Гнездо грифона

Конец молиориса 9.04 Века Дракона. Восточный Старкхевен. Вольная марка.       Смеркалось. Маленький отряд Махариэля двигался через степи на юг. Красный диск солнца, рассеченный облаками на несколько световых полос, медленно скатывался за край мира.       – Темнеет, амелан, – Махариэля догнал Нариэля. Едущий, сидя перед ним на галле Джунар сладко сопел, обнимая приемного отца обеими руками. – В сумерках трудновато будет найти стоянку. Тем более, нам неизвестно, как далеко клан ушел на юг.       – Сам же слышал, что я предупредил Маретари. Если мы не вернемся к вечеру, то снимать стоянку и срочно уходить дальше на юг, – отозвался Махариэль.       – Так отправьте Вестника, чтобы они подождали нас…       Махариэль задумался. В свете происшедшего сегодня нежелательно задерживать клан даже на полдня. У них есть шанс уйти от гнева местного лорда, если тот узнает об их провале. Но с другой стороны – в клане должны знать, из-за чего задержался отряд Хранителя.       – Чтобы послать Вестника и получить ответ, нужно оставаться на одном месте. Иначе тот не найдет мага-адресата. Так что разошли разведчиков, чтобы искали место под бивак, – согласился с Нариэлем Хранитель. – Воздух пахнет влагой – где-то рядом есть вода. Озерцо или родник.       Нашлось сразу и то, и другое. У подножия крутого склона холма бил небольшой ключ, который наполнял водой озерцо, больше похожее на большую лужу. Вся грязь на его берегу пестрела следами животных – по-видимому, эта лужа была единственным водопоем на многие меры вокруг.       Привал организовали чуть в стороне от воды, чтобы не мешать местной живности утолять жажду. Галл отпустили пастись и набираться сил после изматывающего дня. Хранитель раскинул магический маскировочный полог, под которым охотники развели костер и стали тут же свежевать и готовить подстреленных по пути зайцев.       Махариэль присел у огня и, достав роллит, набросал записку для Маретари. Сложив из нее бумажную птицу, он концом посоха начертил на земле волнистую линию, заключил ее в треугольник, произнес короткую формулу вызова. Фигура на земле на мгновение вспыхнула зеленовато-серым и из это света соткался висп. Следующим заклинанием Махариэль привязал духа к бумажной птице. Та ожила, затрепетала крылышками внутри сложенных ладоней, ожидая команды заклинателя.       – Маретари, – тихонько прошептал Махариэль и раскрыл ладони, выпуская Вестника.       Тот, сделав круг над головами эльфов, устремился на юг, оставляя за собой тающие в воздухе голубые искры.       – Заметь куда он полетел, Нариэль, – провожая взглядом светящуюся магическую птаху, сказал Хранитель, – Вестник всегда летит к цели кратчайшим путем.       – Значит, клан где-то недалеко? – поинтересовался тот.       – Не клан. Маретари, – ответил Махариель, но сделав паузу, пояснил подробнее. – На больших расстояниях адресатом Вестника может быть только маг. Посмотрим, как скоро вернется ответ – обычно Вестнику хватает сил мер на пять-шесть.       Солнце село, и темное небо расцвело сотнями светлячков разноцветных звезд, а воздух наполнился пением цикад. Почти прогоревший костер алел угольями, которые время от времени ярко вспыхивали от капающего с запекающихся заячьих тушек жира. Махариэль задумался, пытаясь проанализировать итоги этого суматошного дня…       Разведка в Белвейнском Доле напоминала прогулку. Широкая долина, покрытая виноградниками, садами и полями уже колосящейся пшеницы, которые соседствовали с редкими перелесками, выглядела мирной и безопасной. Видимые тут и там фермерские домики со стороны дороги казались вполне целыми, хоть и чувствовалось, что они брошены – ни дыма из труб, ни криков петухов, никакой скотины рядом.       Доверия у людей к эльфам не было, поэтому Махариэль ехал вместе с Нариэлем в середине колонны, чуть ли не под конвоем. Впереди скакала полусотня всадников, возглавляемая сэром Каспаром, а позади – печатал шаг квадрат шемленской пехоты, вооруженной алебардами. И хоть те и озирались по сторонам, высматривая угрозу, ее не чувствовалось. Галлы шли спокойно, без опаски ступая по хорошо наезженной дороге, а трое охотников, отправленных в совместные с людскими следопытами головной и боковые дозоры, еще не возвращались.       