Красный Паладин Регалиус

— Ну-ка, пусть повернутся спиной. Потенциальный покупатель был заинтересован рабами. Он был человеком среднего роста и возраста, был одет в длинную одежду и имел седые волосы. На чёрном рынке было много подобных мест, где можно было купить абсолютно нелегальные вещи, вплоть до живых союзевцев. Работорговец взмахнул своим хлыстом по каменному полу и дюжина молодых тёмных эльфов одетых в тряпье повернулись спиной. Помимо того, что они были исхудавшими из-за того что их давно не кормили, их лишили какой-либо идентификации, накачав амнезиаками, сбрив все волосы и повесив на них ошейники с номером. Мужчине приглянулся самый старший из них. — Ну-ка, покажите-ка поближе номер девять. Работорговец кивнул, и притянул эльфа к себе грубым движением, после чего поставил его перед мужчиной. Лицо эльфа было пустым. Его глаза смотрели куда-то вдаль, а единственную эмоцию, которую он знал, была «подчинение». Мужчина обошёл, осмотрел его со всех сторон, посмотрел на его зубы, на его глаза. — Не расскажите-ка какая у него история? Работорговец неодобрительно покивал головой. — Извините меня пожавуйста, но я не могу рассказывать подобное. Мужчина усмехнулся. — Ну, будет тебе. Сколько тебе заплатить-ка, чтобы ты заговорил? Он знал, что любого союзевца можно подкупить, тем более если им является эльф. Но то что было странным, так это сам факт того, что он хотел подкупить продавца лишь для того, чтобы узнать историю какого-то раба. Видимо он захотел его купить. Почесав голову и посмотрев в пол, работорговец назвал свою сумму. — Двести! Нет… Триста! Мужчина взял мешочек с пояса и кинул его работорговцу под ноги. Он был наполнен золотыми монетами с печатью Союза. — Там ровно две с половиной тысячки. Это оплата и за раба, и за тебя. Работорговец с жадностью на четвереньках, как животное, подбирал выпавшие из мешка монеты, чтобы собрать их обратно в мешок. — Ух, спасибо бовьшое вам за покупку. Этот эвьф раньше жив в бедной семье, где отец ушёв от них из-за смены повитического режима, из-за чего его мать начава убиваться горем и начава употребвять коровевскую совь. Смешная ситуация! Вскоре, эта шавава не смогва бовьше двигаться и просива своего сынка доставать ей наркотики! А посве, когда ему надоево так жить, его собвазнива дама Неуротокс. Ну вот он и убив свою мать, в надежде на убежище. Товько его ждава совсем иная участь. Мужчина кивнул и взял верёвку ошейника у работорговца. Они начали уходить, как вдруг работорговец захотел напоследок хлестнуть эльфа по спине, так как потом он уже не смог бы. И уже было замахнулся, как рука, державшая хлыст, внезапно упала на пол. Работорговец не понимал что произошло, но увидев свою руку на полу, он попятился в ужасе. На месте где она должна была быть, был чудовищный ожог. Он закричал от боли, а мужчина тем временем спрятал свою руку в карман, как будто пряча что-то. — Не бойся. Скоро мы попадём-ка в более тихое место. Мужчина улыбнулся, но эта улыбка явно скрывала что-то злое. Он повел раба, потерявшего имя, за собой к подземному вокзалу.

