new owner//новый обладатель

Сокджин лениво переворачивается в своей кровати и глупо улыбается, находясь по-прежнему на грани между сном и реальностью, когда чувствует что-то влажное на своём лице. Он хихикает и начинает что-то щебетать, пытаясь отодвинуться подальше. Когда и это не останавливает виновника пробуждения, гибрид лениво открывает глаза, но, завидев огромную собаку, его лёгкая утренняя улыбка улетучивается. Лис вскакивает со своей кровати и выбегает из комнаты, что-то выкрикивая немецкому догу, что побежал за ним, находя в чужих действиях игривость. Гибрид бежит в кухню на звуки посуды, где ожидает увидеть Намджуна. Слава богам этот стоял и что-то пытался приготовить. Омеге удаётся спрятаться за одной махиной от другой. — Так вот где он… Алекс, я же просил, чтобы ты не ходил к Джину, — собака переключается на альфу и становится на задние лапы, передние укладывая на чужой торс. — Хороший мальчик. Джин снова вскрикивает, когда животное с интересом обнюхивает его ступню, но после нескольких «фу, нельзя» уходит восвояси. А точнее — наверх. И почему-то Сокджин уверен, что в его комнату и на его кровать, что пропахнет этой псиной. Но сейчас его раздражает не это, и даже не то, что альфа сказал на него «фу». Он хотел было предъявить что-то Намджуну с грозным лицом, но старший его опережает, виновато улыбаясь: — Скажи же, он прелесть? Та старушка, что поселилась по соседству, попросила последить за ним. — И ты согласился, хотя знаешь, что я боюсь! — омега не разделяет радости с другом и продолжает хмуриться. — Это всего лишь на пару дней, — Намджун пытается ухватиться за чужие запястья, но Джин прячет руки за спиной, повышая голос. — Прекрати их трогать. Ты уже манипулируешь, — лис становится ещё злее и пытается обойти мужчину. Старший позволяет обойти себя, а потом вновь запрыгнуть на свою спину, когда Алекс направляется в их сторону, чтобы сожрать ногу гибрида. А нет, он просто хотел попить из своей миски, но Сокджин уверен, что лишится какой-либо конечности, если дотронется до пола. — Ты же отнесёшь меня в ванную, Джуни, правда?

