Синдикат Мира

Менаджери. Куо-Куана. Дом вождя.       Изумлённое хлопанье глаз, казалось было слышно по всей комнате. Тэнно это даже немного забавляло - ни один из четверых, сидевших вокруг стола людей не смог совладать со своим удивлением настолько, чтобы произнести что-то осмысленное. Лишь Гира, время от времени то открывал, то закрывал рот, словно намереваясь что-то сказать, но в последний момент отказываясь от этой идеи. - Что вы имеете в виду? - предельно вежливо произнёс наконец Корсак, нарушив повисшую в помещении тишину. - Вы ведь прекрасно понимаете о чём я, - глянул на него поверх чашки юноша. - Вы хотите сказать, что все монгрелы...мертвы? - медленно проговорил Корсак. - Именно, - кивнул Тэнно, сделав ещё глоток чая. - Вы видели единственную выжившую. - Прошу прощения, но я вам не верю, - с достоинством произнесла Кали. - Даже несмотря на то, о чём мне говорила дочь, вы всего-навсего один человек. Даже профессиональный охотник вряд ли справился бы с целым племенем. - Судя по тому, что я видел, для профессионала справиться с ними было бы несложно, если не брать в расчёт флору и фауну джунглей. Но я и не собираюсь вас переубеждать, - пожал плечами юноша, подливая себе ещё чая. - Верьте во что хотите. Присутствующие обменялись взглядами. - Почему ты это сделал? - глухо прорычал Гира. - У меня были причины - подул на обжигающе горячий напиток Оператор. - Монгрелы не должны были существовать. Это была ошибка и я её исправил. - Почему ты решил, что ты вправе... - начал было вождь. - Потому что это было моё дело и моя ответственность, - прервал его юноша. - Боюсь, если я начну рассказывать о причинах, побудивших меня сделать это, то это займёт весь день и потребует от вас поверить в кажущееся невозможным, поэтому я не стану вас убеждать. Но, кое-что я у вас всё же спрошу. - Что же? - спросила Кали, пока юноша осторожно прихлёбывал чай. - Вы в курсе, что монгрелы были каннибалами? - в лоб задал вопрос Тэнно, пристально глядя на всех присутствующих. Судя по вытянувшимся лицам и высоко взмывшим бровям фавнов, эта новость стала для них неожиданностью. Даже Корсак и Феннек ошеломлённо переглянулись. - Это... Подтверждённая информация? - кое-как сформулировал последний. - Да, - кивнул Тэнно. - Я лично присутствовал на их "кухне" и видел процесс в подробностях. Если у вас изредка без вести пропадали жители, возможно, они видели то, что им не следовало или попросту наткнулись на голодных дикарей.       Феннек странно икнул, словно сдерживая рвотный позыв. Его брат остался почти невозмутим, но слегка дёрнувшаяся щека давала понять, что это далось ему нелегко. Гира грузно опёрся о стол и, сцепив руки в замок, задумался. Кали, вновь вскинувшая руку ко рту, медленно опустила её и ровным голосом произнесла: - Это и было причиной их уничтожения? - Одной из, - кивнул юноша, вновь ставя чашку на стол. - Надеюсь, их уничтожение не доставит вам проблем? - Нет, - сказал Гира, поднимая на него взгляд. - Мы вполне можем обойтись без их товаров. - Но, ваша светлость, обучение новобранцев... - начал было Корсак. -...смогут продолжить уже прошедшие курс выживания, не так ли? - в упор посмотрел на него вождь. Албейн-старший бросил быстрый взгляд на брата и склонил голову в знак согласия. - Тогда перейдём к волнующему меня вопросу, - перевёл Гира взгляд на Оператора. Тот вежливо приподнял бровь. - Обладая силой, способной, уничтожить целое племя, вы становитесь угрозой для любой расы и фракции нашего мира, - начал Белладонна. - Наслышан, - махнул рукой юноша, беря из мисочки печенье. - Не утруждайтесь, повторяя то, что мне уже известно. Вы практически дословно копируете генерала Айронвуда. - Хотите сказать, что он в курсе? - прищурился Гира. - И он, и другие, - не стал называть конкретных имён Тэнно. - Между нами нечто вроде договора о ненападении, так что опасности для вас я не представляю. Более того, я обещал помощь в известном вам плане. - Вы и про это знаете... - задумался вождь. - Что ж... - О каком плане идёт речь? - навострил уши Феннек. Гира лишь покачал головой, показывая, что сейчас не до этого, а Тэнно вновь потянулся к чашке. Кали загадочно улыбнулась, и это заставило братьев вновь переглянуться. - Ваша светлость, - заговорил Корсак. - Если дело касается фавнов, мы, как представители Белого Клыка, со всем уважением, обязаны... - Я бы предпочёл, - без всякого уважения прервал его Оператор. - Чтобы вы, как представители Белого Клыка, всё же передали моё предложение Сиенне Кан. Это избавит нас от многих проблем в будущем. Феннек нахмурился, собираясь сказать что-то резкое, но брат жестом остановил его, и задумчиво посмотрел на безмятежно потягивающего чай юношу.       Карие глаза встретились со льдисто-голубыми - и тут Корсак ощутил невероятной силы давление. Его словно сунули под медленно, но неумолимо опускающийся пресс. Кости фавна захрустели, ломаясь и крошась, внутренние органы с тихим чвяком лопались один за другим, пронзая тело чередой вспышек ужасной боли - но Корсак не мог ни заорать, ни оторвать взгляд от струящегося из глаз загадочного юноши чистого ужаса... Сколько это продолжалось, Албейн-старший не знал - вряд ли долго, хотя субъективно для него прошли часы нестерпимых мук. Но, в какой-то момент, Тэнно моргнул, и наваждение прошло. Глаза юноши вновь выглядели как прежде, а весь залитый потом фавн еле удержался от того, чтобы не рухнуть и не начать корчиться от...боли? Стоп, что? Никакой боли он не чувствовал! С его телом всё было в порядке, если не принимать во внимание трясущиеся руки и взмокшую от пота одежду. Но что тогда это было?! - Благодарю за чай и за то, что возьмёте на себя ответственность за малышку, мисс Белладонна, - поднялся тем временем Тэнно. - А мне пора. Господа, - обратился он к Корсаку и Феннеку. - Надеюсь, вы передадите мою просьбу. Албейн-старший смог только кивнуть - на большее он пока не был способен. Младший брат удивлённо вытаращился на него. - Мистер Белладонна, - повернулся он к вставшему на ноги, и нависшему над ним укутанной в пурпурные меха скалой, фавну. - У вас чудесный остров. Я желаю ему процветания, особенно теперь, когда у вас появились некоторые...возможности. Будем надеяться, что план, исполнения которого мы ждём, удастся. - Взаимно, - медленно проговорил Гира. - И передайте привет Блэйк, - сказала Кали, вставая рядом с мужем. - Напомните ей пожалуйста, что мы ждём её на каникулы. - Хорошо, - кивнул Тэнно, принимая её осведомлённость как должное, в то время как Гира изумлённо на неё покосился. Сделав ручкой, юноша исчез. В режиме Бездны он рывками пронёсся над Куо-Куаной, к одинокой скале у моря, где его ожидал "Лисет", измазанная кровью и ядом Гаруда, и найденный в селении монгрелов артефакт.       Очнувшийся от своих мыслей Гира, взглянул на поднимающихся на ноги братьев: - Господа, я вас больше не задерживаю. - До свидания, ваша светлость, - склонились те в поклоне, причём Корсаку это далось сложнее, но виду он не подал. Едва ошеломленные братья покинули дом вождя, как фавн-пантера повернулся к жене: - Милая, ты не хочешь мне объяснить, что это только что было? И при чём здесь наша дочь? - Всё очень просто, дорогой, - начала собирать посуду женщина. - В одном из наших разговоров по видеосвязи, Блэйк как-то сказала, что если у нас вдруг появится странно одетый юноша, то лучше не стоит считать его врагом, иначе будет хуже для всех. Я тогда подумала, что она просто пошутила, но учитывая то, что она отказалась от подробностей и теперешнее его появление, всё серьёзнее некуда. - А учитывая ещё и то, что ему известен план Озпина... - задумчиво погладил бороду Гира. - Да ещё и это якобы уничтожение монгрелов... Это демонстрация силы, запугивание или часть плана, о которой мы не знаем? И муж с женой затеяли молчаливый разговор взглядами. Королевство Вейл. Арена Колизея Согласия. День начала турнира.       Едва площадка с квартетом директоров выплыла в центр арены, профессор Озпин раскинул руки, словно собираясь обнять весь стадион, и произнёс: - Дамы и господа! Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на двадцатый турнир Фестиваля Вайтела! Трибуны в ответ взревели, маша флажками, флагами и самодельными плакатами с различными подбадривающими надписями. Айронвуд, Блэкдог и Лайонхарт приветственно замахали в ответ, дожидаясь, пока поутихнут аплодисменты. Как только уровень шума снизился до приемлемого, Теодор продолжил: - Как всем известно, турнир Фестиваля Вайтела традиционно проводится каждые четыре года в одном из королевств, в честь окончания Великой Войны и начала эры мира. - Также, он демонстрирует, что союз человечества нерушим, - веско произнёс, как обычно стоявший оловянным солдатиком с убранными за спину руками Айронвуд. - И ему не страшны любые распри. - Однако, - широко улыбнулся Лайонхарт, заставив этим хорошо знавших его людей, удивлённо поднять брови. - Похоже, что мы начали забывать об истинном значении этого праздника, а это неприемлемо! Поэтому мы, ответственные за мир в королевствах, решили напомнить вам об этом.       Трибуны озадаченно притихли. События развивались не по ожидаемому сценарию, и это было как минимум странно. Трое человек, сидевших в секторе отобранных для участия в турнире, обменялись мрачными взглядами - им это не нравилось. - Все вы знаете, кто наш основной враг, - заговорил Озпин, убедившись, что внимание стадиона приковано к ним. - Существа гримм. Монстры, привлекаемые излучаемым нами негативом, не щадящие никого и ничего, что имеет хоть малейшее отношение к человеку. Однако, невзирая на это, мы, люди, умудряемся устраивать конфликты между собой. И, когда я говорю "люди", я имею в виду всех людей, вне зависимости от того, есть ли у них анималистические черты. Стадион заволновался и загудел. - И эти конфликты на почве расовой принадлежности, - продолжил Айронвуд. - Осложняют работу охотников и приводят к многочисленным жертвам среди людей. Число наших врагов растёт, гримм становятся сильнее, а охотники - всего лишь люди, и они работают на пределе своих сил и возможностей. - Академии, за исключением Шейда, обычно не вмешиваются в жизнь королевств, занимаясь охраной их жителей, - заговорил Лайонхарт. - Но времена меняются и нам приходится меняться вместе с ними. - И потому мы, квартет директоров Академий, объявляем об изменениях в их политике, - отчеканил Озпин. - С этого дня, любое проявление дискриминации в стенах Академий будет разбираться и строго наказываться. Стадион загудел, обмениваясь мнениями. - Чтобы жертвы дискриминации не боялись говорить, и не злоупотребляли своими правами, - заговорил Айронвуд. - Чтобы люди с анималистическими чертами не боялись идти в боевые школы и Академии, разбирать их дела будут ответственные ученики старших курсов. Ребята, покажитесь! На трибунах вразнобой встали множество студентов всех четырёх Академий: парни и девушки, люди и фавны. Объединяло их одно - исполненный чувства собственного достоинства прямой, спокойный и уверенный взгляд и голубая повязка на левой руке, с нарисованным на ней расправившим крылья белым голубем. Саймон Сукеро расплылся в улыбке, глядя на вставшую двумя рядами впереди Коко Адель, с такой же повязкой - он