crossroads of the soul

      Чонгук практически без промедлений приезжает на место преступления. Он так сильно спешит, что даже не завтракает, быстро принимает душ и переодевается. Благо, что у Чимина сегодня выходной и не пришлось спешить, чтобы отвезти Пака на работу. В этот раз Чон решил не брать мужчину на место преступления, посчитав, что это будет лишним. Мало ли как отреагирует Чимин на труп? И тем более, Паку нужно было закончить с отчётом для компании. Конечно, Чонгук достаточно сильно волновался по поводу того, что Чимин будет весь день один дома, но Чон строго-настрого наказал, словно маленькому ребенку, чтобы тот никому не открывал дверь, пока он не вернется. Это всё звучит смешно, но Чонгук слишком сильно волновался по поводу того, что «народный мститель» может воспользоваться моментом его отсутствия. Кто знает, что на уме у преступника?       Чонгук ощущает неподдельное желание докопаться до истины. В его сердце снова загорается профессиональный азарт. Чон так давно не чувствовал этого, что сейчас даже немного непривычно, но всё-таки очень приятно. Словно вернулся прежний Чонгук, у которого в руках «горели» уголовные дела. Чон слишком долго отдыхал, но теперь он готов приступить к своей работе в полную силу. И ещё Чонгук должен исполнить свой план мести: засадить «народного мстителя» за решётку.       На месте преступления, находящемся на окраине города, Чона уже ждут Юнги и Намджун, которые стоят возле лежащего на асфальте тела убитой жертвы. На этот раз Чонгук узнает чёткий почерк «народного мстителя». Убитому явно за сорок лет, он ухоженный, но не в хорошей спортивной форме, одет опрятно, разве только черное пальто запачкано кровью и изрезано. Ранение в сердце и два ножевых удара в области живота. Перед ними явно жертва «народного мстителя», тут даже разбираться не нужно.       Чонгук ощущает себя как и прежде. Он не чувствует жалости к убитому, всё как и раньше до встречи с Чимином. Только вот, в сердце Чона горит явный огонёк неприкрытой ненависти к преступнику, который не только терроризировал город, но и отнял у него брата. Однако теперь Чон может полностью контролировать свои эмоции.       — Что известно о жертве? — спрашивает наконец-то Чонгук, его голос звучит уверенно, как и раньше. Всё, кажется, и вправду наладилось.       — Им Сонхён, сорок восемь лет, владелец компании, занимающейся производством деталей для машин, — чётко отвечает Намджун. — Разведён, детей нет. Счета его фирмы уже проверяют на утечку денежных средств, но будет неудивительно, если обнаружится тот факт, что он взяточник.       — Эксперты уже определили, что сначала были нанесены ранения в живот, а затем совершён выстрел в сердце. Перед нами запланированная жертва «народного мстителя», — произносит Юнги. Чонгук в голосе того слышит явное разочарование. Хотя, быть может, ему показалось. Тем более, Чон совершенно не разбирается в человеческой психологии, чтобы вот так с ходу судить. И тем более, старший был очень скрытной личностью.       — Камеры видеонаблюдения есть в этом месте? — спрашивает Чонгук, осознавая, что вопрос довольно глупый. Тут даже продуктовых магазинов поблизости нет, о каких камерах может быть речь? Однако всё-таки нужно было спросить.       — Нет, — обречённо выдыхает Юнги. — Совершенно ничего нет!       Чонгук впервые слышит, как старший кричит, и он сразу же понимает почему. В последнее время Юнги практически не отрывался от уголовных дел всех жертв «народного мстителя», изучая в попытках найти хоть какую-то подсказку. Наверняка, Мин надеялся, что следующее убийство даст хоть маленький толчок в раскрытии личности «народного мстителя», но снова ничего. В последнее время преступник слишком расчётлив, выбирает глухие места для совершения убийств. Видимо, после прокола с Чимином «народный мститель» решил подойти к своему замыслу ещё более основательно, понимая, что теперь у него нет права на ошибку.       Чонгук всё-таки изменился, теперь он реагирует на отсутствие каких-либо зацепок холодно и спокойно. У него нет желания негодовать по поводу того, что «народный мститель» снова их обставил. В любом случае, справедливость когда-то восторжествует, и убийца будет сидеть за решёткой. Главное, верить.       Чонгуку, если честно, смешно от своих мыслей такого характера, но уж лучше оставаться спокойным, чем снова загнать себя в западню. Чон и так еле выбрался из неё.

***

      — Чонгук, почему ты не брал трубку? — спрашивает Намджун, находясь в кабинете полицейского участка. — Я уже начал думать, что с тобой что-то случилось.       Чонгук вспоминает уведомление на дисплее телефона, гласящее о десяти пропущенных. Если честно, сам Чон не знал, почему он не услышал звонки. Раньше он спал чутко, просыпался от малейшего звука, но в последние месяцы, сон Чонгука и вправду стал более крепким, теперь его нельзя было так просто разбудить. Хотя обычно Чон просыпался сам, Чимин его не будил, да и будильник, по факту, тоже был бесполезным. Чонгук за собой замечал, что иногда даже не слышит его звон. Видимо, Чон за время своей профессиональной деятельности, направленной на износ организма, изрядно устал, что теперь пытается восстановиться. И это вполне логично. Каждому человеку нужен отдых: моральный и физический.       — Я просто вчера поздно лёг, вот и проснуться не мог, — отвечает Чонгук. На самом же деле, Чон потащил Пака спать, когда стрелка часов только лишь подходила к девяти вечера. Да и вообще, такое время для сна стало для Чонгука вполне нормальным. Однако об этом он своим сослуживцам рассказывать не будет.       — Я же говорил тебе, что нужно больше спать, а ты меня не слушаешь, — говорит Намджун.       — Сегодня я отдохну, обещаю, — произносит Чонгук, тепло улыбаясь. Всё-таки ему было достаточно приятно, что Ким заботился о нём, хотя обычно это было в компетенции Юнги, но тот сегодня молчал, лишь копался в бумагах, что-то искал. Ни Намджун, ни Чонгук не решались его тронуть. Если Юнги молчит, то лучше не нарываться со своим изрядным вниманием и желанием поболтать.