***

17:49 Чимин спускается вниз на звуки открывающейся двери вперемешку с тонким голосом Суён. Юнги не предупреждал, что приедет сегодня пораньше. А может, в пятницы он приезжает раньше. Гибрид не следил до течки за этим. Сейчас он считает каждую минуту до конца рабочего дня хозяина. — Рыжик, поздоровайся, — Суён вешает пальто мужчины, что стоял спиной к котёнку, рассматривая себя в зеркале. — Это Господин Мин — отец Юнги. Домохозяйки с недавнего времени дали гибриду безобидную кличку из-за его рыжих волос, а он начал смелее к ним обращаться по имени, иногда даже позволяя себя погладить. К слову, Наён недавно бегала за ним по всему дому, вопреки замечаниям Джиён, и просила его согласиться на причёску, но котёнок отрицательно качал головой, а когда девушка загоняла его в угол — начинал шипеть, но царапаться и не думал. В итоге ходил как с ёжиком на голове. — Здравствуйте… — младший начал подходить ближе, но, оказавшись в пяти шагах, замер. — О, Чимин, ты ещё тут, — мужчина разворачивается и снимает с себя солнечные очки, которые не особо-то и нужны в пасмурную погоду. — Думал, что ты уже у другого хозяина. И Чимин прекрасно узнаёт альфу, что связывал его на кровати, поэтому пятится назад, когда тот проходит глубже в дом. — Даже не поздороваешься? — он хмыкает и начинает принюхиваться, после чего зловеще улыбается. — Ох, так ты поэтому такой неразговорчивый? Суён, сделай мне, пожалуйста, кофе. Мужчина продолжает неспешно подходить, когда девушка кивает и удаляется. Чимин облокотился о стену и медленно проходит спиной к лестнице, не переставая наблюдать за альфой, у которого глазки загорелись недобрыми огоньками. Господин Мин в последний момент ухватывает гибрида за шкирку и осторожно тянет на себя, поглаживая его плечи. — Неужели твой хозяин уходит на работу и не уделяет тебе внимания, когда у тебя период? — его дыхание уже у самого уха. Отец Юнги порядком выше самого Мина. Грубый голос заставляет сжаться. — Даже не пометил своего гибрида… — Альфа бегло рассматривает чужую нетронутую клыками шею. -- Но, если хочешь — можем это исправить, малыш. Альфа хитро улыбается и проводит языком по напряжённой венке. Обвивает попу и берёт на руки омежку, который испытывает страх, приятные ощущения и немного отвращения к самому себе. Но потребности берут своё, когда Чимин чувствует запах ореха. Он слегка прикрывает глаза со скомканным «не надо». Эти слова для мужчины, разумеется, ничего не значат: он зарывается в чужие волосы носом, а потом ведёт языком по чужому кончику уха, прикусывая его зубами, из-за чего гибрид хрипло мурлыкает. Вскоре отец хозяина по-хозяйски восседал на кресле в зале с извивающимся комочком на коленках. На первый взгляд даже не скажешь, что в омежках он видит лишь жертву и игрушки для плотских утех. — Ты практически не пахнешь моим сыном, — мужчина просовывает холодные руки под чужую большую футболку, обводя ногтями бока. — Небось лишь в первый день использовал, а теперь издевается, не позволяя даже прикасаться к самому себе? — Амх… Нет… — у Чимина сносит крышу от чужих, но таких необходимых сейчас прикосновений — его дыхание ускоряется, а в шортах становится совсем влажно. — Что «нет»? — от старшего это скрыть конечно же не получается: мгновение — и чужие пальцы уже массируют чужой пах, а другая проводит по твёрдым соскам, которые почти сразу же покраснели. Первые полустоны вырываются, как бы младшему этого не хотелось. — У нас не было… — Чимин сжимает руку, что отвечает за соски, и та движется по напряжённому животу вниз. У подростка закатываются глаза. — Какой бедный малыш, — старший продолжает сладко говорить на ухо, жалея гибрида, у которого начала появляться влага на пушистых подрагивающих ресницах. — Почему же такого послушного котёнка не удовлетворяют? Не знаешь? Чимин отрицательно качает головой и всхлипывает в чужую шею, чувствуя, как и задний проход начинает истекать. — Хочешь, чтобы я сделал приятно, малыш? — Нет, он не хочет. Очень низко пользоваться положением Чимина, чтобы засунуть ему член в жопу. Когда ты успел приехать, педофил? — Юнги заходит в зал со злыми глазами. — С каких пор это я стал педофилом? — мужчина высовывает из чужих штанов руки, даже не обращая внимания на обиженное мычание котёнка, и поправляет одежду на гибриде, который не перестаёт всхлипывать, — С каких пор ты стал живодёром? Неужели ты не видишь, как сильно малыш хочет, чтобы его трахнули? Надо было тебе подарить резиновую вагину, хотя я не удивлюсь, если и её бы ты начал насиловать после восемнадцати лет, фигов ты джентльмен, — мужчина говорит это с улыбкой, проводя по чужим волосам. — Я попрошу не выражаться столь резко при нём! Я и сам в состоянии разобраться. И сейчас он не готов. Ему четырнадцать. Да же, малыш? Альфы сначала бросали друг на друга злые и насмешливые взгляды, когда Чимин ничего не отвечал, а начинал сжиматься на глазах. У него ещё что-нибудь спросили, если бы не зашла Суён с принесённым кофе: — О, вы уже вернулись… Хотите что-нибудь? — Юнги отрицательно качает головой, а мужчина отпивает кофе и кратко благодарит девушку, после чего та уходит, не желая мешаться. — Сынок, гибриды — смесь человека и животного. У них не так же, как и у нас. Их можно, то есть, нужно удовлетворять с двенадцати лет, — мужчина указывает на младшего, который боится делать сейчас что-либо. — Он дрожит и плачет прямо сейчас, потому что его возбудили, а дать — не дали. Измучал бедного зверька… Да, мой маленький? — Или же это из-за того, что ты его чуть не износиловал. Малыш, иди ко мне, — Юнги хлопает по своим коленям, когда садится на кресло напротив, заставляя младшего развернуться, и с сожалением смотрит в красные глаза. — Котёнок, если не хочешь — можешь ещё посидеть у меня, — спокойно продолжает попивать кофе старший. — Ты не обязан его слушаться, раз уж он даже тебя не по… Чимин встаёт и быстрым шагом направляется к лестнице, по которой убегает и закрывается в комнате. — Молодец, ты с детства мастер по ломанию игрушек, — упрекает с лёгкой улыбкой отец, после чего откладывает кофе, потягиваясь. — Тебе обязательно было появляться и всё портить? — сквозь зубы цидит Юнги. — Не так уж и часто мы с тобой видимся. Не переживай ты так, он остынет. Я не знал, что у него течка… И вообще не знал, что он тут. Не смог удержаться, хоть и запах был слабым. Я думаю, что у него скоро закончится. — Таблетки в шкафчике на кухне. Будь добр, пей. Да, ещё день-два — и закончится. — Если сам не собираешься — купи ему резиновый. Не могу смотреть, как он страдает. — Ладно… — Мин торопится перевести тему, так как этот разговор может запросто дойти до ссоры, которой ему не хочется. -- Почему ты приехал сюда, а не к себе? Или все твои любовники его штурмовали? — Потому что в моём доме сейчас твоя мать со своим новым хахалем. Они улетают через несколько дней. Тут были только по работе. У неё концерты же турне. Мы с ней в разводе, но она всё равно умудрилась выпросить у меня несколько дней в моём доме… Женщины… Ну я дал ей ключи на несколько дней. Кстати, можешь как-нибудь к ней заглянуть, если хочешь. Но этот Себастьян — по совместительству и её менеджер — противный тип с иностранной рожей… — мужчина допивает свой кофе и встаёт, оставляя кружку. — Я пойду посплю в комнате. А тебе советую начать с метки на той прекрасной молочной шейке. И извинись за нас двоих. Не хочу, чтобы эта прелесть плакала из-за такого мудилы, как я.

