Феникс и северные реки 34

Natary_Ch автор
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написано 99 страниц, 17 частей
Статус:
в процессе
Метки: Драма Древний Китай Исторические эпохи Мистика Попаданчество Приключения Романтика Фэнтези Этническое фэнтези Юмор

Награды от читателей:
 
Описание:
Действия романа разворачиваются на просторах мира альтернативного Древнего Китая. Главная героиня по имени Лю Сяо Мин погибает в автокатастрофе и ее душа попадает в параллельный мир, в тело едва не погибшего молодого заклинателя, которого в последний момент спасли от неминуемой смерти. Придя в себя она мало что понимает, вокруг совершенно незнакомый ей мир, в котором придется учиться жить заново, принимая свой новый мужской облик, и силу, которой обладает ее новое тело.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
"Иногда, перед сном, прикрыв глаза, он вспоминает свою прошлую жизнь. Было время, когда все было по-другому: другой дом, другая работа, семья, друзья, время и даже мир. Когда-то его окружали шумные улицы города Чунцин, наполненные гулом автомобилей и поездов, спешащими, каждый по своим делам, людьми, тянущимися к небу новенькими небоскрёбами и прижимающимися к ним у самой земли старенькими торговыми лавочками и закусочными. И он когда-то был одним из этих тридцати с лишним миллионов человек, населяющих этот улей".... Но жизнь такова, что в любой момент может все измениться, кардинально. Что и случилось с героем этого романа, заставив его учиться многому по новой, познавая дружбу и предательство, приключения и тяготы, смерть и ценность жизни...

Глава 5

26 марта 2020, 22:07
Смотря на сконфуженного Чен Лэнга, который чуть не с головой укрылся одеялом от смущения, Фэн Син Цзюэ с трудом подавил смех и желание поддразнить молодого человека. Но сжалившись над новым другом, постарался ответить как можно непринужденней: — Это не проблема. Сейчас я принесу… — Нет! — не дослушав, воскликнул молодой человек, затем чуть спокойней добавил, — я сам дойду. — Но дагэ еще слаб, — не унимался Син Цзюэ. Только представив, что придется делать это при постороннем, паника накрывала волной. А если подумать о том, что подобное будет с «ним» впервые! Свидетели тут и вовсе не нужны. — Все хорошо, у меня хватит сил дойти, не думаю, что я настолько слаб. Просто, пожалуйста, господин Фэн Син Цзюэ, проводите меня. Еще разок, внимательно оглядев лежащего на кровати парня, у которого глаза светились мольбой, Син Цзюэ все же сдался. — Что ж, если дагэ так настаивает, пойдем. Только подожди немного, я принесу обувь. Когда мужчина покинул комнату, Чен Лэнг тут же подскочил на кровати и свесил ноги. Откуда только силы взялись, может действие адреналина? Надо было собраться с мыслями. Не сказать, конечно, что в прошлой жизни Лю Сяо Мин была совсем уж невинна и не была знакома с мужской анатомией, но тогда все происходило несколько с другого ракурса и при иных обстоятельствах. Впрочем, итак было ясно, что рано или поздно Чен Лэнг с этим столкнется. В тот момент, когда молодой человек разминал ноги, вернулся Фэн Син Цзюэ, неся в руках обувь и какую-то одежду. — Вот, надень это поверх рубашки, негоже по улице разгуливать в нижнем белье, — сказал он, протягивая Чен Лэнгу шеньи [1] с коротким рукавом, темно-бирюзового цвета с белой оторочкой, которое подпоясывалось черным широким поясом с белым узором, — только сначала надо обуться. Сказав это, мужчина присел перед молодым человеком на корточки, и стал помогать надевать ему мягкие тканевые черные туфли. Принимать помощь в одевании было неловко, но быстро Чен Лэнг вряд ли бы справился сам. Одевшись, молодой мужчина, держась за протянутую ему крепкую руку Фэн Син Цзюэ, встал на ноги. Колени немного подрагивали, и голова стала кружиться, но в целом стоять он мог. Сделав несколько неуверенных шагов в сторону двери, он взглянул на Син Цзюэ и легонько кивнул. Рука об руку они не спеша вышли в тускло освещенный коридор, затем повернули направо и, пройдя мимо маленькой кухоньки, вышли на широкое крытое крыльцо, с которого во двор вело пять ступеней. Чуть передохнув, Чен Лэнг уже было начал спускаться, но сильная рука ухватила его за запястье: — Не будь столь прытким, пожалей мои труды, — Фэн Син Цзюэ закинул левую руку молодого человека себе на плечо, а сам обвил рукой его талию, крепко придерживая, — если ты упадешь со ступенек, как думаешь, кто будет снова тебя латать? Мужчина старался говорить строго, но уголки его губ заметно подрагивали от сдерживаемой улыбки, а в глазах плясали озорные искорки. Чен Лэнг бросил на него взгляд полный тепла и искренней благодарности, а краешки губ дрогнули в легкой улыбке, на что Фэн Син Цзюэ, пряча смущение, отвернувшись, тихо фыркнул и стал аккуратно спускаться по ступеням. Идти было немного неудобно, мешало непривычное ощущение дискомфорта. К тому же оказалось, что господин Фэн почти на полголовы его выше, потому из-за разницы в росте приходилось почти висеть на плече мужчины. Позволив своему новому другу практически нести себя, Чен Лэнг покорно плелся, еле поспевая за широким шагом мужчины. Скорее бы окрепнуть! И тогда он тоже будет шагать твердо и уверенно, с благородной осанкой и гордо поднятой головой. И не только в туалет… А еще, пока не знает как, но он обязательно постарается отплатить своему благодетелю Фэн Син Цзюэ за спасение. Обойдя небольшой бревенчатый дом по левой стороне, они подошли к крохотному узкому строению, так же сколоченному из досок. Поняв, что они на месте, Чен Лэнг отлепился от своего спутника и робко поблагодарив, двинулся в место назначения. Мысли проносились со скоростью света. Пока он шел, в голове зрел настоящий стратегический план по исполнению задачи. Ведь ему же придется касаться себя… там! Смущению не было предела. А еще наверняка придется повозиться с длинным одеянием и непривычными штанами. Но! Оказалось, у этого тела была хорошо развита мышечная память, да и инстинкты не подвели. А он боялся, даже одежда не вызвала затруднений. «Вот же везет мальчишкам», промелькнула мысль, когда он довольный выходил из домика. Рядом со строением оказался уличный рукомойник и, закончив процедуры, молодой мужчина стал озираться в поисках Фэн Син Цзюэ. Тот был достаточно тактичен, чтобы отойти на порядочное расстояние и не смущать своего гостя. Обнаружив мужчину шагах в тридцати от туалетного домика, сидящим на скамье под раскидистым деревом, Чен Лэнг потихоньку направился в его сторону, тщетно пытаясь придать лицу менее довольное выражение. Заметив приближающуюся к нему фигуру, мужчина поднялся со скамьи, и только хотел что-то пошутить в адрес молодого человека, как подняв взгляд, узрел красивое молодое лицо, озаренное сияющей улыбкой, от которой на щеках появлялись милые ямочки. В свете заходящего солнца, золотисто медовые глаза Чен Лэнга будто сияли изнутри. А белая, словно драгоценный нефрит, кожа излучала лунный холодный свет. От увиденного, сердце Фэн Син Цзюэ пропустило удар, а невысказанная шутка так и застряла комом в горле. Похоже, Чен Лэнг даже не догадывался, как он красив. Легонько мотнув головой стряхивая наваждение и приводя мысли в порядок, Син Цзюэ с мягкой улыбкой поинтересовался: — Если Чен Лэнг желает, я могу показать ему дом, или все же вернешься в комнату и ляжешь отдыхать? — А можем мы немного посидеть тут, на улице. Если, конечно, господин Фэн не против. — От чего же, — и придерживая под локоть, изрядно ослабшего дагэ, Син Цзюэ, подвел того к скамье. Она располагалась недалеко от крыльца, под широко раскинувшим свои ветви старым высоким дубом. И вид с нее открывался потрясающий. Перед домом раскинулся сад, засаженный фруктовыми деревьями, между которыми ютились пышные кусты гортензий и камелий. Изящные сливы уже покрыли свои ветви ароматными, нежно розовыми бутонами. Посреди сада затерялась небольшая деревянная, крытая пятиугольной крышей, беседка, с двумя лавками и столиком посередине. В лучах солнца, заходящего за высокие горы, окружающие долину со всех сторон, позади беседки блестела небольшая речушка, звонко неся по круглым камушкам свои прохладные воды. Воздух был наполнен весенней вечерней свежестью и прохладой. Тихо шелестела молодая листва в саду, сладко пахла недавно покошенная сочная зеленая трава перед крыльцом. В ветвях завел свою вечернюю трель соловей, а речка ему звонко подпевала. Темно-синее небо с западной стороны горело малиновым огнем, придавая скалистым горам мистический оттенок, заполняя расщелины глубокими