***

      Юнги ощущает себя проигравшим. Он выстроил настолько гениальную теорию, что даже подкопаться нельзя. Следующей жертвой «народного мстителя» должен был стать сотрудник компании «Голден», но преступник снова на несколько шагов впереди. Юнги накрывает от своей беспомощности, глупости, неспособности хоть как-то помешать убийствам, не говоря уже об их предотвращении.       Юнги пытается найти в многочисленных делах свою оплошность. Но приходит к выводу, что парные убийства всего лишь совпадение. Преступник убивает только лишь взяточников. Видимо, Хосок и вправду действовал в одиночку.       У Юнги было призрачное чувство своей силы, мощи, но это очередное заблуждение, очередная насмешка со стороны преступника. Для «народного мстителя» весь полицейский участок сборище каких-то клоунов. Юнги это раздражает, но он ничего не может поделать. Выходит, что даже самые чистые умы правоохранительных органов оказались бессильны перед преступником.       Действия «народного мстителя» стихийны. Неизвестно, кто станет следующей жертвой. Во все компании города невозможно послать полицейских, потому что тогда совершенно не останется умов и рук, чтобы расследовать другие преступления: никто не отменял кражи, нападения.       Юнги хочется посмотреть «народному мстителю» в лицо, узнать, кто тот такой, а затем изрядно харкнуть, потому что нервов у Юнги не хватает. Да, он старается вести себя спокойно, рассудительно мыслить, но он не железный. Мин привык помогать людям, но в этом деле он бессилен.       Бессилие угнетает.       В конце рабочего дня весь полицейский участок уже в курсе того, что последняя жертва «народного мстителя» занималась взяточничеством.       Очередная смерть.       Очередная безысходность.       Юнги думает, что стоит в очередной раз заново изучить все уголовные дела. Быть может, он что-то пропустил?

***

      Чонгук лежит на диване в гостиной, голова его покоится на бёдрах Чимина. Чон ощущает мягкое поглаживание чужой ладони по своим волосам. Вся эта атмосфера спокойствия расслабляет, как нельзя кстати. Чонгук даже забывает о неудаче на работе, об очередном выигрыше «народного мстителя», сейчас главное — ладонь Пака и мягкие прикосновения.       — Я сегодня закончил отчёт, — говорит Чимин. Чонгук что-то несуразное мычит, осознавая, что хорошо, что мужчина остался сегодня дома, вот работу выполнил. Чон, если честно, всё время, которое находился в участке, волновался за Чимина, но всё обошлось. Быть может, «народный мститель» отстал от Пака?       — Ты молодец, — Чонгук немного трется о бедро Пака. — Я не кот, — бурчит Чон, когда ощущает легкое чесание за ухом. Он разворачивается, ложится на спину, смотрит на Чимина снизу вверх.       — Но тебе же нравится, — с теплой усмешкой отвечает Пак.       Губы Чонгука раскрываются, а в горле застывают заветные слова: «Я люблю тебя». Это явно тот момент, чтобы наконец-то озвучить признание. Атмосфера явно позволяет.       — Я… — Чон не успевает договорить, как его затыкают сладостным поцелуем, от которого мысли в голове беспорядочно путаются. Чонгук в очередной раз утопает в приятной нежности.       Видимо, снова не сегодня.

***

      Юнги сидит за барной стойкой в гей-клубе. Мину даже смешно от осознания, что при любой неудаче на работе он идет в это место. Однако Юнги необходимо выпить, и только в клубе разливают нормальный алкоголь. С работой Мина очень легко стать алкоголиком. Юнги завидует Намджуну, который совершенно не пьёт, который не знает такой проблемы, как сушняк и головные боли по утрам. Однако Мин готов терпеть эти мелочи ради того, чтобы получить заветные расслабление и забытьё.       Мин всё время оборачивается на танцующих парней, надеясь найти в толпе заветную красную толстовку. Но Тэхена здесь нет. И навряд ли тот появится в этом месте в ближайшее время после испытанного им стресса. Юнги не помешало бы потрахаться, однако, с кем попало не хочется. Хочется Тэхёна всем своим телом и неважно, в какой позиции. Мин дал бы Киму себя отыметь.       Юнги разблокирует свой телефон, ищет в контактах номер Кима и, когда находит, пишет краткое сообщение:       «Привет».       Трезвый Юнги никогда в жизни этого не сделал бы, но сейчас ему абсолютно плевать. В нём сейчас бушуют несколько бокалов виски и ненависть ко всему миру.       Ответ не заставляет себя долго ждать:       «Привет».       И что теперь писать? «Я тут прохлаждаюсь в клубе, думаю о том, как хорошо было бы тебя натянуть или чтобы ты меня хорошенько оттрахал». Нет, совершенно нет. Юнги такое не напишет, не опустится так низко.       Юнги смотрит на сообщение около минуты, слегка улыбаясь, а потом блокирует телефон и просит бармена налить ему ещё виски.       Вот и поговорили.       Юнги лучше напьётся, чем заявится к Тэхёну трахаться.