Призрак дома Малфоев

Нас ведут сквозь темноту ночи по выложенной камнем дороге. Ворота давно остались позади. Я успела заметить на них букву «М». Тут все принадлежит им, кроме их собственной свободы. До последнего я надеялась, что это будет не это место. Не знаю даже почему. Учась в школе, я всегда гадала, каков дом у Драко Малфоя: заносчивого и самодовольного отпрыска аристократической чистокровной семьи. Возможно это шикарный дворец. Или наперекор всему – уютный домик с большим садом. Но сейчас это уже не его дом, и даже не его отца. Он наполнен злом и зло там живет, прогрызая и пропитывая стены своим нутром. Меня передергивает. Егерь толкает меня вперед к парадным дверям. Там уже кто-то стоит. Наверное, наш палач. Дожидается, пока жертва окажется в его сетях. Подойдя ближе, я узнаю́ Люциуса Малфоя. Странно, но осмотрев прибывших, он косится на меня. И его губ касается едва заметная ухмылка. «Вот ты и доигралась в свое благочестие, грязнокровка». Я уверена, что он хочет сказать именно это. И этот взгляд лишь между нами. Интересно как бы он смотрел на сына, если бы его тоже привели на казнь, а я встречала Драко, как самый радушный хозяин. Как символично он стоит: весь сияющий своим величием, глядя, наверное, самым ясным и чистым взором на все вокруг. Как носители таких светлых глаз могут творить столь ужасные вещи? - Вы долго, - его голос – лед. Как и он сам, облаченный в черную мантию, — живо заходите. Егеря явно боятся его, проталкивают нас перед собой. Словно мы не люди, а железные щиты. Трусы. Мы проходим мимо хозяина дома, а он окидывает холодным взглядом каждого. Я нарочно свожу брови, яростно глядя ему в глаза. Он лишь усмехается. Но что-то в нем меняется. Возможно, на него нахлынули воспоминания. Но это лишь предположения. А мы тем временем скрываемся в темноте. - Мерлин, как же здесь все поменялось, — завороженно прошептала я сама себе, достигнув места назначения. Уже шла вторая неделя осени, злосчастный понедельник. Этот день стал для меня знамением чего-то нехорошего. Так стало после войны, ведь именно в этот день недели погибло больше всего людей. Интересно, у дней тоже есть память? Я оглядела большой сад. Осень еще не успела тронуть его деревья, которые бешено раскачивал морской ветер, летящий через близлежащие леса. Сложно было описать красоту этого места сейчас. Я ожидала увидеть здесь что-то пугающее, жуткое, навевающее воспоминания, но все изменилось и от былого Малфой мэнора здесь не осталось почти ничего, кроме легкого ветерка памяти и еле заметного очертания прошлого. Где же былое, внушающее страх, здание? На его месте сейчас был лишь прекрасный дворец, тонущий в лучах восходящего осеннего солнца, и окутанный ветром, пронизывающим его легким холодом. В остальном вокруг царила тишина и был слышен лишь шепот деревьев, разговаривающих о чем-то своем. Сжимая в руках клочок газеты, я прошла через ворота, заметив, что нынешние хозяева оставили их нетронутыми. И снова я нырнула в воспоминания, но в них была лишь ночь, а единственным источником света были белые как снег волосы Люциуса Малфоя. Интересно, хозяева знают, что их ждет гость? Прочтя статью в газете, я тут же направилась домой и перерыла сотню «Ежедневных пророков» и «Ведьмополитенов», но не нашла нигде ни строчки об этой работе. Возможно, это была очередная шутка или глупая писанина сторонницы Риты, но я решила, что обязательно должна хотя бы попробовать. Ворота со скрипом закрылись за мной, легким гулом оповещая хозяев о моем прибытии. Гордо выпрямив спину, я двинулась по уже знакомой дороге, направляясь к двери. И там снова меня кто-то ждал. Интересно, когда я смогу разглядеть кто это, то кем окажется нынешний хозяин дома? - Доброе утро, мы не ждали гостей. — радушным тоном сообщила мне молодая женщина. Она была старше меня, возможно, на несколько лет. Я почтительно опустила голову и огляделась. Больше никого рядом с нами не было. На женщине отлично сидело прекрасное легкое платье серого цвета с высоким воротом, а ее рыжие волосы были убраны в высокую прическу. Она улыбалась. - Миссис Мирт, я прочла, что вам нужна гувернантка для ребенка, но адреса, чтобы отправить письмо не нашла. Женщина заметно напряглась и выпрямилась. - Это очень деликатный вопрос, мисс… - Грейнджер. Гермиона Грейнджер, - быстро ответила я, мысленно ругая себя за то, что должна была представиться первым же делом. Женщина улыбнулась, поправив выбившийся из прически локон. - Так вот, мисс Грейнджер, это очень деликатный вопрос, если вы понимаете. Нашему ребенку нужен хороший человек, так как мой муж и я заняты работой, а на детей нет времени. Он сложный ребенок. Но, помимо всего, ему нужно образование, и гувернантка в первую очередь должна быть очень образованной. На этот раз уже улыбнулась я. - Я закончила Хогвартс с отличием и вполне могу обеспечить вам эти условия. - Пройдемте со мной в дом, — женщина жестом пригласила меня войти. Я взглянула в темноту дома и меня на долю секунды пробрал ужас. Именно там таились мои самые глубинные страхи и именно там, и я на это искренне надеялась, - я смогу от них избавиться. Графство Мирт расположилось среди леса, скрываясь от чужих глаз, закрытое высокой железной оградой. Почему оно называлось графство? Об этом я узнала из очередного номера газеты, посвященного этому, ставшему весьма популярным, дому. Семейство Мирт проживало во Франции много столетий и имело славную историю, благодаря деяниям предков. Они владели в свое время большим наделом, чем кто-либо из соседей. Я не знала по каким причинам они переехали сейчас в Англию, бросив свое родное имение и внушительную часть оставшейся земли. В обрывках слухов говорилось, что они прямые родственники Малфоев, но, возможно, это — лишь разыгравшаяся фантазия журналистов, имеющих привычку придумывать из вроде бы простых ситуаций целые мистические истории с витиеватыми сюжетами. - Пошевеливайся, живо, а то получишь не очень приятное заклятие, — шепчет мне на ухо егерь, мерзко шипя, — или, быть может, ты хочешь пойти в другое место? Я непроизвольно толкаю его в живот и бегу куда глаза глядят. - Ловите эту паршивую грязнокровку, — слышу я вдогонку. - А как же эти двое, — слышу голос Сивого, и бегу что есть мочи, петляя по коридорам. Впереди комната. Возможно, если я спрячусь там, меня не увидят, и я смогу спастись и спасти Гарри. Никто не должен узнать его, иначе нас всех ждет смерть в этом прокля́том доме. Слышу быстрые шаги за своей спиной и внезапно чувствую, что мои ноги подкосились и я падаю на холодные плиты. Попытки сдвинуться не увенчиваются успехом. Ноги перестали меня слушаться, и я могу лишь ползти, чтобы скрыться от мерзких насмешливых глаз егеря. - Попалась, красавица, — смеется он и наклоняется к моему лицу. — И нам повезло остаться наедине. Я гневно и с отвращением смотрю на него, пытаясь вложить во взгляд как можно больше презрения и ненависти. Чувствую, как его дыхание обжигает щеку и сердце падает куда-то вниз. Я почти не дышу. Попытки оттолкнуть его тоже не дают никаких результатов, и я с ужасом понимаю, что было бы лучше вообще не вырываться и не пытаться бежать. Но, вдруг из ниоткуда летит заклятие, и егеря относит в стену. Он падает на пол и теряет сознание. С ужасом смотрю на источник спасения и вижу