Одержимость

      После признания Брайта Вин ощутил, что отношение старшего к нему стало чересчур собственническим. Вачиравит, получив разрешение на проявление своих чувств, не упускал возможности каким бы то ни было способом обозначить свои намерения. Старший, конечно, держал себя в рамках и не пересекал границ дозволенного, но все равно позволял себе больше, чем до их откровенного разговора.       Например, Вин подметил, что старший стал дотрагиваться до него на публике гораздо, гораздо чаще. Прикосновения Брайта можно было по большей части списать на случайности, будь то касание пальцев при передаче стакана с кофе или прикосновение ладони старшего к пояснице Вина в попытке приободрить. Но зачастую младшему казалось, что все действия старшего были спланированными, продиктованными его желанием быть ближе, и осознание этого факта заставляло Метавина смущаться и краснеть.       Вслед за прикосновениями пришла ревность, причем необоснованная, как считал сам Вин. Брайт начал ограничивать общение своего младшего с окружающими до минимума, причем делал это до ужаса вежливо, так, что и придраться было не к чему. Вину оставалось лишь тихо злиться, но только до тех пор, пока старший не обращал внимание обиженного парня на себя, заполняя весь его разум своим присутствием.       Такая реакция младшего на невинное проявление чувств забавляла и умиляла Брайта. С легким румянцем на щеках или насупленный, словно маленький хомячок, Вин выглядел еще более очаровательным, чем обычно, отчего сердце старшего начинало биться чаще, а желание укутать парня в свои объятия становилось невыносимым. Но осуществить его на глазах окружающих Брайт пока не решался, он понимал, что младшему может быть неудобно в этом случае, из-за чего ограничивал свои действия на публике.       Однако он как следует отыгрывался на Вине, когда они наконец могли остаться наедине. Поцелуи. Многочисленные и головокружительные. Брайт зажимал своего прекрасного Нонга за каждым казавшимся безлюдным углом и атаковал его мягкие нежные губы языком и зубами. Каждый подобный случай отпечатывался в памяти Вачиравита и помещался в архив его разума для вечного хранения.       После своего признания Брайт все свои поступки, каждый свой взгляд направлял на заботу и поддержку любимого, иногда позволяя себе немного поддразнить легко поддающегося на провокации младшего.       Но Вачиравит еще не был уверен в чувствах Вина к нему. Да, тот признался ему в симпатии, но и только. Они не обсуждали свои отношения, а просто плыли по течению. Брайт не знал, может ли он считать их парой или зайти дальше обычных поцелуев. Поэтому парню приходилось ограничивать свои действия и мысли, что с каждым днем становилось все труднее.       Брайту приходилось сбрасывать напряжение перед каждой встречей с Вином, стоя в душе и представляя образ обнаженного младшего, благодаря съемкам глубоко засевший в сознании актера. Воспоминание о хорошо сложенном благодаря физическим нагрузкам теле Метавина с обернутым на бедрах махровым полотенцем заставляло член старшего твердеть. И обходясь лишь фантазиями, Брайт остервенело дрочил на объект своей одержимости, после чего спокойно приходил на встречи с ним же, привычно подкалывая младшего и умиляясь его реакцией.       Но со временем фантазии из сознательных перешли в бессознательные и начали преследовать актера во снах. В очень приятных и очень откровенных снах.       — Брайт, ах… Брайт, остановись, — томно произнес парень, слабо пытаясь оттолкнуть старшего, приперевшего его к стене, а сейчас увлеченного постановкой засосов на его шее, — Нас же может…ахх… кто-то увидеть, — упорно продолжал разубеждать Брайта, потерявшийся в удовольствии парень.       — То есть, тебя только это беспокоит? — оторвавшись от помеченной вдоль и поперек шеи, с усмешкой проговорил актер заглядывая в помутневшие от желания глаза напротив. И не получив от выпавшего из реальности парня ответа, медленно наклонился и нежно поцеловал мягкие искусанные губы, посасывая и зализывая их, постепенно проникая языком в жаркий рот потерявшегося в наслаждении младшего.       Вин принялся с жадностью отвечать на кружащий голову поцелуй, запустив пальцы в волосы на затылке напирающего парня, притягивая того еще ближе, сокращая расстояние между ними до минимума. Брайт, подхватив настроение младшего, начал играть с его языком, посасывать и дразнить, буквально вылизывая приоткрытый желанный рот.       