***

Это место было чем-то, что Вестфоловцы назвали бы «кошмаром наяву». Железная дорога вела в большое подземное здание. Огромные ворота на входе медленно открывались перед остановившимся поездом. Они были сделаны из какого-то крепкого материала, но из-за того что он потемнел со временем, было сложно угадать. За воротами оно выглядело ещё более зловеще: монотонные люминесцентные лампы, металлическая плитка на стенах, пол из каких-то каменных плит, а также высокий белый потолок и большая эмблема в форме чёрного круга. Когда эльфа сюда привезли, его передали каким-то мужчинам в странной броне с той же символикой, после чего они раздели и помыли его в душе. Потом, его осмотрел человеческий врач и поставил ему укол с какой-то жидкостью внутри. Ею был амнезиак, заставивший эльфа забыть всё что происходило эту неделю. Руки врача были очень холодными. Затем, ему поставили татуировку где-то в районе левого предплечья и переодели в полосатую одежду. На татуировке было написано: «0109804Э». День закончился тем, что его отвели в его новый дом на следующие два месяца полных пыток: в тюремную камеру. Рядом с ней были и другие клетки, но почему-то там никого не было, либо же они не хотели с ним общаться. Тогда он ещё не догадывался, что его поджидало… Подъём был ранним. Сразу же после несытого завтрака, эльфа раздели до торса и под присмотром охранников его, по угловатым коридорам сопроводили до комнаты, дверь в которую открывалась красочным прямоугольником из странного на вид материала. Рядом были и другие похожие двери, но он так и не узнал их предназначения. Войдя внутрь, его взору предстала огромная комната. Справа стоял полностью белый стол, а на дальней стене висели кандалы. Тогда он ещё не знал чем это было и спокойно позволил охранникам себя сковать. Ему сковали ноги, руки и шею, обездвижив его. Он понял, что сейчас произойдёт что-то плохое слишком поздно, чтобы закричать, ведь его рот уже закрыли кляпом. В панике, эльф начал оглядываться по сторонам, и увидел двух союзевцев в странных белых халатах. На их груди был вышит идеальный круг с буквами «ГКЖ» над ним. Одним из них был человеком, с короткими серыми волосами и стаканом с чёрным напитком в руке. Другим союзевцом была девушка, тоже человек. Она стояла слегка позади мужчины и держала в руках необычную бумагу. Она была белого цвета, как снег и была прямой как водная гладь. Похоже, что у девушки таких листов было много. Помимо этого, у неё были длинные кудрявые чёрные волосы, а на её носу сидели квадратные очки. Мужчина отпил из стакана и поставил его на стол. — Итак, ассистент. Думаю вас уже посвятили в детали сегодняшнего эксперимента, не так ли? — голос мужчины звучал уверено. По нему можно было понять, что он был неким профессионалом. Слегка замявшись, девушка сказала: — Эм… Нет, меня не посвятили в детали. Господин Кохинг на этой неделе отсутствовал по неизвестной причине. — Опять Кохинг себе что-то сломал! О, мой… — мужчина положил себе руку на лицо, но вскоре убрал её и продолжил. — В общем. Сегодня мы будем проводить эксперимент с магией Ignis, с дозировкой магической силы пять процентов от ОНМС* на субъекте в кандалах. Всё понятно?! — Х-хорошо… Но зачем вы это сказали если всё равно будете диктовать это? — сама того не хотя, она подловила его. Он тяжело вздохнул. — Есть другие вопросы? — ему было не до шуток. — А, да. Какая моя роль в этом эксперименте? — Ваша роль будет в использовании информационного заклинания на субъекте, и в записи того что я диктую. После эксперимента вы наложите на субъект заклинание, что излечит его ожоги... — в сторону — ...Из-за того что нашу финансовую поддержку уменьшили мы не можем позволить себе одноразовых субъектов. — Вы что-то сказали? — она не услышала последних слов мужчины. — Ничего. Приступим? — он не стал тянуть ещё пуще и уверенным шагом направился к эльфу, отчаянно пытающемуся выбраться. Вслед за ним медленно пошла и ассистентка. — Похоже что его придётся успокоить, — мужчина засунул руку внутрь халата и достал шприц с желтоватой жидкостью внутри. Он сделал маленький щелбанчик по шприцу, чтобы выпустить скопившийся воздух, после чего подошёл к эльфу на расстояние в половину вытянутой руки. Эльфу стало страшно и он начал трястись и плакать глядя на шприц. Мужчина же прочитал какое-то заклинание и убрал оковы с шеи субъекта. — Что за любители в охране нынче. Зачем они шею сковывают, — он вздохнул и