не сомневался, что она не останется в стороне и радовался что не ошибся. - Это будет им дополнительной практикой, - закончил свою мысль генерал. - Она пригодится тем из них, кто будет сотрудничать с полицией, да и вообще будет ценным опытом. Ведь всё помнят, что охотник - это олицетворение четырёх основополагающих вещей: Мужества, Силы, Чести и Милосердия! Стадион загудел вновь, оживлённо обмениваясь мнениями. Преобладали скорее восторженные восклицания, но хватало и скептических, а то и откровенно враждебных. Однако, по большей части, люди отмалчивались или кричали, что пора бы и турнир начать, а не болтать тут. Стоявшие посреди всего этого хаоса студенты с повязками, ни словом ни жестом не реагировали на творящееся вокруг, продолжая уверенно и спокойно смотреть на арену. Остальные учащиеся Академий также разделились на три лагеря - тех, кто откровенно радовался подобным нововведениям, тех, кто кричал оскорбления и возмущался, прикрываясь шумом толпы, и тех, кто попросту отмалчивался, как например команда CRDL. Выждав пару минут, и видя, что шум не собирается утихать, Озпин поднял трость, подав условный знак звукорежиссёру, и тот увеличил громкость его микрофона: - А чтобы вы не задавались вопросом, почему мы рассказываем об этом на Фестивале Вайтела, я, от лица всех директоров Академий, заявляю, что, если эта инициатива себя оправдает, то она будет принята во всех четырёх королевствах на законодательном уровне, и возложена на плечи уже профессиональных охотников!!! Стадион зашумел и загомонил ещё сильнее, но всё же его перекрыли усиленные на максимум голоса четверых директоров: - С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ МЫ ПРОВОЗГЛАШАЕМ ОСНОВАНИЕ СИНДИКАТА МИРА!!! Королевство Вейл. Лес Вечной Осени.       Несколько раз поменяв направление, и поплутав по лесу, девушка в плаще с накинутым на голову капюшоном, наконец удостоверилась, что за ней никто не следит. Контрольное ожидание в засаде тоже ничего не дало - если кому-то действительно понадобилось за ней проследить, то этот кто-то был очень опытен, и ничем не проявил своего присутствия. Облегчённо вздохнув, девушка вылезла из кустов и двинулась вперёд - на этот раз в правильном направлении. Она бывала тут всего раз или два, но ориентировалась довольно неплохо. Несколько раз, слыша настораживающее шуршание в кустах, она клала руку на рукоять своего странного оружия, готовясь одним движением сбросить плащ и вступить в бой. Но обошлось - если гримм и были неподалёку, то одинокой путницей они не заинтересовались.       До нужного ей места, в чаще леса, оставалось не так много, и девушка, не замедляя шага, скинула лямку рюкзака и, расстегнув среднее отделение, достала из него белую костяную маску на пол-лица. Привычным движением скрыв лицо под ней, она откинула капюшон, и мотнула головой, высвобождая спрятанные под ним, собранные в высокий, изгибающийся полумесяцем конский хвост, волосы. - Стоять! Ни с места! - прозвучал откуда-то сбоку грубый голос. Девушка покосилась туда и медленно подняла руки, демонстрируя пустые ладони: - Свобода и равенство, брат. - Равенство и свобода, сестра, - спустя некоторое время прорычал часовой, опуская выглядевшую игрушечной в его ручищах, винтовку. - Откуда ты? - С Менаджери, - ответила девушка, плавно опустив руки, но держа их на виду. - Адам Таурус приказал мне прибыть сюда как можно быстрее, и вот я здесь. - Где лагерь знаешь? - Бывала пару раз, думаю найду. - Серджио тебя проводит, - кивнул на соседние кусты так и не представившийся фавн. Ветки раздвинулись, и оттуда, бесшумно вылез ещё один член БК. Ленивая грация, сквозившая в каждом его движении, выдавала его принадлежность к рептилиям, хотя, во внешности ничего змеиного не наблюдалось. - За мной, - спокойно проговорил он. В его голосе не слышалось угрозы, но холодок по спине девушки всё равно пробежал. Молча кивнув, она двинулась за ним.       Лагерь встретил её шумом десятков голосов. Фавны возбуждённо переговаривались между собой, временами переходя на крик. Самые конфликтные время от времени пытались схватиться со своими оппонентами врукопашную, но их тут же растаскивали, и гвалт повисал в воздухе с удвоенной силой. "Ещё немного, и они возьмутся за оружие!" - мелькнуло в голове у девушки, и она немедленно двинулась к игравшему роль трибуны возвышению в центре лагеря. Вот только, на него уже кто-то взобрался. При виде его, у девушки перехватило дыхание - чёрный костюм с белыми и красными узорами, символизирующими увядающую розу; белая, как у неё, костяная маска, но украшенная более сложным орнаментом! Это же..! - Ад..! - начала было она, но запнулась на полуслове. На поясе этого фавна висели перекрещенные топоры-пистолеты, а не привычный её взору дуэт Уилт\Блаш. Осознание этого факта, заставило её сжать зубы так, что скулы свело. - Тит Магнус! - прошипела она себе под нос, еле удержавшись, чтобы не сплюнуть. - Братья и сёстры! - крикнул тем временем Тит. - Минуту внимания! Фавны, всё ещё бурча себе под нос и отпихивая друг друга локтями, постепенно собрались вокруг холмика, на котором стоял второй заместитель командира вейловского крыла БК. Хотя, сам себя он называл просто заместителем, что, учитывая ситуацию с Фаустом, вполне имело место. В отсутствие Адама, на Магнуса легла забота о крыле, и он, в принципе справлялся. Пока что. - Братья и сёстры! - заговорил Тит, дождавшись, пока собравшиеся слегка притихнут. - Я понимаю, что многие, если не все, слышали речь директоров Академий и потому находятся в смятении. Я постараюсь прояснить для вас сказанное, чтобы у вас не осталось никаких сомнений. Прежде всего, люди ясно дали нам понять, что преследуют собственные цели. Их не интересует наша борьба! Они не хотят равных прав для людей и фавнов! Всё, что им нужно - это лишь очередное облегчение их жизни за наш счёт! Далее, они показали, что собираются загребать жар чужими руками - ведь судить, а точнее заниматься самосудом, будут их пешки. Можно ли им верить? Нет! Будут ли они объективны? Нет! Будут ли они выгораживать своих? Да! Всё, что мы слышали, - лишь жалкая попытка обесценить нашу борьбу и заставить нас сложить оружие! - А что насчёт того, что они запретят дискриминацию на законодательном уровне? - выкрикнул кто-то из толпы. - Очередная ложь! - лёгким взмахом руки отмёл подозрения Тит. - Всем известно, что охотники никогда не будут вмешиваться в политику, ведь в таком случае они будут подчиняться Совету и не смогут творить что хотят! Поэтому, всё это - лишь пыль в глаза, шумиха, чтобы подогреть ажиотаж турнира! Помните, братья и сёстры, мир, которого мы желаем, наступит только, если мы будем сражаться за него! И я надеюсь, что вы все понимаете это! - Кроме того, - вдруг подала голос новоприбывшая. - Не забывайте, что охотники наши главные враги! Нельзя верить их сладким речам, пока они не начнут подкреплять слова действием! Помните, что охотники работают на того, кто больше платит, а значит говорить это им выгодно! Изменится наниматель - изменятся и их речи! Поэтому, не теряйте бдительности, братья и сёстры! Белый Клык выстоит и будет сражаться до конца! Свобода и равенство! - вскинула она сжатую в кулак руку. - Равенство и свобода! - нестройно прогудели фавны, также вскинув руки в салюте. Видя, что Магнус спускается с возвышения, остальные фавны тоже начали расходиться, оживлённо переговариваясь между собой. Напряжение ещё оставалось, но до драк уже не доходило. Магнус нашёл глазами так прекрасно дополнившую его речь девушку и поманил её пальцем. Та высокомерно фыркнула и, сложив на груди руки, не сдвинулась с места. Тит поджал губы, и, развернувшись, прошёл в штабную палатку. Едва он скрылся за пологом, девушка тяжело вздохнула, глянула по сторонам, как бы ища поддержки, и всё же двинулась за ним. - Илия Амитола! - услышала она, переступив порог палатки. Тон, которым это было произнесено, не оставлял сомнений в том, что говоривший предпочёл бы видеть её в канализации среди крыс, но никак не здесь. - Зачем ты здесь? Не припоминаю, чтобы я тебя вызывал, - продолжал одетый как Адам фавн. У Илии аж слюна во рту вскипела, до того ей захотелось плюнуть ему в морду, но, сделав над собой могучее усилие, она сдержалась. - Тит Магнус! - снисходительно, словно умудренная годами женщина к непослушному малышу, обратилась она к нему. - Когда же ты наконец поймёшь, что существует мир за пределами лужи, в которой ты живёшь? Заместитель Адама снял с лица маску, и Илия увидела его налитые кровью глаза. В прошлом она неоднократно проезжалась насчёт того, что фавновских черт в Магнусе больше чем человеческих, и, похоже, была недалеко от истины. В отличие от лидера, Тит всегда готов был ринуться напролом, словно бык, которому помахали красной тряпкой. Не в последнюю очередь именно эта черта и мешала ему стать кем-то более значимым, чем второй заместитель. - Что ты тут забыла, лакмус ходячий? - набычившись, прорычал он. - Я здесь по приказу лидера, подражатель несчастный! - не осталась в долгу девушка. - О, вот как? - зловеще усмехнулся Магнус. - Ну тогда у меня для тебя хорошая новость! Илия нутром следопыта-диверсанта почуяла, что ничем хорошим это ей не грозит и внутренне подобралась. - Так как наш доблестный лидер пока что отсутствует, я исполняю его обязанности! - выпрямился Тит. - А значит, ты поступаешь в полное моё распоряжение! Увидев, как скривилось лицо Илии, фавн расхохотался. Смеялся он долго, до слёз, и всё никак не мог успокоиться, ибо каждый раз, бросая взгляд на лицо девушки, он разражался новой порцией хохота. Взявшей себя в руки Илии, это в конце концов надоело и, решительным шагом подойдя к нему, она схватила его за грудки́, и как следует тряхнула: - Не зазнавайся, тряпка половая! Что значит "лидер временно отсутствует"?! Где Адам?! - Охренела, мразота болотная?! - рявкнул Магнус, сбрасывая её руки. - Ты как со старшими разговариваешь? - Пасть закрой, бородавочник неполноценный! - не осталась в долгу девушка. - Я тебе не подчиняюсь, и никогда не буду! Ещё раз спрашиваю, где Адам, чудило?! Кожа на лице Магнуса начала стремительно багроветь. - Ты забываешься, сучка! - прорычал он, невероятным усилием воли удерживая себя в руках. "Переборщила", - с досадой подумала Илия. Весь цимес был в том, чтобы удерживать Тита на грани срыва, наслаждаясь его бессильной злобой. Но сейчас стоило снизить накал страстей, иначе Магнус может не сдержаться, и продемонстрировать, почему его за глаза называют Красным. Какого бы низкого мнения о нём Амитола не была, его боевые навыки она не недооценивала - вспорет сверху донизу и выпотрошит, причём попытки сопротивления только больше его раззадорят. Недаром Адам доверял ему силовые акции, пусть и чётко прописывал все требуемые от него действия, дабы Магнус не натворил лишнего. - Ладно, ладно, - подняла она руки. - Спокойно, Магнус. Извиняюсь и больше не буду. Так что с Адамом? - Точно не знаю, - отозвался постепенно начинавший приходить в себя Тит. - Тебе лучше спросить доктора Маркуса. Насколько я понял, лидер исчез у него на глазах. А нам пока было не до того - мы ликвидировали последствия заражения. - Заражения? - эхом повторила Илия и её глаза расширились от удивления. - Да я хз как это по-другому назвать, - грузно опёрся о стол фавн-бык. - Но из-за этого несколько наших ребят на куски разлетелись, так что заражение - и всё тут. - Подробности ты мне конечно не расскажешь, - с сарказмом в голосе сказала Амитола. - Попросила бы нормально - может и рассказал бы, - поднял на неё мрачный взгляд исподлобья Тит. - А так - к доктору вали, он тебе всё объяснит. Илия постояла, собираясь с мыслями, потом коротко вздохнула и двинулась к выходу из палатки. Откинув полог, она обернулась: - А ты не изменился, Магнус. - Я тоже рад тебя видеть, - хмыкнул тот. - Козла кусок, - фыркнула Илия, отворачиваясь и выходя наружу. - Моча ослиная! - раздалось ей вдогонку. И если бы наблюдавший за этим, мог бы находиться в двух местах одновременно, он бы увидел, как на лицах обоих появились тихие улыбки. Королевство Вейл. Коммерческий район. Отель «Премьер Палас». За день до начала турнира.       