, но назад. Ещё один. Ещё. Ощущение, будто он в воде. Он ничего не слышит, и двигается плавно и медленно. В ушах нету звона, от такой неожиданно лёгкой тишины. Это несравнимое чувство, к которому трудно подобрать слова. Он ощущает себя живым тут.

***

Высовывая голову из под одеяла, он смотрит на время на будильнике. 6:23, отлично. Он ещё почти проспал свою единственную работу. Молодец, бездарь. Будильник же нельзя включить, да? -Да блин, почему в свои 21,я все ещё не ребёнок... Белый садиться на кровать, широко зевая, жмурясь, двумя пальцами потирая свои глаза, просыпаясь, после опять прикрываяглаза, немного жмуря их, оперев локти о свои колени. -До смены 7 минут.. Сново трет глаза, резко округляя их. -до смены 7 минут, разбитый сервиз*! Тот начинает бегать, в попыхах пытаясь что-то делать, забежав в ванну, прстояв там, после махая на это рукой, засовывая в рот мятную жвачку, начав одеваться, заплевав на кровать, понимая, что может опоздать. Пока альбинос трепыхался, в его дверь постучали два раза, громко и отчётливо, что эхом разнеслось по комнате Валика. Белый посмотрел на дверь, натягивая штаны, пытаясь к ней подойди, но падая, запутавшись в собственных ногах, упав своей морденью в паркет, быстро поднимаясь, одевая и застегивая штаны, а нос неприятно отдало протяжно болью. -Зайдите!.. Дверь медленно открывается, а к нему заходит сержант Майлз. Старший телепуз осматривает того с интересом, который достаточно быстро давит, прокашлявлявшись в кулак. Белый аж давиться, поперхнувшись, краснея, даже не достегивая свои штаны, громко откашливаясь, стуча по груди. -Да, да, сержант... Скоро... выйду. Я успею, простите пожалуйста.. Тот все же откашлялся, делает виновато лицо, неловко улыбаясь, выглядя нервно из-за находящегося в его коморке телепуза. Зелёный осматривает белого, тяжко вздыхая, после снимая шлем, внимательно смотря в лицо белого, в зрачках же опять появился интерес к самому обладателю белой шерсти. -На работу сегодня можешь не спешить, ты переходишь на ночную смену. За утреннюю работает новенький, ночник* уволился. Сержант после этого замолчал, немного хмурясь. Валтен же стоял, хлопал яркими и большими глазами, переваривая то, что сказал старший. - А во сколько мне тогда.. Ну, выходить?.. И почему вы не предупредили меня о новеньком заранее? Он немного приподнял свое нижнее веко, вместе с верхом щеки на левом глазу, непонимающе отведя взгляд, после опять смотря на болотного, приоткрыв рот, готовясь что нибуть сказать, или сразу ответить на внезапный вопрос. Сержант молчал, опять надевая свой шлем, позволяя засмотреться на Уолтена, немного вздрагивая, опять привычно немного хмурясь, немного мотнув головой. -Да.. Из головы вылетело тебе сказать. Надумывал, что тебе сообщили уже. На работу тебе выходить в восемь вечера, работать до 6:30, понял? Что-бы уже когда придёт новенький, духу там твоего не было. Сержант сделал грозное лицо, хоть этого и не было видно за шлемом, указав пальцем на Уола, изображая пистолет. -Понял? Белый заторможенно, но кивнул, выпрямляясь, сам немного хмурясь, видно напрягаясь в компании Майлза. -Молодец, можешь дальше отсиживаться. Сержант развернулся, ровно и плавно выходя, закрывая дверь "тупого работника" на щелчок. Он остался в комнате один. Немного невежливо, со стороны сержанта. Ну, он так думает, но ладно, черт знает, какие тараканы в шлеме этого мужика. До вечера, Уолтен вообще не знает, что ему делать. Раньше, он сразу бежал на работу, и сидел там до 20:00. Все. Приходил, ел, ложился спать, спешил на работу в 6:30. Строгий режим, а сейчас что? Тоже самое? Только спать днем, просыпаться ближе к работе, есть, и идти туда? Ну. Хотя да. Почти ничего не изменилось.

