Никогда не было

      Утром Антон просыпается от звука хлопающей металлом двери. – Доброе. – И тебе, – голос незнакомый. Кто-то пришел и, судя по звукам, раздевается в прихожей. – Короче. Разобрался я с твоей тачкой. Нихуя не понял, что произошло, но она на штрафстоянке. – Угу. – Че ты мне угукаешь? Рассказывай давай. – А чего рассказывать-то? – разговор переместился за другую стенку. – Ты как-будто камеры не посмотрел. – Посмотрел – не помогло. – В смысле? – Хуй стоит, а яйца свисли. Арс. В прямом. Засвечено там всё. – Как засвечено? Совсем? – Нет, блять, я «всё» просто так сказал, а засвечен там на самом деле левый верхний угол. – «Совсем» в смысле… Там что, весь тот день засвечен? Они сломались или что? – Нет. Засвечена запись ровно в то время, которое ты мне назвал. На одной камере до светофора видно, что ты едешь, на другой – после – все белое. Но самое интересное даже не это. Самое интересное то, что через некоторое время картинка приходит в норму. Там четко видно твою машину и какую-то женщину рядом. – Это она, та самая… – Да я понял. Ну вот… есть до и после. А между ними тринадцать минут белого шума. – И как…? – Я ебу. – А видеорегистратор в машине? – Ты удивишься. – Нет… Не может быть. – Ага. – А та женщина? Я говорил, у неё есть фотографии. – Да, мы с ней пообщались, но за-све-че-но, – чуть ли не нараспев. – Это бред какой-то. – Точнее не скажешь. Рассказывай давай. – Да нечего там… – совсем тихо, едва можно разобрать. – Нечего, конечно. Таких совпадений не бывает. Если бы ты мне сам не позвонил, я бы решил, что… А ты часом не упоротый был? – Что? – То самое, Арс. Ты что-то принял, да? Арс! – мужчина повысил голос. – Цыц, не ори мне тут! Разбудишь ещё… Ты больной что ли? Что я принял? Да будь я бухой, ты думаешь, я бы за руль сел? Ты за кого меня держишь вообще? – Я должен был спросить. – Естественно. Может мне тебе сразу справку принести? Ну что б наверняка! – Сам не ори. А идея, кстати, отличная. – Ага, сейчас. Разбежался. – Серьезно, Арс. Без чистых анализов на все известные запрещённые вещества тебе машину не вернут. – … – Уж поверь мне, я об этом позабочусь. – Ну ты и гандон, Сергей Борисович, – пауза. – Ты же в курсе, что я могу… – В курсе. Но уповаю на твою сознательность. Не подведи меня. – Н-да уж. Спасибо за подставу, лучший друг. – Не стоит благодарности. – Да иди ты… – Сам иди. На работу. Ты, кстати, ещё не опаздываешь? – Пока нет, но скоро начну. Я точно не сильно тебя напрягаю? – Да точно. – Я просто сам хрен знает, что делать, если честно. Мало того, что мне клещами из него приходится информацию вытаскивать, так ещё и всё, что он говорит… мутная история.       Антон слегка напрягся, ещё внимательнее вслушиваясь. Ему в принципе не особо нравилось присутствие незнакомого человека, а тут ещё и речь идёт о нем. – Точно не хочешь, чтобы я устроил ему допрос с пристрастием? Он быстро всё выложит, ты ж меня знаешь. – Да нет, не нужно. Разберемся пока с тем, что есть. Может быть это все вообще не имеет никакого смысла. – О, надеюсь, что имеет. Если это те, кого мы ищем… Арс, ты не то что не напрягаешь меня, ты мне такой подарок делаешь. – Серёг… – Вот сюда – раз звёздочка, и сюда – два звёздочка. Красиво будет… – Ты бы не возбуждался так сильно. – Да расслабься. Повезёт – заебись, не повезёт… – Значит повезёт в другой раз. – Так точно. – Спасибо ещё раз, Серый. – Пока не за что. Справку принести не забудь, – со смешком в голосе. – Отсоси, – съязвил в ответ Арсений. – Ради твоего здоровья – все что угодно.       