Летя к земле, под аккомпанемент собственного визга и взволнованных криков собравшиеся снизу толпы, девушка на секунду задумалась - может действительно не стоило лезть на рожон, а прислушаться к советам остальных? Но ведь медлить было действительно нельзя! И раз желаемого было не добиться обычным способом, то оставался только этот путь. Он и привёл её на узкий карниз между окнами зданий отеля...       Фестиваль Вайтела был в разгаре, а в номерах группы царило уныние. Упадок духа чувствовался во всём - в вымученных улыбках, в раскиданных, как попало, вещах, в наметившейся среди членов группы лёгкой отстранённости. Даже отыграв несколько репетиций, "Achieve Men" продолжали пребывать в подавленном настроении. Причина всего этого, была одна - Лидер. Юноша, с того приснопамятного дня, как Эпстайн О'Брайен попал в больницу, заперся в своём номере и не отвечал никому. А между тем, приближалось открытие турнира. Заместитель менеджера Деррек Найн, уже собирался плюнуть на скандал, грозивший возникнуть, если он прикажет выломать дверь в его номер, ибо если группа не появится на открытии турнира, последствия будут гораздо более серьёзными, и вытащить этого хикку за шкварник обратно на сцену. Но остальные члены группы, пока удерживали его от этого шага, слёзно упрашивая дать Лидеру ещё немного времени. Сами они, в то время, когда не предавались мрачной меланхолии и не приносящим радости репетициям, ожесточённо спорили на тему "Как выковырнуть Лидера из консервной банки его комнаты, и вернуть его в строй". Но решений - нормальных, имелось в виду, - на горизонте не виднелось. На стуки в дверь и зов, Лидер не отвечал, обслуживание в номер не заказывал, погулять не выходил, окна не открывал. Встреча с лежавшим в больнице О'Брайеном, хоть и принесла некоторое облегчение, но панацеей не стала - отсутствие Лидера тот, разумеется заметил, и, хоть и интерпретировал его по-своему, легче от этого не было. Вот и сейчас, пока на столе остывал нетронутый чай, а Клайв баюкал бутылочку пива, все члены группы сидели по разным углам "люкса", ломая голову над этой проблемой. - Может всё-таки позвать персонал и выбить дверь? - спросил Авэйк, не отрывая взгляда от собравшейся у отеля толпы репортёров и папарацци. - Мистера О'Брайена это добьёт, - покачал головой Клайв, отставив недопитую бутылку. - Но не можем же мы просто сидеть и ждать? Выступление на носу, а нашего лид-вокалиста не видать, - раздалось из угла, где, нахохлившись, сидел Твист. - Может всё-таки попробовать ещё раз уговорить его? Ну, сквозь дверь! - предложил в кои-то веки ненадолго оставивший в покое гитару Твизз. Начавшееся в коридоре нездоровое шевеление, закончившееся стуком в дверь, заставило его прерваться. Клайв, как сидевший ближе всех, покинул кресло и открыл дверь - да так и застыл на пороге. Остальные члены группы, переглянувшись, подтянулись к нему и также выглянули в коридор, образовав своими головами нисходящую композицию. Возле "люкса" Лидера, собралась группа людей в форме обслуживающего персонала гостиницы. Все они негромко спорили, некоторые сжимали в руках огнетушители, а один из них, с нашивками метрдотеля, с кем-то ругался по свитку. - Что здесь происходит? - вопросил Клайв. Группа повернулась к нему, но ответил стучавший: - В этом номере сработали пожарные датчики. Существует угроза возгорания, поэтому просим вас спуститься вниз. - Мы не уйдём так просто! - возмутился Авэйк. - В том номере наш друг! - Он не отвечает на вызовы по внутренней связи и не реагирует на стук в дверь, - повесив трубку, присоединился к разговору мрачный метрдотель. - Замок, похоже, сломан, универсальный ключ не срабатывает, а наш специалист опять... Аргх, неважно. Придётся ждать пожарных. Так что, ради вашей собственной безопасности, просим вас спуститься на нижние уровни. Из-под двери показалась узкая полоска дыма. - А если выломать дверь? - предложил Твист. - Ты её толщину видел? - урезонил его Клайв. - Чем ты её выломаешь? - Но ведь надо что-то делать! Нельзя же сидеть просто так! - воскликнул Твизз. - Что думаешь, Луна? Луна?! Луна!!!       Девушка кинулась к окну, раздёрнула шторы и сдвинула вниз задвижки, впустив в номер по-осеннему свежий воздух. - Хватит с меня! - громогласно заявила она, сбрасывая ботинки на толстой подошве. - Можно до самого вечера сидеть и гадать, а нужно всего лишь добраться до него! - Луна, что ты делаешь?! - крикнул Авэйк. - То, что нужно было сделать с самого начала! - откинула за спину свои огненно-рыжие волосы девушка, вставая на подоконник. - Стой! Не смей! - в едином порыве рванулись к ней все члены группы. - Стоять! - приказала она, обернувшись. - Попытаетесь меня схватить - и я могу вывалиться. Юноши замерли как вкопанные. Зато толпа внизу зашевелились, загудела, нацелила камеры и свитки, принялась обмениваться мнениями. Корреспонденты выходили в прямой эфир, торопясь сообщить новости, и лишь немногие вызвали полицейских и спасателей. Ступни девушки, в оранжевых носочках с плюшевыми мишками, нащупали узкий карниз под подоконником, и она ловко на него соскочила. Удерживаться на стене, украшенной различными узорами, было несложно, и Луна храбро двинулась вперёд, навстречу струящемуся из-за угла столбу дыма. Ребята наблюдали за ней с му́кой на лицах, наперебой предлагая свою кандидатуру, только пусть она вернётся. Но, в душе, все они понимали, что если девушка что-то вбила себе в голову, то она не отступит. Так и получилось - уверенно перебирая руками и ногами, Луна двигалась вдоль стены, постепенно приближаясь к углу здания. Каждое её движение сопровождалось приглушёнными комментариями и восклицаниями собравшихся снизу зевак. Вот наконец и угол отеля. Первое окно за поворотом - это "люкс" Лидера. Осталось всего ничего.       Луну подвела совокупность факторов - ноги, в тонких носках, занемели от соприкосновения с ледяным каменным карнизом; узор на стене за поворотом оказался скользким, и сильный порыв ветра, неожиданно налетевший на девушку, расслабившуюся в предвкушении скорого конца своей рискованной вылазки, довершил начатое. Рука соскользнула, ноги не удержались на узком выступе - и, оглушительно визжа, Луна отправилась в свой последний полёт. Толпа внизу ахнула - кто-то схватился за камеры и свитки, торопясь запечатлеть её жёсткое приземление, кто-то кинулся вперёд, в отчаянной и безнадёжной попытке помочь, но большинство попросту замерло на месте, в шоке наблюдая за её падением. - С места событий, наш специальный корреспондент Сирил Тесаньют, - произнесла Лиза Лавендер, украдкой почесав зудящую ногу. Она ещё раз мысленно прокляла себя за решение надеть сегодня юбку-карандаш - мало того, что походка у неё стала похожа на то, будто она из последних сил пытается досеменить до туалета, не расплескав содержимое желудка, так ещё и юбка сама по себе настолько тесная, что под ней всё потеет и чешется. Но, в следующую секунду она и думать забыла о распроклятом зуде. - Здравствуйте, Лиза, - произнёс Сирил, глядя в камеру. - За моей спиной находится отель "Премьер Палас", где остановились, предположительно прибывшая на гастроли известная рок-группа "Achieve Men". Их менеджер, Эпстайн О'Брайен, недавно попал в больницу, при невыясненных обстоятельствах, однако это не единственная, связанная с ними новость за последнее время. В данный момент, их бас-гитарист, известная под псевдонимом "Луна", вылезла на парапет и пытается добраться до соседнего окна. Возможно, это проявление гражданского долга, или же там находится один из членов группы, нам пока неизвестно... В этот момент толпа дружно ахнула, а от здания отеля послышался визг. Сирил обернулся, и единственным, что он успел выкрикнуть, было: - Она падает!!! - НЕТ!!! - в едином порыве вскричали ребята, протягивая к Луне руки и чуть не отправившись за ней следом, машинально рванувшись вперёд.       Однако, мечтам репортёров о сенсации, не суждено было сбыться - не успела девушка пролететь пары этажей и в полной мере осознать приближающуюся смерть, как её подхватили чьи-то руки, а знакомый голос произнёс над ухом: - Надеюсь, я не прервал какой-либо местный обычай? Трясущимися от страха и адреналина руками, Луна крепко вцепилась в своего спасителя и замотала головой - и чтобы отбросить упавшие на лицо волосы, и отвечая на вопрос: - Н-нет... я... Произнеся первые слова, девушка осознала, насколько дрожит её осипший от визга голос и замолкла, продолжая сжимать в кулаках ткань одежды своего спасителя. Стоп. Этот голос... Он показался ей до боли знакомым. Сдув чёлку со лба, Луна подняла голову и оказалась практически лицом к лицу с Тэнно. - Это ты! - тихо выдохнула она. - Слава богу! Я... Я думала, что умру! - Я тоже так подумал, и потому оказался здесь, - ответил юноша, на чьём лбу выступили капельки пота. - Так как тебя угораздило? - Точно! - ахнула девушка. - Там Лидер! Он..! Луна закашлялась, но Тэнно этого хватило - он задрал голову, взглянул на окно, из которого шёл дым и вновь на девушку: - Перехватись-ка поудобнее, - велел он ей. - А то я физически не очень силён. Луна кивнула, осторожно спустила ноги с его руки, приняв вертикальное положение, и махнула рукой ребятам, обрадованно замахавшим ей в ответ. В следующее мгновение, обхватившая её талию рука Тэнно сжалась, и девушка на секунду испытала приступ головокружения и дезориентации, пока её тело, по воле юноши, продёргивали сквозь Бездну. Оказавшись этажом выше, юноша не стал долго думать, а попросту сложил руки перед собой, инициируя Хлопок Бездны.       Всё было плохо. Ужасно. Отвратительно. С той самой поры, как за ним захлопнулась дверь номера, на него словно помрачение нашло. Писать... Писать... Пока не кончатся чернила! Пока не отвалятся руки! Пока мозги не вскипят! Нужно написать песню, что станет их козырем в споре с Лизой Хейли! Он и только он втянул ребят в этот дурацкий спор, совершенно не думая об их чувствах и желаниях, и о том, с кем он спорит и зачем. Просто повёл себя как ребёнок! Он понимал, да, что ребята, скорее всего, думают так же; что помогут ему и слова не скажут, и что они, не меньше него, хотят указать этой заносчивой суке её место. Но именно он заварил эту кашу! А значит, только он и должен найти выход! Дело не в доверии, дело в самоуважении! Ребята безоговорочно признали его своим лидером, а значит, на нём лежит огромная ответственность! Вот только... Вот только всё было без толку. Он исписал три запасных блокнота, две найденных среди вещей тетради; пытался писать на салфетках и даже на туалетной бумаге. В конце концов, в ход пошли стены номера. Он совершенно не задумывался о последствиях, всё его существо сейчас охватывала неутолимая жажда творения. Буквы складывались в слова, слова в предложения, а предложения заканчивались рифмами. Рифмы, рифмы, рифмы!!! Всё не то... Не то! Не так! Лучше! Ярче! Пронзительней!       