Недоверие, ненависть, апатия...

@badnothing: сегодня будет пиздец, так что готовься. и я не про игру.       — Шевелись давай! Отберу у тебя этот чертов телефон!       Рин стояла во дворе, набирая сообщение Рюноске, и ждала мать, но на нее начал кричать отец, ожидая их в машине. Пришлось положить телефон в карман и садиться на заднее сидение.       Таро сдержал свое слово, когда сказал, что они вместе поедут на матч. Как бы и что бы Укай не говорил, пришлось Рин ехать не с командой на автобусе, а с родителями. В этом есть и плюсы: доедут быстро и раньше них, будет комфортно.       Подъехав к городскому спортзалу Сендая, Рин сказала:       — Вы идите и займите для себя лучшие места на трибунах, а я… — она начала, не подавая вида, судорожно искать правдоподобную причину, чтобы разделиться, — понаблюдаю за Токонами, нашими противниками, — Рин уже повернулась к родителям спиной, идя ко входу в помещение, как услышала слова отца.       — Гляди чё, какая ответственность, — с ехидством и упреком сказал Таро, обгоняя дочь вместе с женой.       Она пыталась пропустить его слова мимо ушей, но не получалось. Рин ненавидела ответственность и не раз задумывалась, почему так легко вступила в клуб и выполняла свои обязанности — может, мысли о том, что Укай делает большую работу, ее успокаивают. Либо пытается доказать отцу или даже себе, что еще чего-то стоит.       Решив отбросить размышления на потом, Рин двинулась ко входу, видя лишь удаляющиеся спины родителей перед собой. Из небольшого ступора ее вывели голоса:       — Не-е, похоже на то, что Аобаджосай в этом году будут реальными претендентами…       — Сейджо действительно сильно выросли за год.       Сборище каких-то парней стоит около сетки матчей. Разузнать у них какую-либо информацию было бы полезно, поэтому Рин решила немного им подыграть. Она сняла с себя олимпийку Карасуно, сложила и подошла к ним, фальшиво улыбаясь.       — Не думаю, что Ойкава настолько силен. Шираторизава опять выйдет на национальные, — игроки, что стояли в упор к сетке, чуть испугавшись, посмотрели на подошедшую девушку. — Здравствуйте! Я услышала вашу интересную беседу. Не против, если я присоединюсь?       — Конечно нет! — сказал один из игроков, что был рядом с ней. — Разбираешься в волейболе?       — Играла когда-то, но после операции пришлось бросить, — Рин состроила грустный взгляд, намекая, что это больная тема для нее, но после чуть оживилась и указала на сетку. — О-о, смотрите, кто будет скоро играть! Это же Карасуно!       — Карасуно? Кто такие? — тут-то она почувствовала, что будет самое интересное, чуть позволила себе высокомерия в взгляде, смотря на разговаривающих парней, и приковала взгляд парня, что стоял спиной к выходу       — Это школа, которая когда-то была мощной, так?       — Почему когда-то? Ха-ха, — Рин уже, не сдерживаясь, насмехалась над ними, взглядом говоря, чтобы знали себе место. От чего у некоторых пошли мурашки. — А знаете, какое у них было тоскливое прозвище?       — По-моему, «Падшие чемпионы», «бескрылые вороны», — сказал тот парень у выхода, даже не представляя, кто стоят за его спиной.       — Ключевое слово в моем вопросе «было». Знаете почему? — она расправила олимпийку Карасуно и указала рукой за его спину. — Они готовы расправить крылья.       Все парни встрепенулись, стоило Карасуно выйти на свет. Рюноске попытал попытку начать драку, по словам Даичи, который и остановил его. Рин была довольна своей работой, ловя взгляд одобрения от Цукишими и от насторожившегося Нишинои, на которого предпочла не обращать внимания. Пока парни рассказывали «интересные» слухи о каждом из Карасуно, она решила уйти в туалет, так сказать «под шумок».       Смело идя по табличкам, благо надо было завернуть за угол, Рин наткнулась на отца, скрестившего руки.       — Какое же приятное зрелище ты устроила, — у нее пробежали мурашки по коже. Меньше всего она хотела, чтобы это увидел отец. Какого чёрта он еще не на трибунах? — Только ты же совсем их ни во что не ставишь. Лицемерие — плохо, Рин.       — Они тебя не разочаруют. Иди на трибуны, тебя мама заждалась, наверное, — улыбнулась Рин ему и пошла в туалет, чтобы успокоиться курением и подумать о словах отца.       Она не отрицает их. Прекрасно понимает, что лицемерила. Надо же было повысить свой и, в принципе, авторитет команды. Ей не хотелось больше слушать нравоучения и вопросы от Нишинои. Она не враг, но и не постоянный союзник.