тенями, а белые скалы, будто поливая расплавленным красным золотом. От пейзажа захватывало дух. И мужчины наслаждались видом, не проронив ни слова. С севера повеял ветер, неся прохладу с заснеженных высоких пиков. Солнце почти совсем скрылось и стало немного зябко. После очередного порыва ветра, Чен Лэнг неосознанно поежился и обнял себя за плечи, пытаясь укрыть их от вечерней горной прохлады. Заметив это Фэн Син Цзюэ, поднялся на ноги и протянул молодому человеку руку: — Пора заходить в дом. Ночами все еще бывает довольно холодно. — Хорошо, — Чен Лэнг действительно стал замерзать, а когда вложил свою руку в раскрытую ладонь мужчины, ощутил насколько были холодны его собственные пальцы, — у даочжана такие горячие руки, не задумываясь, заметил он вслух. — Зато у дагэ просто ледяные! Почему сразу не сказал, что тебе холодно? — чуть нахмурив брови, отчитал его Фэн Син Цзюэ, снова закинув руку спутника себе на плечо и придерживая за талию, он продолжил, — лучше поторопимся и вернемся в комнату, пока ты совсем не замерз. Я приготовлю горячий лекарственный отвар, дагэ выпьет и сразу же ляжет спать. И снова с ним говорят, как с малым дитя. Хоть тон мужчины и был мягким, но не терпел возражений, он говорил спокойно, настойчиво и уверенно, заводя Чен Лэнга в теплый дом. Из кухни тянулся приятный аромат чая и трав, а в коридоре пахло древесиной и нотками благовоний. На обратном пути, удалось лучше разглядеть путь до комнаты. Не считая входа в свою спальню, которая находилась в тупике в конце коридора, по правой стороне прохода он заметил одну дверь напротив кухни и еще две за поворотом. Все они были плотно закрыты. На стенах было подвешено пару масляных ламп, да в углу около входа в кухню грудилась горка дров. В остальном же коридор был пуст, и глухим эхо отражал тихий шорох шагов двух пар ног. Молчание, повисшее между мужчинами начинало слегка сводить с ума Чен Лэнга, он пытался понять, чем подпортил настроение своему спасителю и как теперь исправиться. Пока он судорожно искал повод начать разговор, они вошли в комнату. Фэн Син Цзюэ же проводив молодого человека и усадив на кровать, молча стянул с того туфли, и так же не проронив ни слова покинул спальню. А войдя в кухню, сразу принялся за приготовление отвара. Растер в пиале сушеные травы и несколько кореньев, залил холодной водой и отставил в сторону, занявшись кипячением воды. Тем временем Чен Лэнг, быстренько снял верхний халат, аккуратно сложил его и положил на табурет у изножья кровати, затем нырнул в постель, укутавшись в одеяло, и стал покорно ожидать лекарства. Время шло, а Фэн Син Цзюэ все не возвращался. В комнате стало совсем темно, а в окно задувала ночная прохлада. В холодной тишине, молодой человек стал осмысливать прошедший день. Кто же такой на самом деле господин Фэн, живет совсем один в таком хоть и живописном, но нелюдимом месте, чему он обучает своих учеников. Как в свои еще довольно молодые годы, он успел так хорошо овладеть медициной. Почему он вообще решил спасти, казалось бы, безнадежного, умирающего, совершенно не знакомого человека. А еще, эти фразы, про духовную силу, сказанные так обыденно и совершенно серьезно. В прошлой жизни, будучи Сяо Мин, он с упоением прочел множество книг и просмотрел столько же фильмов, посвященных истории, как документальных, так и литературных произведений и исторических романов. Фантастика, фэнтези и мистика, его не особенно интересовала, но часто история Древнего Китая тесно переплеталась с разного рода преданиями и легендами, завязанными на историях о Великих мастерах практикующих формирование «золотого ядра», использования духовных сил и заклинательские способности. Волей неволей о таких вещах приходилось знать, читать и помнить. Но одно дело — легенда, написанная в энциклопедии или романе, и другое дело оказаться в таком мире. О сколь многом хотелось спросить своего нового знакомого, но надо быть осмотрительным и не показаться излишне любопытным. Мысли прервал тихий скрип двери. В комнату вошел Фэн Син Цзюэ, с чашей в одной руке и с каким-то свертком в другой. Подойдя к кровати, он аккуратно поставил пиалу на столик и расправил сверток, а затем неожиданно укутал в него Чен Лэнга, особенно тщательно закутав его спину и