Однако, чем больше он старался, тем сильнее его охватывало чувство сомнения в собственных силах. Поначалу еле-еле скрёбшее коготками по краю его сознания, оно крепло с каждой неудачной попыткой, увеличиваясь в размерах, и давя собой отчаянно сопротивлявшуюся музу. Постепенно, когда сомнения превратились в неверие, ментальная нагрузка переросла в физическую. Она словно приняла форму тёмного болота, медленно засасывая юношу в свою трясину и вытягивая из него силы, пока маркер не выпал из ослабевших пальцев. Более не сопротивляясь заполнявшей его пустоте, он сел на пол, тупо уставившись на вырванные листки из блокнотов и тетрадей, и размотанные рулоны бумаги и салфеток. Медленно, сам не понимая зачем, он механическими движениями сгрёб в одну кучу измятые, а местами и порванные, свидетельства своей некомпетентности, и некоторое время, просто смотрел на них, покачиваясь из стороны в сторону. Разум его попросту опустел. Просидев так неопределённое время, юноша медленно, словно ленивец, потянулся рукой под стол. Там валялся забытый кем-то спичечный коробок с издевательски яркой этикеткой. Нащупав продолговатую коробочку, он поднёс её к уху и потряс. Коробок издал слабое шуршание - спичек в нём явно осталось мало. По-прежнему тупо глядя перед собой, Лидер вылущил оттуда тонкую деревянную палочку, и, чиркнув, поднёс к глазам. Яркий колеблющийся огонёк на её кончике гипнотизировал. Если бы он был чуть более темного оттенка, он напоминал бы огненно-рыжие волосы Луны... При воспоминании о ней, внутренности юноши словно скрутила невидимая рука. Кисть дрогнула, пальцы разжались, и спичка, подрагивающим огоньком упала на кучу исписанной бумаги. Пипифакс сразу занялся, и пламя весело побежало по испачканными чернилами страницам. Посмотрев на разгорающийся костёр, он немного отодвинулся. Рассудок, где-то на задворках сознания, кричал, что нельзя жечь бумагу на ковре в гостиничном номере, ведь это чревато проблемами. Но крик этот был едва слышен - в голове Лидера туда-сюда металась одна мысль: Что же делать?! Эти три слова, словно мячи-прыгуны, попеременно отскакивали от зеркальных стенок его черепа, создавая мечущееся эхо и ещё больше обессиливая юношу. В конце концов, он лёг на пол и, кое-как достав из кармана плеер, вставил в уши бусины наушников, стремясь перечеркнуть свои размышления лавиной звуков. Я терпел Ту боль и этот вздор, Не отводи свой взгляд - Я не терплю игнор! Спасибо, Джаспер, ты очень помог...       Минуло несколько песен, пустота внутри юноши постепенно заполнялась. Однако, он продолжал лежать не шевелясь, пряча глаза в сгибе руки, пока внезапный мощный хлопок, пробившийся сквозь звуки песни, и обдавший его холодный воздух, вкупе с осколками стекла, не заставили его наконец пошевелиться. Он сдвинул руку с глаз и взглянул в сторону окна. Открывшаяся его взору картина запомнилась ему на всю жизнь.       На подоконнике стояли двое - юноша в красно-жёлтом комбинезоне, со словно светившимися голубым глазами, холодно оглядывающий комнату, и девушка, в чёрном кожаном сете, и нелепо выглядящих на его фоне оранжевых носках. Её глаза, в отличие от стоявшего рядом с ней юноши, были полны боли и сочувствия. Ошеломленный её присутствием, Лидер неловко завозился, одновременно вынимая из ушей наушники и пытаясь встать на ноги, но она опередила его, и, соскочив на пол, не заботясь о рассыпанных по нему осколках, кинулась в его объятия. Запах её волос, так резко отличавшийся от запаха гари, окончательно привёл его в себя, а звуки тихих всхлипов, и то, как она вздрагивала в кольце его рук, немедленно наполнило его щемящим чувством вины. В тишине, нарушаемой лишь задувающим в окно ветром, да еле слышными всхлипываниями девушки, Тэнно также спустился с подоконника, и, небрежно отпинывая в сторону особо крупные осколки стекла и не заботясь о мелких, прошёл мимо них, к столику. Перевернув его вверх ногами, опустил на тлеющий ковёр, вызвав небольшую пепельную бурю, и двинулся вдоль исписанных стен, вперив в них внимательный взгляд. - Что вы... здесь делаете? - не выдержав повисшей тишины, наконец подал голос Лидер. - Мимо проходил, - не оборачиваясь, пожал плечами Оператор. Луна дёрнулась, и, высвободившись из объятий Лидера, вскочила на ноги, обвиняюще ткнула в него пальцем: - Ты охренел?! - Я... - открыл было рот юноша. - Заткнись! - велела ему девушка, и обескураженный её напором Лидер замолк. - Пропасть так надолго! Не давать о себе знать! Не откликаться! Положить болт на остальных! Под градом сыплющихся на него обвинений, юноша поник головой, вздрагивая при каждом новом аргументе. - Концерт буквально завтра! - бушевала девушка, зло стирая бегущие по щекам слёзы. - А мы вынуждены репетировать не в полном составе! Ломать голову где ты и что с тобой! Улыбаться мистеру О'Брайену, надеясь, что он не спросит о тебе! Почему ты не открывал дверь?! Да я буквально на стенку полезла, чтобы до тебя добраться и собственными руками..! От возмущения девушке не хватило слов и Лидер тут же постарался этим воспользоваться: - У меня просто сломался замок. Как там ребята? - Нормально, - надулась Луна. - Авэйк родил ещё одну песню, так что на этом поле боя ты не один. - Простите, что заставил переживать, - виновато поник юноша. - Я просто... -...загнал себя в угол и надеялся всё решить сам, - закончила за него Луна, скрестив руки на груди. - Ну... В общем да, - покаянно кивнул юноша. - Дурак! - фыркнула девушка. - Я из-за тебя, куска идиота, чуть не погибла, пока ты тут пиздостраданием занимался. Знала бы - не полезла! - Луна, ну как тебе не... - попытался урезонить её Лидер, как вдруг до него дошёл смысл сказанных ею слов. - Стоп, так ты что, жизнью рисковала, чтобы сюда залезть?! По стенке ползала?! Голова твоя где?! - На месте! - топнув ногой, чуть не завизжала от ярости девушка. - Ты мне тут разговор не переводи!!! Я ещё не всё сказа... Ты чего??? Лидер наконец встал с пола и крепко обнял её, прервав поток излияний на полуслове. - Слава богам, ты в порядке, - прошептал он, утыкаясь носом в её волосы и вновь вдыхая их запах. - Никогда больше так не делай, поняла? - Ты же знаешь, что если понадобится, я всё равно сделаю, - изо всех сил пряча довольную улыбку, ответила девушка. - Нет, Луни, прошу тебя, - почти умоляюще произнёс Лидер. У неё перехватило дыхание - он называл её "Луни" настолько редко, что все разы можно было пересчитать по пальцам. Собственно, это был третий. - Хорошо, - обмякла в кольце его рук девушка, в свою очередь крепко обнимая его. - Но и ты не заставляй меня так волноваться. А то я чуть не разбилась, и, если бы не Тэнно, соскребали бы меня сейчас с асфальта!       Лидер дёрнулся, оборачиваясь и неловко выпуская девушку из своих объятий - занятый решением насущных проблем, он совершенно забыл, что в комнате они не одни. Щёки и уши юноши запылали - в конце концов, разговор был довольно личным, и никак не предполагал присутствия постороннего. Однако, складывалось впечатление, что их таинственного знакомого абсолютно не волновали их взаимоотношения, настолько внимательно он изучал "наскальную живопись" Лидера. Видимо почувствовав, что на него пялятся, Тэнно медленно повернул голову и в свою очередь воззрился на них своим холодным взглядом льдисто-голубых глаз. Лидер ожидал, что юноша скажет что-то по поводу произошедшего, но первые слова, которые тот произнёс, выбили его из колеи: - Судя по всему, вы связаны с музыкой. - Э...а? - только и смог выдавить из себя обескураженный Лидер. - А разве... - начала было Луна и тоже смолкла. Они переглянулись и вновь уставились на него. - Репетиции, написание песен, скорый концерт и прочее, - всё так же спокойно произнёс Оператор. - Разве я не прав? - Прав, но... - Лидер вновь замолк, пытаясь сообразить что сказать. - В таком случае, мне непонятно только то, зачем вы скрывали свою внешность в нашу прошлую встречу, - добил его Тэнно. Некоторое время, обе стороны просто смотрели друг на друга - юноша был спокоен как удав, в то время, как Лидер и Луна являли собой живое изумление. - Нууууу... - протянула девушка, обретя наконец дар речи, после нескольких минут взаимного молчания. - "Achieve Men" занимают не то второе, не то третье место по популярности на Ремнанте - я не следила за топ-чартами в последнее время. За нашими успехами и неудачами внимательно наблюдают, и толпа под окном тому подтверждение. Вот чтобы избавиться от их надоедливого внимания, мы и применяем маскировку. Хочется немного пожить своей жизнью, а не быть исключительно знаменитостями, понимаешь? Тэнно задумался. Их название действительно было ему знакомо. Вероятно он встречал его в "Фабрике Музыки", когда под одобрительным взглядом фавна-лиса рылся на полках, разыскивая что-нибудь эдакое. Однако, ему не приходилось задумываться, о том, как живут исполнители того, что он слушает. Оператор почувствовал интерес - возможно, это добавит ему ещё одну крупицу понимания мира Ремнанта. Но, едва он открыл рот, намереваясь задать следующий вопрос, как в замке противно заскрежетало, потом ещё раз, и дверь распахнулась, не выдержав напора. - Луна! Лидер! - в один голос вскричали остальные члены группы, рванувшись в комнату. Девушка ойкнула и поспешно спряталась за его спиной, поэтому большая часть обнимашек всё же досталась Лидеру. Но и девушку тоже не обделили, нашлось место и для радости по поводу того, что она жива, и для упрёков в безрассудном поведении. В помещении стоял весёлый гомон. На Лидера и Луну градом сыпались вопросы, восклицания и упрёки, пока Деррек Найн выяснял отношения с размахивающим руками метрдотелем, пришедшим в ужас от состояния номера. В конце концов, ему удалось вручить тому чек на круглую сумму, и разговор плавно перетёк в иную плоскость. "Achieve Men", тем временем, высказав всё, что они думают о Луне и Лидере, переключились на Тэнно. Именно в этот момент, когда все шестеро обступили его, восхищаясь его поступком, обнимая и похлопывая по плечу, юноша испытал острейший приступ ностальгии, пополам с дёжа-вю - именно так в главном зале реле встречали Тэнно, вернувшихся с особо трудных миссий или из неизведанных уголков космоса, таких как Проксима Вуали. И именно в этот момент, он осознал, как же ему этого не хватало. Сердце заколотилось как сумасшедшее, щёки слегка покраснели, а губы растянулись в подзабытой довольной улыбке. В искренности ребят он был уверен, даже не привлекая Шрёда - давно на его долю не выпадало столько тепла. Зеркаля их улыбки, Тэнно пожимал руки, отвечал на объятия и вопросы, смеясь, сбрасывал руку, ерошившую его волосы, и сам, обхватив кого-то за шею, с удовольствием