Весь этот разговор хоть и заставил Антона понервничать, но в тоже время, надо признаться, позабавил. Самому то ему в разговоре с Арсением приходится в основном что-то невнятное мямлить да молчать, а этот Сергей может разговаривать с ним на равных. И всё же его присутствие здесь немного напрягает. Этот человек либо уже что-то о нём знает, либо планирует узнать. Машина, камеры, какие-то справки... Проходить через ещё один допрос совершенно не хотелось. К тому же, какие-то полу угрожающие интонации в голосе, звучавшем за дверью, заставляли думать, что Сергей окажется настойчивее, чем его друг. – О, ты уже проснулся? – дверь приоткрылась и в проёме показалась голова Арсения. – Это хорошо. – Доброе утро. – Доброе. Я, собственно, зачем зашёл... Мне нужно в больницу, так что... – Всё в порядке? – Антон насторожился. – А? Нет-нет, я... Криво сформулировал мысль – ещё не проснулся, видимо. Мне надо на работу. В больницу. – А. Точно. – Оставить тебя одного я не могу, поэтому я попросил своего хорошего друга за тобой присмотреть. Это Сергей… – Капитан полиции Сергей Борисович Матвиенко, – зашёл в комнату мужчина, отодвинув Арсения от двери.       Антон такого поворота не ожидал и потому его солдатские привычки, выученные за годы службы в императорской армии сработали быстрее, чем его мозг. Он вскочил с места, проигнорировав дискомфорт в ноге, вытянулся по стойке смирно и отчеканил: «Здравия желаю, ваше благородие!» – Эй! Куда! – выпалил Арсений, смотря на подорвавшегося с кровати Антона, таким недовольным и даже немного злым взглядом, каким раньше ещё не смотрел. – Я что тебе говорил про швы? А? – Интересно девки пляшут… – протянул Сергей. – И как тебя звать? – Рядовой Шастун, ваше благородие! – Вольно, рядовой. А то доктор гневается. – Ты мне ещё тут… – Арсений попытался убить взглядом и своего друга. – Тоже хочешь мою работу угробить? – Я? Да что ты! – махнул рукой Сергей. – Я всегда с исключительным почтением и уважением твоему труду, но устав есть устав, верно, рядовой? – Так точно. – Так… – Арсений на секунду прикрыл глаза. – Ты – обратно в кровать. Ты – следи, чтобы он больше так не делал. Я – на работу, вернусь… скорее всего поздно. – Понял. Я закрою за тобой, – вызвался Сергей и мужчины вышли из комнаты.       Антон опустился обратно на кровать. Ох уж эта военная выучка. Ничего ты с ней не сделаешь, она впитывается в кровь и остаётся там, кажется, навечно. Он просто не мог ответить иначе. Сергей абсолютно прав – устав есть устав. Сто лет назад был, сейчас остаётся и будет через ещё сотню лет. Несмотря на это ему стоит взять себя в руки. Если его будут расспрашивать, то отвечать он будет по форме, но без лишних подробностей. Сергей хоть и старший по званию, но это здесь, на Земле, а доступа к небесным тайнам ему это не даёт.       Именно Сергей был на фотографии вместе с Арсением и девушкой. Получается, это действительно его друзья, хотя что связывает его с девушкой доподлинно не известно. С другой стороны, это не так уж и важно сейчас. А вот что на самом деле важно, так это то, что его нога болит значительно меньше, чем вчера. Даже когда он встал – было неприятно, но не критично. Это странно, но не может не радовать.       За стеной вновь послышались голоса. – Звони, если что-то случится. – Арс, да даже если что-то случится – мы тут и сами с усами, знаешь ли. Ты опера не просто так позвал. – Да, не просто так, а потому что больше некого. – И потому что я надёжный человек. – И поэтому тоже. – Вот и все. Мои ребята неподалёку, если что-то произойдёт – мы разберёмся. Работай, не парься. – Постараюсь, но ничего не обещаю. – Я знаю. Всё, давай, вали. Хорошего дня. – Давай.       