Пока ты мой / Пока ты моя

Maybe I'm brainless   Maybe I'm wise   But you've got me seeing   Through different eyes   Somehow I've fallen   Under your spell   And somehow I'm feeling   It's up that I fell

Ночами Джейме счастлив. Ощущение незнакомое, как будто надел новые, ещё не разношенные сапоги. Они не произносили никаких обетов, не давали обещаний, и всё же через несколько дней Джейме перенёс свои немногочисленные пожитки из комнаты, которую делил с Подриком Пейном, в спальню Бриенны. Он говорит себе: это потому, что оруженосец храпит и временами не прочь позабавиться со служанками. За время, проведённое в Винтерфелле, Под переспал с большим количеством женщин, чем Джейме ‒ за всю свою жизнь. Но Джейме ни за что не променял бы свои ночи с Бриенной на объятия других женщин. Он не его брат и не Оберин Мартелл, которым не в радость довольствоваться вкусом единственного наслаждения, когда вокруг столько соблазнов, манящих их попробовать. Принц Дорна давно уже мёртв, а Тирион исполнен решимости следовать по пути, который, скорее всего, сведёт его в могилу. Так что, возможно, Джейме победил и здесь. В постели Бриенна по-прежнему верна себе: временами пугливая, как жеребёнок, неуверенная в словах, но храбрая телом. Доверие, которое она проявляет ‒ это настоящее откровение, и он даже не осознавал, насколько нуждался в нём. Она никогда не отшатывается от его искалеченной руки, дотрагивается до его культи так же легко, как до остального тела. И когда она забывает жестокие слова, которыми её клеймили столь многие, для него она становится ослепительна красива. Потом, пока огонь догорает и замок погружается в сон, они разговаривают. Бриенна обычно не слишком словоохотлива, но понемногу раскрепощается. Она рассказывает ему о своём острове, об отце, о матери, которую не помнит, и об утонувшем брате, которого помнит. Джейме признаётся, как проплывал мимо Тарта, раздумывая, в каких краях она была тогда. Как на него снизошло утешение, когда он снова миновал её остров с телом своей дочери на борту. Она открывает ему, как нашла и потеряла Арью, откусив ухо Псу, и как ей стало дурно, когда она поняла, что они едва не убили друг друга, пытаясь защитить одну и ту же девочку. Бриенна сбивчиво повествует о засаде, устроенной солдатами Долины и Болтона, о том, как она нашла Станниса Баратеона разбитым среди снегов и казнила его за Ренли. Тут нечему удивляться. Она убила троих северян на следующий день после того, как они покинули лагерь Робба Старка, причём одного из них нарочито медленно. Но теперь, когда он знает её нежное сердце, Джейме поражён, насколько полно она приняла жизнь воина. Многие годы, пытаясь уснуть, он видел лица людей, которых убил, пока их не стало слишком много, чтобы помнить. Дни в Винтерфелле тяжелее. Северяне до сих пор называют его Цареубийцей. Но после двух недель среди них делают это в основном в лицо. Некоторые даже обращаются к нему «сир Джейме». Ланнистер не сходит с их губ. Никогда. Золото и рубины на его мече ‒ постоянное напоминание. Порыв швырнуть своё родовое имя в их осуждающие лица исчезает всякий раз, как он видит Брана Старка, передвигающегося в кресле на колёсах. Тот-кому-следовало-быть лордом Винтерфелла, по своему обыкновению тихо пребывает в опочивальне, в Великом Чертоге или Богороще. Джейме не ищет мальчика, но не может не замечать, когда Бран рядом. Есть в нём некий покой, как будто время замедляется и останавливается в его присутствии. По крайней мере, разрушенная башня, где всё это началось, была сильно повреждена в битве, и восстанавливать её не станут. Методом проб и ошибок Джейме отыскивает себе подходящее занятие и людей, чьё общество ему приятно ‒ пока лорд-кузнец Джендри Баратеон не напивается, бессвязно бормоча об Арье Старк. Лошадям нет дела до его тёмного прошлого, и он по-прежнему без особых трудностей способен управиться с большей частью ухода за ними. Сэм Тарли, по праву лорд Хорн Хилла, совсем не похожий на своего отца, иногда просит Джейме рассказать ему о правлении Безумного Короля. Тарли работает над историей для Цитадели, но королева драконов будет не рада прочесть её, если он когда-нибудь закончит. Старый мейстер Пицель, конечно же, никогда не увековечивал преступлений Эйериса на пергаменте. Джейме, не моргнув глазом, описывает каждый язычок пламени, каждый крик, каждую бредовую иллюзию. Джейме не обязан зарабатывать себе на жизнь, но для него невыносимо проводить дни в праздности. Бесполезным. Когда кругом покой и тишина, его разум переносится на хорошо знакомые улицы, и он видит битву, бушующую далеко на юге. Одна королева готова обрушить на столицу драконий пламень, другая искусна в использовании дикого огня для уничтожения врагов. Как долго выстоит город между этими двумя женщинами? Сколько людей погибнет? Ему следовало бы отправиться на юг с Джоном Сноу или на корабле, со своим братом. Уверенность в том, что Дейенерис Таргариен хотела бы скормить его одному из своих драконов, ничего не меняет. Он никогда раньше не бегал от драки. Джейме Ланнистер бросался в них с тех пор, как был маленьким мальчиком с деревянным мечом. В редкие погожие дни дети Винтерфелла тренируются с Бриенной и Подриком. Однажды Джейме ускользает от Тарли, который заснул в своём кресле с маленьким сыном на коленях, и присоединяется к ним. Ребятня с восторгом наблюдает, как он раз за разом умирает под клинком Бриенны. После этого Джейме запирает дверь в оружейную и прижимает Бриенну к стене. В темноте её глаза широко раскрыты, а руки нежно лежат на его спине, пока он теряется в ней. Гибель Томмена причиняет ему боль, как рана, которая никак не заживёт, и его мысли до сих пор возвращаются к ребёнку, которого, как клялась Серсея, она носила. Дитя, которому, по её словам, он мог стать отцом, и которого она тут же вырвала, когда ей понадобился рычаг воздействия на Эурона Грейджоя. Серсея заслуживает любого конца, какой бы её ни постиг. Их дети были не более чем пешками в игре, которую она вела, и Джейме ненавидит свою роль в ней. Вера Бриенны в него смиряет. Впервые в жизни он каждое утро просыпается с женщиной, не беспокоясь о том, кто их увидит. Она не проявляет открытой привязанности на людях, но её расположение к нему очевидно. А Джейме… он бы убил за неё. Но глубокой ночью, когда Бриенна мирно спит рядом, а его разум не успокаивается, Джейме задаётся вопросом, может ли он жить ради нее, прячась на Севере и закрывая глаза на бойню, к которой в конечном счёте привёл его выбор. Спустя две недели после того, как разношёрстная армия покинула Винтерфелл, с юга и запада прилетают вороны. Флот королевы Дейенерис покинул Белую Гавань, а армия Джона Сноу прошла Ров Кейлин, оставив небольшой гарнизон в качестве последней защиты для Севера. В послании Сноу содержатся приказы, адресованные как Бриенне, так и Джейме. Если падёт Ров Кейлин, отведите Сансу и Брана за стену к Тормунду Великаньей Смерти.