трепал его лохмы, совершенно не вспоминая о том, что практически их не знает, что он пришелец из другого мира, что в его многолетнем кровавом прошлом случались страшные вещи. Это, разумеется, не значило, что он расслабился - какая-то часть его мозга продолжала дотошно анализировать происходящее, ожидая какой-либо угрозы. Но в остальном, Оператор наслаждался тем, чего был давно лишён - возможности побыть в кругу "сверстников". Общение "Achieve Men" носило характер урагана - до того быстро события сменяли одно другое. Успокоив Деррека и вернувшись в общий номер, ребята затеяли одновременно кучу разных вещей: заново познакомились, посмеявшись в ответ на остроумное замечание Тэнно об их прежнем облике, порасспрашивали своего нового друга о том, какую музыку он предпочитает и уважительно похлопали по плечу, узнав о "Лайтнин Дарк", ознакомили его со своим репертуаром, выслушав при этом пару забавных вопросов от плохо разбиравшегося в тонкостях жанров пришельца, тут же показали Лидеру и сразу отрепетировали новую песню Авэйка, а Лидер в ответ поделился своими неудачными наработками. Стихийный мозговой штурм, несколько объяснений не сразу въехавшему в тему новому другу и его посильное участие в обсуждении, породили на свет ещё одну песню, причём именно в том виде, каком её хотел видеть Лидер. "Achieve Men" сразу же кинулись репетировать и её, сорвав своим исполнением заслуженные аплодисменты юноши. Веселье достигло своего апогея - заказав в номер кучу еды, молодые музыканты устроили пирушку, умудряясь одновременно есть, пить, болтать, смеяться и играть в настолку. Тэнно сыграл несколько мелодий на шазине, заслужив одобрение Авэйка и Твизза, хотя последний порекомендовал поработать над техникой игры. Но его тут же закидали подушками, напомнив, что их новый друг играет для души, а не зарабатывает этим, так что пусть играет как хочет. Твизз недовольно похмыкал, но всё же извинился и даже предложил Тэнно сыграть на его электрогитаре. Результат был так себе, но Оператору понравился этот инструмент, реагирующий на любое, даже легчайшее прикосновение и рычащий диким зверем либо звенящий благородным металлом, в зависимости от выбранного звукоэффекта - настолько, что он заявил, что купит себе такой и научится играть как следует. "Achieve Men" это решение горячо поддержали, хотя Твист был слегка недоволен, заявив, что, мол, "гитаристов как собак нерезаных, а вот хорошего ударника днём с огнём не сыщешь", за что был в свою очередь закидан подушками. "Achieve Men" очень удивились, узнав, что у Тэнно до сих пор нет свитка, и потому держать связь с ним не получится, но он пообещал, что не будет пропадать с радаров, и выиграл, оставив остальных с носом. Но ребята не расстроились, тут же достав вместо настолки игральные карты. Вечер продолжался.       Однако всему, и приятному времяпровождению тоже приходит конец. В случае Тэнно, это оказалось максимально неожиданно и весьма болезненно - его опять накрыл один из тех таинственных приступов, до смерти перепугав Луну и остальных. Но, едва боль прошла, а Тэнно смог поведать, что для него подобное не в новинку и засобирался уходить, они с грустью смирились с неизбежным, но договорились встретиться после их выступления на открытии турнира в одном из местных караоке-баров и попеть вместе. Тэнно, конечно, сомневался в своей способности красиво петь, в особенности, после того, как услышал как поёт Лидер, но отказываться не стал. Время, проведённое с ребятами, казалось, на несколько часов вернуло его в Изначальную Систему, к далёким братьям и сёстрам - единственным, кроме Лотос, родным для него людям. Поэтому, даже запрыгивая на ожидающий его "Лисет", юноша не сомневался, что следующая встреча будет. Правда, он не знал, что делать с просьбой Луны - перед расставанием, она попросила его в следующий раз прийти вместе с той девушкой, Руби, с которой они так здорово повеселились на фестивале. Однако, подумав, он решил, что если попросту спросит её, не составит ли она ему компанию, то от него не убудет. А группа, тем временем, с жадностью глотала энергетики - ложиться спать было уже слишком поздно, а сегодня им предстояло выступление, на которое они возлагали большие надежды. Королевство Вейл. Арена Колизея Согласия. День открытия турнира Фестиваля Вайтела. - Готовность одна минута! - послышался голос из динамика, и "Achieve Men" одновременно подняли глаза друг на друга, прекратив возиться с инструментами. Роуди, во главе с едва избежавшим увольнения Оуэном, уже закончили настройку и разбежались в стороны. - Интересно, он пришёл посмотреть? - улыбнулась Луна, в последний раз подкрутив колок своей бас-гитары. - Конечно, - вернул ей улыбку Лидер. - Ты сам-то как? - спросил Авэйк, поправляя ремень своего "Гобсона". Лидер прислушался к себе - страх сцены никуда не делся, но ощущался очень слабо. Большую часть сейчас занимало нетерпеливое возбуждение, да такое, что аж кровь пульсировала в ушах. - В порядке, - кратко ответил он. - Сделаем это нашим лучшим выступлением! - Микрофоны включены. Внимание! - раздалось из динамика, и толстенные плиты над их головами поползли в стороны, одновременно с двинувшейся вверх площадкой под их ногами. Орбита Ремнанта. Орбитер.       С неохотой разлепив веки, Адам потянулся, до хруста в костях, и отчаянно зевнул. В последнее время, он чувствовал себя всё лучше и лучше. Противная слабость, стоявшая во всём теле, сильно уменьшилась, и теперь фавн мог, по крайней мере, ходить без посторонней помощи. Хотя, придерживаться за стеночку приходилось, ибо внезапные приступы головокружения никто не отменял. Вот и сейчас, натянув брюки и рубашку, и набросив на плечи пиджак, он, не утруждая себя надеванием обуви, в одних носках двинулся по лестнице, ведущей с технического этажа Орбитера на нижнюю палубу, таща ботинки в руке и крепко держась за перила. Дойдя почти до верха, Таурус остановился, чтобы перевести дух и не споткнуться с позором о последние ступени - прецеденты уже были. Он нахмурился, думая о том, что после излечения, ему понадобится много времени на восстановление сил и возвращение в форму. Прежде, чем он сможет показать что-то отдалённо напоминающее прежний уровень владения оружием, могут пройти и недели и месяцы. Может быть стоит потихоньку начать тренироваться?       Размышления Адама были прерваны пронёсшимся по лестнице лёгким холодным ветерком, сопровождаемым тихим, на грани слышимости, смешком. "Что за?" - хотел произнести изумившийся фавн, однако, недалеко от выхода, раздался холодный голос Тэнно: - Что тебе надо? Адам вновь нахмурился, но на этот раз удивлённо - юноша что, обращался к нему? Однако, не успел он издать и звука, как тишину нарушил другой голос. Он был похож на голос Тэнно, но чем-то неуловимо отличался: - Привет, малыш. Вижу, ты неплохо устроился - играешь в куколки, строишь песочные замки, выкапываешь секретики, а? - Я спросил, что тебе надо? - голос Тэнно не потеплел ни на гран. - Мне? Абсолютно ничего и сразу всё, - с издёвкой ответил неизвестный. - Ведь всё происходящее меня скорее устраивает. - Ты что, одобряешь мои действия? - по голосу Тэнно не было похоже, что он удивлён, но льда в нём чуточку поубавилось. - Не все, - хихикнул незнакомец. - И время от времени мне приходится напоминать тебе, что иметь свою волю для тебя - непозволительная роскошь. - Так вот в чём дело! - судя по тону, юноша понял что-то очень важное. - Это из-за тебя у меня случаются те приступы?! - И да, - прежним издевательским тоном произнёс некто. - И нет. - Значит это Бездна сопротивляется, когда я делаю что-то противоречащее твоему замыслу, - медленно произнёс Тэнно. - Как интересно... - О да, весьма интересно! - подхватил его визави. - Главное, помни, что то, чем ты обладаешь - это дар. Мой дар. - Да плевать я хотел, - резко ответил юноша. - Я буду делать то, что посчитаю нужным, и ты меня не остановишь. Снова негромкий, леденящий кожу смешок: - Надейся, малыш, надейся. Не сумев совладать со своим любопытством, Адам как можно тише преодолел последние ступени, и аккуратно выглянул из люка. Открывшееся его глазам, заставило отнюдь не боязливого фавна ощутить, как по спине у него поползли струйки холодного пота.       На стенде, который юноша называл "хранилищем реликвий", свесив ноги и облокотившись локтями согнутых рук на висевшую в воздухе, без какой-либо опоры, покрытую засохшими бурыми потёками сферу, сидел... Тэнно? Да, он походил на него как две капли воды, но... Эти глаза... Светившиеся хищным жёлтым огнём, так и норовившим вырваться из глазниц и спалить всё вокруг - они не могли принадлежать живому существу. И пусть оно смотрело в сторону, на невидимого Адаму собеседника, фавн всё равно чувствовал бурлившую в нём мощь, способную вызвать ужасные последствия, если её обладатель решит использовать её для разрушения. Казалось невероятным, что подобная сила заключена в столь хрупкую оболочку, как тело шестнадцатилетнего юноши. Почувствовав внимание Адама, неизвестный повернул голову и взглянул прямо на него. Губы его медленно разошлись, обнажая зубы, и Таурус мог бы поклясться, что это не улыбка - скорее это было похоже на оскал голодного крокодила. Видимо, для этого существа, чем или кем бы оно ни было, привычнее было имитировать эмоции, чем испытывать их. И Адам, сам того не подозревая, совершил ошибку - вместо того, чтобы спрятать голову обратно, и подождать что будет дальше, он взглянул в глаза неведомому существу. И едва не лишился рассудка. Взгляд светившихся жёлтым глаз Чужого, приковал его к себе, словно магнитом, и начал затягивать в себя, поглощая без остатка, растворяя чувства и эмоции, и лепя из гордого фавна, послушную его изменяющей реальность воле, куклу. Таурус не знал, сколько это продолжалось, но закончилось это мгновенно - сознание рванулось обратно в тело, словно с хлопком вышибленная пробка из бутылки. Шок от возвращения контроля над собой был таким сильным, что Адам начал потихоньку сползать на ступени - ноги его не держали. Но что прекратило это? - Развлекаешься? - голос вставшего перед Таурусом Тэнно, тем самым загородив его от взгляда существа, был полон ледяного презрения. - Почему бы и нет? - отозвался его же голосом Чужой. - У нас с тобой общая проблема - всепоглощающая скука. - Не хочу иметь с тобой ничего общего, - процедил Оператор и повернувшись к нему спиной, дополнил: - Проваливай.       Вот оно что! В памяти Адама всплыло непрошеное воспоминание - как он оказался в точно такой же ситуации: уставший и израненный, избитый камнями, гнавшихся за ним людей, он не мог защитить себя и уже собрался умереть, но вмешался счастливый случай в лице Учителя. Только благодаря этому, он выжил, а огонёк ярости, тлевший в его душе, превратился в пылающее до сих пор пламя. Подошедший к проёму в полу Тэнно, пошире расставил ноги и протянул фавну руку: - Хватайся. Тот несколько долгих секунд смотрел на протянутую ладонь, и, в конце концов, словно сделав над собой невероятное усилие, протянул руку в ответ, и крепко ухватился за запястье юноши. Оператор поднатужился и, подняв его на ноги, вытянул-таки Тауруса наружу. Посмотрев на то, как он, пошатываясь, пытается устоять на превратившихся в желе ногах, юноша тяжело вздохнул и молча перебросил его руку через плечо, позволив фавну на себя опереться. Уязвлённая гордость Адама, заставила его стиснуть зубы, но уже через секунду он тяжело вздохнул и тихо, себе под нос, пробормотал "Спасибо". Оператор только головой покачал, молча ведя его в апартаменты. Адам осторожно покосился вправо, но никаких следов присутствия таинственного незнакомца не обнаружил. Стенд с реликвией стоял пустым, как будто ничего не случилось. Добравшись до дивана, оба, не стесняясь друг друга, рухнули на него и перевели дух. У Тауруса начался отходняк, и его мелко затрясло. Фавн попробовал успокоиться, но, как он не старался, унять нервную дрожь не получалось. - Дыши глубже, - посоветовал ему юноша. - Встреча с ним - тот ещё стресс. Вот скажи, ну зачем ты вылез именно в этот момент? Понятное дело, что он приходит когда ему вздумается, но понять, что происходит нечто странное можно было. - У тебя тут столько странностей, что уже не знаешь как на что реагировать, - пожал плечами последовавший его совету Адам. - Хотя, признаться честно, от этого у меня до сих пор волосы дыбом. Что или кто это вообще? Тэнно тяжело вздохнул и скрестил на груди руки, сунув ладони подмышки. По его виду было понятно, что он вот-вот ответит, просто пытается понять как сделать это лучше. - Помнишь, я рассказывал тебе о большом исследовательском корабле? - наконец заговорил юноша. - Том, что потерялся в Бездне? Да, помню, - ответил Адам. - А, стоп. Вот оно что! - Соображаешь, - одобрительно кивнул Оператор. Стало быть, эта сущность и есть автор таинственных сил Тэнно! Но тогда... - Значит, ты служишь ему? - старательно проделывая дыхательную гимнастику, спросил Таурус. Тэнно скривился: - Очень надеюсь, что нет. Однако, как бы мне не хотелось этого признавать, он является некой высшей сущностью, пусть и ограниченной своими правилами. Мне неизвестно, насколько далеко простираются его замыслы и какую роль я играю в них. - То есть, что бы ты ни делал, может оказаться, что ты выполняешь его замысел? - Угу, - кивнул явно не настроенный обсуждать эту тему юноша. - Отстойно. - Да не то слово. - А что он говорил насчёт того, что тебе нельзя иметь собственную волю? - припомнил Адам. Юноша пожевал губами и задумчиво ответил: - Как я понял, если я, даже не осознавая этого, делаю что-то, что его не устраивает, то у меня начинается жестокий приступ. Эх, разобраться бы, что именно я делаю не так, и как-то нивелировать боль... - Хочешь свободы? - Вот только в Белый Клык меня вербовать не надо! Собеседники невесело посмеялись. Наступила тишина, которую, некоторое время спустя нарушил Таурус: - Честно говоря, сейчас всё это... Ну, то что осталось на Ремнанте, кажется мне таким незначительным. Даже не знаю, как бы я смог вернуться к прежней жизни, после всего пережитого. - Кажется, что Очень Важные Дела, которыми ты так долго занимался, на самом деле мышиная возня? - перефразировал Тэнно. - Что-то вроде того, - кивнул Адам. - Борьба против людского гнёта, подковёрные интриги в верхних эшелонах БК, террористические акции и "чистые" вылазки, - по сравнению с величиной космоса, это настолько ничтожно, что у меня даже не хватает слов, чтобы это описать. Я понимаю, что моё будущее предопределено, но даже, если я смогу победить в поединке с твоим...варфреймом, то понятия не имею, как буду жить дальше. - А как ты вообще докатился до жизни такой? - спросил Тэнно, с интересом глядя на него. - Ты так непримиримо ненавидишь людей... Дело только в расизме или у тебя было трудное детство? Адам замолк, всем своим видом показывая, что вопрос ему неприятен. - Да всё и сразу, - процедил он сквозь зубы. У него даже руки дрожать перестали. - Расскажешь? - ничуть не смутился его видом юноша. Таурус молча повернул к нему голову. В его глазах застыло непонятное выражение. - А ты хочешь услышать? - Почему бы и нет, - пожал плечами удобно устроившийся Оператор. - Заодно и проверим, всё ли с тобой в порядке, а то после встречи с Человеком-В-Стене, у тебя могут возникнуть различные негативные эффекты. - Я могу поехать кукухой? - задрал брови Адам. И сам себе ответил: - А, ну да... Тэнно качнул головой, пытаясь осмыслить непонятное ему выражение, но сориентировался на интонацию, с которой оно было произнесено и согласно качнул головой. Таурус молчал долго, но юноша не торопил его, глядя на игру цветных огоньков Лудоплекса. Лишь скосил на него глаза, когда фавн наконец заговорил. - Я родился в трущобах Мистрала. Самые нижние уровни. Родителей не помню - возможно они умерли или попросту бросили меня. Я должен был сдохнуть от голода, но, благодаря жалости окружавших меня "отбросов общества", всё-таки выжил. Однако, жалость оказалась расчётом - когда я вырос достаточно, чтобы научиться просить милостыню и подворовывать, их "забота" обо мне закончилась, и наступило время платить по счетам. Представляешь, что означает быть нижайшим из низших и не иметь за спиной ничего, кроме долга?       У меня тогда был один приятель, уж и не вспомню теперь, как его зовут. Он часто говаривал мне, что раз уж мы оказались на самом дне, то есть только один путь - наверх. Наивный придурок. Полиция пристрелила его, при попытке к бегству, когда он попался на краже в магазине на среднем уровне, куда нам вход был заказан. Просто всадили в него пару пуль, и бросили подыхать. Я успел найти тело раньше, чем его окончательно обглодали бродячие собаки, и похоронил то, что от него осталось. А сам накрепко запомнил, что связываться с полицией нельзя ни в коем случае. Я не совершил его ошибки. Я тоже воровал, чтобы прокормить себя и отдать долг, но поймать меня не могли. Параллельно, я учился читать, писать и считать, потому что прекрасно понимал, что знания в этом мире - путь к равенству, к которому я отчаянно стремился. В конце концов расплатившись с долгом, я сколотил собственную небольшую банду, из таких же отверженных фавнов. Мы грабили магазины и склады, действовали аккуратно и нагло, и потому ни разу не попались. До очередного раза, который оказался ловушкой. Большую часть из нас изрешетили раньше, чем мы поняли что происходит. Меня ранило в ногу, и я не мог бежать. Я молил о помощи подельников, но они попросту сбежали, бросив меня на произвол судьбы. Уж не знаю, закончились ли у полицейских патроны или ещё что, но в этот раз меня арестовали. Суд и первая отсидка. Мне дали пару лет, в течение которых, я даже ночью не мог до конца расслабиться, без риска быть избитым и униженным, ибо быть фавном в тюрьме - худшее из того, что могло приключиться с таким выходцем из трущоб, как я. И мне пришлось усвоить ещё один урок - никогда не верь тем, кто с тобой только потому, что ты в чём-то его превосходишь. Когда превосходство исчезнет, он бросит тебя без всякой жалости. Огонёк злобы, что с детства горел у меня в груди, расширился и горел ровным пламенем. Но это были цветочки, по сравнению с тем, через что мне пришлось пройти дальше. Я не досидел свой срок, так как за меня внесли залог. И не кто-нибудь, а представитель компании Шни. Хлыщ в дорогом костюме распинался перед нами о том, как компания предоставляет нам шанс послужить на благо общества, и как мы сможем стать после этого полноправными гражданами. Дерьмо собачье. Я не верил ему ни на секунды, но нашлись идиоты, которые всерьёз решили, что это их шанс. Они умерли первыми, видимо от разочарования. Компании не нужны были перевоспитавшиеся преступники. Им нужна была бесплатная рабочая сила. Нас распихали по официально несуществующим шахтам по добыче праха. Кормили так, чтобы мы не умерли с голоду. Заставляли работать по десять-двенадцать часов в день. За любую провинность жестоко наказывали. Всё там было направлено на то, чтобы сделать из нас покорных и забитых рабов. Вот только они не учли, что я уже был сыт этим по горло. Месяц тщательной подготовки - и я возглавил восстание рабочих. Мы поубивали надзирателей, забаррикадировались в шахте и приготовились к осаде. Еды у нас было достаточно, оружие тоже имелось, да и желание продать свои жизни подороже тоже было на месте. Вот только мы не учли одного - у охраны имелась отработанная схема противодействия подобным бунтам. Они попросту пустили по вентиляции слезоточивый газ, и когда вновь вошли в шахту, никакого сопротивления им уже не оказывали. Нас избили и сократили рацион наполовину, а мне, как зачинщику, выжгли напоминание... - указал он на свой глаз. Тэнно практически незаметно улыбнулся уголками губ и понимающе качнул головой. -...что я собственность компании Шни. - Но это тебя не остановило, - полуутвердительно произнёс Тэнно. - Нет, - покачал головой Адам. - Наоборот, озлобило ещё больше. Раз у меня не получилось устроить революцию, то, по крайней мере, я смогу сбежать. И я смог. Крохи рационов, выдаваемых рабочим, что они отложили для меня, пара украденных комплектов тёплой одежды охранников, самодельная фляжка с талым снегом внутри, такое же самодельное "перо" из сплющенной и заточенной трубы, да злоба и отчаянная решимость. Из менее охраняемых мест можно сбежать, имея и меньший стартовый набор. Но мне предстояло пройти ледяную тундру, кишащую подземными гримм. Уж и не помню, как смог её преодолеть и не заблудиться. Гримм меня не тронули - видимо, трясущийся полузамёрзший фавн, двигавшийся со скоростью улитки вперёд на чистом упрямстве, не показался им подходящей добычей. Задерживаться в Мантле у меня не было никакого желания, поэтому, мало-мальски восстановив силы, я пробрался на один из контрабандистских кораблей, и, спрятавшись среди груза, отбыл обратно в Мистрал. Уже позже я узнал, что та шахта, где меня держали, взлетела на воздух - вроде как один из рабочих переносил нестабильные кристаллы праха, и споткнулся. Взрыв вызвал цепную реакцию, и вся шахта превратилась в огнедышащий вулкан. Шни долго отмывались от этого скандала. Я же оказался дома, но в Мистрале не задержался - слишком велик был риск, что Шни попытаются вернуть свою "собственность" и будут меня искать. Да и тех, кто помнил о моём "долге", я встречать не хотел. Поэтому, я пустился в путешествие по деревушкам королевства. Ни в одной из них, я не нашёл ни покоя, ни пристанища. Когда я появлялся в деревне, меня прогоняли. Поначалу я думал, что это из-за шрама, но даже с повязкой меня не пускали на порог. Если я просил работы, мне её не давали. А если случались исключения, то каждый раз пытались кинуть с оплатой. Из большинства магазинов меня выпроваживали, не успевал я открыть рот. Многие просто плевались при виде меня и переходили на другую сторону дороги. Мне снова пришлось воровать, чтобы выжить, и так как молва разлетается быстро, то в одной из деревень меня поджидала засада. Я был ужасно зол на весь свет, но пока не терял надежды, что мне удастся найти своё место в жизни. Почему-то входя в эту деревню, я был уверен, что у меня наконец получится. Так и вышло, но, как обычно, шиворот-навыворот. Деревенские встретили меня вилами, палками и градом камней. Я носился по всей деревне, пытаясь спрятаться, но, знавшие каждый уголок местные, легко меня находили. Не успев перевести дыхание, я вновь бросался наутёк. Ты наверное думаешь, почему я не сбежал из деревни сразу же? - У тебя не было припасов, - пожал плечами Тэнно. - Ага, - кивнул Адам. - Но, даже ослабевший и израненный, я смог продержаться до ночи, наивно надеясь, что в темноте будет легче спрятаться. Но моё долгое сопротивление только раззадорило местных. Поэтому, когда я вновь спрятался, стараясь дышать через раз и размышляя, где бы украсть поесть и как после этого свалить, они окружили меня. Бежать было некуда - позади тупик, впереди разъярённые жители. Я понимал, что этой ночи мне не пережить, но нашёл в себе силы встать на ноги. Во мне полыхала чистейшая злоба на всё и сразу, такая сильная, что мои волосы и рога засветились и начали отбрасывать отблески на лица окружавших меня ублюдков. Ещё немного, и я поубивал бы многих из них. Но, произошло две вещи. Первой стал прилетевший мне в голову камень, от которого у меня искры из глаз посыпались. Я рухнул на землю, думал мне голову раскроили. А они меня с безопасного расстояния давай камнями закидывать. Я уже думал, сейчас закидают, а потом подойдут, да вилами ткнут - и всё, приплыли, ищите меня на деревенской свалке. Но тут произошла вторая вещь - появился Учитель. Здоровая фигура с огромными ножнами на боку выросла передо мной, и одним движением меча отбила летящие в меня камни. Одного взгляда на эту фигуру, деревенским хватило, чтобы пуститься в паническое бегство. Последнее, что я помню, перед тем, как погасло моё сознание - как Учитель обернулся ко мне. Эти полыхающие красным глаза... Понятно, почему деревенские наложили в штаны.       