Сколько стоит магия воды

Эльма изящно взмахнула кистями рук, и вода, до этого висевшая прямо в воздухе, аккуратно опустилась обратно в кружку. У нее действительно хорошо получалось. С каждым разом, когда Эльме удавалось довести магию до конца, ею овладевало удивительное ощущение. Получалось, к сожалению, не всегда, магия оказалась труднее, чем ожидала девочка. Каким-то странным образом, движения ее рук влияли на воду. Но Эльма не всегда понимала, как и почему. Иногда, бывало, когда Эльма отвлекалась, вода переставала внимать девочке и дождиком падала вниз. Да и просто руки затекали. Лучшее, что получалось у Эльмы — это вытягивание капель с поверхности и манипуляция с ними. Ей удавалось передвинуть управляемую каплю на какое-то расстояние от себя, но, почему-то, чем дальше от девочки находилась вода, тем слабее была магия. Родители были удивлены, когда увидели занятия Эльмы с водяным волшебством. До этого никто не воспринимал ее всерьез. Никто никогда не видел савиров, поэтому в историю девочки поверили немногие. Мать, например, была уверена, что магия воды досталась по наследству, уверяя, что ее прабабушка родилась у моря. Отец склонялся верить дочери, и даже несколько раз расспрашивал, как выглядели савиры. Алдея, сестра Эльмы, и вовсе никак не высказала свое отношения. В голове у нее был только Жиуль. Зато по достоинству оценили магию воды мальчишки-ровесники. Эльма все чаще проводила время с ребятами, устраивая настоящие магические потасовки. Так как ни сама девочка, ни мальчишки, не слишком-то сильно творили «магию», то со стороны это выглядело так: Эльма создавала лужу, а мальчики выращивали из лужи различные кустарники. Почему-то магия воды и магия растений относились дружелюбно друг к другу, поэтому потасовки получались не очень. А потом и вовсе прекратились, когда бабушка-соседка попросила помочь ей по огороду. Все чаще Эльма удивлялась своей старшей сестре. Алдея словно сходила с ума. Все ее речи были исключительно о Жиуле, о том, как здорово они танцевали в Летовик и о том, любит он ее или нет. Эльма нет-нет и думала, уж не съела ли Алдея какой-то гриб глупости. Такие точно росли у них в лесу, ей дед рассказывал, как съел такой и неделю не мог говорить ни о чем, кроме как о старом заборе. — Это любовь, Эльма, — пояснила мать, зашивая очередную рваную рубашку отца. — Алдея влюблена. И Эльма вдруг вспомнила дедушкины сказки. А среди многих встречалась эта так называемая любовь. Про то, как парень влюблялся в красавицу из соседней деревни и совершал подвиг в ее честь, или про то, как девушка босиком шла по крапиве, чтобы спасти своего возлюбленного. Эльма внезапно поняла смысл этих сказок — нельзя влюбляться! Любовь делает людей глупыми! И она решила ни за что в жизни не влюбляться. В конце лета произошло страшное. Эльма, весь день просидевшая у родника, внезапно почувствовала странный запах гари. Это было странно, родник находился достаточно далеко от деревни. Подняв голову, Эльма увидела черный дым, плывущий прямиком от деревни. Эльма рванула туда. «Пожар», — стучала мысль в голове у девочки. Дома горели. Она бежала к своему дому, изо всех сил. Слышала испуганные крики. Лишь бы все было в порядке! Дома горели. Яркие желтые языки пламени жадно пожирали чернеющие деревянные домишки. Отвратительный запах мешал Эльме дышать. Воды! — внезапно осознала она. Ей срочно была нужна вода. Она могла бы потушить огонь. Только где взять воду?! Эльма подняла руки вверх, отчаянно молясь, чтобы где-то рядом оказался источник воды. Где-нибудь! Пожалуйста! Вдалеке прогрохотал гром. Эльма знала, что, потеряй она сейчас концентрацию, ничего не получится. поэтому, даже когда в нос ударил противный газ, заполняющий легкие, мешающий дышать, Эльма держалась. Еще чуть-чуть! Ей на голову упала тяжелая капля. Вторая… Начался настоящий ливень. Ледяная вода падала с неба. Эльма чувствовала себя так, словно вмиг лишилась всех своих сил. Огонь утихал, серый дым пополз по деревне. — Ты! — вдруг услышала Эльма за спиной. Она обернулась, и увидела того мальчика в странной одежде. — Ты остановила огонь! Пойдешь со мной! — Никуда я… — Эльма не договорила, странный мальчишка больно схватил ее за руку и куда-то потащил. Эльма чувствовала странную слабость, а иначе бы давно надавала бы ему по шее. — Отец! — мальчишка, увидев кого-то, резко припустил вперед, а Эльма, споткнувшись, едва не пропахала носом землю. — Эта девчонка повелевает водой! Она вызвала дождь! Эльма наконец смогла сфокусировать взгляд: перед ней стоял высокий рыжебородый викинг. Викинг! Викинги подожгли ее деревню! — с ужасом осознала она. Она слышала о викингах, о варягах, людях с севера, что нападают на деревни, грабят и поджигают их. Рыжебородый уставился на Эльму черными глазищами. Почему-то Эльма вспомнила кружащую стаю ворон, которую видела в лесу на днях. Викинг был похож на одну из тех ворон. — Девочка-вода, — произнес варяг. — Один благоволит тебе, сын. Эльма вдруг поняла — ей надо бежать. Она пнула мальчишку, вырывая свою руку, и бросилась назад, в сторону леса. И откуда только силы взялись, еще мгновение назад девочка готова была упасть и не двигаться. Одна мысль, что на нее посмотрели викинги, приводила ее в ужас. Бежать! — Поймать девочку! — услышала она где-то за спиной. Топот. Плеск луж. Над головой громыхнуло. Эльма, на мгновение ослепнув, не заметила кочки, и упала лицом в мокрую землю. Ликующие крики, затем что-то тяжелое придавило ее. Девочку подняли, связали, потащили. Эльма кричала, упиралась, цеплялась за траву и землю. Потом ее закинули на лошадь. — Н-но! — гаркнули над ухом, лошадь издала протяжное ржание, а Эльма потеряла сознание.