сильным захватом поместил свою руку на подбородок эльфа, чтобы он не вертел головой. Эльф пытался сопротивляться, но мужчина всё же сумел сделать укол. Сначала эльф продолжал яростно сопротивляться, но спустя лишь пару моментов, средство подействовало. Отойдя от эльфа, мужчина убрал шприц обратно внутрь своего халата и показал рукой на субъекта, посмотрев на девушку. — Заклинание, пожалуйста. Она кивнула и подошла поближе к эльфу, после чего притронулась рукой к его голой груди. От холода её пальцев он слегка вздрогнул. Она, в свою очередь, начертила пальцем звезду на его груди и проговорила что-то шёпотом. Звезда стала объёмной и засветилась пурпурным на пару секунд, после чего исчезла. Закончив заклинание, девушка вернулась на своё прежнее место и приготовилась записывать. — Первое тёоуавсэ, восемьсот четвёртый год после великого освобождения. Эксперимент номер 34-А. Используемое количество магической силы составляет пять процентов от ОНМС. Используемая магия Ignis в форме огня пироманта четвёртой Арканы*. Субъект — молодой тёмный эльф. Мужчина напряг правую ладонь будто сжимая воздух. Он продолжал её напрягать, пока в её центре не начал появляться огонь. Его рука начала трястись, а огонь рос всё больше, до той степени, пока не перестал. Огонь был по размерам с голову эльфа. Мужчина сильно надавил на огонь своей левой рукой, пока огонь не принял форму шара. Ему было тяжело держать шар в руках. — Так. Записали характеристики субъекта до начала эксперимента? — он надеялся что ассистент уже это сделала. Она одобрительно кивнула после чего, мужчина повернул голову обратно к эльфу. Он прижал руки друг к другу после чего подошёл поближе к эльфу. Несмотря на успокоительное, он начал паниковать. Его кожу обжигал огонь и ему было больно. Резким движением, мужчина «ввёл» огонь в его грудь, после чего эльф начал кричать и корчиться от боли. Его крики были заглушены кляпом, но ему было очень больно. Его внутренности горели, а его быстрое дыхание лишь усугубляло его боль. Ему казалось что он умрёт. Тогда он впервые познал агонию. Спустя ровно пять минут, эльф перестал подавать признаки жизни, а огонь потух. Его грудь была ужасна обожжена и девушке стало неприятно смотреть на это. Достав часы и удостоверившись в том, что прошло ровно пять минут, мужчина спросил: — Как вы думаете, почему на этот раз мы выбрали эльфа, при том ещё и тёмного? — этим он вывел девушку из чтения своих записей. — Из-за… регенерации? — сказала она, слегка удивлённая вопросом мужчины. — Регенерации, что за бред? Думаешь тёмные эльфы на такое способны? Думай ещё. — Хм… Извините профессор Менгеле, не знаю, — девушка пожала плечами, на что профессор Менгеле огорчённо вздохнул. — Ассистент Сакра, когда я задаю подобные вопросы, я экзаменую ваши знания. Чему вас учат в университетах? Воля. Воля к жизни и их дух, — его слова заставили девушку виновато покосить взгляд. — Видите ли, если бы мы применили то же количество магической силы, при эксперименте со стихией Ignis, скажем, на человеке, гноме, дворфе, светлом или лесном эльфе, то мы бы остались без субъекта. А вот этот, — профессор поправил волосы кажущегося мёртвым эльфа, — он ещё жив. Правда, не дышит, — отойдя от него сказал он. — Дайте посмотреть на записи, — он попросил её дать свои записи. Она протянула их ему. Он мельком пробежался по ним, листая листы. — Статистика записана отлично. Хоть где-то вы хороши, — он протянул их обратно ей. — Теперь, пожалуйста, отмените заклинание, чтобы восстановить субъект. Завтра утром мы проведём ещё один эксперимент с ним. Надеюсь что вы там будете, чтобы ассистировать мне, — сказав это, мужчина направился к выходу и по пути забрал свой стакан со стола. — Х-хорошо. Сакра слегка испуганно и в то же время отвращёно, подошла к эльфу. Ей было больно смотреть на него. Она положила свои записи на бетонный пол, после чего встала на колени перед ним. — Больно, да? Подожди чуть-чуть. Сейчас сниму заклинание. Она положила руку на его обожжённую грудь и тем самым развеяла заклинание. Грудь эльфа потихоньку начала возвращать себе свой прежний вид. Увидев, что эльф снова начал дышать, она по-доброму улыбнулась и поднялась на ноги. — Извини нас. Мы лишь выполняем свой долг как учёные. Мне жаль, что мы тебя так используем, но нам так приказали. Прости, — сказав это, она удалилась и перед уходом сказала охранникам, что эксперимент окончился и они могли увести субъект.