* * *

      Рин нервно посматривала на родителей, сидящих на полупустых трибунах Карасуно, пока Укай и Такеда перед матчем поднимали боевой дух команды. Даже отсюда она видела, с каким презрением на них смотрит Таро. Рюноске среди суматохи, царящей в зале, ободряюще положил руку ей на плечо, бросив короткий взгляд на их трибуны, но Рин легким движением убрала эту руку, взглядом говоря «Отстань. Не поможет». И парни построились в круг с криком:       — Карасуно, в бой!       И эта битва началась. Волейболисты обеих команд выходят на поле — Рин садится возле Укай, выпрямив спину. Дышит глубоко, чтобы унять мандраж. Когда-то она тоже стояла на поле. Но теперь она менеджер павшей команды, поддерживает их, даже несмотря на то, что это может разрушиться в одно мгновение из-за отца, который помог ей и Такеде повесить баннер на трибуне, познакомившись с ним. А перед тем как уйти, Таро в макушку поцеловал Рин, показывая, насколько он любит ее, и пожелал всем удачи. Ей на мгновение показалось, что это так, почувствовала отцовскую любовь, но это эфемерное чувство быстро ушло, как только Рин вспомнила, в каком состоянии у нее руки. И Таро увидел это изменение, когда она неверяще посмотрела на него со слепой надеждой и радостью в темно-коричневых глазах, которые потухли также быстро, как и загорелись. Уходя, Рин незаметно потерла свое левое запястье, чувствуя облегчающую боль.       За своими мыслями она не заметила, как Карасуно забили очко — начало положено. Но Рюноске с Нишиноей начали кричать от радости забитого первого очка, из-за чего получили предупреждение. Таро не понравится. Рин посмотрела на Укая, который сказал, что всё хорошо будет. И это он не про матч — Даичи держит их в ежовых рукавицах, — а про Таро. Знает же, как Игараси относится к волейболу и к Рин в роли менеджера.       Забили еще очко, где Нишиноя смог подобрать мяч после блока. Следующее очко принес Хината, проделав с Кагеямой быструю атаку. Токонами опешили от такой комбинации, но Рин посмотрела на трибуны. Ойкава из Аобаджосай привстал со своего места и с восхищением смотрел на Карасуно, а отец удивился. Это она точно знала, такой комбинации не было, когда она играла. Это совершенно удивительно и быстро.       Однако этот эффект перестал быть для него необычным — Рин это тоже знала. Ведь первая партия подходила к концу. Приманка-Хината и быстрая работают, забивая очко за очком, только Токонами теряются и не привыкают к быстрой. Отчего они и второй сет проиграли.       Карасуно одержали победу над Токонами.       — Следующая игра с Датеко в пол второго, — подхватил Укай Рин. — Можешь погулять по округе. Мне твоя помощь не понадобится.       — Ты мне так говоришь «Не попадись Таро на глаза»? — с небольшим страхом спросила она, уже не замечая на трибунах родителей. Укай кивнул, мельком смотря на парней. — Тогда я побежала.       Коридоры были заполнены волейболистами, по которым Рин бегала взглядом, выискивая мать и отца, в надежде сбежать от них. Лучше она с ними дома поговорит, чем на улице слушать лестные речи отца, значащие совершенно иное. Быстрым шагом шла, не подавая виду, что убегает от опасности, от которой не убежит никогда. Но стоило ей выйти из помещения, как ей кладут руку на плечо.       — Рин, — она обернулась и внутри себя выдохнула от того, что остановил ее Рюноске, — давай поговорим.       — Иди к ребятам, — Рин закатила глаза от раздражения — время реально же такое подходящее — и, развернувшись, пошла дальше. — Мне надо подышать свежим воздухом.       — Когда у нас вейп стал воздухом? — укоризненно сказал Рюноске, поравнявшись с ним. Рин посмотрела на него, приподняв бровь. — Мне Ноя-сан сказал.       Не успела она что-то ответить на это, как увидела вдалеке своих родителей. Рин застыла. Это конец.       — Заткнись и вали отсюда. Быстро, — четко сказала она каждое слово, смотря как подзывает их Таро.       Но Рюноске ее не послушал и пошел вместе с Рин к ее любящим родителям. По взгляду отца она понимала, что тот не желает видеть Рюноске сейчас, но он будто бы этого не видел, с улыбкой идя к ним навстречу.       — Здравствуйте, Таро-сан, Лиза-сан, — поклонился Рю. Рин посчитала это излишним — нет человека, который должен уважать ее отца. Он — полное гнилье. — Я рад видеть вас и Рин в Японии.       — Здравствуй, Рюноске-кун, — улыбается Таро, в чьих глазах проскальзывает хитрая усмешка. Сохраняет дружелюбный тон и улыбку на губах, чтобы расположить к себе. Лжец. — Пришлось переехать из-за работы. Я рад, что вы оба встретились, ведь раньше вы так хорошо дружили.       Рин поняла, что от внимания отца не ускользнуло отсутствие звонков от Рюноске, — он знал и решил сейчас это использовать. Рю дрогнул, что не укрылось от глаз Таро, а Рин с каменным лицом переваривала все сказанные слова отца, думая еще про отстраненную мать, которую, как казалось, ничего не беспокоило.       — Как тебе игра, отец? — молчание немного затянулось и пришлось Рин как-то выкручиваться — невозможно было смотреть на хитро улыбающегося отца и поникшего Рю. — Скажи же, что быстрая девятого и десятого номеров была удивительная?       — Ключевое слово «была». Найдутся противники, которые смогут ее остановить, но Кейшин найдет решение, — ободрительно-фальшиво сказал Таро, ни в коем случае не упоминая Рин, которая могла бы посодействовать тренеру. Принижает собственную дочь. Бесит. — Вы куда-то собирались, ребята?       — Я собиралась в магазин сходить до начала следующей игры, а Рю просто прилип. Но мы еще увидимся, так что до встречи! — Рин, пока был шанс, который она не собиралась упускать, ретировалась оттуда, чтобы ни секунды более не находиться подле отца.       За Танаку она не переживает. Таро ничего ему не сделает и не скажет, а ей… вполне.