Wenn die Engel fallen

Азирафель проснулся и открыл глаза, тяжело дыша. Кошмары снились ему не часто, и обычно были более... кошмарными? Этот сон, конечно, был не из приятных, странное давящее чувство тревоги и неизвестности (особенно в конце), однако явно не хватало картин Ада, грехопадения людей, Великого Потопа, горящей бентли, наконец! Азирафель с удивлением отметил, что у него сильно пересохло в горле, хотя он был уверен, что выпил перед сном стакан воды... Стоп. Азирафель принюхался. В комнате пахло не так как обычно. А еще, он совсем не мог вспомнить, как же уснул... Внезапно в комнате включился свет (Кроули?) и щурясь, Азирафель увидел перед собой чем-то знакомую женщину. Но прежде чем он успел задуматься о том, где же уже ее встречал, он мгновенно узнал, где находится: пустая, белая комната, без окон, без мебели (не считая кровати, на которой он, очевидно, спал), освещенная только белоснежным шаром ослепительного света, который повис в воздухе над ладонью женщины, словно она держала его в руке. Азирафель проснулся мгновенно, и вскочил на ноги, но женщина махнула второй рукой, и он не смог сделать и шага навстречу ей, пригвожденный к месту нечеловеческой силой. - Хамаэль, - произнес он сквозь зубы с нотками узнавания. - Ты все такой же, - презрительно, с нескрываемым отвращением произнесла женщина. Теперь, при достаточном освещении, Азирафель мог разглядеть ее новое тело: темную загорелую кожу, блестящие гладкие черные волосы, яркие глаза. Она была красивой, по-человеческим стандартам, но осанка, стойка, суровое выражение лица и серебряные доспехи выдавали в ней что-то воинское и неземное. Она была словно валькирия. Словно статуя полководца, вылитая из меди. Азирафель встречался с ней только раз, она была во главе отряда, изгнавшего первых людей из Рая. В тот день Азирафелю удалось не попасться ей на глаза, но потом, на трибунале она присутствовала. В другом теле, но он узнал ее, едва увидев. Это тяжелую ауру... Ауру ангела смерти, ауру воина было невозможно не почувствовать. - Хамаэль, - повторил Азирафель, озираясь. - Где я? - Это был риторический вопрос, конечно же, они были на Небесах, и не просто на Небесах, а в тюремной камере. Хамаэль не ответила. Она отпустила шар света, который тут же взвился к потолку и застыл наверху, словно большая люстра, и медленно приблизилась к Азирафелю, разглядывая его с головы до ног, словно заинтересованный покупатель. Затем она внезапно сделала большой шаг навстречу Азирафелю (он ожидал, что она его ударит), но Хамаэль только понюхала воздух у самого его уха. Азирафель чувствовал ее горячее дыхание на своей шее и даже, казалось, мог расслышать биение ее сердца. - От тебя воняет, - Хамаэль отстранилась, с таким выражением лица, будто бы ее сейчас стошнит. Тут же к ней метнулась тень — другой ангел, которого Азирафель изначально не заметил, так как он был одет во все белое, не считая серебряных доспехов. Ангел (в котором Азирафель узнал вчерашнего водителя) встал на одно колено, протягивая Хамаэль белоснежный хрустящий накрахмаленный платок, едва заметно пахнущий свежими подснежниками. Хамаэль взяла платок, не обращая на своего спутника никакого внимания, и он тут же ретировался назад, не желая стоять на ее пути. Она приложила платок к носу и сделала несколько шумных вдохов и выдохов. Азирафель заметил меч у нее в ножнах. - Я мылся сегодня утром, - произнес он, все еще не понимая, что происходит. Вопрос уже давно был решен: Небеса оставили их с Кроули в покое. Он, фактически, был изгнан с Небес, не являясь падшим ангелом. Просто недоразумением, до которого никому не было дела. Почти человеком. Только бессмертным. И с крыльями. И с магией. - Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив. Благ Господь ко всем, и щедроты Его на всех делах Его, - отстраненно произнесла Хамаэль, игнорируя комментарий Азирафеля. - Мы даем тебе один шанс, - произнесла она, закрыв глаза и концентрируясь на дыхании через платок. Почему-то Азирафелю показалось, что она говорила о себе во множественном числе. - Но только один. Покайся, - воззвала она, бархатным голосом. - Покаяться в чем именно? - Уточнил Азирафель. Постепенно, до него начало доходить. Либо это была ошибка, либо на Небесах что-то случилось, либо Хамаэль решила отомстить ему за то, что пустил Кроули