Второй раз за утро хлопнула металлическая дверь, на мгновение стало тихо, но лишь на мгновение. В комнату вернулся Сергей, напевая что-то себе под нос. Антон снова подорвался было с кровати, но его остановили. – Отставить. Выполнять распоряжения доктора. А то он меня прибьет, если что, – хохотнул Сергей. – Ну что, рядовой, завтракать хочешь? – Нет, вообще благородие. Пока не хочется. Рано ещё. – Интересные у тебя словечки, рядовой. Где у нас нынче так выучивают обращаться? – Сейчас уже не учат, – отвечает Антон и одновременно не отвечает. Не говорить же, что в императорской армии его Величества Николая Второго? – Вот оно что… Ну ладно, пусть. Давай вот как поступим. Я делами позанимаюсь, а через час устроим завтрак, пойдет? – Угу.       За час Антон успел ещё немного подремать, хотя полноценный сон к нему так и не пришел. Ему помогли дойти до ванной комнаты, для утреннего ритуала умывания, и надо отметить, что с Арсением идти было удобнее – он был выше ростом и не упирался в ребра плечом, – впрочем мелкие неудобства на результат не повлияли. В ванной он попробовал посгибать колено, понапрягать мышцы бедра и даже сделать пару шагов, насколько это было возможно в небольшом пространстве – ему действительно стало лучше. Арсений говорил, что восстановление займет много времени, но по какой-то причине он идёт на поправку значительно быстрее, чем предполагалось.       После завтрака Сергей остался в комнате с Антоном – пристроился на стуле около шкафа, водрузил себе на колени кипу бумаг и стал внимательно их изучать, периодически делая какие-то пометки на полях. Сергей, хоть и был не в форме, но при себе имел кобуру с пистолетом. Решил ли он специально продемонстрировать оружие Антону, оставил по привычке или необходимости, просто ли забыл спрятать или вообще об этом не подумал – сказать сложно, но факт оставался фактом: его нянька – вооруженный капитан полиции и где-то «его ребята неподалеку». Это должно было бы успокоить, но по понятным причинам не успокаивало. В случае чего человеческое оружие будет бесполезно, да и внутри росло какое-то неприятное чувство, что его могут использовать против Антона.       Вопреки сложившемуся после подслушанного разговора за стеной впечатлению, Сергей вел себя на удивление тихо и спокойно. Несколько раз он звонил по телефону, командовал в трубку: «Доложить обстановку» – и выслушивал ответ, что занимало где-то секунд пятнадцать, а значит докладывать там было особо нечего. Допрашивать Антона он не пытался, только поглядывал исподлобья и тут же прятал взгляд в свои бумаги, когда Антон это замечал.       Уже после обеда, убрав посуду на кухню, Сергей стал внимательно изучать книги на полках шкафа и через несколько минут выдохнул: «Эх, хреново, что телек до сих по не починили». – Что? – переспросил Антон. – Телек, говорю, – Сергей ткнул пальцем в пустой угол комнаты справа от шкафа. – В ремонте уже недели две, наверное. Арсу всё равно, он его редко смотрит, потому и не дёргается с ним особо, а нам с тобой, вот, приходится страдать. Может тебе книжку какую дать, рядовой? – Да нет, не надо, наверное. – Да уж, литература у него тут специфическая, надо сказать. Человеческую книжку хер найдешь.       