***

— Тебе совсем не обязательно сидеть там со мной. Я не маленький, сам справлюсь, — Тэхён заводит Гука в здание и направляется к лифту. — Только веди себя тихо. — Да я не такой уж и громкий, — улыбается альфа и заходит в лифт, в котором стояли омеги, в основном девочки. Это первый раз, когда Тэхён пожалел. Неужели эти дуры правда думают, что Ким поверит в то, что они приехали на первый этаж, чтобы потом опять подняться, не выходя до тех пор, пока не вышел Чонгук? — Какие люди! — а этот человек — причина разочарования во второй раз. — Привет, Лиён, — выдыхает Чон и приобнимает в ответ прыгнувшего на него омегу. — Как дела? — Нормально. У тебя как? — Винх слезает и продолжает лучезарно улыбаться, не смотря в сторону Тэхёна, чей рот возмущённо открыт, силясь что-то произнести. — Тоже хорошо, — Чонгук осматривает бывшего одноклассника. — Я до последнего верил, что тебя оставят на второй год. — Да иди ты. Меня хотели оставить, но как-то обошлось. Ты ещё не знаешь, сколько раз меня хотели отчислить в колледже, — Лиён только сейчас замечает Тэхёна, в глазах которого читается большим жирным шрифтом: «𝗔𝗿𝗲 𝘆𝗼𝘂 𝗮𝘀𝗵𝗮𝗹𝗲𝗹!?». — Привет, Тэ. — Вы знакомы? — спрашивает Тэхён у Чонгука. — Да, мы учились вместе. — Разве только учились? — смущённо улыбается Лиён, строя из себя невинность. — Не переживай, Тэхён, ничего такого. «Ну конечно...» — Ким фыркает и идёт к фотографу, который подозвал одну из своих сегодняшних моделей.