***

19:48 Он вышел из комнаты, направляясь на ночную смену, по пути доедая "веганский" бутерброд. Он был немного пухленьким, но начинал худеть странными диетами и постоянной нагрузкой на тело. Он уже мельком увидел, как из-за двери комнаты с камерами, выходит молодой, так-же пухлый телепуз с румяными щеками, который быстро ушёл в левый длинный коридор. В общем, ему все равно. Он не очень хочет знакомиться с ним. Да даже не из-за зависти, просто не знает как начать разговор или просто он ему неприятен, что он напоминает самого Вала, напоминая ему о его пухлощекости.. В общем, неважно, мы отошли от темы. Уолтен подошёл к кабинету, тяжело вздыхая, после проходя в него, осматривая. Тот же стул. Те же камеры. Большой железный шкаф, подъем к трубам и легулировке температуры, где стоит ещё один железный шкаф, стол и подключенный чайник. Все такое-же слабое освещение, которое идёт от керосиновой лампы. Больше идёт и от, от камер. -Совсем ничего не изменилось, как и ожидаалось.. Тот начал снимать тонкую куртку, вешая её в шкаф, хотя тут и было прохладно - ему полезно было. Он сел, спокойно начиная смотреть, или, более официально, "наблюдать" за, казалось бы, самой обычной четверкой, которые слушаются пылесоса..

***

Тихо. В ушах мелкий звон, глаза слипаются. Ну да, здорово. Он решил приподняться, но сразу падает обратно на стул, тихо раздраженно простонав, от своего состояния. Ему именно сейчас необходимо ебанное кофе. А он не может встать. Все же продолжает старательно пытатся, мельком глядя на камеры, да и то, не понимая, что там происходит. Белый опять сел, слабо хмурясь и прикрывая глаза, немного понурив голову вниз. -Я буду заготавливать кофе. Он потирает глаза двумя пальцами, которые уже ощущались отрубленными. У него уже болят глаза, от постоянного пялянья в камеры, с ярким светом, хоть там и ночь. Все там видно камерами ночного наблюдения. Свет из экранов от них яркий, травмируя глаза. Тихо, начинает слышаться кипение чайника, от чего альбинос сильно вздрогнул, посмотрев на стол, который был, на так называемом "втором этаже". Там стоял сержант, сложив руки на груди и грозно притоптывая ногой. Его лица же, не было видно, из-за каски. Что логично. Наш герой побледнел, неловко улыбнувшись Майлзу. -С-сержант, здравия желаю. Он сидел, напрягшись, смотря на главного. Ему было неловко. Особенно, если болотный находился в отрицательном настроении. Тогда, он как пьяный злой отец, который пришёл с рыбалки нисчем, но уже сознательный. Это неприятно, знаете ли. Уолтен тихо сглатывает, подвигаясь ближе к столу, стараясь отвести взгляд на камеры. Его так и прожигают взглядом. Его плечи, голову, часть бедра и ноги. Ему даже немного противно от такого, он хочет укрыться, просто что-бы на него не смотрели. Майлз ставит кружку кофе перед белым, застыв, походя на статую. Белый передрогнул, немного отдернувшись назад, но после посмотрел на сержанта. Они смотрели друг на друга, и оба молчали. Тишина была.. Неловко и напрягаю щей, в ушах начался от неё шум, из-за чего альбинос пришлось немного прижать их к голове. -Я жду благодарности. Болотный все ещё стоял, уже выжидая благодарности, за принесенный кофе. Припухлый вздрогнул, приоткрыв рот, посмотрев на кофе, взяв его двумя руками. -А, а, да, да, спас-сибо. Сержант отпустил кофе, выпрямившись, опять складывая руки на груди и смотря на беловолосого. Тот аккуратно поднёс кружку у губам, дунув на горячий напиток и немного отпивая. Он слабо улыбнулся, опять посмотря на Майлза, который все ещё стоял около него, держа горячую кружку в руках, приободрившись. - Спасибо, сержант.

***