Старший положил ладонь на талию своего пока что экранного парня, ощутимо проводя ею выше и сжимая на уровне подкаченной груди. Видимо одержимость Саравата наложила отпечаток на личность самого Брайта, из-за чего тот начал испытывать похожие желания.       — Ах, Брайт, это…это слишком…- от испытываемых приятных ощущений Вин совсем потерял голову, поэтому с трудом мог формулировать полноценные предложения, горячо выдыхая бессвязные слова в чужие губы. Старшего же просто вело от такого развратного вида парня перед собой. Мысли путались, возбуждение росло, а ширинка неприятно давила на давно вставший член.       — Я хочу тебя Вин, очень… На самом деле так сильно, что сил сдерживаться почти нет, — Брайт был опьянен всем происходящим, ведь так давно желанный парень оказался в его руках и отзывчиво реагировал на все его действия. Актер был лишь в шаге от того, чтобы сорваться. Единственным, что удерживало его от этого шага, была потребность услышать, как Вин просит его.       — Я тоже…тоже хочу… Иии...финиш.        «Ну да, ну да, пошел я нахер», — первая мысль, что посетила сознания Брайта после возбуждающего сна. Даже в собственных фантазиях он не мог получить желаемого, что уж говорить о суровой реальности. С негативными мыслями в голове и стояком в штанах актер направился в душ, чтобы избавиться от последствий приятного сновидения.       Включив воду и раздевшись, парень встал под теплые струи, наслаждаясь ощущением бьющих по напряженным мышцам капель. Его разум вновь заполнили картинки жаждущего близости Вина с опухшими и покрасневшими от поцелуев губами, из-за которых член Брайта стал только тверже.       — Черт, — обхватив плоть ладонью, простонал парень упираясь локтем в стену душевой кабины. Еще не успевшие покинуть тело чувства нахлынули с новой силой, кончики пальцев еще покалывало, а губы жгло от ощущения теплой кожи под ними. Все это вкупе с ритмично двигающейся рукой на члене привели Брайта к кульминации.       В этот день был выходной и актер собирался провести его с Вином. Вообще в последнее время старший хотел проводить каждую свободную минуту в обществе очаровательного парня, занявшего все его мысли. Поэтому первым, что Брайт сделал после душа, было написание сообщения младшему с приглашением в гости.       Положительный ответ пришел незамедлительно, и воодушевленный предстоящей встречей парень решил привести себя в порядок, чтобы произвести на своего гостя наилучшее впечатление. Под конец своих сборов актер выглядел так, будто сошел с обложки глянцевого журнала.       Когда в дверь позвонили, Брайт, коротавший время ожидания за просмотром соцсетей, подорвался и довольно быстро добрался до входной двери, за которой его ждал самый прекрасный, по его мнению, парень на свете. Глубоко вдохнув и взяв себя в руки, актер все же открыл дверь, стараясь сохранять спокойное выражение.       — Привет, — как всегда радостный и с очаровательной улыбкой на красивом лице проговорил Вин и немного тише, будто не уверенный стоит ли говорить, добавил, — отлично выглядишь, - парень действительно был поражен внешним видом своего старшего.       Слова Метавина и его вид вцелом заставил стаю бабочек порхать в животе, и Брайт, сглотнув накопившуюся слюну, с теплой улыбкой ответил - Думаю, ты выглядишь в тысячу раз лучше. Проходи.       Комплимент со стороны старшего вызвал милый румянец на щеках парня, и тот, стремясь это скрыть, опустил голову и быстро прошел внутрь квартиры. Он еще не привык к таким открытым заигрываниям своего экранного парня, и каждый подобный выпад с его стороны заставлял Вина смущаться, а сердце биться как сумашедшее.       — А еще тебе очень идет румянец, — кинул вслед красному как мак младшему, довольный до чертиков Брайт.       Старший прошел внутрь вслед за своим милым гостем. Слова хозяина квартиры, дошедшие до покрасневших ушей Вина, заставили парня смущенно улыбнуться. Метавин не мог не признать, что частые комплименты в свой адрес со стороны старшего радовали и разливали тепло в его груди. Вину хотелось бы ответить тем же, но внутренние барьеры, ограничивавшие его действия и слова в отношении парней, а вернее одного конкретного, не позволяли этого сделать.       