Несравненный

Тень тюрков неотступно преследовала Север еще со времен династий Вэй и Чжоу. Из поколения в поколение императоры задабривали их дружескими отношениями, чтобы сохранить мир и избежать конфликтов. Но волки навсегда останутся волками, они не перестанут охотиться только потому, что их покормили. Стоит один раз забыть вовремя дать корм, как их свирепая натура даст о себе знать, они разинут рот с торчащими клыками и укусят, выждав удобный случай [1]. Во время правления прошлой династии Северная Чжоу принцесса Цяньцзинь вышла замуж за хана Ышбару, чтобы поддержать связь между центральными равнинами и тюрками. Сначала обе стороны жили в мире и согласии, однако когда Ян Цзянь захватил власть и стал императором, принцесса Цяньцзинь возненавидела его — Ян Цзянь убил всю ее семью и прекратил делать жертвоприношения ее предкам — потому уговорила мужа напасть на центральные равнины. Бага-Ышбара хан не был робким человеком. Жадный до власти и славы, он увидел в этой ситуации возможность для тюркских народов расширить свои владения и воцариться над династией Суй, потому обещал жене, что исполнит ее желание, и выдвинул войска на земли Великой Суй. Война началась больше года назад. Хан Ышбара заключил союз с ханами соседних племен, создал огромную стотысячную армию, порознь пересек Великую стену и через город Ма, реку Ло, лысые горы и другие территории вторгся на юг. Солдаты империи Суй браво сражались, как побеждая, так и проигрывая, но в целом находились в невыгодном положении. Ян Цзянь хотел сберечь силы, чтобы при необходимости предотвратить неожиданную атаку династии Чэнь или Когурё, и не мог бросить всех солдат на войну с тюрками. Потому ему оставалось только построить дружеские отношения с принцессой Цяньцзинь и успокоить династию Чэнь, в то же время используя противоречия между тюркскими племенами, чтобы разделить их изнутри. Цуй Буцюй отправился в приграничный город именно по этой причине. Тайным указом императора генерал Чжансунь Шэн и тайпу [2] Юань Хуэй порознь отправились в союз Желтого Дракона и союз Иу, чтобы обсудить с Бага-Ышбара ханом, Чоллыг-Джагбу-Бага ханом и Тардуш ханом текущее положение дел. С другой стороны, Цуй Буцюй отвечал за принятие посла Апа-хана [3] и должен был отговорить того от заключения союза с ханом Ышбарой, чтобы тем самым посеять вражду внутри тюркских племен. Однако могущество и своеволие Бага-Ышбара хана были огромны. Даже если Апа-хан желал сблизиться с империей Суй, он не осмелился бы действовать в открытую, поэтому переговоры должны были тайно пройти в Люгуне. Больше месяца назад, вскоре после того, как Цуй Буцюй прибыл в Люгун, Апа-хан уже отправил посла, однако тот, остановившись на ночлег в Цемо, съел какую-то тухлятину, долго страдал рвотой и в итоге умер. Тогда Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи, тайно сопровождающие Цуй Буцюя, отправились расследовать подозрительную смерть посла, но не смогли найти зацепок, лишь укрепив сомнения в естественности его смерти. Однако этот случай заставил людей принять еще больше мер предосторожности. Новости долго кочевали между странами, и прошло немало времени, прежде чем несколько дней назад Апа-хан наконец отправил нового посла под еще большей секретностью. Прибыв в Цемо, новый посол известил разведчика бюро Цзоюэ. Согласно полученной информации, он окажется в Люгуне через три-пять дней. Изначально Цуй Буцюй лишь исполнял свои обязанности и не собирался вмешиваться в дела бюро Цзецзянь, но раз уж он, находясь в Люгуне, наткнулся на убийство Юйчи Цзиньу и кражу нефрита, то по своей натуре не мог остаться в стороне. Поэтому он подобрался к Фэн Сяо, изнутри выведал информацию о морозном аромате цветов сливы и послал Цяо Сянь и Чжансуня расследовать эту зацепку. Он собирался первым отыскать нефрит и присвоить бюро Цзоюэ всю славу за раскрытие дела. А Фэн Сяо, даже удерживая Цуй Буцюя рядом, ни за что бы не догадался, что недавно открывшийся ресторан «Пять вкусов», который они почтили своим присутствием, — опорная точка бюро Цзоюэ в Люгуне. Цуй Буцюй намеренно ввел Фэн Сяо в заблуждение, приказав Чжансуню скрыться в толпе людей и тайно подставить Вэнь Ляна, а также позволил Фэн Сяо наткнуться на преграду, только чтобы убедить его, что Вэнь Лян — ключевая фигура в этом деле. За время совместной работы Цуй Буцюй говорил ему лишь часть правды, сообщал только то, что Фэн Сяо нужно было знать, и тщательно думал над своими словами, прежде чем открывать рот. Фэн Сяо дослушал и тяжело вздохнул. — Даочжан Цуй все время находился прямо у меня под носом, не отходил даже на короткое мгновение, но все же смог сбить меня с толку в расследовании дела, действительно похвально! Они сидели в тесной, мрачной и пропитанной дурным запахом пещере, но Цуй Буцюй чувствовал себя на редкость довольным, даже уголки его