О гражданских и тайных войнах

      Гарри не чувствовал, что умеет прощать. Дамблдор считал, что у него прощающее сердце, что он умеет это делать только потому, что Гарри простил Рона, Гермиону и самого директора. Поттер не нашёл в себе сил простить Волдеморта и не считал, что он заслуживает прощения. Гарри также не думал, что смог бы простить кого-то из Ноев или Графа. Аллен был в состоянии попытаться спасти своего несостоявшегося убийцу и, хотя его план не сработал, сам акт прощения был показательным.       У Гарри не было такого. Спасти и простить — разные вещи. Гарри мог бы спасти, может быть примириться, привыкнуть, выстроить нейтральные отношения, но прощение — это слишком много.       Дамблдор ошибался.       Эта кислая мысль пришла в голову подростку, когда Граф распрямился, кряхтя как старик своего возраста, потирая спину и выпрямляясь. Он отряхнул шляпу и нацепил её на голову, а потом отступил к своей Семье.       Рядом с ним открылись Ворота Чёрного Ковчега и уже знакомая женщина сделала шаг вперёд. Гарри не сразу узнал Страсть, так как на этот раз она была одета в таком же стиле, что и остальная Семья — белое платье с вырезом на груди, бантом на плече и с разрезом на бедре — таким высоким, что это было неприлично. Страсть равнодушно посмотрела на компанию экзорцистов и поклонилась Графу.        — Мне очень жаль, Господин Граф, — её голос был виноватым, как и выражение лица. Таковой Страсть и чувствовала себя. — Я не смогла удержать экзорцистов.        — Ну-ну, Лулу Белл, всё в порядке, — успокоил её Граф, похлопав по голове как щенка. — Ничего страшного. Так даже лучше. Как там остальные, закончили?       Он обернулся к ещё одному чёрному порталу, из которого вышло ещё несколько Ноев.        — Ну, типа да, — потянулся мужчина с ёжиком светлых волос. Он выдохнул и как-то весь сгорбился, — эти надоедливые экзорцисты просто взяли и смылись, а Третьи стали самоубийцами. Прости, Граф, пришлось убить их — такие надоедливые!        — Ах, жаль, — Граф вздохнул, — а я хотел натравить Третьих на самих экзорцистов. Ну, ничего. У нас тут есть шоу, — он махнул рукой на Алму и Канду, а также ещё четыре Акума четвёртого уровня.       Гарри пристально посмотрел на состав Семьи, быстро подсчитывая и, да, тут были все они, все тринадцать. Гнев и Узы тоже уже возродились. Гнев выглядел как мужчина немного за тридцать, высокий и худой, с сонливым выражения лица и светлыми волосами. Узы…       Узы были рыжие, одинаковые на лица и знакомо улыбались.       Гарри потребовалось несколько мучительно долгих секунд, чтобы сопоставить людей из своих воспоминаний с Ноями перед ним.        — Фред? Джордж? Что вы там делаете?        — О, Гарри! — Фред — или Джордж — махнул рукой, широко и так знакомо улыбаясь, но его глаза были холодными и острыми. — Давно не виделись!        — Но как? — промямлил подросток, невольно отшатываясь назад.        — Мы пробудились, — Джордж пожал плечами, — это должно было произойти, с тех пор, как ты убил предыдущих Джасдеби.        — Так что мы должны были вернуться в какой-то момент.        — Но ты хитро поступил, — оскалился Фред, — очень хитрый трюк — поймать нас на жертвенной магии. Кто бы мог подумать…       Гарри сжал зубы, когда Линали косо посмотрела на него. Он отказывался верить в то, что видел перед собой. Фред и Джордж никак не могли быть Ноями — он не мог убить их! Подросток во все глаза глядел на Семью. Кровь стучала в ушах и последующий диалог прошёл мимо него.        Ему очень хотелось не знать этого. Что он скажет миссис Уизли и Рону? Они уже потеряли Артура Уизли, Перси отдалился от них и не бежал с примирениями, а теперь и это? А ведь Джинни говорила, что близнецы как-то отдалились от семьи. Ну не удивительно! Как давно они пробудились? Они уже потеряли свою магию или нет?       Как странно смотреть на Фреда и Джорджа, помнить их со школы, и при этом знать, что предыдущее воплощение Джасдеби убил именно он, заманив в ловушку обещания древней магии. Значит ли это, что становление близнецов Уизли как Ноев было его виной? Если бы он не убил Джасдеби, ничего из этого не произошло бы?       У Гарри кружилась голова и он ничего не понимал. Он покачал головой, не веря.       Это невозможно!        — А как же остальные Уизли? — спросил он. — Как же ваша мать? Другие братья? Они для вас ничего теперь не значат, раз вы теперь Нои?!        Фред и Джордж посмотрели на него удивлённо, синхронно переглянулись друг с другом и пожали плечами.        — Вся наша настоящая Семья стоит здесь.       Гарри качал головой, делая ещё один шаг назад.        — Я не верю. Как так можно? Но…        — Гарри, — Аллен обернулся к нему, — Может быть когда-то ты их знал как людей, но они больше не люди. Это Нои. Соберись и сосредоточься! Нет времени расклеиваться вот так!       Они обменялись коротким взглядом. Поттер медленно вздохнул. Верно. У них тут и без того есть проблемы. Он собрал всё своё волнение и запихнул его глубоко внутрь, планируя переживать потом. Если дело дойдёт до боя с ними, ему придётся избегать его. Хотя Гарри не нашёл в себе сил думать о драке с близнецами, но, глянув на Аллена, на Линали и маленького Тимоти, на всех, кому тут угрожала опасность, он с болезненным пониманием осознал — надо.       И спрашивать его хотения никто не будет.        — Да. Ты прав. Аллен, открой Ворота для эвакуации, — тихо забормотал он, — мы прикроем тебя. Надо вывести всех людей отсюда. Пусть идут куда угодно. Линали?        — Да?        — Что сказал Штаб?       Линали, к счастью, ничем не выдавала их недавнюю размолвку, хотя Гарри предполагал, что у той на языке крутилось «я же говорила» и она с трудом удержала себя от косого взгляда. Девушка нахмурилась.        — Сказали, что направят к нам всех доступных и не доступных экзорцистов, — так же тихо ответила она, — тут в соседнем городе есть церковь с открытыми Воротами, так мы и добрались до вас. Аллен, я думаю, в такой ситуации тебе разрешат открыть ворота Ковчега. Но, что произошло?       Гарри оглянулся, но так и не увидел Смерти. Что ж… Её помощь тут не помешала бы.        — Это из-за Алмы, но его взял Канда. Оставим это на него, им есть о чём поговорить друг с другом. Ладно. Тогда действуем. Тсукиками, не вступай в драку, лучше даже спрячься где-нибудь. Тимоти, прикрой Аллена для отступления. Линали и я возьмём Акума.       Никто не спорил.       Ли прыгнула в ту же секунду, взмыв в небо, Гарри оседлал Феникса и поспешил за ней, в который раз поражаясь скорости Тёмных Сапог подруги. Она была так быстра, что застала Акума в расплох и одним пинком отправила того в стену.       Теперь это была совсем другая битва. Без Токусы рядом, кровь которого всё ещё была на лице, было труднее поймать Акума в ловушку без барьерных печатей Воронов или же подловить на секунду открывшегося противника, чем кто-то из них мог бы воспользоваться. Теперь приходилось ещё больше присматривать за спинами друг друга и следить, куда летят удары.        — Линали! Сзади! — закричал он, посылая Василиска, чтобы тот подпрыгнул и плюнул ядом, но тот всё же промахнулся на какие-то сантиметры и Акума увернулся. Ли повернулась и взрыв Тёмной Материи пришёлся ей прямо в грудь, отчего девушка громко вскрикнула и полетела вниз, врезаясь во что-то в дали. След пыли был всем, что они видели в темноте ночи.        — Линали!       Гарри почувствовал как сердце подпрыгнуло куда-то к горлу и ему пришлось резко толкать Феникса вверх, чтобы уйти от двойного удара. Он летел так быстро как мог, практически вертикально, впиваясь одной рукой в детализированные перья шеи голема, а второй рукой сжимая Годрика. Ветер трепал волосы и глаза слезились. Мысленно он в который раз поблагодарил Вуда за безумные тренировки по квиддичу и свой талант к полетам.       Акума были у него на хвосте. Гарри поднимался всё выше и выше, крылья неудобно били под ним, потряхивая, а ноги сводило от напряжения, но он упрямо тянулся ещё дальше. Благо, барьера теперь не было и ничего не останавливало.       А потом он накренился и сделал петлю, всего на мгновение перевернувшись полностью и рухнул в пике. Феникс вспыхнул огнем, отчётливо видимым в ночи, Гарри выставил Годрика вперёд на манер копья и, войдя в излюбленный финт Вронского, врезался в Акума, вбивая его в землю с недюжинной силой. Феникс вцепился когтями и клювом, удерживая и фиксируя на месте, не позволяя убежать. С криком Поттер ударил его о землю, рухнув камнем вниз, задохнувшись от этого, но сумел подобрать ноги так, чтобы ничего не сломать.       Под ним оказался кратер, а четвёртый уровень закричал и взорвался, искривившись, будучи продырявленным, отравленным и сожжённым.       Гарри кашлял, сплевывая яд Акума, который он всё же вздохнул и с трудом поднялся. Голем под ним тоже взорвался, смягчая падение. Этот трюк был чистым самоубийством, но, благодаря тому, что падение пришлось на Акума и Феникса, ничего сильнее ушибов у него не было. Поттер также подозревал, что дело ещё и в его собственной магии, а также в том, что Невинность укрепляла тела экзорцистов, иначе один удар о стену убивал бы их.       Распрямившись, Гарри вылез из получившегося кратера и огляделся. Над его головой Алма пролетел так далеко, что оставил за собой полосу в земле, прорыв траншею своим телом и покатившись дальше. Канда приземлился рядом с Поттером и, не обращая внимания, рванул дальше. Гарри заметил, что волосы самурая стали отчетливо светлыми даже в темноте и совсем другого оттенка, но подумал, что зрение всё же подводило его.       Их драка перешла на новый уровень.        — Гарри! — крик Линали заставил его чертыхнуться и быстро выставить руку, чтобы поймать взрыв Тёмной Материи и бросить его дальше, в небо, где он и взорвался особенно сильно. Линали замахнулась несколькими ударами ног на Акума, вновь присоединившись к битве, крутанулась в воздухе, изогнувшись, и с силой пнула другого носком сапога. Челюсть монстра клацнула. Задрав голову, подросток увидел ещё одного, который парил высоко в небе и его рот начинал сверкать.        — Все! В сторону!       Он сам вновь создал двух големов, послал Василиска к Тсукиками, чтобы прикрыть тело одержимого ребёнка, а сам прыгнул на Феникса, вновь взлетая.       Грянули взрывы. Поднялось облако пыли, из которого вылетели белые ленты Коронованного Клоуна, Линали и сам Гарри. Акума ловко увернулся от всех лент, поднырнул под удар ногой от Ли, умудрившись вновь взорвать девушку и отправить её в землю, перехитрил Поттера и врезал по предплечью, только волшебник умудрился поднять руку и удар пришёлся гораздо ниже и прямо на рукавицы. Боль всё же отдалась по всей конечности.       Замахнувшись Годриком, подросток не успел ничего сделать, как ещё один самый неожиданный взрыв пришёлся на него сверху и камнем отправил обратно вниз. Гарри в который раз врезался в землю, только и успев, что сгруппироваться. Весь дух из него выбило, боль пронзила всё его тело быстро и резко, заставляя подростка задохнуться на мгновение.       Он не успел ничего сообразить, как Акума приземлился рядом с ним, присев на корточки. Гарри заморгал, заставляя тёмные пятна по краям глаз исчезнуть. Акума улыбнулся, широко и жёстко, но его глаза всё ещё были широкими. Просто вид четвертого уровня навевал неприятные воспоминания и чувство безнадёжности.        — Пока-пока, генерал экзорцист, — пропел Акума и приставил палец ко лбу с формирующейся Тёмной Материей. Гарри попытался отмахнуться, но даже когда он схватил Акума за руку, то не смог сдвинуть её, будто пытался поменять положение статуи. Он никогда не задумывался о реальной физической силе Акума.       А в другой момент ничего этого уже не было и когда Гарри повернул голову, то заметил, как огромный Лау Джимин буквально втаптывал Акума в землю. Он громко рычал и был абсолютно в ярости.        — Разберись с ним, Лау Джимин, — раздался низкий тембр голоса генерала Найн. Она спокойно вышла на поле и остановилась рядом с Гарри. В одной руке у неё был хлыст, которым та размеренно и немного лениво щёлкнула. Генерал протянула руку Поттеру. — Мы не опоздали?        — Самое время, — улыбнулся он, и женщина помогла ему подняться. Пошатнувшись, Поттер обрел равновесие и крепче сжал меч. — Спасибо.       Генерал Найн кивнула, наблюдая за всем полем и подросток тоже оглянулся. Помимо неё прибыли Мари и Миранда вместе с Линком, который уже выхватил печати Воронов и сдерживал оставшихся двух Акума. Струны Мари скользили по ним и Линали с Алленом также вступили в бой. Тимоти в виде Акумы помогал им.       Щит Миранды раскрылся над ними, отматывая их ранения. Сразу же Гарри ощутил себя намного лучше, его раны исчезли. Он заметил, что щит не включал в себя семью Ноя, а Канда с Алмой сражались слишком далеко от них, чтобы попасть под действия Записи Времени. Тусклое золотистое свечение исходило от часов.        — Оставь тех Акума им, — произнесла генерал, не отрывая взгляда от работы Лау Джимина. — Мы с тобой разберемся с этим. Готов?        — Разумеется, — они обменялись усмешками. Генерал Найн выглядела холодно и устрашающе с тем, как изогнулись её губы в ухмылке. Что-то тёмное таилось в её единственном не скрытом глазе. — Рад работе с вами.        — Аналогично.       Раздался новый взрыв Тёмной Материи и генерал проворно свистнула Лау Джимину, подзывая разъярённую обезьяну-монстра ближе к себе. Тот, послушный воле экзорциста, пригнулся, позволяя женщине устроиться на его плече. Она щёлкнула хлыстом и обезьяна вновь набросилась на Акума.       Гарри быстро создал Василиска, не особенно улучив момент, когда другой разрушился и также устроился на его голове, присев и уцепившись одной рукой за один из рогов короны. Ему не надо было свистеть или что-то ещё делать, так как голем уже знал, чего от него ждут.       Драка плечом к плечу с генералом была совсем другой. Клауд Найн была так опытна, как никто другой, её действия были стремительными и экономными, ничего лишнего. Иногда она подлавливала своим хлыстом Акума, задерживая на месте на мгновение, достаточное для контр атаки. Гарри было очень легко впасть в шаг с женщиной, потому что их метод был одинаковым — у них обоих были животные для передвижения.       Когда Акума пытался взлететь в воздух, Гарри направлял Василиска и Феникса, а Лау Джимин совершал могучие прыжки, от которых земля сотрясалась. Невольно вспоминался Грох, но Лау Джимин был намного проворнее и быстрее брата Хагрида.       К сожалению, это также означало, что Гарри приходилось концентрироваться на драке, а не отвлекаться на борьбу остальных.        — Сосредоточься, Поттер! — крикнула генерал, ловко спрыгнув с плеча Лау Джимина, когда он сделал особенно опасный прыжок с кувырком, вбивая Акума в пол. Женщина приземлилась на Фениксе, специально подлетевшему ближе и поймавшему её.        — Прости!       Гарри направил Василиска и его голему наконец-то удалось свернуться в тисках вокруг Акума. Змей раскрыл пасть и впился клыками в монстра, быстро отводя голову, когда яд был впрыснут. Лау Джимин, который стоял на кольцах, торжествующе взревел и ударил кричащего Акума кулаком в голову, вбивая в землю. Василиск быстро развернул кольца и отступил, позволив обезьяне схватить чудовище и с рёвом тот потянул за руки в стороны, разрывая и уничтожая.       Генерал ловко спрыгнула обратно на плечо, вновь щёлкнув Лау Джимина хлыстом и направив его обратно к другим экзорцистам. Тимоти теперь прикрывал своим собственным телом Миранду, так как некоторые взрывы метили прямо в неё, но при этом ему приходилось быть очень аккуратным. Рядом больше не было Акума второго уровня, чтобы Тимоти мог захватить их, так что ему нужно было учитывать это. Он не мог уйти из того, которого захватил. Линали, Аллен, Мари и Линк вместе работали над последними Акума.       Поттер заставил Василиска поднять голову и переместился на Феникса, чтобы помочь в воздухе, а Василиска отправил к Тимоти и Миранде. Сам он поднялся в воздух, где была только Линали, но, когда он уже подлетал, Мари и Аллен скрутили одного Акума в море белых лент и нитей, пока второго удерживали на месте печати Линка. Линали поднялась так высоко как могла и встретилась взглядом с Гарри. Её взгляд переместился с него, на меч и на Акума. Подросток кивнул ей и кинулся к сдерживаемому Акума.        — Быстрее! — рявкнул Линк, его руки тряслись от напряжения, вся его сосредоточенность была на том, чтобы удерживать другого Акума и не дать ему помочь. Лау Джимин пришёл на помощь, обхватив огромными лапами Акума и стал сдавливать его, отчего тот закричал ещё пронзительнее.        — Давай! — закричал Гарри, прыгнув на плечи Акума. Ленты Коронованного Клоуна и струны Ноэль Органона давали немного места, чтобы встать и поставить ногу, когда Акума стал дёргаться в путах, которые вот-вот норовили разрезать его с той силой, с которой они его сдавливали. Поттер поставил меч острием к голове и переместил руки, чтобы обхватить рукоятку.       Это был тот же трюк, что и во время нападения на старый Штаб и он сработал.       Линали молнией обрушилась на них и Гарри почувствовал как боль вспыхнула в плечах, когда его руки немного дернулись под этой силой, но это чувство ушло с силой Миранды.       Меч протаранил Акума и тот взорвался. Ли отлетела прочь и её подхватил Тимоти, чтобы она не вылетела за пределы барьера. Гарри тоже отнесло взрывом, он еле успел удержать Годрика с собой и Феникс тоже подхватил его.       Лау Джимин торжествующе взревел и ещё один взрыв разнёсся по округе, ознаменовавший убийство последней Акума.       Гарри опустился вниз, его ноги немного подрагивали от общего напряжения и он облокачивался на Феникса.        — Ну вот…       Что бы не хотел сказать Тимоти, его не услышали.       На мгновение Гарри показалось, что вспыхнула тысяча светлячков, прежде, чем он понял, что им просто неоткуда появиться в голых скалах, да ещё и просто в небе, под куполом. А потом он заметил несколько десятков дверей Роад, уже открытых в небе над светлячками и белый свет, льющийся из них, очертил тысячу острых свечей, парящих в небе наконечниками вниз. Семья Ноя стояла за пределами барьера, прекрасно видимые любому глазу.       Роад улыбалась.       И тысяча свечей рухнула сразу же, как все головы поднялись к ней.