Люциуса Малфоя, взирающего на меня с какой-то странной ехидной улыбкой. - Такая смелая, а сделать ничего не можешь. Не проще ли просто ничего не делать? – он подходит так близко ко мне, что я вся сжимаюсь, по-прежнему понимая, что не способна бежать. - Это мне не свойственно. Не привыкла сдаваться так просто, — гневно смотрю на него с вызовом. Люциус смеется. - И что же тогда с тобой случилось пару секунд назад, решила изменить убеждениям? Усмехаясь, он подает мне руку, и я понимаю, что теперь могу встать. Интересно, почему такой простой жест кажется таким странным? Возможно, потому что именно в его дом мы пришли встретить смерть, или, быть может, напрямую столкнуться с ней. Отвернувшись от его жеста, я встаю, косясь на Люциуса. Тот лишь пожимает плечами усмехаясь. - Будет хорошо, если вы не будете говорить никому кто вы есть, мисс Грейнджер. — сухо добавляет он. Я удивленно вскидываю брови. - Вам что до этого? - Не поймите неправильно, но я не хочу, чтобы мой сын лишний раз видел Темного Лорда. Внезапно старший Малфой непроизвольно дотрагивается до плеча, видимо, массируя метку. Интересно, насколько больно носить ее? Или это ничто по сравнению с душевной тяжестью этих людей. Выжидающе смотрю на Люциуса Малфоя, понимая, что сейчас в пару метрах от меня лежит палочка, которой я могу воспользоваться, и, оглушив Малфоя, достать еще одну. Пусть они и будут работать вполсилы, но это хотя бы что-то. Видимо, уловив ход моих мыслей, он усмехается и начинает медленно подходить ко мне. Я отбегаю к стене, где лежит егерь, жадно ища глазами палочку. Но ее нигде нет. Повернувшись лицом к своему «спасителю», замечаю у него в руках палочку егеря и удрученно озираюсь по сторонам. Интересно, он убьет меня сразу или решит оставить помучиться ? - Пойдем и поживее, — уже серьезно говорит он и, больно схватив за локоть, волочит меня обратно в главный коридор. Как только я вижу лица друзей, тут же успокаиваюсь. Рон стоит весь красный, с подозрением и гневом глядя на Люциуса. - Чертов ублюдок, — вопит он, а я совершенно точно понимаю, что моя кофта разорвана, чересчур откровенно обнажая плечи и часть груди. Поспешно запахиваюсь, с ужасом выдыхая. Я и не заметила, как этот егерь успел разорвать ее. Возможно это произошло, когда я убегала, или, когда он пустил заклятие, обездвиживающее ноги. - Уизли. — он нарочно растягивает слова, и я понимаю теперь откуда у Драко та же манера. Родители и их дети так похожи. Рон тревожно и со злостью сопит, пытаясь вырваться из рук Сивого, который откровенно смеется. - Уизли, ты видимо шутишь, — Люциус выглядит возмущенным, но в то же время ситуация его явно развлекает. - Что вы стоите, — говорит он егерям, — ведите пленников в зал. - Где Струпьяр? — хрипит Сивый, выискивая своего мерзкого друга у нас за спинами. - Пошевеливайся, — грубо отвечает Малфой, — он скоро присоединится. И нас уводят в гостиную. - Мисс Грейнджер, с вами все хорошо? — с тревогой спросила миссис Мирт, и я поняла, что нахожусь в том же самом коридоре, жадно хватая ртом воздух, словно его кто-то украл и дышать стало совсем нечем. Она помогла мне встать на ноги и наколдовала стакан воды. - Спасибо, — тихо ответила я, — с этим местом у меня очень много нехороших воспоминаний, но это, согласитесь, не повод не хотеть работать здесь. - Вы знали прошлых жителей? – спросила она, видимо заинтересовавшись тем, что я могу что-то рассказать. - Не то чтобы знала, я училась в одной школе с сыном владельцев дома, а во время войны, думаю вы знайте, здесь было убежище пожирателей смерти. - Знаю, — ответила она, немного смутившись. И судя по ее реакции, я заключила, что