губ чуть-чуть приподнялись. — Разве ты не догадался, что Вэнь Лян — всего лишь прикрытие? Фэн Сяо снова вздохнул. — Если не ошибаюсь, настоящая цель Фо Эра — не я, а ты. Апа-хан согласился на переговоры. Даже если он не станет союзником империи Суй, то начнет некое сотрудничество. Все тюркские племена держались начеку и разнесли эту весть по всей округе, потому Бага-Ышбара хан не мог не слышать о прибытии посла. Задача Фо Эра, первого мастера боевых искусств хана Ышбары, была очевидна. Его незаинтересованность в нефрите и страстное желание убить Фэн Сяо объяснялись только тем, что он ошибочно принял его за представителя императорского двора, который отвечал за переговоры с Апа-ханом. Фо Эр должен был предотвратить эту секретную встречу, и естественно, самым простым решением было убийство Фэн Сяо. Его смерть заставит дрожать от страха как империю Суй, так и другие тюркские племена, наглядно покажет мощь Бага-Ышбара хана и не позволит кому бы то ни было снова действовать опрометчиво. Однако Фо Эр никак не мог догадаться, что послом империи Суй был не Фэн Сяо, а Цуй Буцюй. Фэн Сяо, второй командующий бюро Цзецзянь, привык вести себя громко и напыщенно, потому его и приняли за цель. — Раз уж мы оба подчиняемся императорскому двору, разве есть разница между тем, нападает он на меня или на тебя? — произнес Цуй Буцюй. — Если уж мы начали обсуждать все произошедшее, то давай учтем и то, что второй командующий Фэн отравил меня курениями Найхэ и заставил вдоволь настрадаться, так как же ты рассчитаешься за это? Фэн Сяо невинно развел руками. — Если бы ты сразу сказал, кто ты, разве я бы подверг тебя таким испытаниям? — Если бы я сразу сказал, кто я, ты бы начал подозревать меня еще больше и повсюду вставлял бы палки в колеса, как тогда я бы получил от тебя зацепку по делу? Они уставились друг на друга. Через некоторое время Фэн Сяо наконец сказал: — Какого рода сотрудничество ты предлагаешь? — Через несколько дней посол Апа-хана прибудет в Люгун, — ответил Цуй Буцюй. — Ты поможешь мне одолеть Фо Эра и остальных убийц, которые могут появиться, и не позволишь им прервать встречу. — Хорошо, — согласился Фэн Сяо. — Что насчет твоей зацепки? Цуй Буцюй рассказал обо всем, что выяснили Цяо Сянь и другие, в том числе о деле госпожи Мяо: — Цинь Мяоюй, скорее всего, из Когурё, и нефрит сейчас в ее руках. — Как ты узнал? — спросил Фэн Сяо. — Если бы она изначально была столь талантлива в боевых искусствах, то сбежала бы сразу после убийства Юйчи Цзиньу, а не стала бы прятаться в городе. Оба моих подчиненных сражались с ней, но она смогла сбежать. Значит, за короткий промежуток времени ее боевые навыки значительно улучшились, потому она смогла выжить и даже применила их в деле. — Нефрит Небесного озера. Цуй Буцюй кивнул. — Только легендарный нефрит способен улучшить навыки боевых искусств за десять дней. Сейчас она ранена и не сможет покинуть город в ближайшее время. Когда вернешься, собери людей и обыщи весь город, будет несложно найти ее. — С теми навыками, которыми она обладала десять дней назад, было бы невозможно в одиночку убить Юйчи Цзиньу и его спутников, — задумчиво сказал Фэн Сяо. — Но она забрала нефрит и сбежала, значит, скорее всего, ее сообщник тоже ее ищет, — ответил Цуй Буцюй. — Тот нефрит, что появился на аукционе союза Линьлан, специально подбросил ее сообщник, но не чтобы обмануть нас, а чтобы выманить Цинь Мяоюй. — Однако Цинь Мяоюй уже знала, что нефрит в ее руках способен невероятно повысить уровень боевых искусств, и была уверена, что забрала подлинник, потому не попалась на эту уловку, — добавил Фэн Сяо. Слово за слово они восстановили весь ход событий. Чтобы завершить дело и наверняка предотвратить грядущие бедствия, им нужно было разом поймать не только Цинь Мяоюй, но и ее сообщника. — А кто такой Гао Нин? — спросил Фэн Сяо. — Возможно, он не имеет отношения к текущему делу, — ответил Цуй Буцюй. — Возможно, некто больше не доверяет Цинь Мяоюй и ее сообщнику, потому послал третье лицо, чтобы урегулировать ситуацию. Если ты подозреваешь его, то не мешало бы навести справки. — Угу, — Фэн Сяо вдруг сменил тему. — Цюй-Цюй, раз тебе поручили встретить посла Апа-хана, твое положение в бюро Цзоюэ не может быть низким. Раз ты уже знаешь, кто я, разве тебе не следует представиться? В конце концов, мы больше не чужие. Кто это тебе не чужой? Цуй Буцюй невольно холодно фыркнул и восхищенно залюбовался лицом Фэн-эра. Внешне он остался по-прежнему спокойным и безмятежным, притворившись, что погрузился в раздумья. — Раз дела пошли так, я могу сказать правду без всякой лжи. На самом деле, моя фамилия — не Цуй, а имя — не Буцюй. — О? — тон речи Фэн Сяо слегка повысился. — Моя фамилия — Чжансунь, имя — Бодхи, я заместитель главнокомандующего бюро Цзоюэ. Где-то в городе Чжансунь Бодхи невольно чихнул.