***

      Сражения волшебников были все о заклинаниях на средней и дальней дистанции. Ни один волшебник никогда не спешил сократить дистанцию, чтобы вступить в ближнюю схватку. Это ушло из моды с тем, как ушли в прошлое шпаги и мечи. Дуэли, а также драки, происходили только с помощью волшебства на средней дистанции или на дальней. Нельзя было сказать, что волшебники не преуспели в убиении себе подобных, это было бы глупостью.       Но ни один волшебник не двигался так много, как Гарри сейчас, он был уверен в этом. Его единственный пример на памяти, это драка между Дамблдором и Волдемортом, не самая длинная, но громкая и показательная.       Роад не колдовала, просто материализовала в реальности свои свечи и обрушила их. Даже когда ноги Поттера двигались, чтобы он рухнул за большой камень, утянув за собой Миранду, заставляя голема Феникса прикрыть их, его мозг работал, натренированный множеством драк с Акума. И он понимал, что Роад могла бы пойти намного хитрее, быть более изобретательной, изощрённой. Она могла бы и не предупреждать о своей атаке, не делать драматическую паузу, но всё же Ной Мечты действовала только тогда, когда все увидели её свечи. Она, как и остальная её Семья, игралась с ними. Наслаждалась вниманием, наслаждалась страхом и безразлично относилась к жизни.        — Миранда? — спросил Гарри, морщась, когда свеча чиркнула прямо по икре, порвав ткань, но не впившись в ногу. Он подтянул её, прислушиваясь, как врезаются свечи где-то над ними будто дождь. — Как ты?       Женщина слабо подрагивала в его объятиях, но куда увереннее чем обычно улыбнулась, с напряжённым выражением в глазах.        — Со мной всё в порядке, Гарри, не волнуйся. Хотя я думаю, что теперь нам будет неудобно с этим щитом…       Феникс над ними сдвинулся, убирая свои большие крылья, которыми и прикрывал двух экзорцистов. Гарри выглянул, осторожно, прищурившись, когда последние следы пыли исчезли. Многим удалось укрыться, а Канда и Алма даже не затормозили в своём сражении. Алма просто отскочил в воздух, а Канда ловко отбивался двумя лезвиями Мугена от всех свечей, отчего они валялись сбитыми вокруг него.       Линк прикрыл себя и Мари своими печатями, создав свой собственный барьер, когда Аллен укрыл своим плащом Тсукиками. Линали сдула свою часть ударом ноги, а Клауд Найн уже спокойно и без колебаний вытащила свечу из плеча и предплечья. Лау Джимин уменьшился и сидел на её плече. Гарри заметил, что, видимо, женщина орудовала своим хлыстом, но не смогла уйти от всех атак так гладко как Канда.       Двери Роад исчезли.        — Ох…       Гарри обернулся и увидел, что Миранда побледнела, схватившись за запястье, где жужжала Запись Времени. На висках женщины выступил пот.       Сердце на его груди стало нагреваться.        — Что такое? — спросил он. Лотто подняла глаза вверх, к куполу и Поттер проследил за её взглядом.        — Граф собирается сломать защитный барьер, — прошептала она.       Прищурившись, он разглядел силуэт Графа Тысячелетия. Он уже был со своим мечом, занесённым для удара над головой, и Тёмная Материя кружилась рядом с лезвием. Казалось, что можно было рассмотреть колебание воздуха возле него.       Это было точь-в-точь как в Эдо, когда Граф решил стереть целый город с лица земли.        — Вот дерьмо. — Многие кашляли, уставившись с удивлёнными лицами на одного Аллена Уолкера, воспитанного и интеллигентного мальчика.        —Все! — закричал Гарри, вскакивая, понимая, что магия будет бессильна против этого удара. Что-то подсказывало, что Миранда не выдержит. — Группируемся! Аллен, растяни плащ! Линк, подготовь барьеры! Миранда, постарайся удержать свой щит как можно дольше! Быстро!       Экзорцисты пришли в движение. Гарри заставил своих големов исчезнуть и, концентрируясь, вызвал огромных размеров Феникса и рядом Василиска, который быстро обернулся вокруг их группы в коконе. Аллен знакомым движением откинул полы плаща и тот стал расти, увеличиваясь в размерах и укрывая Василиска. Феникс сверху прикрыл их так же, расправив крылья. Поверх легли проскользнувшие в щели печати Линка.       Они все сгрудились внутри, сидя на корточках так близко, насколько позволяло место.        — Миранда, — подала голос генерал Клауд. Женщина вскинула голову. Они видели друг друга только из-за того, что плащ Коронованного Клоуна мягко мерцал белым светом.        — Да?        — Я хочу, чтобы ты отменила барьер.        — Что? — воскликнули сразу и Тимоти-Акума и Тсукиками и Линали. Гарри, Аллен, Канда и Линк с Мари просто обернулись к старшей женщине.        — Я хочу, чтобы ты попробовала наложить свой барьер Перемотки Времени на каждого из нас, — Клауд указала пальцем, — и сделала его подвижным. Я знаю, что ты практиковалась с этим. У тебя получится?       Все удивленно уставились на Лотто, которая покраснела под их пристальным вниманием и закивала головой.        — Д-да, я попробую.        — Хорошо. Тогда сними его как только Граф…       БАМ!       Ноги Миранды подкосились, и она осела бы на пол, если бы Мари не поддержал свою подругу. Отсюда они не видели атаки, но напряжение в воздухе, некоторый грохот говорили о многом.        — Давай! — рявкнула генерал.       Все экзорцисты точно почувствовали момент, когда барьер Миранды исчез и огромная сила Графа навалилась на их многослойную защиту, давя и давя своей мощью. Потом их тряхнуло ещё раз. Линк, Аллен и Гарри напряглись в своих позах, ощущая как их защита начинает проседать. Поттер знал, что его големы могут быть уничтожены, но он концентрировался только на них, не давая проскользнуть мимо него. Несколько коротких секунд длилась и агония вернувшися травм и боли. Гарри почувствовал кровь во рту, как та потекла по губам и подбородку.        — С-сейчас! Перемотка Времени — Адаптированная! — закричала Миранда и вновь её диск Записи Времени ожил на руке, начиная жужжать. Казалось, что среди общего шума и грохота можно было услышать громкое тиканье часов, словно далёкое эхо. Всех экзорцистов окружило сияние золота, которое сконцентрировалось на талии и приобрело вид часов с циферблатом на широком поясе золота. Травмы вновь стали исчезать, а стрелки часов повернулись назад. Гарри оглянулся и заметил, что у всех стрелки двигались так же как и у него в связи с количеством травм.        — Вау! — воскликнул Тсукиками в теле Тимоти, наблюдая как его раны уходят. — Крутотень, Миранда!        — Спасибо, Тсукиками, — устало улыбнулась женщина.        — Ты удивительна, — тихо с улыбкой шепнул Мари, заставляя подружку краснеть.       Земля дрогнула и их тряхнуло так сильно, что Феникс громко закричал, начиная петь. Последовал ещё один грохот, а за ним — будто бы канонада взрывов, громкий крик ярости и торжествующий вопль.       А потом всё стихло.       Какое-то время они все стояли и прислушивались, пока голос Тиедолла не разрушил наступившую тишину.        — Простите, что немного задержались, — Аллен убрал плащ, Линк собрал барьерные печати, а Василиск и Феникс расцепились, исчезая после такой драки. — Ах, я вижу у вас всё в порядке.        — Генерал Тиедолл! — закричала обрадованная Линали. — И… Чаоджи!        — Привет, — Чаоджи дружелюбно улыбнулся и вперил ненавидящий взгляд в семью Ноя. Лицо бывшего моряка закаменело и он сжал кулаки, на которых светились браслеты Невинности. Гарри понял, что некоторые удары могли бы быть от него, особенно потому, что Алма выбирался из очередной скалы, куда его отправил мощный удар Чаоджи.        — Старик, — пробормотал Канда, скривившись.        — Юу-кун, — Тиедолл повернулся к самураю и отчётливо нахмурился, — что я говорил тебе об использовании этой иллюзии? И сколько раз напоминать, зови меня просто ма-кун.        — Не читай мне лекции, — Канда фыркнул и закатил глаза, — я знаю, что делаю.        — Ах, дети так быстро растут в наши дни, — горестно вздохнул генерал, — кажется, только вчера они были такими маленькими, что можно было нести на спине без проблем, а сегодня -…        — Может, прекратишь впадать в маразм? — начинал злиться Канда и его взгляд упал на Алму, который будто бы стал только злее. — Мы тут в середине чего-то.       Генерал Тиедолл проследил за ним взглядом и напрягся, а потом выдохнул, выглядя в разы усталее, отбросив клоунаду в сторону. Он собрался и стал серьёзным, что, казалось, по некоторым удивлённым лицам, было не частым явлением.        — Да, я вижу. Юу-кун… Я надеюсь, ты не делаешь чего-то глупого.        — Будто мне позволят…       Аллен коротко дёрнул губами в улыбке, когда взгляд мечника приземлился на нём и Гарри, который взглядом передал, чтобы Канда держал себя в безопасности, а потом полностью сосредоточился на Алме. Он не оглядывался ни на кого и рванул к своему сопернику, продолжая бой.        Миранда коснулась Записи Времени и такие же золотые вспышки осветили Чаоджи и Генерала Тиедолла, осев на них часами на поясе. Генерал заинтересованно посмотрел на это, но ничего не сказал, а Хан просто кивнул.        — А экзорцистов-то прибавляется, — протянули хором Фред и Джордж. Они посмотрели на Аллена особенно долго, заставляя того напрячься, а потом на Гарри и улыбнулись своими нехорошими улыбками.        — Было бы совсем скучно, если бы я убил их одним ударом сейчас, — указал Граф, рассуждая. Казалось, его не беспокоила неудача. Роад закивала головой. — Мы просто подождём, — он медленно улыбнулся ещё шире, — когда придут все остальные экзорцисты. Больше развлечений!        — А мы можем поболтать с Поттером? — спросил Фред, повиснув на Графе и широко раскрыв глаза, что смотрелось совсем не естественно для привычного восприятия Гарри.        — Да, — закивал головой Джордж, — мы бы пошли за учеником Кросса, но Поттер… У нас с ним есть большие счёты.       Генерал Найн тихо фыркнула, услышав комментарий о Кроссе. Плечи Аллена подозрительно напряглись и он что-то забормотал, будто проклинал своего Хозяина.        — Тогда я возьму… — Роад поднялась, задумчиво постукивая пальчиком по нижней губе, — как насчёт тебя? Куколка? — Она ткнула пальцем в Линали. — У нас уже была одна встреча, хотя я бы предпочла ученика Книжника, но, думаю, с тобой тоже будет весело играть? О, да, это точно.       Лулу Белл сделала шаг вперёд и уставилась на Генерала Найн пристальным взглядом. Две женщины надменно смотрели друг на друга, соревнуясь.       Странно, что никто не волновался из-за того, что Аллен эвакуировал простых учёных прочь с поля. Странно, что Нои вот так играются с ними.        — Вы можете даже не спрашивать! — воскликнул Граф. — Все могут развлечься, мои дорогие! Я чувствую, как Сердце набирает силу. Интересно, кто же из носителей им обладает?        — Сердце? — громко удивился Тимоти. Гарри ощутил, как его собственное сердце стало биться чаще и с напряжением заметил, как Мари немного повернулся в его сторону. О, точно. Нойз же мог буквально услышать как быстро бьётся сердце.        — В Ордене нет же Сердца, — тихо удивилась Миранда.        — Это ты так думаешь, — усмехнулась Роад, — очевидно, что его носитель прячется. Вот уже несколько дней мы все ощущаем, как Сердце набирает силу.        — Так что вы уверены, что Сердце есть у кого-то из экзорцистов, — сурово сказала Генерал Найн, — и вы что, надеетесь, что выманите этого человека вот так?        — Ну конечно, — любезно сказал Шерил, томно подперев щеку рукой, — иначе ты думаешь, кто-то позволил бы вам позвать на помощь и созвать все силы? Проще собрать вас всех и ударить со всей силой…        — Тогда вся Невинность придёт в негодность, — протянул Тики, — и победа будет за нами.        — Ненавижу Невинность, — зарычал Гнев, щёлкнув пальцами, — как же я ненавижу Невинность!        — Ну-ну, Лука, потерпи немного, — ворковал Граф.        — Подождите! — закричал Аллен, делая шаг вперёд. — Разве вы не пришли за Четырнадцатым?! Разве я вам не нужен?        — Разумеется! — Граф всплеснул руками, не обращая внимания, что большую часть Семьи передёрнуло и их лица скривились. Однако никто не перечил. — Конечно, я хочу, чтобы вся моя Семья была в полном составе! Уничтожить человечество всей Семьей, разве это не сближает? Аллен Уолкер, каким бы не был исход сегодняшней драки… Но ты не вернёшься в Орден!        — Это мы ещё посмотрим, — мрачно заявил Аллен.       Гарри безмолвно потянулся к шнурку с талисманом и Сердцем на груди. Теперь он тоже чувствовал, как оно становится всё теплее, хотя не замечал этого раньше из-за напряжения. Ему просто было некогда.       И как он был благодарен, что Смерть защитила его мысли. Если бы Вайзли прочёл их… Что ж. Их ситуация была патовой. Драка началась бы в любом развитии событий и Гарри понял, что он должен пробудить Сердце как можно незаметнее. Как-то. При том, что Нои могут чувствовать это, раз ощутили сближение двух третьих частей Сердца несколько дней назад, когда Поттер даже не приблизился к палочке и не слил всё вместе. Ему нужно было тянуть время и не дать умереть друзьям.       Никогда ещё Гарри не ощущал тяжесть мира на своих плечах так сильно. Ему казалось, что противостояние с Волдемортом зависело от него и друзей? Какая это ерунда! О крестражах знали ещё друзья, Рон и Гермиона с Сириусом и Ремусом позже. Да, там был шанс того, что информация могла бы попасть не в те руки и провалить весь план, но они действовали как можно более аккуратно и тайно, а обратились за помощью когда сами не могли уже что-то сделать. Гарри никогда так не ощущал, что идёт по хрупкому тонкому льду, как сейчас, где неверный вздох означал смерть. И не только для него.       Наверно, теперь, оглядываясь назад и имея перспективу, волшебник понимал, что Волдеморт был обычным террористом в магической Британии, что да, всё было плохо, но у него не было сил, чтобы поставить на колени весь мир. Волдеморт не был Гриндевальдом — и слава Богу — не имел того же размаха и сил. Может быть если бы у него было время на подготовку, всё могло бы кончиться как и с Гриндевальдом, но Гарри с друзьями быстро сбил Тёмного Лорда и убил его. Потенциал был, но они решили проблему как можно более аккуратно.       Граф Тысячелетия, с другой стороны, был не только чертовски силён, но и имел компетентных помощников, Семью, которая не боялась его и поддерживала во всём. У Графа была армия Акума, смертоносных машин, были союзники даже среди людей, было влияние, чтобы устраивать конфликты и плодить Акума, были и шпионы в Ватикане.       На самом деле, человечество стояло одной ногой в могиле. И их спасение сейчас пробуждалось, свисая на простом кожаном шнурке рядом с талисманом на шее Гарри Поттера. Двенадцать экзорцистов против мира, только двенадцать боеспособных воинов.       Остро ощущалась разница размаха конфликта.       Было тридцать первое июля. Разве не ирония — закончить противостояние в шестнадцатилетие?       Граф рассмеялся, махнув рукой и несколько Ноев прыгнули в драку.