их переезд в Англию был не такой уж и желанный. Возможно, с ними что-то случилось, а за неимением достаточных средств они купили этот дом, так как после войны он вряд ли был кому-то нужен, да и цена явно была во много раз ниже. Счета Малфоев, как я узнала благодаря новостям, закрыли, и Гринготтс больше не пускал их даже к сейфам родственников. Драко с Нарциссой уехали из страны, и Мерлин знает, где они сейчас. Что касается Люциуса, то о нем ничего не было известно, кроме того, что после войны его приговорили к трем годам прозябания в Азкабане, но через несколько дней после судебного разбирательства он бесследно исчез. - Я была здесь во время войны и помню, что здесь происходило, до мельчайших подробностей. Но я думаю, что мое пребывание здесь поможет избавиться от страхов, которые мучают меня с тех самых пор, как закончилась война. - Не вы ли та самая Грейнджер, что была с Гарри Поттером? – на лице миссис Мирт я увидела явный интерес к моей личности, а возможно и не совсем ко мне. Со славой Гарри приходилось сталкиваться всегда. Сначала он был «мальчик, который выжил», а теперь его слава достигла таких высот, что Гарри даже сам не понимал серьезности своего положения в мире магов. Он вошел в историю еще тогда, когда родился. И пусть тогда он играл в ней лишь символическую роль, то сейчас он занял там важное место, превратившись из легенды в полноценную историческую личность. На вопрос миссис Мирт я улыбнулась и покачала головой. Она прикрыла рот рукой, с грустью и ужасом глядя на меня. - Как вы тогда вообще смогли прийти сюда? И как сможете работать? В таком месте... Мне всегда было любопытно замечать, как люди, поддавшиеся эмоциям, меняются прямо на глазах. В особенности в те моменты, когда они понимали, что перед ними живое напоминание о не самых радужных моментах жизни. - Я сознательно пришла, а значит смогу. — просто ответила я, отдав стакан ей в руки. Она положила мне руку на плечо и, сочувствующе вздохнув, указала на гостиную. Мы прошли в просторный зал с большим камином, где треща догорали поленья. Я же отметила, что здесь и правда все поменялось. И даже не столь сам облик дома, сколь общая атмосфера. Больше не было мрачных холодных стен и приглашённого света, которые предавали дому какой-то своеобразный мистический и темный вид. Сейчас он был наполнен теплом и светом, а также на стенах висели разноцветные ковры, привезенные, по всей видимости, из восточных стран. Я даже предположила, что, наверное, нынешние жильцы любили путешествия. Везде вместо серой мебели стояла старинная деревянная, по виду стоившая целое состояние. Возможно, Малфой мэнор был таким же и до войны, ведь сложно представить, как люди вообще могли жить в таком ужасающем холоде, среди немых холодных серых стен, в доме, который не излучал ни радости, ни тепла. Скорее всего, здесь когда-то было так же уютно и ощущалась жизнь. С ужасом взглянув на плиты, которыми был уложен пол, я вздрогнула. - «Ты скажешь мне все, паршивая грязнокровка» — кричит Беллатрикс. - «Ни за что», — я отхаркиваю сгусток крови ей в лицо, глядя как оно искажается от гримасы гнева. Это, без всяких сомнений, было здесь. Я даже могла точно указать место, где я лежала, корчась от боли Круцио. - Присаживайтесь, - пригласила меня миссис Мирт, указывая на кресло, около небольшого журнального столика. Пожалуй, лишь сейчас я заметила, насколько убранство было похоже на магловское. Здесь даже висел телефон, что меня удивило больше всего. Зная, что волшебники были далеки от таких вещей, для меня это выглядело по меньшей мере странно. Но, возможно, во Франции все было не так плохо, как здесь. Ведь