И всё же Сергей книгу на свой вкус подобрал – стянул с полки «Основы первой медицинской помощи» и уткнулся в неё. Только вот читать ему пришлось недолго: зазвонил телефон. Антон напрягся, потому что ожидать чего-то хорошего повода не было, но оказалось, что звонил Арсений. – А ты долго держался, – хохотнул в трубку Сергей. – Нормально всё. Тишь-гладь, божья благодать. Как нога? Сейчас спрошу. Как нога? – обращается к Антону. – Значительно лучше. – Говорит, значительно лучше. Ну как-как, вот так вот, я то откуда знаю. Он как сказал, так я тебе и говорю. Ой, только не начинай. Не жалуется, значит всё нормально, и вообще, что ты за врач такой, если словам пациента не доверяешь? «Хауса»? Пошел ты в жопу со своим Хаусом. Арс, не капай мне на мозг. Волнуешься и очень зря. Лучше пиздуй работать и не мешай нам. Всё. Я тебя тоже, – Сергей улыбается и кладет телефон. – Иногда он просто невыносим. – Я уже оценил. – Эй, не зарывайся, рядовой. Ты про моего друга говоришь, – грозит он Антону пальцем, но в голосе всё равно звучат шутливые нотки. – Виноват, ваше благородие. Больше не повторится. – То-то же.       Остаток дня прошел спокойно. Антон в основном дремал, сном отгоняя беспокойные мысли, а Сергей то зачитывался книжкой, то залипал в телефоне. Уже ближе к вечеру из открытого окна стали доноситься типичные дворовые звуки: болтали дети, играла какая-то музыка, иногда кто-то особенно громко выкрикивал что-то не слишком цензурное. Чем дольше Антон вслушивался в бурлящую за окном жизнь, тем больше ему приходили обрывки воспоминаний: как веселились с друзьями в родной деревне, как водились хороводы, как запевались с товарищами песни в военном походе, как с ними же шутились шутки. Дни давно прожитые, ушедшие безвозвратно, уже забытые и канувшие в лету, тихонько стучались в его память и волновали ностальгические чувства. Для ангелов всё это находится где-то за гранью бытия: исполняя своё божественное предназначение, ты не помнишь, что жизнь – это что-то, что было когда-то твоим. – Чего приуныл, рядовой? Скучно тут валяться без дела, да? – Да, самую малость. – А куда пошел, если бы мог? – Да по делам, ваше благородие. Больше мне идти и некуда. – Что за дела, если не секрет? – Простите, ваше благородие, никак не могу сказать. – Понимаю, – кивает Сергей. – Арсу ты ничего не сказал, а и подавно доверия не вызываю, да? – Дело не в вас. Я никому не должен ничего говорить. Считайте, что это военная тайна. – Военная? Вот оно как. А кто тебя ищет – тоже военная тайна? – Так точно. – Скажи хоть что-нибудь о них из того, что можешь сказать. – Разрешите, я скажу о вас? – Разрешаю. – Я думаю, вы ошибаетесь. Это не те, кого вы ищете. – А кого мы ищем? – щурится Сергей. – Кого-то другого. Больше ничего не могу добавить, ваше благородие. – Ясно. Слушай, давай-ка отставим все эти формальности. Я тебе вот что хочу сказать, Антон. Если ты думаешь, что мы ошибаемся, значит я не знаю, с чем именно ты связался и какие у тебя проблемы. Зато я точно знаю, что не хочу, чтобы Арс в это тоже ввязался. Он мужик хороший, но не в меру увлекающийся. Ему всегда хочется разгадать загадку, узнать причину, докопаться до истины… И ты, я думаю, ты для него загадка. Он заинтригован, он не может разобраться что к чему, а ему страсть как хочется выяснить в чем же тут дело. И он будет искать ответы, которые, нам обоим ясно, ты не хочешь ему давать. Так что мой тебе совет, как только появится возможность– уходи. Не дразни быка красной тряпкой, фигурально выражаясь. – Я так и планировал, – кивнул в ответ Антон. – Как только я смогу – уйду. Надеюсь, что скоро. – Правильное решение. А скоро ли… Думаю, Арс тебя быстро на ноги поставит. Он отличный специалист.       Правильное. Он знал. Он постоянно только и думал о том, чтобы никому не навредить, и слова Сергея только лишь подтвердили, что думает он в правильном направлении. Это его ноша, к которой люди не имеют – и не должны иметь – никакого отношения.