***

      Гарри летел, кувыркаясь в воздухе, и вонзив пальцы в землю, стал тормозить. Его подошва сапог разогрелась от этого трения, но ему удалось остановиться и не свалиться со скалы, а потом прыгать прочь.       Его драка с Фредом и Джорджом отошла от основной массы. Он слышал взрывы и крики в отдалении, зная, что другие экзорцисты тоже вступили в сражение с Ноями. Запись Времени быстро стирала его травмы, давая ложное чувство покоя.       Близнецы были одеты в откровенные белые одежды с лиловыми лентами на левых руках, которые носили и все остальные из Семьи Ноя. Штаны у обоих были низко посажены, а весь торс, практически голый, демонстрировал некоторое количество мышц. Гарри не мог сказать, было ли это новое приобретение, или Фред с Джорджем больше времени уделяли физической подготовке. Он также отметил, что не помнил, когда видел близнецов в чём-то состоящим не из халата и школьной формы. Видеть такую откровенную одежду на них было просто странно.        — Так, — начал он небрежно, сжав меч сильнее, — неужели при пробуждении люди так сильно меняются, что выбрасывают всю свою жизнь вот так на ветер?        — Послушай, — сказал Фред, уперев руку в бок. Его близнец отзеркалил действие. — Мы же не становимся другими людьми. Просто сменилась наша суть и наши приоритеты. Пробуждение обычно одного и того же Ноя происходит в схожих людях.        — А мы никогда не были особенно близки с семьей, — добавил Джордж. — Отец, который сбегает на работу от своей семьи, где жена не будет пилить его за увлечения. Мать, властная и требовательная, заставляющая всех делать так, как она сказала. Чарли, который сбежал аж в другую страну от семьи как только появился шанс. Билл, съехавший из дома сразу же после выпуска из школы, Перси, который тоже убежал да так и не вернулся… Дружная семья Уизли — вот как о нас говорили, но никто в упор не смотрел как мы разобщены.        — Каждый раз, когда мы говорили о своих планах на будущее, всё, что мы слышали, это как невозможно это. «Шуточками много не заработаешь!» — дразнил Фред, идеально имитируя голос миссис Уизли. — «Вам бы в Министерство идти, зарабатывать больше! Надо думать о будущем!»        — «Все в нашей семье были старостами, все старшие сыновья добились многого!» — подхватил вновь Джордж, кривляясь и корча лицо. — Будто бы мы и не семья!        — Всё, что мы слышали, это какими нам надо быть. Ни разу Молли не видела в нас нас самих, ни разу не подумала, что наша мечта может принести реальный доход, ни разу она не видела в этом что-то кроме шуточек. Надо, надо, делай то, делай это, неправильно! — Фред топнул ногой. — Никакой похвалы! Это несправедливо — чем мы хуже других старших братьев? Ну и что, что мы не хотим работать в Министерстве?        — Она нас не замечала, — доверительно сообщил Джордж, ухмыльнувшись, — мы мечтали вырваться из семьи, стать чем-то большим, быть любимыми, чтобы в нас верили. Поддержки друг друга недостаточно, ты же знаешь.        — И наша новая Семья видит нас. — Фред развел руками, широко улыбнувшись, — Шерил видит наш потенциал, с Роад нескучно играть, Майтра всегда не против поговорить с нами. Всё то, что Уизли не давали нам, Нои дали. Это было похоже на глоток чистого воздуха, — вздохнул Фред взволнованно, — пробуждение — это лучшее, что с нами произошло. Мы рады, что больше не связаны с Уизли, мы свободны.        — Разве ты не понимаешь нас? Разве ты, Гарри, не чувствуешь того, что заслуживаешь большего, понимания и уважения? Разве тебе бы не хотелось иметь понимающую и любящую Семью? Разве ты не был зол, когда тебя ограничивали в том, на что ты имеешь право?       Они говорили о Дамблдоре и том, как он запретил что-либо рассказывать ему об Ордене Феникса. Гарри вздохнул и покачал головой.        — Да, я был зол, был обижен и расстроен, — согласился он, — меня раздражало, что никто ничего не говорил мне и я думал, что я отплачу им тем же самым, если не буду говорить о своих делах. Из-за действий Дамблдора я отдалился от друзей и не мог делиться с ними своими проблемами, я уже не доверял им так как прежде, потому что знал, что и кого они выберут в случае дела. Меня не понимали и я хотел делать то, что хотелось, а не то, что требовали другие. Я хотел активно драться с Волдемортом, участвовать, действовать…       Гарри глубоко вздохнул.        — Но проблема в том, что это жизнь. И мы не всегда получаем то, что хотим. Мы бываем разочарованы, злы, опустошены и расстроены, мы считаем, что мир не справедлив, но это жизнь, она не справедлива, — заявил он. — Вот, что такое мир — смесь удач и неудач, подъемов и падений. Может быть миссис Уизли не воспринимала вас всерьёз и требовала от вас большего, но разве вас это остановило? Фред и Джордж, которых я знал, сбежали из школы на встречу своей мечте, наплевав на любое мнение. Они делали то, что хотели. И у вас было множество людей, которые поддерживали вас.        — Не смейте сравнивать нас, — добавил Поттер, делая шаг вперёд, — потому что мы не одни и те же. Миссис Уизли не понимала вас? Требовала и требовала только одно, быть лучше? Не видела вас? Я не могу судить об этом, но миссис Уизли — самая добрая и заботливая женщина, которую я знаю! Она пригрела сироту, которую её сыновья похитили на карете и привезли под утро, пролетев пол-страны. Она связала мне свитер, когда я обменялся с ней всего парой слов пол года назад! Все ваши проблемы можно было бы разъяснить простым разговором! У вас хотя бы была семья, чтобы поговорить!        — У меня даже этого нет. Я никогда не знал семьи, а мои родственники не любили меня. Я не хочу слышать ваши эгоистичные жалобы о свободе и жажде быть понятыми, когда вы просто сбежали, как трусы, а не поговорили. Будто бы вы ожидали идеальности, но дело в том, что для идеальности все участники должны прилагать усилия. Если я что-то и знаю о взаимодействиях между людьми, это то, что все должны действовать, а не ждать и злиться от того, что ответа нет. Если ваши родители не понимали вас, то вы должны были сказать об этом. Сесть и поговорить. Язык же есть.       