я всегда считала, что если объединить изобретения двух миров, а не полностью игнорировать один из них, то это придало бы силы обеим сторонам. Сев в кресло, я заметно расслабилась. - Итак, у меня к вам пара вопросов, касаемо вашей будущей работы. Мне нужно понять подходите вы или нет. - женщина мило улыбнулась и достала из ящика блокнот с пером. Я кивнула ей. - Вы чистокровная? Признаться, этот вопрос выбил меня из колеи. Хотя, это, наверное, был первый вопрос, который задавали абсолютно все, и единственный вопрос, на который я всегда отвечала неверно. - Нет, — осторожно ответила я. С горечью и досадой, я даже успела подумать, что, наверное, можно было бы и не садиться в кресло. - Хорошо, — улыбнулась женщина и чиркнула что-то у себя в блокноте. Я вопросительно изогнула бровь. Увидев мою реакцию, она немного смутилась. - Я спрашиваю типичные вопросы, хотя это не так и важно, но знаю, что волшебники плохо разбираются в приборах маглов, и мне бы не хотелось, чтобы с этим возникли проблемы. Мой муж работает на двух работах - одна из них в волшебном мире, а другая в мире маглов. Я усмехнулась, к счастью, про себя. Наконец-то мое происхождение сыграло мне на руку. Видимо, не все волшебники настолько погрязли в средневековых принципах. - Извините, просто здесь в Англии к нечистокровным относятся не очень хорошо, особенно, почему-то к тем, кто участвовал в войне, - поспешила оправдаться я, смущенно теребя ручку сумки. - Странно, — женщина отложила блокнот и, щелкнув пальцами, призвала эльфа, — два чая, дорогая. Эльфийка лучезарно улыбнулась и, поклонившись, растворилась в воздухе. - Не странно, так как те, кто непосредственно участвовали в войне очень сильны. Их закалили ужасные события. И думаю, что никому не хочется чувствовать себя слабее, в особенности, перед теми, кто ниже по статусу. Миссис Мирт понимающе кивнула, пристально глядя мне в глаза. - Почему вы решили устроиться сюда? – это был второй вопрос. Наверное, я слишком рано расслабилась. У меня было два варианта: либо сказать правду, что меня нигде не берут, либо соврать. К удивлению, сейчас мне казалось, что врать бессмысленно, ибо эти волшебники были не похожи на других, и, возможно, сказать им все как есть было бы лучшим решением. - У нас в стране не очень приветствуют магглорожденных, и я никак не могла найти подходящую работу. Конечно, меня брали на очень низкие должности, но работать там было невозможно. Я думаю вы понимаете. Возможно, вы еще не столкнулись с таким разделением, но у нас это очень большая проблема. Про вас я узнала из газеты, — осторожно сказала я, теребя клочок бумаги, который я до этого времени сжимала в ладони. Миссис Мирт вопросительно посмотрела на меня, изогнув тонкую бровь. - Не помню, чтобы оставляла в газетах просьбу, — она осеклась, — Хотя, возможно, это все журналисты, снующие здесь почти каждый день с тех пор, как мы приехали сюда. Я понимающе кивнула и виновато улыбнулась. - Думаю вы правы, — я вскинула руку с клочком бумаги и выдохнула, — Мне очень нужна работа и, думаю, что смогу обучать вашего сына, так как всегда любила учиться, и с радостью поделюсь знаниями. Пронзительно взглянув в глаза женщине, я попыталась уловить ход ее мыслей, но тут же поняла, что это было не обязательно, так как миссис Мирт выглядела вполне удовлетворенная моими словами и я подумала, что возможно, у меня наконец появился хоть какой-то шанс куда-то устроиться. - Вы говорите по-французски? – доброжелательно улыбнулась она. Я нервно сглотнула. Признаться, французский давался мне плохо, и я даже не знала с чем именно это было связано, потому что несмотря на его