crossroads of the soul

      Чайник оповещает о закипании воды характерным щелчком кнопки. Это единственный звук, который был издан за последние минут десять. На кухне Мина стояла полная тишина, что очень удивительно, учитывая то, что обычно у Кима рот не закрывается. Даже во время интимной близости тот пытался хоть о чём-то разговаривать.        Юнги заливает кипяток в чашки с пакетиками чая и сахаром. Он спрашивал у Кима, сколько ложек ему положить, но тот проигнорировал этот вопрос. Поэтому Мин сделал младшему чай с таким же количеством ложек сахара, сколько кладет и самому себе, то есть — две. Не слишком сладко, ну и не слишком горько. В самый раз. Тэхён же сидит на стуле, молчит, изредка подрагивает, смотрит на Мина ничего не выражающим взглядом. Сейчас Ким совершенно не был похож на того, с кем Юнги познакомился в стенах гей-клуба. От мужчины, знающего себе цену, умеющего обольщать ничего не осталось. Только лишь оболочка, да и та выглядела как-то потрёпано.       Юнги не привык лезть в чужие дела, ему не свойственно желание вспороть душу кому-либо в попытках докопаться до интересующей правды. Даже во время следствия Мин старался быть более мягким по отношению не только к потерпевшим, но и к обвиняемым. Но всё равно ему удавалось докопаться до истины, пускай и щадящими методами. Однако Ким пришёл именно к Юнги значит, он решил получить моральную поддержку. Хотя возможно Киму просто не было куда пойти, поэтому он и решил податься к Юнги. Мин знал по собственному опыту, что в особенно трудные моменты нужна любая поддержка без разницы от кого.       В любом случае, Юнги на Тэхёна давить не будет, если Ким сам захочет рассказать, то Юнги выслушает, а если тот предпочтет промолчать, то значит так тому и быть. Мин чётко сам не знает, почему он вообще пустил Тэхена в свою квартиру, видимо сработало чувство жалости, пусть Юнги и производит впечатление сухого, безразличного человека, но он всегда готов прийти на помощь нуждающимся, всё-таки не даром он работает в полиции. Мин и в правду любит помогать всем, кому может.       — Спасибо, — произносит Тэхён, выдавливая из себя улыбку, когда Юнги ставит перед ним чашку с горячим чаем и садится напротив. Пусть улыбка Кима и выглядит мягкой, доброжелательной, но Юнги ощущает, как трудно тому дался такой, на первый взгляд, простой жест. Тэхен улыбается как-то надломано.       — Эм. Я даже не знаю, что сказать, — говорит Юнги, чувствуя явную неловкость данной ситуации, он вроде как и давить на Тэхёна не хочет, но в то же время он не может сидеть молча. Всё-таки это его квартира, а, значит, он имеет право поинтересоваться целью визита ночного гостя. От Кима же зависит говорить ли истинную причину своего прихода или же нет.       — Просто навалилось всё, — тяжело выдыхает Ким, делая глоток, совсем не кривясь. Значит, Юнги угадал с количеством ложек сахара. Тэхен же сейчас чем-то смахивает на побитую собаку, которую выгнал хозяин из дому, поэтому для него, возможно, любая подачка окажется прекрасной.       Юнги понимает, что возможно и вправду на Тэхена всё навалилось, но неужели у Кима нет к кому пойти, чтобы поплакаться? Неужели у Кима нет более близкого человека, чем Юнги, с которым он просто два раза переспал по пьяни? Тэхен производит впечатление человека, у которого нет проблем с приобретением более тесных знакомств. Это у Юнги на лице написано, что лучше не подходить, чтобы не огрести лишних проблем.       — Мне не к кому было пойти, — говорит Тэхен, сразу же отвечая на не озвученный вопрос Мина. — Мои родители сейчас в Тэгу, а друзья… с этим я не могу пойти к ним.       С чем этим?       У Юнги в один миг появляется слишком много вопросов, у которых нет совершенно никаких ответов, но, возможно, появятся.       — А ко мне можешь?       — Да могу… Ты поймёшь, потому что мои друзья не знают о моей ориентации, — шмыгает Тэхен, ставя на стол пустую чашку. Для Юнги же такой ответ Тэхена становится весьма странным. Однако он сразу же вспоминает, что немногие представители нетрадиционной ориентации стремятся к ее разглашению. Это Юнги привык всё говорить сразу, чтобы потом для его возможных новых (редких) знакомых не стало сюрпризом, что он гей. Такое раскрытие для Юнги уже обернулось тем, что он не общается с родителями больше десяти лет, а еще его первую любовь нельзя было назвать удачной. Ведь его избранник, который являлся лучшим другом, посмеялся над чувствами Мина, растрындел об этом всей школе. Юнги был отбросом в последние годы своего обучения, которого каждый день поливали грязью, нередко даже доходило дело до избиения. Поэтому Юнги понимал логичность поступка Тэхена, тот просто боится, что от него отвернутся близкие люди. Возможно, Ким правильно поступает. Однако, будет ли счастливой жизнь, когда ты скрываешься, чувствуя, что все твои знакомства могут исчезнуть в один миг, стоит друзьям узнать о твоих сексуальных предпочтениях? Юнги не знает. И судить не может, потому что привык жить по другим принципам.       — Знаешь, наверное, это глупо… С виду я совсем не произвожу впечатление неуверенного в себе, но никто из моих близких не знает о моих сексуальных предпочтениях, — произносит Ким.       — Мои близкие отвернулись от меня, узнав, что я гей, поэтому я понимаю, чего ты боишься, — отвечает Юнги, опустошая чашку ароматного чая и отставляя её. — Однако, как я понял, ты пришел ко мне не из-за того, что ты боишься рассказать родным и друзьям о своей ориентации.       Тэхен кивает, чешет свою шею, и Юнги замечает на открывшемся из-под свитера участке коже засос, притом слишком болезненный. В голове Мина сразу же появляется возможная дальнейшая тема разговора. Тэхена изнасиловали. Наверняка, в клубе, и это неудивительно. В этом логове разврата и порока отдыхают разные люди. Некоторые из них имеют совсем нездоровые наклонности. Видимо, Тэхен наткнулся как раз на такого и не смог отбиться.       — Это… — Ким заикается, бегает напуганным взглядом по всей кухне. — Я начну с начала всей истории.       — Успокойся, — произносит Юнги, слегка касаясь лежащей на столе ладони Кима своей рукой. Тэхен вздрагивает, но не отодвигается. — Раз уж ты пришёл ко мне, то я постараюсь тебе помочь.       — У меня был парень… Это было достаточно давно. Лет пять назад, — Тэхён начинает вытирать подкатывающие слёзы. — Мы были счастливы, хоть наши отношения и были тайным, но в один момент что-то пошло не так. Он стал жестоким, иногда дело доходило до драк, и в один момент я просто не выдержал и ушёл от него, — Ким всхлипывает. Юнги понимает, что Тэхен не хочет говорить о подробностях. Наверняка, было и сексуальное насилие.       Юнги почему-то именно сейчас вспоминает последнюю его близость с Тэхеном, и тогда младший слишком странно отреагировал на проявленную Мином нежность. Теперь Юнги нашёл этому логичное объяснение. Тэхен просто слишком загнан, напуган на моральном уровне.       «Я люблю погрубее», — в голове Юнги звучит брошенная Кимом фраза в первую их встречу. Это тоже своеобразная психологическая установка, внушённая вероятнее всего бывшим парнем.       Юнги знает, что многие люди надевают на себя маски, придумывают себе чуть ли не новые личности, чтобы защитить настоящих себя. Однако он и подумать не мог, что Тэхен относится к таким же. Ким произвел на Юнги впечатление самодостаточного человека, не лезущего за словом в карман. В реальности всё оказалось совсем не так.       — Мой бывший не появлялся всё это время, а сегодня… Черт, я не знаю. В клубе на меня обратил внимание похожий на него парень, — говорит Тэхён. — Я уверен, что это не он, потому что… я помню в нем всё.       — Тэхен, держи себя в руках.       — Так вот, этот незнакомый парень зажал меня возле туалета, затащил в кабинку. Я пытался сопротивляться, потому что его действия были похожи на действия моего бывшего. И я вспомнил всю эту боль, слезы, синяки. Меня накрыло, — Тэхен нервно сглатывает.       — Тебя изнасиловали? - спрашивает Мин, уже готовясь уговаривать Кима писать заявление об изнасиловании в прокуратуру. Преступник должен быть наказан.       — Нет, тот парень, заметив мои слезы, сразу же отстранился, но… — Тэхен смотрит на Мина испуганным взглядом. — Мне страшно.       Теперь Юнги понимает, в чём дело. У Тэхена после его отношений явно осталась психологическая травма. Мин допускает, что действия парня в клубе были совсем не насильственного характера, но мозг Кима воспринял их таковыми.       Юнги встаёт из-за стола, идёт к Киму, аккуратно касается ладонью плеча того. Тэхен сразу же поднимает на Мина заплаканные глаза.       — Не бойся, — мягко произносит Юнги. — Если тебе будет кто-то угрожать, ты всегда можешь обратиться ко мне, я же всё-таки полицейский.       — Спасибо, — выдыхает Ким, шмыгая носом. — Извини, что потревожил тебя своим визитом. Я сейчас уйду.       — Никуда ты не уйдешь, — говорит Мин, крепче сжимая плечо Кима. Тэхен сейчас явно не дойдет или же не доедет до дома, потому что его состояние плачевное. Отпустить Кима одного, значит, взять на себя грех. — Ты весь дрожишь, переночуй у меня, а утром поедешь домой.       — Большое спасибо.