***

— Мы правда просто одноклассники, Тэ, — спокойно говорит Чонгук, замечая злобный взгляд, что смотрит на него с темноты задних сидений. — Да, Чонгук. Ничего такого, — цитирует Винха Ким и продолжает, — Поэтому он тебе и строил глазки, попросил тебя открыть ему бутылку, а потом ты по чистой дружбе согласился подвезти его домой! Ну да, как я мог не догадаться. — Да, Тэ, именно так и было. Ты просто опять начинаешь придумывать себе. — Да, Чонгук, поэтому я и сидел на заднем сидении, а он на переднем, — продолжает спорить омега. — Да, Тэхён...! То есть, нет, Тэхён, ты сам туда залез. И ты, вроде как, всегда туда садишься, — не соглашается альфа. — Теперь ты спокоен? — Нет, Чонгук, скажи мне, что между вами было, и я успокоюсь. — Нет, не успокоишься. Что бы я сейчас не сказал, ты продолжишь сверлить меня вопросами. — Нет, неправда. Просто скажи, — Тэхён двигается поближе. — Хорошо, — Чонгук останавливает машину и выключает, нажимая на кнопку "START" . — Дорогой Тэхён... Дай свою руку. Ким протягивает его руку, и мужчина сразу же её берёт, начиная успокаивающе поглаживать. — Я надеюсь, что твоё отношение ко мне не изменится. Просто выслушай. Как бы мне ни хотелось этого говорить, но... У нас с ним ничего не было! Поэтому не мог бы ты перестать мне ебать мозги со своими ненужными вопросами? Надеюсь, что теперь твоя душа спокойна, — старший один раз чмокает чужой лоб. — Или ты собираешься ревновать к каждому встречному? — Что? Я не ревную! — Тэхён отдирает свою руку и спешит выскочить из авто. — Просто Лиён... Он... — Что "он"? Я не считаю его привлекательней тебя. — Ага! То есть тебе важнее внешность!? Я так и знал, — Тэхён с силой закрывает дверь подъезда, но Гук успевает пронырнуть. — Я этого не говорил. И это был комплимент. Хочешь, завтра купим тебе таблеточки с пустырником? — омега выталкивает его из лифта и, злобно хихикая, нажимает на кнопку двенадцатого этажа. Пусть теперь сам шурует. Но альфа всё равно оказывается каким-то волшебным образом на нужном этаже первым. — Ещё раз сделаешь так — заставлю бегать вниз и вверх по нескольку десятков раз. Без ключей ты бы всё равно не зашёл, — хмыкает Чонгук и вставляет его в замочную скважину, подмечая, что дубликаты сделать надо будет. — А может, я собирался к твоему соседу. Я не уверен, но, по-моему, мы вместе в садик ходили. Таким красавцем вырос, — Чонгук заталкивает его в квартиру, закрывая дверь. — Ладно, закрыли тему... Если ты хочешь — больше ему не улыбнусь, — альфа снимает с себя кросовки. — Ну ладно, думаю, что это меня устраивает, — Тэхён улыбается и проходит на кухню, вставая у раковины, чтобы помыть руки. — Ты голоден, Ромео? — Да, настолько, что тебя готов съесть, — кричит альфа с ванной. Они моют руки в разных местах по никому неизвестной причине. — По идее ты всегда должен меня хотеть... съесть, — парень неохотно прибавляет последнее слово, пока вытирает руки. — Так, я всегда тебя хочу... — Чонгук уже стоит сзади и обхватывает чужие бёдра, влажно мажет губами по уху. — Съесть... — Да неужели? — Тэхён разворачивается и хитро улыбается, закусывая нижнюю губу. — Насколько же ты хочешь, чтобы я тебе сделал... Покушать? — Ну... — Чонгук чувствует, как его желудок медленно переваривает самого себя. — Я иду переодеваться в домашнюю одежду, а когда вернусь, на столе уже должно что-то лежать, иначе я умру от голода. Вот настолько я голоден, малыш. Сбацай что-нибудь за десять минут, ладно? — и всё. Альфа уже пулей летит в свою комнату. По этой же -- никому не известной причине один не может ходить дома не в домашней одежде, а другой в уличной может даже завалиться на кровать, чего Чонгук, разумеется, не позволяет. — Вот же... — Тэхён открывает холодильник и начинает искать то, чем бы можно было отплатить Чонгуку за его дразнилки. Чтобы он подавился косточками в рыбе!