похожесть с моим родным языком, это никак не упрощало задачу. - Немного. Я была во Франции лишь раз и недолго. Но вы говорите по-английски. А ваш сын? - Он говорит на двух языках, мой муж раньше жил в Англии, — после этих слов я облегченно выдохнула, — Я думаю вы сможете отточить свои навыки, иногда мы разговариваем именно на французском. Все для образования сына. У нас уже было две гувернантки во Франции, но они не смогли ужиться с нашим ребенком, он очень неспокойный. - Я справлюсь, — бодро ответила я и улыбнулась. - Сколько вам лет, мисс Грейнджер? - Двадцать два года, почти двадцать три. - Хорошо, полагаю вам стоит познакомиться с нашим сыном перед тем, как приступить. Я кивнула и мы, встав с кресел, двинулась к коридору. - Его комната на втором этаже, наша на третьем, — сказала миссис Мирт, указывая на парадную лестницу. Я же в очередной раз убедилась, что красоты этому месту не занимать. Если другая часть поместья была выполнена в строгих серых тонах, то эта лучилась всеми оттенками белого, утопая в лучах солнца, серебрившегося на мраморных плитах. Здесь чувствовался легкий запах пыли и старинных портьер, напоминавший запах старых театров, что добавляло этому месту еще большую загадочность и грациозность. Также я заметила, что меня перестали мучить виде́ния и поневоле страх начал спадать, уступая место предвкушению чего-то нового. - Вы будете жить недалеко от комнаты нашего сына, но в другом крыле. Здесь мы очень ценим личное пространство. Классная комната располагается на первом этаже, вам дадут ключи от всех комнат, куда вы сможете заходить, так что я думаю проблем не возникнет. Тем временем мы уже шли по длинному коридору, вдоль огромных, завешанных прозрачными тканями, окон. Слева располагались комнаты с деревянными дверями, хранящие за собой древние тайны бывших владельцев. Миссис Мирт постучала в дверь, на которой висела табличка с буквой «М». Интересно эта надпись осталась от семьи Малфоев или все же была повешена после приезда семьи Мирт? - Матиу! — позвала мисс Мирт своего сына. Я удивленно посмотрела на нее. Не слишком ли много «м» в жизни этого дома? И просто ли это совпадение, что семьи с почти одинаковыми фамилиями живут в этом поместье? На самом деле было до ужаса необычно находиться здесь, ходить по коридорам этого великолепия, ловя отголоски щемящего тепла от схожести этого места с Хогвартсом. Неужели за столько лет, я настолько погрязла в простой отчужденной жизни, что забыла как живут волшебники? Интересно, где была комната Драко? И висела ли на его двери такая же табличка, когда он был маленький? И был ли он таким же в том возрасте, каким стал потом? - Bonjour maman. - потирая сонные глаза, из двери показался Матиу, озадаченно глядя на нас. Мальчику было на вид лет 10: мягкие рыжие волосы локонами спадали с хрупких плеч, а ясно голубые глаза смотрели с небывалым интересом, словно хотели увидеть и узнать все. Ростом он, возможно, доходил мне до плеча, но со своей аристократической грациозностью казался значительно выше. - Дорогой, это мисс Грейнджер, поздоровайся с ней. - Доброе утро, — немного смущенно сказал он мне и потупил взгляд, сжав пальцами дверь. - Доброе утро. Меня зовут Гермиона, я твоя новая гувернантка. Мальчик пристально взглянул на меня. Странно, но в тот момент он почему-то напомнил мне отца, точнее, - его взгляд, когда он, услышав новость, пару секунд вдумчиво вглядывался в мои глаза, а уже потом отвечал. Почему у детей бывает такой умный взгляд, словно они понимают и знают все наперед? Или, быть может, это в нас с самого рождения — способность воспринимать и думать, как взрослые? Матиу. Немного