Как я понял, Учитель сделал для меня исключение, благодаря моему неординарному упорству - обычно он не спасал слабаков. Но у меня, как он сказал, был потенциал. По сути, Учитель был первым и единственным человеком, который отнёсся ко мне, как к равному. Он обучил меня сражаться, помог выковать подходящее мне оружие и разобраться в сути моего проявления. Я многим обязан Учителю. - Но почему ты не остался с ним? - поднял бровь Тэнно. - Мне всё ещё хотелось, чтобы помимо меня признали равными и других фавнов, - пожал плечами Таурус. - А Учителя подобные мелочи не интересовали. Но он хотел, чтобы по окончании обучения я усилил его отряд, а я отказался. Учитель пришёл в такую ярость, что мне пришлось сбежать и скитаться вновь, пока дорога в очередной раз не привела меня в Мистрал. Сбив небольшой отряд из тех, кто был недоволен людским отношением к фавнам, я начал совершать рейды на компании по добыче и переработке праха, также использовавших рабский труд моих сородичей. Но на этот раз было несколько иначе. Я понял, что если я не хочу повторить прошлые ошибки, то нужно объединиться с теми, кто не бросит меня, если нас будет связывать что-то кроме подчинения. И тут подвернулся Белый Клык. Видимо, требующий справедливости ребёнок, всё ещё жил в глубинах моей души, иначе я не смогу объяснить, почему их речи вообще зацепили меня.       О Белом Клыке я слышал и до этого, но считал их кучкой ничего не делающих недовольных, которые только и знают, что выкрикивать лозунги, потешая смеющихся над ними людей. Однако, столкнувшись с тогдашним главой, Гирой, я в полной мере ощутил мощь его авторитета и увидел результаты его труда. Мало кто мог создать с нуля организацию, действовавшую во всех четырёх королевствах, с действиями которой людям волей-неволей приходилось считаться - и при этом добиваться всего мирными путями. Это поразило меня настолько, что я привёл под его знамёна своих ребят и предложил свои услуги. Поначалу, он не хотел меня брать, мотивируя это тем, что я слишком привык к насилию, и буду идти напролом там, где вопросы следует решать тихо и мирно. Однако, я пообещал ему, что возьмусь за оружие только если моим братьям будет угрожать непосредственная опасность. - И он согласился? - спросил Тэнно. - Он колебался, но она его убедила. - впервые за всё время улыбнулся Адам. - Блэйк. Его дочь. Наш маленький талисман Сопротивления. С десятилетнего возраста она шла по стопам отца, участвуя в каждом митинге и изо всех сил старалась что-то изменить в этом несправедливом к нам мире. Именно она напомнила отцу, что Белый Клык открыт для всех ищущих справедливости, а я - яркий пример таких поисков. Меня и моих ребят приняли, но всё равно Гира сомневался во мне. Как оказалось, не зря. Постепенно, старые методы вроде битья лбом в закрытую дверь, перестали работать. Несмотря на все старания Гиры, Белый Клык терпел одно политическое поражение за другим. Образ нашей организации начал ассоциироваться с обычными горлопанами, которых можно не принимать во внимание - кричат и ладно, вреда-то от них никакого. Само собой, в таких условиях, внутри организации появилось брожение. Фавнам нужны были результаты, а не обещания. Ядром таких недовольных были мы четверо - Блэйк, её подруга Илия, я и заместитель Гиры - Сиенна Кан. Тэнно улыбнулся, услышав это имя, но ничего не сказал, продолжая внимательно слушать в кои-то веки разговорившегося Тауруса. - От тихого недовольства устаревшими методами, мы перешли к открытой вербовке сторонников, и Гира, поняв, откуда дует ветер, ушёл с поста лидера, уступив его Сиенне, и стал вождём Менаджери, забрав с собой всех, кто не хотел следовать за ней. Так мы избавились от необходимости чисток, и оказались с развязанными руками против тех, кто угнетал фавнов. Правда, у Блэйк вышел конфликт с её родителями, когда они отказались участвовать в этом, и она разорвала с ними все связи. Мы с Илией старались помочь ей оправиться, но, хоть она и не подавала виду, я понимал, что ей это решение далось очень тяжело. Но, она не стала сидеть сложа руки и горевать, а с головой погрузилась в работу.       Сиенна с энтузиазмом взялась за дело. Из открытой общественной организации, Белый Клык превратился в закрытую полулегальную. Мы начали использовать жёсткие методы, там, где это было необходимо, давать отпор тем, кто считал нас не более чем животными и всерьёз взялись за тех, кто использовал наших сородичей как рабов. Белому Клыку больше не нужно было людское уважение. Он стал мрачным напоминанием того, что фавны не животные, а равная людям по положению раса. А тот, кого это не устраивало, всегда мог проснуться от того, что ему без наркоза вырезают почку. За мои заслуги и преданность делу фавнов, Сиенна наградила меня, сделав командиром отделения Вейла. Командовать отрядом мне было не в новинку, но всё же это стало неожиданностью, так как мне пришлось решать множество проблем, на которые я раньше никогда не обращал внимания. К счастью, я быстро разобрался, что многие вопросы можно перекинуть на своих заместителей, и заняться планированием операций. Наши рейды были удачными, и я быстро заработал авторитет у подчинённых. Они готовы были последовать за мной в огонь и воду, ведь я не прятался за их спинами, а шёл в бой в первых рядах. Постепенно, слава о наших подвигах распространилась настолько, что правительства королевств больше не могли делать вид, что ничего не происходит. Они объявили Белый Клык вне закона, а все наши действия приравняли к террористическим актам. Тут были и свои плюсы и свои минусы, но проблема, как оказалось, была в другом. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что то, через что мы тогда прошли, нельзя назвать обычной борьбой за свои интересы. Скорее всего, в правительстве были правы, заклеймив нас преступниками - слишком уж часто мои собратья, ослеплённые праведным гневом или ведомые собственными мотивами, переступали черту - и убивали. Я не препятствовал этому, в конце концов, сам я перешёл эту грань давным-давно. Однако, сейчас, когда я вспоминаю об этом, я наконец-то понимаю, чего мне не хватало - взгляда со стороны. Часто, мы проводили какой-нибудь рейд, в результате которого либо гибли люди, либо какая-то компания терпела убытки, после чего, громко заявляли, что это сделали мы. Но, я тогда не додумался с самого начала предъявлять обществу причины, сподвигшие нас на это - попросту не придал значения, увлёкшись борьбой и проведением новых и новых операций. А пострадавшие, в глазах общественности, оставались белыми и пушистыми, пережившими нападение жестоких террористов. Раньше, я думал, что так и надо, ведь нас боялись. Но, наше молчание позволяло нашим врагам выдвигать свои версии произошедшего - и им верили, потому что альтернативы не было. Позже, когда мы вновь упёрлись в тот же тупик, что и Гира, я наконец сообразил, что гласность наших действий, это не только битьё себя пяткой в грудь, но и раскрытие их причин. Именно поэтому, сейчас, сколько бы мы не кричали об использовании рабского труда в той или иной компании, да и любых других прегрешениях, нам никто не поверит. Потому что есть мнение общества - и есть глупые и злобные террористы. Да, мне недостаёт опыта политической борьбы, как Гире, но ведь и я всего лишь выходец из мистральских трущоб, дорвавшийся до серьёзного положения лишь благодаря удаче, упрямой злобе и личным навыкам. Как бы я не хотел изменить прошлое, чтобы избежать этого тупика, мне остаётся только смириться с положением вещей. Слишком много ошибок я допустил, и уже поздно пытаться их исправить. И мой повреждённый глаз - это напоминание об этих ошибках и жестокости людей. Тэнно помолчал, всё так же следя за игрой цветных огоньков игровой приставки, и наконец спросил: - Но, если я не путаю, Блэйк сейчас в Биконе. Как так вышло? Из Адама словно стержень вынули - он обмяк, откинувшись на спинку дивана и долго не отвечал. - Это произошло относительно недавно, - наконец заговорил он. - И в этом исключительно моя вина. Я втянулся в работу лидера настолько, что перестал задумываться о чувствах Блэйк. Мы с ней любили друг друга, но при этом, она шла за мной, потому что верила, что я смогу что-то изменить своей борьбой - а я подвёл её. Вместо благородного лидера, ведущего фавнов к миру и процветания, пусть даже путём необходимого насилия, я практически превратился в мясника, вымещающего свою злобу на людях и убивающего практически без разбора. Это не могло не повлиять на моих ребят, и они начали сомневаться в выбранном ими пути. Подобные сомнения карались - в наших рядах нет места сомневающимся. Как я не пытался оградить Блэйк от этого, у неё были глаза, чтобы видеть и уши, чтобы слышать. И она сделала выводы. Полагаю, поначалу она пыталась принять происходящее, но... Понимаешь, Блэйк не убийца по натуре. Она тот самый рыцарь в белых доспехах из её книжек. Она верит в лучшее и в то, что всегда есть другой путь. И, когда созданная мною реальность столкнулась с её идеалами, она не выдержала... -...