***

      Юнги стелет Тэхену в гостиной, потому что они явно не так сильно близки, чтобы Мин делился своей кроватью. Прошлый раз был обычным помешательством, сейчас же Юнги здраво мыслит. Ким, в принципе, и не против переночевать в гостиной. После такого морального потрясения он навряд ли был бы рад каким-либо прикосновениям.       — Спокойной ночи, — произносит Юнги, когда Тэхен уже устраивается на диване, укрываясь выделенным одеялом. — Я оставлю здесь свой номер, — Мин кладет маленький листок бумаги, на котором он написал телефон в то время пока Ким принимал душ. Всё-таки Юнги обещал помочь, если что случится, поэтому им нужно более быстрое средство общения, а не хождение по гостям.       — Спасибо, спокойной ночи, — шепчет Тэхен, зарываясь в одеяло с головой, ограждаясь от мира.       Юнги уходит в свою спальню, выключая перед этим свет в гостиной комнате.       Сегодня Юнги впустил Тэхена не только в свою квартиру, но и в свою жизнь. Теперь уже окончательно. Быть может, всё-таки попробовать завести себе друга?

***

      Когда Юнги просыпается, он встает с кровати и сразу же идет в гостиную. Диван пустой, о Тэхене напоминает только лишь смятое одеяло. Мин слышит звук уведомления на телефоне, и когда проверяет, то видит сообщение от незнакомого номера:       «Спасибо за всё, сладкий».       Юнги, в принципе, другого не ожидал.