Гарри тяжело дышал и добавил:        — А так, вы просто трусы.        — А, ну да, — скривился Джордж, — у тебя никогда не было семьи, откуда тебе что-то понимать?        — Брат, это бесполезно, — вздохнул Фред, — нет смысла переубеждать экзорциста. Да и зачем нам это? Просто убьём его за то, что убил нас.       Они встали плечом к плечу, ухмыляясь, и навели пистолеты на Гарри, но потом, ухмыляясь, навели дуло к вискам друг друга.              — Ты ведь знаешь, что будет? — спросил Джордж.        — Не так быстро! — Гарри побежал к ним, но не успел.       Близнецы выстрелили синхронно и быстро затянули уже знакомую мелодию:        — Была одна колыбель. В ней был лишь один и один же стал двумя. Была одна колыбель, была и одна звезда, потерянная в тумане. Дрожала на кладбище, пока не исчезла.       Поднявшийся туман не позволил Гарри увидеть что-либо, но он знал, что их тени сливались. Ему пришлось остановиться и наоборот разорвать дистанцию. Он махнул мечом, создавая Василиска и тут же направил его в туман, а сам пошёл с другой стороны.       Из клубов тумана выстрелили длинные светлые волосы, которые как Дьявольские силки обвились вокруг Василиска. Тот взвился и плюнул ядом в Джасдеби. Те, смеясь, выпрыгнули прочь, демонстрируя уже знакомое ранее тело, больше ничем не похожее на Уизли.        — Тебе придётся придумать что-то новенькое! — закричал Джасдеби. — Старые трюки на нас не подействуют! Мы на этот раз не проиграем так легко, экзорцист!       Наверно, именно это лицо помогло отрешится от знания, что когда-то раньше это были Фред и Джордж, весёлые и забавные парни, что веселили своими шутками всю школу. Видя лицо Джасдеби, покрытое макияжем, помогло успокоиться и настроиться на бой. Гарри укрепил свою решимость и, стиснув зубы, бросился на волосы и разрубил их. Василиск дёрнулся и встал на дыбы, обрушив свою массу на противника.        — И я тоже не проиграю! — закричал он, быстро поднырнув под удар и замахнувшись Годриком. Джасдеби просто вскинул руку и ударная волна откинула его прочь. Гарри в воздухе создал Феникса и, ухватившись за него, затормозил в каких-то сантиметрах от очередной скалы, не ударившись о неё опять.       Василиск бросился на открытых Ноев, но под змеем расцвела большая звезда, отчего тот рухнул как подкошенный. Он недовольно шипел и со своей высоты Гарри видел как сложно тому поднять голову. Цокнув, он отменил призыв и заставил Феникса петь, отчего Джасдеби заткнул уши.        — Раздражаешь! — закричал он, вновь создавая ударную волну. Феникс резко накренился и Гарри спрыгнул в последний момент на землю, пока была секунда.       Джасдеби продолжали атаковать Феникса, который отвлекал внимание, а сам Поттер измазал клинок в крови, больше по привычке, чем от нужды и бросился к Ною. Тот, заметив его, уклонился, а потом ухмыльнулся, так как оттолкнул голема на достаточно большое расстояние, чтобы не быть затронутым песней.        — Попался!       Вспышка света заставила Гарри двигаться так быстро, что можно было подумать об аппарации. И вовремя, потому что когда звезда материализовалась, лучи электричества затрещали в воздухе.        — Это было близко.        — Тц.       Гарри вновь создал Василиска, который метнулся к Джасдеби, но был откинут пинком и, пока Ной отвлекся, Феникс спикировал сверху совершенно бесшумно и тихо, вцепился в волосы и стал клевать лицо. Джасдеби закричал, пытаясь отбиться от птицы, а сам Поттер рванул к ним, замахиваясь Годриком, но противник сориентировался и умудрился уйти от всех трёх атак — Василиск заходил со спины. Хотя Гарри и не удалось ударить мечом, он смог пнуть Ноя ногами прямо в живот.       Джасдеби использовали свои волосы, чтобы закрыться от летевшего в них яда, а потом сделали из них десятки тонких колышек и с криком заставили их лететь в них. Василиск принял удар на себя и исчез, Феникс поднялся ещё выше из зоны доступа, а Гарри рухнул на пол, извернувшись под странным углом, но даже так на нём появилось несколько новых царапин, что исчезли под воздействием сил Миранды.       Ещё одна звезда появилась под ногами Поттера и тот только и успел, что создать Василиска, когда ток прошёлся по всему его телу. Он громко закричал, ощущая невероятную боль, сравнимую с круциатусом. Ему показалось, что это длится вечность, когда всё кончилось и он задымился. Боль была такая сильная, что не было возможности двигаться полностью, пока все раны не исчезли. Не хотелось даже думать о том, что будет после, но, возможно, после и не будет…        — Нравится? — издевательски спросил Джасдеби, когда Гарри приподнялся. Он увидел колья, пронзившие крылья Феникса и прибившие того к земле.       Волшебник ничего не мог ответить.        — Знаешь, это даже забавно. Твоя Невинность позволяет тебе создавать двух существ, тогда как мы можем создать что угодно. Разве это не ещё одно доказательство того, что Нои лучше людей? Лучше Невинности?        — Нои просто другие, — прохрипел Гарри, тяжело поднявшись. Фантомная боль гуляла по телу, даже когда его раны залечились. Было ли это то, что чувствовал Канда всегда? — Мир населён не только людьми. Не ставьте себя выше других.        — Но Нои выше других, — как само собой разумеющуюся заявил Джасдеби, положив руку на бедро. — Вот почему…       БАМ!       С хлопком Василиск обрушил свой хвост, вбивая зазевавшегося Ноя в землю. Змей поднял хвост и ещё раз опустил его, и ещё раз, создавая трещину и кратер под ним. Гарри отпустил Феникса и создал нового, отправляя его в небо.       Василиск полетел прочь от той силы, с которой Джасдеби откинул его. Теперь Ной не выглядел так хорошо и безупречно, и часть Гарри ощутила мстительное удовольствие от вида того, как на лице того появились ссадины, а одежда уже не была такой опрятной как в начале. Волшебник не стал сдерживать ухмылку и Джасдеби видел это.       