в Рай, спустя почти шесть тысяч лет. - Покайся, - безучастно повторила Хамаэль. - Покаяться в чем? - Раздраженно переспросил Азирафель. - И я понятия не имею, о каком грехе ты тут говоришь. В ту же секунду он ощутил пощечину на своем лице. Хамаэль не сдвинулась с места и даже не заметила: это был ее спутник. - Я больше не потерплю этого, - он мельком бросил взгляд на Хамаэль. - Перед тобой великий военоначальник, ярость и отмщение самого Бога, генерал Хамаэль, и ты будешь говорить с ними уважительно! Хамаэль жестом приказала ему отступить, что ангел и сделал. - Мы не ждем высоких манер и уважения старших по званию от того, кто уже давно стал земляным червем, - спокойно произнесла она. - Он может называть нас как хочет, это не меняет сути. Мы — меч Бога, - гордо добавила она. Азирафель убедился, что она говорила о себе во множественном числе, словно монарх. - Ты согрешил, Азирафель, от тебя смердит грехом. От тебя смердит злом. Демонами. - Демонами? - Взорвался Азирафель. - Это что, опять на счет Кроули? Разве мы не договорились? Вам нужны проблемы со мной? - Храбро усмехнулся он. - Габриэль... - Мы — меч Божий, - повторила Хамаэль. - Мы отмщение Бога. Габриэль — всего лишь вестник, глашатай наших военных побед. - Небеса давно уже не воюют ни с людьми, ни с демонами, - возразил Азирафель. - Так что я не знаю, что ты задумала, но отправь меня обратно, откуда взяла, и я не буду вмешиваться в твои дела, так и быть. - Убей демона, - произнесла Хамаэль. - Убей демона своими руками, и будешь прощен. Мы даем тебе один шанс. - Нет, спасибо, мне нужно домой, - возразил Азирафель. - Ты отказываешься? - Приподняла бровь Хамаэль. - Он просто не понял, сэр, - внезапно вмешался ангел, пришедший с ней. - Его слух непривычен к вашей величественной речи, сэр. Позвольте мне объяснить ему на языке людей, каким он является, сэр, - попросил он. - Да будет так, - кивнула Хамаэль. - Если он отказывается, то должен полностью осознавать последствия. - Языком людей? - Оскорбился Азирафель. - А сейчас мы говорили на каком языке? - Ты не понимаешь, - жестом остановил его солдат. - Я объясню. Ты связался с демоном. Ты осквернил гордость ангела. Для тебя есть два пути, чтобы очистить свое доброе имя и получить прощение. - Я весь внимание, - мрачно усмехнулся Азирафель. - Убей демона Кроули, который осквернил чистоту твоей души, - продолжил солдат. - Или умри смертью воина. - Смертью воина? - Переспросил Азирафель. - Ты убьешь себя райским мечом. И ты умрешь. Навсегда. - Я. Не собираюсь. Никого. Убивать, - четко выговорил Азирафель, смотря прямо в глаза Хамаэль. - Я знаю, как ты меня ненавидишь. Ты добилась того, чтобы меня послали на Землю. Я не появляюсь на Небесах. Что тебе еще нужно? Если тебе так нужен Кроули — убей его сама, - добавил он, в то время как его сердце пропустило удар (Кроули в опасности!). - Нам нет никакого дела до жалких демонов, - пожала плечами Хамаэль. - Чтобы очиститься от греха и очистить доброе имя ангелов ты должен или уничтожить грех, или умереть. Ты должен убить его. Своими руками. Или убить себя. Это единственный путь к настоящему покаянию. - Нет, - твердо ответил Азирафель. Он вдруг осознал, что она не шутит. - Я не собираюсь убивать Кроули или убивать себя. Можешь убить меня сама, если хочешь, - триумфально добавил он. - Только даже Габриэль не смог меня убить, - это был блеф, ведь на самом деле, в тот день они с Кроули поменялись телами... - Габриэль так же хорош с мечом как мы? Сомневаюсь, - произнесла она, обнажая клинок. Азирафель не ожидал, что она среагирует так быстро. - Хамаэль? - Спросил он трясущимся голосом. - Ты правда собираешься использовать свой меч? Против меня? Против другого ангела? - Ты — не ангел, ты - земляной червь, - произнесла она, изящно взмахивая клинком. - И ты будешь повиноваться. Азирафель задержал дыхание. Он не мог сдвинуться с места. Но даже если бы и мог, Хамаэль действительно была лучшим воином среди архангелов, пожалуй, разве что Михаэль мог ее превзойти, и то не факт. Боли не было. Азирафель увидел несколько картинок, словно в калейдоскопе: бутылка вина из винного магазина. Книга, которую он все еще держал за пазухой. Озеро. Чай у Ньюта и Анафемы. Кроули. Его смех. "Я должен предупредить Кроули, что он в опасности", - подумал Азирафель. Свет погас.