странное имя, возможно, я слышала его и раньше, но то, что во Франции детей называют подобными именами вовсе не удивительно, в этом я убедилась, когда ездила туда с родителями. Мальчик, смерив меня оценивающим взглядом,  неожиданно для меня рассмеялся и исчез за дверью. - Извините, я вам говорила, что он немного трудный ребенок. Мы не могли уделить ему достаточно времени, поэтому воспитанием занимались гувернантки, но они не смогли дать ему то, в чем он нуждался. Я понимающе кивнула, и мы двинулись к лестнице. - Но вы ему понравились, обычно он груб к новым людям. Надеюсь, у вас все получится. - Я буду стараться, так как для меня воспитание и учеба всегда были на первом месте, — улыбнулась я. - Я покажу вам вашу комнату, — сказала миссис Мирт и указала на коридор за лестницей,  — Это левое крыло дома, здесь когда-то была комната хозяина дома. Мы все переставили, но мебель осталась та же. Я предлагала мужу сделать там кабинет, но он предпочитает веранду. Меня немного передернуло. Неужели она хочет сказать, что комната когда-то принадлежала Люциусу Малфою? Или, быть может, его отцу, что в общем-то совершенно не имело значения. Но интерес взял надо мной верх. Да и особо распоряжаться тем, что мне не принадлежит я не могла. Миссис Мирт достала из кармана платья связку ключей и начала перебирать их, в поиске подходящего. Их было по меньшей мере штук двадцать, и было вообще странно, как люди, имеющие столько комнат, могли знать какой ключ от какой двери. - Подходящий ключ становится теплым, если вы стоите около нужной двери, — словно прочитав мои мысли, сказала хозяйка. Я снова улыбнулась, а она, найдя наконец ключ, начала открывать дверь. Сердце невольно сжалось, хотя отчего именно я так и не поняла. Возможно, это снова ворошилось мое мрачное безрадостное прошлое. В нос ударил запах пыли и книг. Я блаженно закрыла глаза и вступила за порог. Все здесь было пропитано молчанием и аристократической сдержанностью. На стенах висели картины, изображающие поместья и дворцы, а вдоль стен стояли шкафы из дуба, покрытые темной краской. В самом дальнем углу просторной комнаты стоял стол, на который сквозь завешенные темными шторами окна падал тусклый свет. Не было сомнений, что кабинет когда-то принадлежал мужчине, причем, тому, для кого дела были превыше всего. Странно, но я как будто бы ощущала его присутствие здесь, словно в воздухе еще не успел выветриться запах его цитрусовых духов. Духов? Я вздрогнула и поежилась. Холод, выплывший откуда-то из-за штор, словно окутал меня пеленой воспоминаний. И я вдруг вспомнила ясно голубые глаза, находящиеся так близко от моего лица, что я почти задохнулась от отсутствия хоть малой доли кислорода. - Здесь был кабинет, — прервала мои мысли миссис Мирт, указывая на убранство комнаты, — Немного старомодно и слишком мужественно, но, думаю, это вам подойдет. - Вы правы, — тихо ответила я завороженным голосом. Интересно, кто говорил за меня в тот момент: я или мои воспоминания? - За дверью находится спальня. Меня, если честно это удивило, так как у нас принято что супруги спят вместе. Но, возможно, у вас не так. — она пожала плечами и поманила меня вглубь комнаты. Была ли Нарцисса его любимой? Или в аристократических семьях так принято - жить отдельно от жены. Что я — простая девушка, могла знать об этом? В спальне было холодно. Она была небольшая — лишь массивная кровать, шкаф и столик. Ничего лишнего. Странно, но тогда мне показалось, что все вокруг настолько подходит мне, будто эту комнату специально оставляли для меня. - Здесь есть балкон, но мы не смогли его открыть, скорее всего он запечатан