плечи. В темноте было не разглядеть лица мужчины, лишь легонько касалось лба его теплое дыхание. Потом он прошел к шкафу и что-то достал из выдвижного ящичка, оказалось, это была масляная лампа, которую он зажег, вернувшись к столику. В свете лампы, молодой человек рассмотрел, что его укутали в черную шерстяную накидку с волчьим воротником. От нее исходил тонкий запах сандала. Немного подумав, Чен Лэнг вспомнил, что так же пахли благовония сегодня утром, а еще этот же аромат исходил от одежд Син Цзюэ. — Смотрю, дагэ решил примерным мальчиком стать, — бросив короткий взгляд на аккуратно сложенную одежду, мужчина прорезал тишину тихим, но глубоким голосом, — послушно разделся и лег в кровать. Подойдя к окну, он прикрыл створки, затянутые белой рисовой бумагой и, снова вернувшись к кровати, протянул Чен Лэнгу пиалу с отваром. Тот молча выпил и кивнул в знак благодарности. — Хм… Дагэ больше не желает со мной разговаривать? — на лице Фэн Син Цзюэ отразилось удивление и некоторая тревога. — Нет. Как я могу. Просто этому сюнди показалось, что он чем-то расстроил даочж… — подумав долю секунды, все же вымолвил, — гэ… гэгэ. От взгляда Чен Лэнга не ускользнуло, как в этот момент глаза мужчины довольно заблестели, хотя может это был просто отблеск огонька в лампе. — Я больше злился на себя, за то, что позволил тебе сидеть на улице так легко одетым и замерзнуть, я должен был предположить подобное, — снова нахмурившись, промолвил Син Цзюэ, — но и дагэ меня расстраивает своим халатным отношением к самому себе. — Мне правда жаль, но этот закат был так красив, что я не мог оторвать взгляда, — виновато опустив глаза, он крутил в руках пустую чашу из-под лекарства. — Это не последний закат, таких тут будет еще тысячи, — и немного помолчав, добавил, — я не представляю, что могло произойти с дагэ в прошлом, что ты оказался в таком плачевном состоянии, но это явно была серьезная и опасная битва и ты не щадил себя. Но сейчас, пока ты здесь, пожалуйста, заботься о себе. — Хорошо, обещаю, — слабо улыбнувшись, ответил Чен Лэнг, — Фэн гэгэ, я настолько юн? -…? — Фэн Син Цзюэ вскинул брови, явно не поняв вопроса. — Я тут подумал, господин Фэн Син Цзюэ разговаривает со мной, как с ребенком, постоянно за что-то отчитывая, вот и поинтересовался. — Фразу он закончил почти шепотом. Внезапно Син Цзюэ разразился безудержным хохотом. Присев на край кровати, и держась за живот, он, утирая выступивший слезы, пытался унять смех и отдышаться. — Прости, прости, — поспешил Син Цзюэ извиниться, заметив обескураженный и немного обиженный взгляд Чен Лэнга, но увидев надутые пухлые губки и слегка нахмуренные брови, снова весело фыркнул, но тут же взял себя в руки, — дагэ выглядит лет на двадцать три, может двадцать пять, если именно это тебя интересует. Ты, конечно, младше меня, но явно не ребенок, а вполне зрелый мужчина. Прости если мои прежние поступки и слова задели тебя, но Чен Лэнг такой маленький и милый, что о нем очень хочется заботиться. Услышав последние слова, щеки, уши и шея молодого человека запылали румянцем, а брови еще пуще нахмурились: — Прости, гэгэ, но раз я «вполне зрелый мужчина», не мог бы ты не говорить мне таких вещей, это несколько… Мужчина не может быть милым. И уж тем более ему не может об этом говорить другой мужчина. — Хорошо, хорошо, я больше не стану тебя так смущать. А теперь ложись спать, тебе стоит, как следует отдохнуть, — забрав пиалу, он добавил, — И останься в накидке, сегодня будет холодная ночь. А завтра я хочу кое, что показать Чен Лэнгу. Затушив лампу, он бесшумно покинул комнату, оставив молодого человека в тишине холодной весенней ночи. Последняя фраза раздразнила врожденное любопытство, и сердце стало томиться в предвкушении чего-то нового, интересного и интригующего. Какое забытое чувство. С этими мыслями разум мужчины стала окутывать дрема, наполненная отблесками алого заката и теплым уютным запахом сандала.
Примечания:
[1] Шэньи 深衣 – однобортный длинный халат, который принято запахивать направо, с V-образным воротом, относится к верхней одежде, которую надевали поверх нижней рубашки. Подпоясывали широкими поясами или расшитыми кушаками, поверх можно было так же носить длинную накидку, которую не запахивали.
Реклама: