Kill Them All

Эскалация была изумительной — я чувствовала, как мои силы растут даже тогда, когда я сражалась с монстром перед собой. Я использовала трансмутацию, чтобы подогнать костюм, когда использовала свою увеличительную силу. [1] Однако Увеличение увеличивало не только мой рост. С каждым новым футом я становилась сильнее и выносливее, набирая по 25% от силы и телосложения за уровень. Но также я теряла по 5% ловкости за каждый уровень способности. Это ставило передо мной предел тому, насколько я смогу увеличиться, прежде чем превращусь в неподвижную статую, физически не способную двигаться. В тот момент мне придётся полагаться на другие атаки, которые будут продолжать увеличивать мощность. Однако и я стану лёгкой добычей, будучи не в силах уворачиваться от чужих ударов. Я могла бы летать, но, по сути, это будет полёт паралитика. С моей же точки зрения, Левиафан становился всё быстрее и быстрее. Пока что я полностью превосходила его в скорости, и он ещё ни разу в меня не попал. Однако я была уверена, что так не может продолжаться вечно. В конце концов, он наверняка возьмётся за меня всерьёз, и уж тогда, как я подозревала, он не станет сдерживаться. И это произойдёт задолго до того, как я достигну нулевой ловкости. Для человека с нормальным показателем ловкости в 10 единиц или даже для олимпийского чемпиона с ловкостью в 20 пунктов, Левиафан бы оставался жутким размытым пятном. Достаточно ли я выровняла свои сопротивления? Возможности узнать это не было. Вполне вероятно, что и одного удара будет достаточно для того, чтобы убить меня. Теперь, спустя полминуты использования Роста, я была высотой в тринадцать футов. Я потеряла уже 40% от своей ловкости и едва держалась под вражеским натиском, больше благодаря интуитивной эмпатии и предвидению. (13 футов = 3,96 метра) Мои силы и телосложение удвоились — теперь у меня было более пятисот очков здоровья, а силовое поле на своём шестом уровне позволяло добавить ещё больше к моим показателям. Шторм лезвий мог его ранить — обращение к Призрачной форме срезало сопротивление, так что мой Шторм наносил урона в миллион раз больше, чем в самом начале. Уровень самого Шторма увеличивался каждые 6 секунд, нанося в 32 раза больше урона, чем в начале битвы, и базовый урон теперь достигал 1 200 очков урона из-за прибавки в 6 уровней. И, тем не менее, 38 400 базовых единиц урона увеличены до 38 миллиардов со всеми моими бафами, могли наносить ему только поверхностные царапины. Я наносила ему урон на уровне Александрии, а ему от этого было ни горячо, ни холодно. Моя теория о том, что они скрывали свой настоящий уровень сил, оказалась верна. Он был практически неуязвим для любого другого кейпа на земле. Я так плотно окружила его своими клинками, что было трудно разглядеть саму его фигуру в этом скопище кинжалов. Бронированная кожа тем временем получала новый уровень каждые четыре секунды, добавив мне 75% устойчивости к повреждениям, по сути, сделав меня в 10 миллионов раз более крепкой, чем я была в своей обычной форме. Было ли этого достаточно? Я не была в этом уверена. Когтистая рука внезапно появилась передо мной, менее чем в дюйме от моих глаз. (1 дюйм = 2,54 см) Почему Левиафан был так сосредоточен на мне? В большинстве сражений он любил сеять ужас среди как можно большего числа кейпов. [2] Он злился на меня из-за потери Симург? Был ли он настолько разумен? Взгляд его пылающих глаз был зловещим и недоброжелательным. Похоже, он хотел меня убить. Я сменила форму на форму волка. Я надеялась, что если дам Левиафану надежду на то, что у него получится меня убить, то смогу затянуть битву достаточно для того, чтобы действительно уничтожить Губителя. Я также надеялась, что смогу избегать его атак подольше, но способность к увеличению замедляла меня всё сильнее и сильнее. Я могла бы перестать ею пользоваться, но тогда я потеряю свои бонусы к силе и телосложению, и, скорее всего, не смогу сделать то, что хотела сделать. Волчья форма теперь была седьмого уровня, что дало мне огромный прирост к силе — это были дополнительные 70 единиц силы и 84 единицы ловкости, хотя это число уже сократилось на 45% из-за навыка Роста. Снижение ловкости шло после подсчёта всех бонусных очков характеристик. Это означало, что у меня не было возможности затянуть бой подольше. Когда я ускорилась в своей новой форме и снова начала легко избегать его атак, Левиафан попытался послать на меня свои водяные копии. Они не смогли даже дотронуться до меня. Никто не смог бы угнаться за мной на такой скорости. [3] Левиафан остановился и уставился на людей позади меня. Он начал вырывать воду из их тел, оставляя после себя только мумифицированные человеческие фигурки. Неужели его так огорчала моя вернувшаяся скорость? Или он пытался заставить меня остановиться и сражаться с ним на его собственных условиях? Все Губители, должно быть, держали такие трюки в запасе. Это было похоже на то, как я сама начинала бой с человеческой формы, а не с волчьей — это побуждало противников продолжать сражаться со мной в надежде победить, и затянуть бой так, чтобы в конце концов мои противники проиграли. Мысленный взгляд тоже повысил свой уровень — теперь я могла ощущать присутствие и мысленно общаться с 512 людьми одновременно. Я ничего не могла сделать для людей на берегу — я чувствовала, как в ужасе они умирали, когда из их организмов вырывали воду, как она просачивалась сквозь их поры и летела в мою сторону со скоростью пули. Внезапно Локи показался в воздухе, привлекая к себе внимание. — Монстр! — громко крикнул он. — Тебе нас не взять! [4] Мгновение спустя я ощутила явное замешательство Левиафана. Левиафан не мог видеть, и считалось, что он, возможно, не может даже слышать. Согласно современным теориям, он ощущал окружающий мир через свои манипуляции с водой. Конечно, уверенным в этом не был никто. Как Локи удалось придумать сделать сотни кейпов невидимыми для чувств Левиафана, которыми он, предположительно, даже не обладал? Единственным, кого он не прикрывал, была я — план состоял в том, чтобы удержать внимание Губителя на мне, чтобы предотвратить смерти всех остальных. Позади Левиафана раздался взрыв, и я увидела дикую усмешку Алукарда. — Ты ведь не собиралась забрать всё веселье себе, не правда ли? — спросил он. Левиафан рассёк его пополам взмахом хвоста, но ухмылка Алукарда даже не дрогнула. Вместо этого он просто начал расплываться и растекаться по всему телу монстра. Шторм Лезвий, который превратил Левиафана в дешёвую пародию на Крюковолка, похоже, совсем не беспокоил Алукарда. Он просто растекался между лезвиями и начал погружаться в раны. — Может, тебе стоит заставить его взять тайм-аут, — мысленно предложила я Алукарду. После чего дала ему силу Стояка, которая теперь могла останавливать во времени 7 кубометров любого материала. Почти сразу же Левиафан замер на месте. Раны изнутри нанесли ему больший урон, нежели все остальные, и кровь начала густо стекать с его груди. Он оказался пойман в ловушку собственного тела. И, тем не менее, не было похоже, чтобы его это сильно беспокоило. Это лишь подтвердило мои подозрения о том, что всё это тело было не более чем марионеткой, а её кукловод должен был находиться либо в другом месте, либо внутри самого Левиафана. Голос Дракон зазвучал из коммуникатора, который теперь был прилеплен рядом с моим волчьим ухом. — У одного Умника, работающего с ассоциациями, есть теория, — сказала она. Голос сменился на другой, тоже женский, примерно моего возраста навскидку, и у этого голоса был сильный акцент Новой Англии. — Внутри него есть ядро, которое и есть настоящий он, — сказал этот голос. — Всё остальное — лишь фикция. [5] Левиафан рванулся вперёд, разрывая свою грудь, чтобы добраться до меня. Это могло ответить на вопрос о том, насколько он был силён — настолько, что мог рвать на части собственную плоть. Я бы не хотела, чтобы такой тип слишком сильно приближался ко мне. — И, кажется, оно не в груди, — подметила я очевидный факт. Другими вероятными местами нахождения ядра были его голова, хвост или задница. — Есть идеи, где оно может быть? — спросила я. — Следи за тем, какое место он пытается защитить, — ответили мне. Как будто я сама не могла догадаться до этого варианта. Я ловко увернулась от броска Левиафана, но это не имело значения — он уже вызвал новую приливную волну, пока Флэш был занят тем, что переносил мёртвых и умирающих в безопасное место. Где сейчас находился Локи, я не была уверена. Алукард вырвался из монстра со взрывом, пролетев до самого берега, где его тело немедленно распалось нескончаемым потоком крови. Эта кровь превратилась в вал, и покатилась навстречу приливной волне. Две массивные волны встретились на береговой линии, и сначала я даже решила, что именно Левиафан станет тем, кто проиграет. Однако даже кровь миллионов не могла сравниться с огромным объёмом воды, и вал крови постепенно сдвигался назад под её натиском. Если так будет продолжаться и дальше, монстру удастся уничтожить крупный город, который, технически, находился под моей защитой, хотя я определённо хотела передать эти заботы кому-нибудь другому. Я надеялась, что у меня хватит сил противостоять Губителю. Я укусила монстра за морду, вцепившись в него передними лапами и пытаясь разодрать его грудь задними. Шторм лезвий продолжал свою работу, надрезая Левиафана там, где я не могла до него дотянуться. Паучья ловкость позволила мне использовать всю мою силу против чудовища. Я пыталась отправить его в инвентарь, но он использовал какую-то многомерную хрень, чтобы выскользнуть оттуда. Телепортация тоже была не вариантом — Левиафан мог увеличить свою массу до той степени, когда его вес становился для меня неподъёмным. Однако сейчас я была сильнее, чем когда-либо. Моя сила, повышенная до 320 единиц в волчьем обороте, позволяла мне поднять 4,5 квадриллиона тонн. Это было эквивалентно чуть меньшему, чем одна миллионная массы Земли. Ещё сотня очков силы, и я смогла бы держать на весу всю планету, хотя к тому времени уже не смогу двигаться. [6] Я была в 256 триллионов раз сильнее Александрии, и использование навыка призрачного оружия делало меня сильнее, и заставляло сопротивление Левиафана всё больше поддаваться моим усилиям. Я с силой укусила его ещё раз, ощущая, как кристаллизованная плоть расходится под моими клыками. Я с торжествующим рычанием оторвала ему голову, но тут же ощутила, как меня крепко приложили ударом в бок. -700 хп! +1% к сопротивлению физическому урону! Блять! Я ощутила, как моё силовое поле разрушилось, и поняла, что у меня серьёзные проблемы, потому что ещё один такой удар — и я буду мертва. Хотя наличие навыка Везде и Нигде означало, что, скорее всего, я всё равно оживу, но я понятия не имела, сколько времени у меня это займёт. Сколько моих союзников, сколько невинных людей будет убито, пока я буду пытаться вернуться к жизни? Вернусь ли я через секунду, или, может быть, через минуту, а может вообще через год? Будет ли мой инвентарь пустым, по аналогии с тем, как люди после смерти невольно опорожняют кишечники? Я должна была немедленно заканчивать с Левиафаном. Я заставила его перевернуться и вцепилась ему теперь уже в спину. Ему было трудно что-то сделать со мной в таком положении. Телепортируясь прочь, я чувствовала, как он стремительно пытается увеличить свою массу, чтобы я не могла забрать его с собой. Но он не успел. Теперь, с увеличившимися навыками и характеристиками, я могла прыгать на огромнейшее расстояние в 900 световых лет, и я промерцала как можно ближе к поверхности одной из звёзд. Это было красное солнце, и я совсем не страдала от его жара. Фигура левиафана, подсвеченная лучами красной звезды, выглядела странно, хотя с моей невосприимчивостью к слепоте я продолжала ясно его видеть. Почувствовав, как Левиафан пытается схватить меня, я промерцала прочь из его хватки. К своему ужасу я осознала, что эскалация работала только в том случае, если я дерусь с противником, который потенциально был сильнее меня и мог нанести мне вред. Сражаться с немощным пушечным мясом было недостаточно. Видимо, это воспринималось как резня, а не как сражение. Хуже того — если я буду просто висеть на месте и смотреть, как Левиафан мечется по бескрайнему космосу, то начнётся процесс деэскалации, что означало возможность здесь застрять. Я должна была продолжать сражаться с ним, иначе никогда не смогу вернуться домой. Несмотря на своё просевшее здоровье, я бросилась на него и вцепилась пастью ему в плечо, отрывая конечность. Сделать это было легче, чем перекусить ему шею — моя сила продолжала резать его сопротивление, плюс, пока я сражалась, мои силы продолжали расти. Я отскочила от Левиафана, прежде чем он меня ударил, но у меня всё ещё был активирован навык Роста, и я становилась всё медленнее. Напрыгнув на него снова, я едва не пропустила удар хвостом. Когда я оторвала ему хвост, я увидела, что в его теле, в основании оторванного хвоста, что-то поблёскивало. [7] Левиафан попытался вытянуть жидкости из моего тела, и отвернулся от меня, пытаясь защитить тылы. -100 хп! К счастью, моя регенерация уже восстановила мне часть здоровья от предыдущего ранения. Я не умерла, получив этот удар, но это было близко. Я промерцала за спину Левиафану и вцепилась зубами в это поблёскивающее нечто. Мне показалось, что от его плотности у меня ломаются зубы, и я потеряла сознание. Я не была уверена, как долго я была в отключке, но, судя по сравнению моих размеров и размеров трупа Левиафана, должно быть, не больше нескольких секунд. Контроль воды был улучшен! Теперь вы можете управлять кубом воды с гранями в один фут. Объём контролируемой жидкости удваивается с каждым новым уровнем! (1 фут = 30,48 см) Вы получили +20 уровней к контролю воды! Святые угодники. Я пыталась промерцать обратно на Землю, но у меня ничего не вышло. Однако я знала нужное направление, поэтому промерцала один, два, четыре раза. Я уменьшилась ещё немного, и расстояние моей телепортации сократилось вдвое. Ещё четыре телепортационных прыжка вернули меня поближе, и я увидела вдалеке нечто огромное. Оно колыхалось, словно живое, но в темноте космического пространства было трудно разглядеть, что же это было. Оно должно было быть по меньшей мере размером с континент, если я правильно оценила размеры. [8] У меня не было времени исследовать это нечто более внимательно. Мне нужно было вернуться домой, иначе я могла окончательно заблудиться. Если я застряну здесь, то могу перепрыгнуть во вселенную Федерации. Шансы на то, что я смогу найти обитаемый мир, там были больше, и тогда я смогла бы вернуться домой. Наверное, не стоило мне телепортироваться настолько далеко, но я всего лишь хотела убедиться в том, что у Левиафана не обнаружится какой-нибудь способности к полётам в космосе. Даже если бы он мог летать только со скоростью света, мир снова мог оказаться в опасности всего через тридцать лет. [9] Моё улучшенное зрение помогало мне ориентироваться в пространстве, как и тот факт, что я знала общее направление своего телепортационного прыжка. В конце концов, я бы нашла путь домой, даже если бы мне пришлось пошататься по космотрассам Федерации. Однако если я заблужусь, то путь обратно мог занять недели, и я боялась представить, что будет с Землёй к моему возвращению. Земля каннибалов всё ещё не была самодостаточной. Чёрт умрёт с голоду, если ему придётся кормить ещё два рта. Я обещала вернуть к жизни людей, погибших в бою, с помощью борговских нанитов, и Барри оставался пойманным в ловушку в мире, который даже не был его собственным. Я отдала Локи несколько нанитов и научила, как ими пользоваться, но сможет ли он удержать СКП от кражи этой технологии? Казалось, что чем сильнее я становилась, тем больше ответственности