Всю свою жизнь он влюблялся только в девушек и встречался тоже только с ними, поэтому чувства, возникшие у начинающего актера к представителю своего же пола, немного пугали парня. Но Вин замечал, какими глазами Брайт смотрел на него, такими словно собирался защитить его от всего мира или же съесть его живьем. Такие двойственные ощущения путали мысли Метавина, но оба варианта заставляли сердце биться чаще.       Особенно после поцелуев. Поцелуев, инициатором которых был Брайт. Поцелуев, заставлявших колени Вина подгибаться, а тугой узел завязываться в животе. Каждый из них был неожиданным будь то легкое прикосновение губ в порыве нежности или жесткое столкновение, вызванное ревностью старшего, но от этого не менее приятным. Порой младший специально заставлял Брайта ревновать, так как сделать это было не сложно, а последствия были потрясающими. Однако Вин все еще боялся быть инициатором поцелуев, потому что мерзкий внутренний голос все еще шептал о том, что подобные желания неправильны.       Парень хотел разобраться со своими внутренними противоречиями. И сегодня после сообщения Брайта, он решил, что найдет решение в разговоре с ним. И сейчас, находясь в этой уютной квартире, Вин вновь погрузился в собственные мысли, в то время как Брайт с интересом разглядывал его до сих пор покрытое румянцем симпатичное лицо. Все же порой казавшаяся странной даже для него самого одержимость обретала смысл, стоило лишь только взглянуть на этот лучик света.       — Ну, так чем ты хотел заняться? — пытаясь развеять собственную неловкость, быстро проговорил Вин, почесывая затылок и заглядывая в красивое лицо старшего. Он все еще пытался взять себя в руки для предстоящего тяжелого разговора, но в то же время старался отсрочить его.       — Тобой… Эмм… То есть с тобой всем чем захочешь. На самом деле я не думал об этом, — оговорившись, но не будучи смущенным, с присущим спокойствием ответил Брайт. В присутствии младшего его мозг работал с перебоями, особенно сегодня, после горячего сна с Вином в главной роли. Тот же, вновь смутившийся из-за слов Вачиравита, решил, что за неимением других вариантов стоит поговорить и разрешить свою моральную дилемму.       — Я хотел…хотел поговорить с тобой, — с неуверенностью в голосе произнес Вин, садясь на мягкий диван, стоявший в гостиной старшего. Он все еще не был уверен, что сможет разрешить свои проблемы одним разговором, но попробовать стоило.       — О, правда? И о чем же? — рассеянный вид парня заставил Брайта беспокоиться, ведь тот редко бывал таким подавленным, погруженным в себя, обычно энергия била из него ключом. Поэтому старший присел на диван совсем близко к взволнованному Вину, кладя руку ему на плечо, успокаивающе поглаживая. Он хотел помочь младшему, защитить его ото всех бед.       — Знаешь…дело в том, что я, кажется влюбился в тебя, но мне…мне страшно. Раньше подобные чувства я испытывал только к девушкам, а сейчас… - Вину из-за охватившего его волнения было тяжело подбирать слова так, чтобы точно донести свои мысли.       Но Брайт и так его понял. Актер был обрадован и в то же время огорчен словами младшего. С одной стороны Вачиравит получил ответное признание от любимого человека, с другой этот самый человек был напуган и подавлен из-за собственных чувств. И старший сейчас был просто обязан поддержать Вина и объяснить, что в его влюбленности нет ничего страшного.       — Тебя пугает то, что я парень. Но разве это имеет значение, если ты влюблен? Любовь не имеет пола. Важен лишь человек, к которому ты испытываешь чувства. Я раньше тоже никогда не был влюблен в парня. Но когда встретил тебя, мой мир перевернулся и его центром стал ты. Все мои мысли стал занимать лишь ты, — пока Брайт пытался донести свою позицию, он смотрел точно в глаза младшего и мог видеть, как напряженное из-за переживаний лицо Вина смягчается и его освещает очаровательная улыбка. Не удержавшись, старший коротко коснулся губ младшего своими, отстраняясь и наслаждаясь вновь покрасневшими щеками младшего.       Вин был рад тому, что поговорил о своих сомнениях с Брайтом. Парень был уверен, что старший, как и всегда, поддержит его и сможет найти решение всех его проблем. Рядом со своим Пи немного неуклюжий и гиперактивный Вин чувствовал себя защищено, что было одной из причин укрепления его чувств. И сейчас этот прекрасный принц смог развеять все надуманные печали младшего. Плюс короткая, но наполненная заботой речь Брайта, подкрепляла уверенность парня в силе чувств старшего к нему.       — Так значит, я первый парень, которого ты полюбил, — некая одержимость старшего в отношении него немного забавляла и в то же время льстила Вину, поэтому он произнес это с улыбкой и не ждал ответа, который и так знал. Младший ценил заботу Брайта, его поддержку, сами его чувства, поэтому хотел отплатить ему за них, дать что-то взамен, — А ты первый для меня… И, думаю, единственный, — парень заметил, как после его слов зрачок старшего затопил практически всю шоколадную радужку глаза. Взгляд парня стал тяжелым и было видно, что тот пытается сдерживать себя.       — И если ты хочешь сейчас что-то сделать, то делай. Можешь не сдерживаться, — Вин давно хотел сказать это, давно хотел ощутить на себе все то, что уже некоторое время мог лишь представлять.       Слова младшего сработали как триггер, разум актера покинули все ограничения, ведь объект его желаний сам дал зеленый свет на все его действия. И охваченный порывом Брайт впился в мягкие губы парня перед ним, заключив лицо того в свои ладони. Старший целовал нежно и бережно, стараясь вложить в это все свои чувства и эмоции. Он посасывал и аккуратно прикусывал сладкие губы младшего, обводил их языком, постепенно углубляя поцелуй.       Вин же был рад, что инициатором того, что происходит, был именно он, ведь все действия Брайта были такими заботливыми и нежными, что голова начинала кружиться. Младший отвечал на поцелуй с не меньшей страстью, заигрывая с языком актёра, бескомпромиссно вторгшимся в его рот, и охваченный желанием пересел на колени старшего.       Не ожидав подобной активности, Брайт был приятно удивлен и даже задумался, не является ли все это очередным сном. Однако такой жаждущий и нуждающийся, но остающийся до ужаса очаровательным Вин, был слишком реальным, а испытываемые ощущения слишком острыми, чтобы быть лишь фантазией. Поэтому старший решил воспользоваться свалившимся, а вернее оседлавшим его счастьем, и опустил ладони на талию младшего, проводя ими выше и сжимая на уровне подкаченной груди. Да, сейчас он мог осуществить все свои желания, так долго занимавшие все его мысли.       Продолжая терзать опухшие от долгих поцелуев губы младшего, Брайт ласкал его грудь сквозь ткань футболки. Старший мял, сжимал, гладил, воплощал все то, что хотел сделать долгое время, заставляя парня на его коленях извиваться и стонать прямо в поцелуй. Вид раскрасневшегося и разгоряченного Вина затуманивал сознание Брайта, заставляя его действовать увереннее и развязнее.       Парень, оторвавшись от жаркого рта потерявшегося в наслаждении младшего, принялся покрывать мокрыми поцелуями его шею, оставляя за собой алеющие следы и спускаясь ниже. Старший захватил в плен своего рта напряженный от возбуждения сосок Вина сквозь ткань футболки, чем вызвал удивленный стон откуда-то сверху. Реакция младшего только подстегнула Брайта к продолжению.       Раньше Вин и подумать не мог, что его грудь может быть такой чувствительной, но сейчас он не мог престать издавать развратные звуки из-за ощущения чужих рук и губ, которые не переставая терзали эту его часть. Младший провел ладонями от широких плеч выше, запуская их в мягкие волосы на затылке старшего. От сильного возбуждения, сорвавшего последние ограничители, парень начал двигаться на бедрах Брайта, покачиваясь и заставляя парня под ним содрогнуться.       — Черт, не делай так, — хриплым из-за сильного возбуждения голосом попросил старший, удерживая подкаченные бедра Вина от лишних движений и заглядывая ему в глаза. Младшему же понравился такой разбитый вид Брайта, вызванный его действиями, а горячие ладони заставляли терять связь с реальностью. Поэтому следуя за сиюминутным порывом парень, прилагая усилие, продолжил покачиваться на бедрах старшего, проходясь всем весом по ощутимой выпуклости в его штанах.       — Почему? Тебе же нравится, — с усмешкой произнес Вин, наблюдая, как красивый рот парня под ним приоткрывается в беззвучном стоне. Младшему определенно доставляла реакция вечно спокойного актера на свои действия, поэтому он с еще большим усердием продолжал, опираясь руками на крепкие плечи.       — Потому что, если ты не остановишься сейчас, я пойду до конца, — продолжая удерживать младшего от лишних движений, серьезно предупредил Брайт.