Часа через три после полудня из-за поворота дороги показались двое долийцев на галлах. Это возвращались отправленные на разведку охотники. Их спокойный вид убедительно свидетельствовал, что никакой опасности не обнаружено. Белаван вез перекинутую через круп галлы тушу некрупного подстреленного оленя. Она сразу напомнил эльфам, что последний раз они ели еще до рассвета, до начала дневного перехода клана, а гиалдил* не заменяет полноценного обеда.       Махариэль решил сделать привал. С дороги высмотрели большую поляну у мелкой речки, вполне подходящую для остановки на перекус. Сэр Каспар, увидев, что эльфы свернули с дороги, направил коня к ним:       – Решили немного отдохнуть? – поинтересовался он, подъехав к спешившимся эльфам. – Это дело хорошее. Только не вовремя. Мы как раз подошли к местам, где в прошлом сталкивались с сильванами.       – Разведчики ничего не нашли, – ответил Нариэль, свежуя оленя. – Никаких бродячих деревьев. Даже следов нет – ни волков, ни медведей.       – Что ж, поверю вам…       Зычным голосом сэр Каспар дал команду на остановку. Алебардисты радостными криками приветствовали приказ и начали сходить с дороги. Одни присаживались под деревьями по краям поляны, другие принялись собирать валежник и разводить костры, а всадники повели коней к водопою.       Спустя мгновение резкий порыв ветра зашумел в кронах, смахнув настоянное за день жаркое марево. Листья на деревьях мелко задрожали, рождая звук, похожий на низкий гулкий рев. За спиной Махариэля защелкали натягиваемые тетивы – почуявшие непонятную угрозу охотники снарядили луки.       – Что это? Какой странный запах? – Махариэля обдало застойным, словно вырвавшимся из-под земли воздухом.       Никто ответить ему не успел. Сквозь треск веток на поляну вылетело несколько валунов. Словно выпущенные из катапульты, они один за другим врезались в землю и продолжали катиться, как кегли сбивая разбредшихся по поляне людей. Один из камней, ломая попутно тела, с треском врезался в магический щит Махариэля, который тот едва успел выставить. Защита не выдержала, и укрывший эльфов магический заслон со звоном рассыпался, ошеломив и сбив с ног Хранителя. Поляна наполнилась криками паники и боли.       – Волосатые подмышки Создателя, что это такое?       – Деревья ходют! И каменюки метают! – запаниковали некоторые из солдат, увидев тех, кто метал камни.       – К оружию! Встать в строй! – призвал солдат сэр Каспар.       Оглушительный треск раздался как раз над тем местом, где упал Махариэль – толстенная ветвь валилась прямо на него. Времени закрыться совсем не было. Но тут резкий рывок вытянул его в сторону, и он больше почувствовал, чем увидел гулкий удар грохнувшийся ветви, как раз в то место, где он только что лежал.       – Соберись, эльф! – прокричал спасший его сэр Каспар. – Нам нужна твоя магия!       Рыцарь устремился на поляну, раздавая команды. Его меч сверкал, как молния, обрубая тянущиеся к нему ветки деревьев. Вокруг продолжало падать на землю все больше и больше веток. Все деревья вокруг поляны преображались – сучья превращались в скрюченные шипастые руки с длинными многосуставными пальцами, а стволы с треском лопались у комля пополам, становясь узловатыми ногами. Ближе к кроне возникали уродливые выступы, искривленные наросты, образуя пародию на лица. С треском рвущейся ткани сильваны вытягивали корни из земли и шагали на поляну.       Махариэль быстро встал на ноги. Нариэль с охотниками окружили его и Джунара, прикрывая со всех сторон. Их луки непрерывно щелкали, выпуская стрелу за стрелой. Те раскалывали кору, глубоко впивались в древесину, но сильваны попросту не обращали на них внимание. Расставив свои уродливые ветви-руки и пытаясь дотянуться ими до людей, они зашагали в атаку.       Но те тоже были не пальцем деланы. Широкими взмахами алебард солдаты подрубали ветви и тут же отскакивали в сторону от медленно бредущих деревьев. Сильваны, видимо, поняв, что догнать юркую добычу не получается, как по команде останавливались и, присев, запускали свои длинные пальцы в землю. Людей тут же оплетали корни, которые вырывались из-под земли. Они сжимали пойманных, ломая им кости и душа в объятиях.       – Не стоять на месте! – командовал сэр Каспар. – Рубите руки тех, что сидят!       Сзади раздался крик ужаса – подкравшийся с тыла сильван схватил Нариэля за шею и тянул к нему вторую руку. Замахнувшись ногой, сильван нацелился раздавить вжавшегося в землю Джунара. Махариэль застыл в ужасе, почувствовав, как мороз пробежал по коже. Эльфенок пытался отползти от нависшей над ним древесной ступни, но явно не успевал.       «Возьми себя в руки, Хранитель!» – усилием воли Махариэль вернул ясность ума, и пальцы крепко сжали посох.       Кокон силового поля окутал Джунара. Поток холода заморозил древесную руку, удерживающую Нариэля, а следом каменный кулак разбил ее в промороженные щепки. Нога сильвана не смогла продавить поле вокруг эльфенка и соскользнула. Существо не устояло и с грохотом повалилось на землю. Тут же по нему застучали мечи и топоры, превратившие его в дрова.       – Кх.. кх… Дерево! Это же дерево!– прочистив горло, прокричал Нариэль. – Нужен огонь!       Его услышали даже алебардщики. Порасхватав горящие поленья из костров, они начали забрасывать ими сильванов.       – Давайте луки! – понял мысль друга Махариэль. Охотники по очереди протянули ему свое оружие. Махариэль провел по нему руками, накладывая заклинание. Плечи луков засветились малиновым светом. – Стреляйте. Хватит десятка на два стрел…       Подняв луки, долийцы наложили стрелы и натянули тетивы. Плечи луков вспыхнули, и по стрелам побежало пламя, которое собралось на наконечниках. На древесных монстров обрушился водопад огненных стрел. Магическое пламя смешалось с настоящим, и сильваны вспыхнули. Хотя у них не было ртов, пылая, они оглушительно выли от боли. Беспорядочно мечась по поляне, ища спасения от огненной стихии, живые деревья сбились в кучу.       Махариэль тяжело дышал, опираясь на посох – зарядка луков огненной магией основательно подорвала его силы. Но он все-таки поднял посох, и с его кончика сорвался огненный шар. Выписав в воздухе спираль, тот врезался в самую гущу монстров. Сильваны заверещали еще громче. Они хлопали сами себя руками-ветвями пытаясь сбить пламя. Тысячи искр взметнулись в воздух.       И тут Махариэль увидел Его.       У самой кромки леса, скрываясь за деревьями, стоял еще один сильван. Он был просто исполинских размеров. Голова, которая походила на пень, возвышалась над верхушками ближайших деревьев. Видимо, чтобы не привлекать внимания, он стоял пригнувшись, а узловатые руки упирались в землю. На его плече сидел огромный орел, а из дупла в том месте, где должен быть живот, выглядывали любопытные мордочки белок.       Видя неминуемую гибель древесного воинства в огненной ловушке, гигант издал резкий, пронзительный рев. Сильваны перестали метаться и, забыв про эльфов и людей, устремились в сторону речки. Омочив ветви в воде они, наконец-то, сумели погасить пламя и поспешили скрыться в лесу.       Солдаты Каспара, видя отступление сильванов, уже начали радостно кричать, но тут случилось еще кое-что. С другой стороны поляны из леса выскочил гигантский медведь. Весь покрытый костяными пластинами и шипами, с выступающими из верхней челюсти клыками, он как ураган пронесся через ряды солдат, раскидывая их ударами лап. Как живой болид он несся прямо на эльфов.       Махариэль, собрав остатки сил в кулак, едва успел накрыть своих защитным куполом. Медведь, резко тормозя всеми четырьмя лапами, остановился прямо перед его мерцающей пленкой. Он удивленно принюхался, помотал головой, словно не веря. Подняв лапу, он медленно провел когтями по пленке защитного поля, тут же отозвавшегося слабым звоном.       – Все ко мне! Ставим каре! – раздалась команда сэра Каспара. Медведь – это не сильваны. Как с ними справляться, знает любой бывалый охотник.       Услышав голос человека, косолапый обернулся к нему, выскочил на середину поляны и зарычал на солдат, которые выстроили на его пути ощетинившуюся алебардами стенку. Но того, что произошло дальше, не предвидел никто. Медведь встал на дыбы и снова зарычал. Тела павших солдат и лошадей начали изгибаться и из них выскочили шарики света. Новый рык косолапого, и светлячки собрались на шипах его костяной брони. После чего медведь встал на четыре лапы и кинулся в направлении леса.       Все удивленно провожали его взглядами. Неужели все закончилось? Победа? Не тут-то было. Махариэль заметил, что когда медведь пробегал мимо деревьев, собранные им огоньки отделялись и вселялись в них.** Лес зашумел. Деревья снова оживали и начинали выдирать корни из земли. И теперь их стало даже больше, чем в первое нападение. Между свежими древесными бойцами были видны и сильваны с обгоревшими кронами, уцелевшие в первой атаке.       Великанский сильван издал низкий вибрирующий звук, орел на его плече, расправив крылья, заклекотал, и древесное воинство мерным сокрушающим шагом двинулось на людей. Группу эльфов под защитным куполом они показательно обходили стороной.       – Отходим! Их слишком много! – подал команду своим солдатам сэр Каспар.       Долийцы тоже не стали дожидаться исхода боя и развернувшись, скрылись в лесу, унося ослабшего Махариэля на руках. Убежавшие в начале боя галлы послушно явились на зов.       – Сэр Каспар! – окликнул командира полусотник Деймур, – Остроухие смылись!       Каспар оглянулся разыскивая глазами эльфов, но тех уже и след простыл.       – Вот ведь демоновы отродья! Коня мне! – приказал рыцарь, – Деймур, выводи людей в поместье! Все кто верхом, за мной!       После выхода из боя с сильванами целых лошадей осталось не много, поэтому за сэром Каспаром устремилось всего четверо конников. Отряд Махариэля ушел недалеко. Долийцы остановились на первой спокойной поляне, давая время Хранителю восстановить силы и подлечить раны остальным.       – Решили сбежать и не выполнять договоренности? – осадив коня возле эльфов, прокричал Каспар в гневе.       – Почему вы так решили, сэр Каспар? – тяжело поднялся с земли Махариэль и опираясь на посох объяснил свои мотивы, – Я же просил о разведке, я ее получил. Решение о предложении виконта будет принимать весь клан! Каково будет это решение я знать не могу. Обещаю только, что вы о нем узнаете. Через посыльного. И мы уходим – надеюсь вы с солдатами найдете дорогу в поместье без нашего сопровождения!       Каспар скривил губы и, хлестнув коня плетью, ускакал со своими людьми к остаткам основного отряда. Отступающие алебардисты уже успели добраться до ближайшей фермы и нашли в сараях подводы для раненых.       – Деймур! – нашел подчиненного сэр Каспар, – Кто из разведчиков меньше всего пострадал в бою?       – Есть пара человек, – ответил полусотник, – хотите арьергард отправить? Чтобы на нас снова эти деревья-ходюки не напали?       – Напротив. Нужно отправить пару следопытов на конях, проследить за остроухими. Чтобы знать, где их лагерь и прищучить в случае, если захотят сбежать.       – Лошади для телег нужны. Раненых слишком много… – пробубнил под нос Деймур, но Каспар его все-равно услышал:       – Соорудите носилки. А лошадей и телеги соберем по пути на фермах…       Для эльфов бой закончился без потерь. Чего не скажешь о людях. Каждого поваленного сильвана разменивали на трех-четырех солдат. Без травм и ранений не остался никто.       – Амелан… – на плечо Махариэля легла рука, вырывая его из воспоминаний.       От малиновых угольков прогоревшего костра света почти не было, но, пока он был в забытьи, на темный небосвод выползла Сатина. Она заливала степи своим серебряным сиянием, приглушив блеск звезд. Так что света было достаточно.       Разбудивший его Нариэль молча указал рукой вверх. Над головой кружился мерцающий голубой огонек Вестника. Он был в форме мотылька, так любимого Маретари. Махариэль протянул руку, и в ладонь упал кусок причудливо свернутого роллита.       – Саамелан пишет, что они не нашли клан и встали на ночевку так же как мы, – прокомментировал он содержание письма. – Так что сильно спешить нам некуда.       По другую сторону от костра, завернувшись в шкуры, спали Аранен и Фенас. Подобранный в шемленском поместье эльфенок, пригревшись, посапывал между ними. С дерева на холме два раза ухнула сова – Белаван сообщал, что в округе все спокойно.       – Поешьте и ложитесь отдыхать, – Нариэль протянул Хранителю миску, наполненную запеченной с ароматными травами зайчатиной. – Нужно набраться сил. Клан будем искать завтра.

***

Несколькими часами ранее. Поместье Кендерлен.       Двор поместья наполнился горестным воем женщин и командными криками управляющего поместьем. Удивленный виконт Кедра вышел на балкон, чтобы выяснить, в чем причина переполоха. Его пальцы судорожно вцепились в перила, пока из арки главных ворот одна за другой появлялись крестьянские телеги, на которых лежали раненые и тела убитых воинов. Полный гнева взгляд был устремлен во двор, когда в ворота вошли оставшиеся в живых алебардщики. Вместе с ними шли пешком и выжившие рыцари. На коне ехал только один – сам сэр Каспар.       – Нестор! – выкрикнул он в глубину дома, с бешенством врезав кулаком по дереву перил.       Мажордом откликнулся почти моментально, как будто ждал за дверью балкона.       – Милорд… – его спокойный голос еще больше вывел виконта из себя.       – Сэра Каспара ко мне! Немедленно! – брызгая слюной, выкрикнул он в лицо слуги.       Тот обозначил легкий поклон и скрылся с такой быстротой, какую только мог изобразить. Тем временем сэр Каспар суетился во дворе, раздавая распоряжения слугам о размещении раненых. Видя, что тот совсем не спешит идти на встречу с ним, виконт сорвался. Его терпение полностью иссякло. Заложив руки за спину, четко печатая шаг, он устремился вниз по лестнице.       Каспар всю дорогу из Белвейна молчал. Молча сострадал лежащим на реквизированных у йоменов телегах раненых. Молча раз за разом пересчитывал тела погибших. Молча проводил взглядом уходящих долийцев. Его не покидало чувство вины за все эти смерти. И он не понимал природу этого чувства.       Он не первый год командовал стражей Кендерлена. Не раз участвовал в боях и терял людей. Сострадал ли он погибшим раньше? Безусловно, но без такой горечи на душе. В чем же причина? В том, что такие большие потери войск под его командованием случились впервые? Или в чем-то другом?      С силой стискивая зубы, он заставил себя не обращать внимания на плач жен погибших, когда наконец-то удалось добраться до поместья. Сложив руки за спиной, он смотрел на спешно вызванного мага, принесшего с собой целый мешок с зельями. Неожиданный оклик вывел его из состояния задумчивого оцепенения.       – Сэр Каспар, виконт требует вас к себе, – передал приказ Нестор. – Очень недоволен… – добавил он полушепотом, чтобы не слышали солдаты.       Из-за неудачных результатов разведки Каспару не очень хотелось встречаться со своим сюзереном. Бросив взгляд на окна верхних этажей господского дома, он нехотя согласился:       – Хорошо… я иду!       Тяжелая резная дверь, которая так не понравилась долийцам, легко поддалась напору его руки, но Каспар с определенной долей опасался предстать пред светлые очи виконта, понимая, что выволочка неизбежна. Но как командир принимал свою ответственность и необходимость доложить о результатах разведки сюзерену.       Виконт Кедра нервно мерил шагами холл поместья, когда в дверях появился виновник переполоха во дворе.       – Что ты творишь, мальчишка! – выкрикнул ему в лицо виконт, – Я доверил тебе своих воинов, а ты положил половину там, где должны были сдохнуть остроухие.       – Хранитель Махариэль предложил провести разведку, мотивируя свое желание тем, что должен определить природу проклятия. Я счел его доводы убедительными, милорд, – четко доложил сэр Каспар, убежденный в своей правоте, хотя бы с этой стороны.       – Зачем? Скажите – зачем было тащить на убой солдат? В Кайтене не такое многочисленное население, чтобы так ими разбрасываться. Тем более, что я тебе дал тех, кого нужно было подставить под удар! – притопывая ногой продолжил отчитывать Каспара виконт, – А снаряжение? Ты можешь себе представить, сколько будет стоить купить новых лошадей, брони, оружие? Кто все это оплатит?       – Я всегда занимался подготовкой, и вы были довольны мной, ваша милость.       Первый порыв ярость виконта схлынул. Он заметно успокоился и принялся рассуждать:       – Можно ведь было взять пару разведчиков. Провести в Белвейн эльфов и пусть бы они разбирались с сильванами. Зачем думаешь, я им перед носом подвесил сладкую морковку в виде подарка земли в Кайтене? А теперь они сбежали?       – Они не скроются. Я послал следопытов проследить за эльфами. Если они передумают помогать, то поплатятся за это.       – Хм, ладно… Сперва расскажи, что именно произошло.       – Прежде всего, я убедился, что тут действительно замешана эльфийская магия, – изложил свои подозрения рыцарь. – И долийский Хранитель и сильваны применяли почти идентичные умения. Эти... клетки из корней. И еще… сильванов с прошлого раза стало больше. Намного больше. Не исключено, что причиной послужило именно присутствие эльфов.       – Проклятие усилилось? – пробормотал, задумавшись, виконт. – Нужно посоветоваться с Лукешом… Хотя я убежден: то, что один долийский колдун сотворил, другой может снять. Так что они нам нужны! И никаких больше боевых вылазок. Я отстраняю вас от командования! Сосредоточьтесь на эльфах и снятии проклятия. Пусть они подставляются под удары древесных кулаков… И тренировки новых бойцов тоже на вас! Кого посоветуете командовать стражей пока вы занимаетесь эльфами?       Каспар склонил голову, стойко принимая немилость виконта.       – Полагаю, лучше всего справится Деймур. Он опытен, благороден, и не первый год руководит своей полусотней.       Виконт нахмурился, пытаясь вспомнить о ком идет речь       – Все. Идите. – отпустил он рыцаря кивком головы.       Каспар задумался, почесывая латной перчаткой подбородок, о всем, что произошло: о его задании, о проклятии. С чего бы начать? Природа проклятия магическая. А кто может рассказать о заклинаниях лучше, чем маг?