Бросила то, во чём разуверилась и стала охотницей, - закончил за него Тэнно. - Да, - вздохнул Адам. - Видимо решила, что это единственный путь добиться того, во что она верит... Но это сейчас я понимаю, что толкнуло её на это. Тогда же я практически разваливался на куски. То, как она с полными слёз глазами попрощалась со мной, стоя на платформе уносящегося вдаль поезда, преследовало меня, превратившись в мой личный кошмар. Я был в полном эмоциональном раздрае, хотя и старался скрывать это, дабы не портить образ лидера. Но, поняв, что больше так продолжаться не может, я решил отдать приказ о передислокации в Мистрал и попросить Сиенну об отставке. Я понимал, что заменить меня некем - мой первый заместитель пропал, а второй был хорошим исполнителем, но не лидером, однако, это меня волновало мало. И тут вновь появилась эта стерва, - Адам сжал зубы так, что желваки заходили. - Она приходила однажды, хотела нанять моих парней и меня самого, для какого-то мутного дела. Само собой, я отказал - Белый Клык ей не уличная банда! Но, некоторое время спустя, она вернулась - и практически в одиночку справилась со всеми моими ребятами. И она сделала мне предложение, от которого я не мог отказаться. Причём она использовала и кнут и пряник - помимо предложенных ею на месте денег и праха, она, продемонстрировав свою силу, намекнула, что иначе вырежет всех нас. - Она настолько сильна? - поднял бровь Тэнно, повернув голову и во все глаза глядя на Адама. - Чудовищно, - подтвердил тот кивком головы. - Не знаю, насколько, но она явно сильнее любого охотника. Плюс, она использует странную силу, непохожую на проявление. - Интере-е-есно, - протянул юноша, не отрывая от него взгляда. - Как, говоришь, её зовут? Адам пожал плечами: - Синдер. Синдер Фолл. Академия Бикон. Общежитие. Комната команды JNPR. За день до турнира.       Мир должен был быть прост и понятен. За стенами - гримм, а здесь - охотники. Там - недоброжелатели, здесь - верные друзья. Там - те, кто видит в ней инструмент, а здесь - любимый человек. Там - подхалимы, здесь - те, кто ценят тебя по твоим поступкам. Но мир оказался гораздо сложнее, и дуализму Пирры в нём не было места. В этом мире существовала магия, и люди, которые ею владели. Где-то в тенях укрывались ещё более грозные противники, действующие не напролом, а с помощью различных хитростей добивавшиеся результатов своих зловещих планов. В одном Пирра не сомневалась - профессор Озпин лишь приоткрыл ей дверь в мрачное закулисье Ремнанта. В зловещей темноте за её порогом наверняка таилось ещё многое, что обычно скрыто от глаз людей, причём ради их же собственного блага. И сейчас, у неё появился выбор - посветить фонариком правды в зловонные углы мрачной реальности, или отвернуться и забыть всё узнанное, позволив более опытным и мудрым взрослым, продолжать свою борьбу в одиночку. Но, даже если она выберет помочь им, какую цену она заплатит? Что станет с ней? Девушка видела несколько вариантов исхода:       Во-первых, она может попросту умереть. Это прискорбно, но тут ничего не поделать - любой охотник может умереть в любом возрасте. Да и вообще, люди не вечны. Никос прекрасно понимала это, и её пугала не сама смерть, но понимание того, как мало она успела сделать, прежде чем отойти в мир иной.       Во-вторых, эксперимент может пройти удачно, но не для неё. Возможно, переселение чужой ауры каким-то образом искалечит её тело или душу. Она может получить в довесок к новоприобретённой силе тяжёлый случай шизофрении или попросту лишиться рассудка, что ненамного лучше смерти. Этот вариант Пирру устраивал ещё меньше - перспективе стать овощем или игрушкой в чужих руках, она предпочла бы смерть, ведь она хотя бы была быстрой.       В-третьих, всё может пройти хорошо, но внезапно вылезет какая-то проблема, которую не предвидел никто из них - ведь Озпин сказал, что такого никогда не было, а значит предугадать что случится не в его силах, даже несмотря на его и членов Братства опыт.       Ну, и в-четвёртых, всё может пройти просто хорошо, и она станет сильнее. Тогда она сможет отомстить убийце Эмбер, защитить тех, кто нуждается в её помощи, таки выиграть у "андроидов" Тэнно, и сделать ещё много всего полезного. Этот вариант Пирре нравился больше всего, но она прекрасно осознавала его маловероятность. Стоп, а почему она вообще об этом раздумывает? Разве она уже приняла предложение профессора Озпина? Пирра грустно усмехнулась, и, обняв ноги, уткнулась лбом в колени. Кровать слегка скрипнула - ей тоже было грустно. "Генерал Айронвуд говорил, что Дев защищали и оберегали, скрывая от глаз общества", - пришло ей в голову. - "Значит ли это, что я не смогу больше видеться с моими друзьями?" От этой мысли девушка вздрогнула, и её пальцы впились в локти, словно стараясь уравновесить душевную боль - болью физической. Не успела она осознать, как из её глаз хлынули слёзы. Пирра не плакала с детства. Даже тренировки, сделавшие из неё звезду мирового уровня, не заставили её проронить и слезинки. Как бы трудно не было, она просто стискивала зубы, и, преодолевая саму себя, шагала выше. А сейчас, стоило ей наконец обзавестись тем, что ей так недоставало, судьба опять подкидывает ей сложнейшее испытание. Отказаться от предложения профессора Озпина - значит подвести всех, кого она могла бы спасти, и предать то, во что она сама верила с детства. Принять - лишиться всего, что дарит ей радость жизни, разорвать все связи и с головой погрузиться в борьбу с прячущимися в углах тенями,стараясь при этом избежать судьбы Эмбер.       Пискнул электронный замок, и в комнату вошли остальные члены команды. Вернее, вошёл Жон - увидев свернувшуюся в комочек Пирру, Нора дёрнула Рена за руку, кивнув на коридор. Юноша согласно качнул головой и похлопал Арка по плечу. Дверь за ними закрылась. Жон присел на кровать к так и не поднявшей головы девушке, и, поколебавшись, осторожно погладил её по волосам. Почувствовав его прикосновение, Никос, словно надломленное дерево, привалилась к нему и тихо всхлипнула. - Что с тобой, солнышко? - участливо спросил юноша. Жон редко прибегал к нежностям, жутко смущаясь каждый раз, когда Пирра просила его назвать её как-нибудь ласково. Поэтому то, что он сам произнёс это, было явно из ряда вон выходящим, и поражённая этим девушка подняла на него свой взгляд. Увидев её полные слёз изумрудные глаза, юноша замер. Его сердце словно споткнулось, пропустив удар, и сразу же застучало с удвоенной частотой. Кровь бросилась ему в голову, и Жон не стал противиться затопившей его нежности к этой необыкновенной девушке. Вместо этого, он стянул с левой руки перчатку, и, уронив её на пол, осторожно коснулся рукой бархатной щеки Пирры. Та прикрыла глаза и накрыла его ладонь своей, позволив ему стереть большим пальцем сбежавшую по щеке слезинку. Она была необыкновенно прекрасна в этот момент, и, сам того не заметив, Жон тихонько наклонился вперёд. Почувствовав его движение, Пирра приподняла голову... И их губы встретились. Секунду спустя, их сердца бились в унисон, а руки обхватывали плечи друг друга. "Проклятый доспех" - мелькнуло в голове у Жона. - "Даже не обнимешь толком". "Пожалуйста, пусть этот миг длится вечность!" - стучало в висках Пирры. Но ни она, ни Жон, не стремились снять мешающую им броню юноши - Пирра была не в том состоянии, чтобы думать о сексе, Арк же боялся, что любое его ненужное движение вызовет бурную реакцию девушки, которую он хотел утешить. Поэтому, когда разомкнулись их губы, они остались в объятиях друг друга, и не похоже, что кто-то из них собирался отпускать другого. - Я боюсь, Жон, - наконец нарушила тишину Пирра, после долгого молчания. Из-за того, что она уткнулась лицом в плечо юноши, слова её прозвучали глухо. - Чего же? - участливо спросил Арк, вновь поглаживая её по голове, и с удовольствием вдыхая аромат её волос. Никос промолчала - она не знала что ответить. С одной стороны, Жон, парень хоть и простой, но далеко не глупый. Понять что к чему он сможет, а также поможет и поддержит её - в этом она не сомневалась. С другой - секрет Дев, это страшная тайна, раскрытие которой может изменить многое. Её незачем знать посторонним, а Жон, как ни крути, посвящённым не был. Поразмыслив, девушка всё же решила сказать ему полуправду - ведь ей так нужен его совет! - Я всегда знала, что буду охотницей, - заговорила она, по-прежнему уткнувшись в плечо юноши. - Я с детства хотела защищать слабых и беспомощных, и сражаться с существами гримм, что не дают нам спокойно жить. И чем старше я становилась, чем больших успехов я достигала, тем яснее было, что выбранный мною путь верен. Но я всегда думала, что я могу сделать больше и лучше. Даже недавно, когда я думала, что достигла потолка в своём развитии как воина, меня жестоко спустили с небес на землю, показав, что мне есть куда расти. - Да, я понимаю, - кивнул Жон, внимательно слушавший её душеизлияние. - А теперь... - Пирра замолкла, пытаясь сообразить, как ей сказать остальное, не раскрывая карт. -...Жон, вот если бы тебе предложили рискнуть собой, ради шанса стать сильнее, что бы ты выбрал? - Я... - юноша задумался. Никос потёрлась лицом о его рукав, стирая слёзы и вновь подняла на него взгляд. - А о какого рода силе идёт речь? - спросил Жон. - Можешь уточнить? - Ну, скажем, тебе предложат стать могучим воином, безо всяких тренировок, - медленно, словно подбирая слова, произнесла Пирра. - Вроде насильного открытия мощного проявления. Но, возможно это будет стоить тебе здоровья, а то и жизни. Юноша вновь погрузился в раздумья, машинально продолжая поглаживать её по волосам: - Ты не расскажешь мне подробности, не так ли? - Увы, это не моя тайна, - вздохнула Пирра. Жон снова замолк, в муках рожая мысль. - Я бы, наверное, вцепился в такую возможность обеими руками, - наконец разродился он. - Я всю жизнь не был особо силён, а тут такое предложение! Конечно побаивался бы, но в конце концов, охотник рискует жизнью постоянно, так что ещё одна попытка вряд ли будет чем-то отличаться. Но это, если говорить обо мне - ведь я гораздо слабее тебя. Разумеется мне захочется заполучить подобную силу! - То есть ты говоришь мне, чтобы я не соглашалась? - подняла брови Пирра. - Нет, я пытаюсь сказать, что такой серьёзный выбор ты должна сделать сама, не оглядываясь на мнение других людей, - покрепче прижал её к себе Жон. - А я лишь могу быть рядом, вне зависимости от того, что ты выберешь. Если ты чувствуешь, что это правильно, и попытаться стоит - то не упусти такую возможность. - Даже если она грозит мне смертью? - горько улыбнулась Пирра. - А я не дам тебе умереть, - не терпящим возражений тоном. заявил Арк. - Ты та, кто поверила в меня, когда я сам в себя не верил. Ты та, кто показала мне, как важно добиваться поставленной цели, несмотря на трудности. Ты та, кто неоднократно спасла мне жизнь. Ты первая, кого я полюбил по-настоящему, и если ты думаешь, что я просто дам тебе умереть, ты сильно ошибаешься! В продолжение этой пламенной, и совсем нехарактерной для Жона речи, Пирра смотрела на него всё расширяющимися глазами, в которых не осталось и следа слёз. Именно в этот момент она осознала, что юноша не просто сверкает отражённым светом её любви - он сам пылает так ярко, что другой человек бы зажмурился. Но девушка не могла отвести от него глаз, и наконец замолкший Арк, несмотря на стремительно краснеющие щёки, в свою очередь, прямо и твёрдо глядел на неё. Медленно подняв руки к его лицу, Пирра коснулась его щёк своими ладонями, а когда юноша закрыл глаза, наслаждаясь её лаской, она придвинулась ближе, и подарила ему самый нежный поцелуй, на который была способна. И в нём растворились все её сомнения. Когда их губы наконец разомкнулись, Никос вновь подняла на него свой взгляд, и тихо прошептала: - Спасибо, Жон... И юноша ощутил себя счастливейшим из смертных.