Всхлип. Том Реддл/Лаванда Браун
19 июля 2020 г., 19:55
— Понимаешь, Том, — она хватает его за руки и пытается заглянуть в глаза.
Маленькая, беспомощная и такая наивная, что на его губах непроизвольно появляется слабая усмешка.
А Лаванда только крепче вцепляется в него, словно боится, что сон, преследующий ее изо дня в день, растворится прямо сейчас, так и оставив в памяти один только насмешливый взгляд, пропитанный ядом.
Она ему не сильно и нужна. Вообще не нужна, если быть честными. А она без него и дня не проживет, задохнувшись в плену чувств.
Обманутая, брошенная на произвол судьбы хрупкая девочка, в своей жизни и видевшая только, что сплетни.
Она пила розовое вино по ночам, прячась от профессоров в одном из туалетов, курила длинные клубничные сигареты, постоянно хохотала, что у других уже губы немели, а она так и заводила на веселье.
Лаванда носила короткие розовые юбочки и с хихиканьем и покрасневшими щеками позволяла Тому все, что угодно.
Это было совсем-совсем неинтересно. Хотя нет, какое-то время он и правда был увлечён наивной школьницей.
А потом прошло. Снова не зацепило. Снова теория Дамблдора с треском провалилась, развалилась и разбилась, оставляя ноющую пустоту внутри.
— Это не дело, — сглатывая, продолжает Лаванда. И он со вздохом опускает на неё взор, вздёргивая брови в ожидании продолжения.
Девочка теряется и прячет глаза.
Она побледнела.
— Я не могу так жить, — ногти царапают кожу и ещё сильнее впиваются. У неё они длинные, так что, скорей всего, могут остаться кровавые отметины.
Слишком скучно. Уже слишком противно.
— Я не могу постоянно переживать и мучить себя, пока ты исчезаешь, погружаясь в свои заботы и не находя времени просто предупредить. Я не могу улыбаться профессорам в лицо, говоря, что со мной все в порядке, продолжая строить ту самую наивную дурочку. Я… я просто не могу. Отпусти меня.
Она поднимает на него молящий взгляд и облизывает пересохшие губы.
— Ты сегодня не накрасилась, — не отрывая от них взгляда, подмечает Том и легким движением сбрасывает ее руки со своих.
— Я уже давно не крашусь.
Лаванда шмыгает носом и делает неуверенный шаг назад.
— Я не люблю отпускать свои вещи, — легко произносит Том и обнажает слабую улыбку. — Просто терпеть не могу.
Он смотрит в ее огромные глаза, расширившиеся и удивленные, склоняет голову к плечу, разглядывая, как надежда на нормальную жизнь разлетается тысячами осколков по зрачкам, превращаясь в слёзы.
Он смотрит и улыбается.
— Ты сама на это подписалась.
— Нет, — она мотает головой из стороны в сторону и притягивает руки к лицу, зажмуриваясь и давя себе на веки. — Ты меня на это подписал. Не спрашивая.
Том кивает и отворачивается, собираясь вновь уйти в Запретный лес, чтобы трансгрессировать и вернуться к обычным занятиям.
Конечно, не таким важным, как этот разговор. Например, политике.
— Забыл? Ох, извини, — с притворным сочувствием отвечает он и делает первые шаги. Ветки хрустят под подошвой лакированной обуви. — К вечеру приведи себя в порядок, Малфой за тобой зайдёт.
Он исчезает за деревьями, не скрывая улыбку на тонких губах.
А сзади доносится надрывный всхлип.