взваливала на свои плечи. [10] Я продолжала мерцать, и расстояние постепенно сокращалось. Мои межгалактические технарские знания помогали держать в уме точку отсчёта, но визуально я была слишком ограничена. Я потерялась. Блять. Оглядевшись в тишине космоса, я слегка заколебалась, но после, всё-таки, приняла решение. Федерация, казалось, была битком набита обитаемыми планетами. Мне просто нужно было найти одну такую, где меня бы смогли сориентировать с нужным направлением. Я шагнула сквозь миры и оказалась в абсолютно точно также выглядевшем космосе. Я огляделась и приметила ближайшую к себе звезду. Промерцав к планетам этой звезды, я сразу же отбросила из внимания газовые гиганты — мне нужно было найти обитаемые планеты. Была одна такая, соответствовавшая всем моим критериям, сверкавшая маленькими огоньками на тёмной стороне. Она определённо была обитаемой. [11] На орбите планеты висел космический корабль. Он не был похож на Энтерпрайз, и выглядел более примитивно, и имел совсем другие очертания. Мысли внутри принадлежали ференгам. Неужели я всё-таки мерцала не в ту сторону? Я нашла капитана с помощью телепатии, и заглянула в иллюминатор. Внутри находился невысокий инопланетянин со странной формой черепа и ушей. Я постучалась в окошко. Инопланетянин стоял спиной к окну, уставившись в блокнот. Он оглянулся на дверь, но ничего там не увидел. К этому времени я окончательно потеряла всё, что подарила мне эскалация. Я снова постучалась в окошко. Он замер, и после медленно обернулся через плечо. Я уставилась на него в ответ и показала ему язык. После я оскалилась, и через секунду оказалась внутри помещения. Я специально тяжело задышала, и меня позабавило, насколько сильно он побледнел, даже несмотря на смуглый оттенок своей кожи. Затем я поменяла форму на свою человеческую. — Я хотела бы поговорить с вами о делах, — сказала я. Он смерил меня пристальным взглядом, и потом дёрнул плечами. — Ты людь? — Что-то в этом роде, — согласилась я. — Во сколько мне обойдётся шаттл с картами до основного мира людей? — А сколько у тебя есть? Я копалась в его голове, а затем использовала на нём иллюзию того, что мы всё ещё продолжаем разговор, чтобы обыскать его стол. И нашла там золотую прессованную латину. Репликаторы не могли её воспроизводить, но лично у меня с этим не было никаких проблем. Я отправила в инвентарь капитана, переместившись на ближайшую к планете луну, и стала преобразовывать лунную пыль в бруски нужного вещества, отправив в инвентарь целую тонну. Вернувшись обратно, я вытащила капитана из инвентаря и спросила: — Латинум подойдёт? Мы перешли к торгам, и я заставила его добавить несколько баз данных, которые Федерация не хотела мне давать, и ещё один репликатор. [12] Он намеревался обмануть меня, всучив дрянной товар, но телепатия была довольно полезна в таких делах. Хотя по каким-то причинам его разум был очень устойчив к телепатии, и читать я могла только три четверти его мыслей. Более слабый телепат вообще ничего не смог бы увидеть в его голове. Я избила его, не позволив узнать об этом, за то, что он пытался обмануть меня, после чего исцелила его. Создана новая способность! Сопротивление чтению мыслей! Вы получаете 5% сопротивления за уровень! Уровень 1. Шаттл был тем ещё куском дерьма по сравнению с шаттлами Федерации. У него едва хватало приборных панелей для навигации в космосе, и он двигался только на субсветовых скоростях. Тем не менее, в нём было всё, что мне было необходимо для ориентирования, так что я вернулась обратно на Землю спустя всего два часа после моего исчезновения. Судя по всему, Флэша и Локи чествовали как настоящих героев. Панацея продолжала исцелять раненых. Все подняли взгляды наверх, когда я возникла в воздухе на своём новом дерьмовом шаттле. Приземлившись вниз и выпрыгнув из него телепортацией, я поинтересовалась: — Никто не видел голову Левиафана? Я вроде как хотела повесить её над камином.