***

      Лукеш жил в одном из северных башен поместья. Сэр Каспар никогда не был в его покоях и, если бы не острая необходимость обсудить с ним свою проблему, никогда бы и не сунулся в обитель мага. Он нерешительно протянул руку и постучал в массивную дубовую дверь, отделяющую чертоги мага от коридора.       – Подождите… – раздался слабый голос изнутри.       Звякнуло стекло, хлопнула, упав на пол, книга, и только потом, издав звук сдвигаемого засова, дверь открылась. Лукеш предстал перед мужчиной без своего обычного капюшона – длинные седые волосы, крючковатый, воинственный нос, удивленно поднятые кустистые брови.       – Мессер… эм… не знаю, как мне к вам можно обращаться… – растерялся Каспар.       – «Мессер Лукеш» вполне подойдет, – снисходительно кивнул маг, одетый в балахон, заляпанный пятнами чего-то дурнопахнущего.       – Могу ли я занять несколько минут вашего времени, мессер? – спросил Каспар с непритворной нервозностью.       Маг внимательно осмотрел рыцаря, оценил его растерянность и сделал определенный вывод:       – Я не делаю любовные зелья, сэр Каспар. Попробуйте подарить вашей пассии цветы, пригласить на танец или спеть серенаду, наконец…       Тяжелая дверь начала закрываться прямо перед носом.       – Мое дело никак не связано с женщиной, – возразил Каспар. – Или с любовными делами вообще, – поспешно добавил он, увидев скривившийся рот Лукеша. – У меня вопрос по магии…       Дверь перестала закрываться, застыла на несколько мгновений, словно маг размышлял, стоит ли тратить свое время на гостя, но потом распахнулась.       – Тогда вам стоит пройти внутрь, чтобы уменьшить количество любопытных ушей.       Комната мага выглядела как пыльный склад самых разнообразных вещей непонятного назначения. Светящиеся мутноватые шары озаряли шкафы с книгами, развешанные по стенам таблицы и полные искривленных склянок полки. На металлическом столе у одной из стен теплилась маленькая печь с булькающим котелком, а на одной из потолочных балок висело чучело драколинга.       – Не обращайте внимания на беспорядок, – проворчал Лукеш. – По большей части, это все осталось от предыдущего владельца этого помещения.       Маг освободил от книг кресло и приглашающе махнул рукой.       – Итак, что привело вас в логово страшного, богомерзкого мага? – уселся он в кресло напротив и опустил подбородок на сложенные пальцы рук, разглядывая с любопытством нежданного гостя. – Пока я в вашем полном распоряжении, но, боюсь, у меня не так много времени, прежде чем я перейду к другим важным занятиям. Мне нужно еще посетить раненых.       – С чего бы начать… – возбужденно пробормотал Каспар, собираясь с мыслями.       – Начните с начала, чтобы мне была понятна ваша проблема, – взгляд мага устремился вдаль, и он рассеянно постучал себя пальцем по губам.       Каспар искоса глянул на мага и начал свой рассказ:       – Все дело в проклятии, про которое говорил виконт Кедра.       Лукеш удивленно привстал:       – Вы считаете, что проклятие имеет место быть? Это не выдумка его милости, чтобы свалить всю вину на эльфов?       – Да, – кивнул головой Каспар в знак согласия, – И это проклятие как-то связано со мной.       – Поясните… – Лукеш сглотнул.       – После того разговора с долийским Хранителем мы договорились и отправились на разведку. Эльф утверждал, что никогда в жизни не видел сильванов и хотел посмотреть на них. В магическом плане.       – Это не так уж и странно, – сказал маг раздраженно. – Вопреки сложившемуся мнению, маги отнюдь не занимаются ежедневно призывом демонов и вселению их в деревья.       – Первыми на поляну, где потом прошел бой, пришли долийцы. Никакой опасности их разведчики не нашли. Потом на поляне разместились мои пехотинцы. И опять тишина. И только когда я решил напоить коня и прошел к лесу, из него полетели камни, а потом напали сильваны.       – Давайте я продолжу… – перебил Каспара маг. – Вы считаете, что сильваны ожили и напали, среагировав на ваше присутствие, и вы себя вините в напрасной смерти ваших людей. Так? Ну, это же абсурд!       – Вы не понимаете! – пылко возразил Каспар. – В прошлый поход было так же. А сейчас сильванов стало даже больше! Словно… – внезапная догадка пронзила его сознание. – Словно души павших солдат вселились в деревья и пополнили ряды бродячих деревьев. Я чувствую свою вину за то, что эти души будут мучиться в древесных телах и не попадут к престолу Создателя. Я должен найти способ их освободить!       Лукеш вскочил с кресла и начал возбужденно метаться по комнате, бормоча себе под нос.       – Это невероятно! – наконец, маг остановился и выдал итоги своих размышлений. – Но если вы связаны с проклятием, то оно должно как-то на вас влиять!       Лицо сэра Каспара стало грустным.       – Я был еще совсем маленьким, когда отец рассказал мне одну историю. Дело в том, что все мужчины в нашей семье умирали молодыми. Не от меча или стрелы, а по вполне естественным причинам. Мой прадед умер в тридцать восемь, дед в тридцать четыре, отец в тридцать один...       У мага проснулся исследовательский интерес.       – Ага, значит проклятие связано не с вами лично, а с вашим родом…       – Теперь я понимаю – отец подозревал, что это все как-то связано с эльфами. Поэтому и привечал их всеми доступными способами. Дружил с Хранителем клана. Позволял жить на своих лучших землях, не требуя ничего взамен… Надеялся, что лаской добьется от долийского мага снятия проклятия. Но, как видно, ничего не вышло!       – И сколько вам лет, сэр?       – Двадцать восемь…       – Ага… Тогда мне понятна ваша обеспокоенность, – покачал головой маг, возвышаясь над сидящим в кресле Каспаром. – Вы меня заинтересовали.       Маг подошел к книжной полке в углу комнаты. Приставив к ней лесенку, он взобрался под самый потолок и, подняв целое облако пыли, вытащил толстенный фолиант. Грохнул его на стол, не обратив ни малейшего внимания на то, что от удара зазвенели все склянки в комнате. Увлеченно листая книгу и водя пальцем по избранным местам, маг бормотал что-то бессвязное. Сэр Каспар только растерянно следил за ним взглядом.       Оторвавшись от чтения, Лукеш засучил рукава и щелчком пальцев зажег три свечи на столе, которые, к удивлению Каспара, загорелись синим цветом. В центр образованного свечами треугольника он поставил маленький горн и водрузил на него плоскую миску с вырезанными по краю рунами, явно собираясь варить зелье.       – Растопить десять гранов сала василиска… – принялся монотонно бубнить Лукеш над миской, – добавить два грана порошка из листьев феландариса*, половину грана демонической лимфы и пять гран пыли лириума, – шептал маг в бороду, священнодействуя над горном, – теперь полграна смолы деннера и довести до кипения…       Маг звенел склянками, ища нужные ингредиенты. Сверяя названия найденного с записями в книге, кидал их на ручные весы, отвешивал нужное количество и добавлял их по очереди к своему вареву. Масса в миске пузырилась и шипела, наполняя воздух слабым, но едким запахом.       – Мне нужно немного вашей крови, – неожиданно оторвался от своего занятия Лукеш.       – Кровь? Но… – Каспара посетили смутные подозрения.       – Не бойтесь. Я не владею магией крови. Кровь нужна для поискового анализа, – попытался успокоить его маг. – Всего несколько капель. Ну же… Вы ведь пришли за помощью? Так что за сомнения?       Каспар решительно вытащил из ножен кинжал и резанул край ладони. В подставленную плошку потекла струйка крови.       – Ну, зачем же так много… я же просил несколько капель, – укорил рыцаря маг, движением ладони активируя лечебное заклинание. Края пореза сразу же срослись, не осталось даже шрама.       Лукеш тщательно отмерил необходимое количество крови, а потом слил ее в плошку над свечами. Туда же он еще добавил сухой лист и щепотку белого порошка. Жидкость в плошке вспучилась пузырем и засветилась перламутрово-зеленым светом.       Сняв с огня готовое зелье, маг поднес его к носу, проверяя качество приготовления по запаху. Удовлетворенно кивнув, он поставил его на стол и, макнув маленькой кисточкой, принялся выписывать на чистом листе пергамента замысловатые фигуры.       Закончив рисовать, он полюбовался результатом и сравнил его с оригиналом в фолианте. Кивнув головой, он нараспев прочитал заклинание, сопровождая пальцем строку в книге. Рисунок вспыхнул зеленым огнем, пергамент занялся, и над столом взвилось облако белого дыма.       Маг выглядел довольным, но дышать удушливым газом было просто невозможно, и Каспар бросился открывать окно. Свежий ветерок развеял белый дым. От облака осталась висящая в воздухе сложная вязь переплетенных светящихся фигур.       Удивленно приоткрыв рот, Лукеш не глядя нащупал кресло за спиной и плюхнулся в него, не отрывая взгляда от узора.       Время ожидания, когда маг очнется, затянулось, и Каспар решил обратить внимание на себя:       – Эм… Мессер Лукеш? Что это у вас такое получилось?       – Проклятие определенно эльфийское… И я вижу, что в последнее время его действие несомненно усилилось. Не пойму, с чем это связано, – маг встал с кресла и снова принялся копаться в своих книгах.       – И что мне делать тогда? Вы поможете?       Лукеш прекратил перелистывать страницы и вперил взгляд в рыцаря.       – Сэр Каспар, проклятие наложено очень сильным магом. Я не встречал таких никогда. И не думаю, что среди живущих есть сравнимые по силе. Я стар и слаб – могу только слегка ослабить его действие зельями, но как его снять… У эльфийской магии совсем другой источник, нежели у моей… Мне нужно сделать расчеты… Приходите дня через три… Нет – через неделю!       Пораженный Каспар замер, наблюдая за суетой мага, по-прежнему надеясь, что тот еще что-то добавит. Но Лукеш уже не обращал на рыцаря никакого внимания, с головой погрузившись в изучение формул. Постояв еще немного, переминаясь с ноги на ногу, Каспар развернулся и вышел.       Через неделю, так через неделю…

***

Отрывок из книги брата Фердинанда Дженитиви.       Сталкиваясь с представителями эльфийской расы в повседневной жизни, я не раз отмечал, как они называют нас, людей. Шемлены или иногда шемы. Когда я практиковался в эльфийском языке у хагрена денеримского эльфинажа, конечно, поинтересовался, как переводится это слово. Валендриан в свойственной ему манере, невозмутимо и спокойно пояснил, что городские эльфы много утратили из своего языкового наследия. И значение этого слова ему неизвестно. Он лишь пояснил, что оно носит негативный оттенок. Получается, что это ругательство?       Этот вопрос разрешил Хранитель Гишарель. По его словам, это слово очень старое. Когда прибывшие на Тедас люди встретились с бессмертными эльфами, те стали называть их шемлены – «быстрые дети». Люди рождались, взрослели и умирали так быстро, что в период взросления эльфийских детей укладывалось два-три людских поколения.       С течением времени эльфы утратили бессмертие, и теперь продолжительность их жизни ничем не отличается от таковой у людей. И чисто технически теперь сами эльфы стали шемленами. Термин утратил прежний смысл, постепенно приобрел презрительный оттенок и употребляется чисто по привычке, по традиции.       Сами себя эльфы называли «элвен», что переводится как «наш народ». Хотя, стоит отметить, что долийцы этим словом называют древних жителей Арлатана. Полагая себя наследниками древних элвен, долийцы все-таки считают себя совершенно новым этносом. Себя они называют просто Народ.

***

**Примечание от автора:       Создание одержимых деревьев с использованием душ павших, а не духов (демонов) из Тени не противоречит канону. Достаточно вспомнить, как создавали сектанты духов пепла в Храме Священного Праха.