заклинанием. Но если вам будет нужно, и вы сможете, то вольны его открыть. Также, окна заколдованы и через них ничего не видно, наверное, хозяин не любил солнечный свет или же у него была аллергия. Аллергия у Люциуса Малфоя. Я усмехнулась. - Спасибо. — я опустила голову в знак благодарности и вышла из комнаты, чувствуя, что за то ничтожное количество времени, проведенное в комнате, почти продрогла от холода. Через несколько минут я уже стояла в саду, и миссис Мирт давала мне последние указания. - Вы можете переехать, когда вам удобнее, но на этой неделе. Зарплата раз в месяц, и я думаю ее будет достаточно. Вам не нужно ни за что платить. У вас будет выходной в понедельник.  В этот день мы обычно дома. Отпуска по договоренности с мужем. Все остальное вы прочтете здесь, - сказала она, вручив мне папку с бумагами, — Там же и договор, подпишите и принесите в день приезда. - Думаю я перееду завтра, так как все равно дел у меня нет, —поспешно ответила я, и, попрощавшись, двинулась к воротам. Домой я вернулась к обеду. Мрачный Лондон встретил привычными дождями и сыростью. Квартирка уже не казалась мне такой хорошей, как я считала до этого дня. Меня словно тянуло в Малфой-мэнор. Не знаю, что за неведомая сила манила меня, быть может, это были те самые происки судьбы, но я ощущала ярко и трепетно чем-то внутри себя, что неприменно должна быть там. Поставив на плиту чайник, я села на диван и открыла стопку бумаг, начав быстро и, не особо вчитываясь в содержание, пробегать глазами по тексту. Я была рада, что нашла работу, и не самую плохую, на мой взгляд. Что уже само по себе было значительным прогрессом. Я также отметила, что обстоятельства сложились вполне удачно, так как вместе с работой я приобрела возможность наконец вдохнуть полной грудью и двигаться дальше, прочь от прошлого и от выедающих душу мыслей о войне. Место моей казни могло стать моим исцелением. По крайней мере, я надеялась что так и будет и где-то внутри, почему-то была уверена, что лучшего пути просто и не могло бы быть. Неожиданный свист чайника заставил меня вздрогнуть и я медленно двинулась к плите. Погасив огонь, я поняла, что свист не прекратился, а лишь стал более настойчивым. Я даже успела подумать, что схожу с ума и поездка в дом Малфоев была не самой лучшей идеей, но, прислушавшись, поняла, что это был просто звонок в дверь, - звук, который я наверное слышала последний раз год назад и уже успела его забыть. Тихо двинувшись к двери, я гадала, кто бы это мог быть. Возможно, это была Джинни. Пожалуй, она была единственным человеком, посещавшим меня последнее время, но и то ее последний визит был несколько месяцев назад. Да и она всегда говорит заранее, что собирается приехать и чаще перемещалась по каминной сети. Я подумала также, что возможно это был Гарри, но это было вряд ли, так как с ним я не виделась уже как два года. Подойдя к двери и посмотрев в глазок, я ахнула и немного поколебавшись, щёлкнула замком. На пороге стоял Рон. Мой милый Рон. Он выглядел усталым и каким-то отрешенным. - Гермиона, — тихо проговорил он и, ввалившись в квартиру, явно не в самом трезвом своем состоянии, заключил меня в объятия. - Что ты здесь делаешь? Мы же не виделись целую вечность! — удивлённо воскликнула я и взглянула в его немного мутные глаза. - Я скучал, — он захлопнул дверь и впился мне в губы жгучим поцелуем. Не знаю почему, но забыв все и откинув ненужные мысли, я поддалась. Знала, что точно пожалею об этом, но все равно поддалась, сломалась под натиском его сильных рук и жарких губ, где-то на задворках сознания понимая, что моим палачом был вовсе не Люциус Малфой, а Рон Уизли.