Звезда

Сун Лань не мог узнать Сюэ Яна в том человеке, который допрашивал всех подряд на улице по обе стороны постоялого двора. Не потому, что Сюэ Ян был груб и жесток — грубость и жестокость всегда отличали его от прочих людей — но потому, что лоб его покрылся испариной, он был бледен и напуган, и во взгляде его плескались растерянность и страх. — Никто его не видел, — Сюэ Ян помотал головой, отгоняя нежеланные мысли. — Как может быть, что никто, ни единая душа не знает, куда он пошел? — Мало ли где его приютили и помогли? — ответил Сун Лань, не видящий поводов для беспокойства — кроме того, что они уже находились в Ланьлине. — Его ждет не дождется Мэн Яо в своей Золотой Башне! — рявкнул Сюэ Ян. — Неужели ты думаешь, что если его кто и приютил, уже не донесли ему? Он остановился и бросил на Сун Ланя дикий взгляд. — Надо бежать! Возвращаться! — Куда? — В Башню Кои! Я уверен, что его забрали туда! Сун Лань не был уверен, что им стоит бросаться вновь на закрытые двери Башни Кои — Цзинь Гуанъяо явно дал понять, что закрыл их перед Сюэ Яном на несколько крепких замков. Наставник учил его быть осмотрительным и осторожным в действиях, и потому ему казалось опасным вот так совершать оплошность и привлекать к себе внимание — даже если Звезда действительно попала в ловушку. — Зачем ты вообще его оставил? — спросил он так, словно теперь это имело значение. — Я хотел забрать… свои вещи из Башни Кои, — глядя в землю, проворчал Сюэ Ян. — То, над чем работал, некоторые поделки. Не хотел оставлять их Мэн Яо. — И что же ты собирался делать дальше? Сюэ Ян сверкнул глазами. — Сам не понимаешь? Хватать Синчэня и валить куда подальше отсюда…. Сун Лань хмыкнул. Сюэ Ян собрался было ответить ему что-то еще, но их отвлекла уличная нищенка. Одета она была в лохмотья, а в руках держала бамбуковую палку. — Я слышала, господа ищут даочжана в белых одеждах? Глаза у нее были затянуты бельмами. — Откуда бы такой слепышке, как ты, знать о даочжанах? — тут же окрысился Сюэ Ян, но Сун Лань, вытянув руку, остановил его метелкой и спросил у нищенки: — Что тебе известно? Мы заплатим. — Конечно заплатите, и сначала заплатите, ведь я вам одна только и могу рассказать! — Да что ты расскажешь, ты же слепая! — снова встрял Сюэ Ян, но Сун Лань снова стукнул его метелкой. А потом полез развязывать кошель. В ладонь нищенке легло несколько монет. — Господин такой добрый! — защебетала нищенка. — А второй господин злой, я не скажу ему ничего! — Скажи нам обоим, пожалуйста. Мы очень спешим. Ты можешь помочь нам. Что ты знаешь о даочжане, который ушел утром из этой гостиницы? — стараясь говорить как можно мягче, спросил Сун Лань. Нищенка помялась еще немного, но все же начала говорить: — Этим утром я стояла тут у дверей в надежде, что перепадет немного денежек — тут же богачи да толстосумы останавливаются, вот бы мне немного из их карманов! И слышу, значит, как утром выходит девица, дочь хозяина, потому что ее, значицца, хахаль позвал! Сюэ Ян заскрипел зубами. — А потом хозяин проснулся, дочки не нашел и лютовал, что сбежала, такая-сякая плутовка. А потом, а потом, я под окном слышала, как даочжан спрашивал, где господин, что был с ним — а хозяин, значит, ничего и не знает! Тогда слышу — выходит даочжан! И куда-то идет. Я за ним пошла. Думаю, вдруг у него денежки водятся… — Ты, гадина, даочжана обокрала?! — снова взвился Сюэ Ян. Нищенка спряталась за Сун Ланя и заверещала оттуда: — Ничего я не крала, ничего не крала, куда мне красть, слепая я! Я только за ним по улице прошла, но недолго прошла — мне за ворота ходу нет, меня погнали, а я бедная-а-а-а! Услышав про ворота, Сун Лань и Сюэ Ян переглянулись — подозрения подтверждались. — Если он там… Он в опасности, — побелевшими губами проговорил Сюэ Ян. — Я пойду туда. — И я. И постарайся не вонзить мне в спину нож — я знаю, у тебя есть в запасе. Сун Лань первый ступил на дорогу, ведущую обратно к Башне Кои, и впервые с сожалением подумал о храме Байсюэ и о своем Наставнике — не того он выбрал старшим учеником. Подвел его старший ученик Сун Цзычэнь. Но, быть может, еще не подвел сам себя.