С рычанием тот поднялся и бросился на Гарри, но тот был готов. В руках Джасдеби появился уже знакомый пистолет и Годрик натолкнулся на него. Поттер не стал ждать, встретившись взглядом с чужими золотыми глазами и быстро вцепился одной рукой одежду Джасдеби.        — Ой! — воскликнул тот, когда Гарри с силой ударил между ног Ноя. Глаза у того стали невероятно широкими, а голос высоким. — Какого чёрта?! Это же не по-мужски! — Он свел колени вместе.        — А я не рыцарь, — пропыхтел волшебник, вспомнив обвинение Роад, — это драка.       Он наклонился и ударил головой о лоб Ноя, одновременно оттолкнув руку с пистолетом. Быстро, Гарри ткнул по нескольким точкам, заставляя руку с пистолетом повиснуть без дела плетью.        — Экзорцист, — зашипел Джасдеби, напрягаясь и падая под весом тела Поттера. Феникс над ними вновь запел, даря чувство веры в сердце волшебника и головную боль Ною. — Мы убьём тебя!       Гарри тяжело дышал, но мысленно поблагодарил Мадарао за урок. Волосы Джасдеби ожили и кинулись оплетать его даже когда он корчился и не мог заткнуть уши, отчего захват получился не на шее, а на туловище. Ребра Гарри заскрипели и тот, понимая, что надо не дать Ною концентрировать на своей силе, вновь треснул лбом, на этот раз по носу. Послышался хруст.       Волосы Джасдеби оплели его руку с Годриком. Гарри заскрипел зубами и ещё раз ударил кулаком в лицо Ною, сидя прямо на нём и придавив ноги своими ногами. Стиснув челюсть, он сжал чужую свободную кисть так сильно, как только мог. Послышался хруст и, надавив ещё сильнее, Поттер сломал запястье Ною. Кровь полилась рекой.       Джасдеби закричал и забился под ним, одновременно регенерируя, но Феникс запел ещё оглушительнее, громче, заставляя свою жертву выть. Василиск кружил для удобного момента и подстраховки. Задыхаясь от напряжения, Гарри впился большим пальцем в рану, не давая действовать лечению, надавливая на кость и ломая её. Крови было так много, что и без того красное пальто Ноя окрасилось ещё больше.       Специально прикусив язык, Гарри сплюнул свою собственную ядовитую кровь прямо в рану, а потом закричал, когда волосы спеленали ещё сильнее, стискивая его ребра. Феникс спикировал ему на спину и принялся рвать пряди волос, но они становились только больше. Часы на талии подростка постоянно шли обратно, отматывая раны сразу же как они появлялись. Кости трескались и ломались постоянно, а потом восстанавливались, только чтобы быть сломанными вновь.       Джасдеби оскорблял его между криками, постоянно отплевываясь от всё новой и новой крови. Гарри потерял счёт тому, сколько раз разбивал своим легендарным лбом восстанавливающееся лицо Ноя. Тёмные вены яда ползли по искореженной руке, невидимые под слоем крови и одежды.       Вдруг, голова Гарри взорвалась от боли так неожиданно, что он закричал. Вайзли, это не мог быть никто кроме него. Это отвлечение внимание, обеспеченное другим Ноем на расстоянии, помогло Джасдеби, его волосы затянулись на нём и сбросили.       Гарри полетел прочь через всё поле, пробил спиной Графа, чуть не напоровшись на его меч и разбивая дуэль с Алленом, влетев в итоге в чьи-то руки. Часть подростка, которая ощущала связь с големами, чувствовала, как Василиск умудрился откусить Ною руку и отравить ещё больше. Феникс же вспыхнул и кинулся на ослабленную жертву, плавя кожу и одежду своим огнём.       Всё это было в отдалении. Поттер проморгался, замечая, что все Нои, даже Вайзли и странный чудак в балахоне, приступили к бою, а также что все экзорцисты присутствовали, разбросанные со своими противниками. Граф, ругаясь, поднялся и все уставились на новое действующее лицо. Гарри же пытался понять, кто его поймал. Раны залечились на нём и подросток смог задрать голову.       Это был знакомый человек в черной рясе с воротничком пастора, красный пиджак надет правильно на этот раз. За парой очков были расчетливые и пристальные светло-голубые глаза, а русые волосы причесаны волосок к волоску кроме челки. Он внимательно смотрел на поле боя, его аналитический взгляд задержался дольше всего на Аллене и Графе.        — К-Кардинал?! — в шоке воскликнул Поттер, заикнувшись от неожиданности. Он ощутил как мужчина обнимает его, прижав к себе и встав так, что со стороны казалось защитным положением. Чужие руки были невероятно горячими и ощущались даже сквозь потрёпанную одежду. — Что вы тут делаете?!       Сердце ещё больше нагрелось на подвеске Гарри.        — Всё хорошо, генерал Поттер, — мягко произнёс мужчина, утешительно, помогая парню встать, — не надо волноваться. Я же не мог пропустить такое собрание…        — Господин Кардинал, вам опасно находиться тут, — заволновалась Линали, спустившись с воздуха, где она дралась с Тики. — Вас могут убить!        — Не стоит волноваться, моя дорогая, — тепло улыбнулся Кардинал, но эта улыбка не коснулась его глаз. Быстро, он вновь перенёс всё своё пристальное внимание на Графа и Аллена, который выковыривал себя из пола. — В конце концов…       Кардинал снял очки и убрал их в карман пиджака, делая шаг вперёд и отталкивая Гарри за свою спину.        — Это моя работа — защищать Сердце. — Его внешность изменилась, будто бы рябь пошла по телу как у метаморфмага Тонкс. Его кожа была полностью белой как бумага с трещинками, чуть ниже на ключице светло-сиреневый крест по форме напоминающий такой же у Аллена. Белок глаз Кардинала стал красным, а радужка — сине-зеленой с бликом как у Невинности. Он был лыс: ни волос на голове, ни бровей, даже ресниц не было. Из одежды на нём были только брюки. — И никто не пройдёт мимо меня.        — Смелое заявление… — протянул Граф, полностью сосредоточившись на Кардинале, — Апокриф, защитник Сердца. Значит ли это, что Гарри Поттер является Сердцем?       Гарри вдруг ощутил себя ещё более неуютно, когда все взгляды скрестились на нем.