***

Проснулся эльф уже ближе к вечеру в своей камере, на нижней кровати. Он уже пропустил обед, но он всё же сумел попасть на ужин. После него, сидя в камере, эльф увидел как охранники вели новых заключенных. Они тоже были детьми. Кто больше, кто меньше эльфа, но все они были детьми. Их было много. Иногда даже по двое или трое на одну клетку. Внезапно грудь эльфа заболела. Только вот, источник боли найти он не мог. На нём не было ожога, но внутри он чувствовал жгущую боль. Вспомнив, что и завтра его заставят пройти через тот же эксперимент, ему взбрело в голову сбежать. Эльф отчаянно начал бить руками по решётке и кричать чтобы его выпустили, но его лишь заставили прекратить, пригрозив избить деревянной дубиной. От грозного голоса охранника, он забился в угол и начал плакать. Ему было больно и страшно. Он не знал что происходит, где он и даже кто он. Он прижал подбородок к груди и закрыл своё лицо коленями. Вдруг только что прибывшего маленького человеческого мальчишку, повели к камере эльфа. Он был одет точно так же как и эльф и имел черноватые волосы. Его руки были закованы за спиной в кандалы. У входа в клетку: — Субъект номер «0109804Э», прислонитесь к стене, убрав руки за голову. Эльфу не оставалось ничего, кроме как послушаться. Дверь в клетку открыли, а мальчика грубым толчком запустили внутрь. Закрыв дверь, охранник через решётку снял с него кандалы. — Чёрт. Как же жмут эти штуки. Эльф всё ещё испугано стоял в углу, но уже смотря на мальчишку. Он был словно загнанный в угол зверь. Эльфу было страшно, но как оказалось, мальчик не был угрозой. — Привет? Ты говоришь по-вестфолстки? — он был дружелюбен и слегка озадачен эльфом. Немного подумав, над ответом, он всё-таки ответил кивком. — Круто! А ты тут давно? — мальчик был любопытен, и всё ещё позитивен. Эльф перестал дрожать и на этот раз уже ответил голосом: — Нет… — Ты уже видел крутую магию и всё такое? — как только мальчик упомянул магию эльф вновь задрожал. Лишь одно её упоминание делает ему больно. Мальчик также удивился от реакции эльфа. Он не понимал чего было страшного в магии, но ему всё равно стало стыдно перед эльфом. — Прости… Я… Внезапно, снаружи, откуда-то сверху, прозвучал громкий мужской голос. — Гаси свет! Спустя пару секунд свет от ламп погас, а патрулирующие охранники ушли. Мальчик не сумел договорить, но решил не продолжать своё предложение. — Ты на какой кровати спишь? Ванкощ показал на нижнюю. — Тогда я буду на верхней! Мальчик ещё не знал что его ожидает. Из камер вдалеке доносился плач, а из некоторых даже вой. Все заключённые тут были детьми. Кто-то был как эльф, рабом. Кто-то был сиротой, которого завлекли обещаниями о доме, тепле или же семье. А кого-то просто украли, посреди бело дня, с улицы.