***

      Если посмотреть историю браузера Чонгука, то можно подумать, что его телефон принадлежит подростку в самом разгаре пубертатного возраста. Однако Чон всего лишь хочет быть готовым к тому моменту, когда у него с Чимином наконец-то произойдет первый раз. Оказывается, и вправду у однополого секса есть ряды сложностей, особенно это касается этапа подготовки пассива. Спринцевание это ещё пол беды, главное — растягивание. Чонгук даже пытался растягивать себя самостоятельно, но это занятие ему совершенно не понравилось, тем более, Чону было слишком стыдно. За стенкой Чимин жарит мясо, а он такой непристойщиной занимается, поэтому Чонгук решил пока что всё оставить на этапе познания теории. К практике он уже перейдёт с Чимином.       Вот так бывает, всю жизнь думаешь, что когда-нибудь найдешь прекрасную девушку, которая смирится с опасной работой и с которой можно было бы создать семью, завести детей. Но появляется Пак Чимин слишком прекрасный, заботливый, и Чонгук сам готов добровольно поменять свою жизнь.       После того инцидента на кухне Чонгук не чувствовал себя некомфортно, потому что Чимин об этом не напоминал. Они всё также засыпали, просыпались вместе. Кошмары Чона практически исчезли, лишь изредка напоминали о себе. Вроде как все налаживалось. Декабрь протекал размеренно и спокойно без каких-либо происшествий. В полицейском участке тоже не было никаких происшествий, даже заявлений о мелких кражах не поступало. Казалось, что преступный мир города впал в зимнюю спячку Жизнь Чонгука, кажется, полностью наладилась.       — Пойдем спать, — сонно произносит Чонгук, обнимая Чимина со спины. Последние несколько дней Пак готовил годовой отчет. Всё-таки на дворе уже был декабрь, который знаменовал не только приближающиеся праздники, но и подведение итогов года.       — Может, пойдёшь сам? Мне ещё нужно поработать, — отвечает Чимин, не отрываясь от монитора компьютера и не переставая печатать.       — Ты же знаешь, что я не засну, — шепчет Чонгук.       В последнее время Чона рано начинало клонить в сон, однако, без Чимина, точнее без объятий мужчины, он не мог уснуть. А если Чону и удавалось провалиться без присутствия Пака в сон, то он просыпался в холодном поту от кошмаров.       — Ладно, хорошо, хорошо, — выдыхает Чимин, сохраняя документ и выключая компьютер.       — Извини, что приношу тебе неудобства, — виновато произносит Чонгук. Ему очень неловко из-за того факта, что Чимину приходится откладывать выполнение своей работы из-за него.       — Всё в порядке, не вини себя, — говорит Чимин, вставая со стула и становясь напротив Чонгука.       Через мгновение Чон ощущает на щеке аккуратное касание чужой ладони, Чонгук сразу же её накрывает своей рукой. Он смущённо улыбается. И почему-то именно сейчас Чонгуку хочется признаться в том, как сильно он любит Чимина, как тот ему дорог. Губы Чона уже приоткрываются, чтобы сказать важные слова, но Чимин целует его.       Аккуратно.       Нежно.       Осторожно.       Чонгук тут же расплывается под аккуратными действиями губ Чимина, а все слова забываются. Чон отвечает на поцелуй робко, обнимая Пака за шею, чувствуя нежное касание чужой руки на своей талии.       Чонгук так сильно влюблён. До опьянения.       — Пошли спать, — выдыхает Чимин в самые губы, когда отстраняется. У Чонгука хватает сил только лишь на кивок.       Чонгук сразу же засыпает, когда оказывается лежащим на кровати в объятиях Чимина. Краем еще не до конца спящего сознания Чон ощущает легкие поцелуи на своей шее.       Чонгук не знает, что еще может сделать его счастливее.

***

      Чонгук просыпается от телефонного звонка, не чувствуя теплых объятий. Чимин как всегда на кухне, готовит завтрак. Чон лениво тянется к разрывающемуся телефону на тумбочке и нажимает на кнопку ответа.       — Чон Чонгук! Наконец-то, ты почему телефон не берешь? — голос Намджуна недовольный. Чонгук же не понимает, почему. Он же вовремя поднял трубку. — Ладно, неважно. Новая жертва «народного мстителя», я вышлю адрес, где произошло преступление в сообщении.       Намджун тут же отключается       Кажется, счастливая, спокойная жизнь Чонгука подошла к концу. «Народный мститель» снова объявился, а это значит, что нужно наконец-то взять себя в руки.       На экране телефона горит уведомление «Десять пропущенных звонков от Намджуна».