Укрощение ученого

Нескольких часов работы на открытом воздухе хватило, чтобы Шишио пробило ностальгией по родному дому. Счастливое время, когда взрослая жизнь еще не постучалась в его двери. Никаких хлопот и забот, что заменялись обычными детскими играми и разбиванием коленок. Вокруг него кружились такие же детишки, вечно шумные и забавные, с которыми лишь иногда он дрался по глупым обстоятельствам. Ну, там случайно толкнул или стырил еще не спелое зеленое яблочко из соседского палисадника и с другими не поделился добром. Первые слезы из-за того, что не хотел ходить в школу. Со временем, становясь взрослее и набираясь опыта, простая детская радость ускользнула из его рук. Любимая младшая сестренка серьезно заболела, и родителям не хватало денег на то, чтобы обеспечить ей дорогостоящее лечение. Ему пришлось рано познать всю муторность взрослых, лишь бы как-то спасти Мирай. Бокс был не единственным выходом, но все же Цукаса выбрал его. Сначала платили копейки, ибо был еще недостаточно опытным и просто ребенком. А затем, когда в нем пробудился зверь, истинный самец, все проходило как по маслу. Шишио не жалел себя, отдаваясь работе, что постепенно становилась его любимой. Мирай, слава богам, выздоровела, и раз в полгода приходила к своему врачу на обследование. Тот не был козлом, в отличие от некоторых, и к сестренке относился, как с собственной дочери. Так-то он и стал еще одним членом их небольшой семьи, и именно он однажды познакомил Цукасу с Рюсуем Нанами. Озорной мальчишка, выходец из достаточно богатой семьи, что все время называл себя «самым жадным человеком на Земле» и при этом тепло относился ко всем, щедро даря подарки. Его психология была непонятна Цукасе, да чего там, он и сейчас не понимает, однако с Рюсуем каким-то боком умудрился сдружиться. И, пожалуй, был единственным настоящим другом. От богатеев ожидай чего угодно, но наследник Нанами бескорыстный малый, чутка эксцентричный и иногда раздолбай. Шишио дорожил им. Им обоим уже далеко за двадцать пять, хотя в Рюсуе и по сей день живет ребенок, с пеленок влюбившийся… в воду. Ну, реки, моря, океаны. И чтобы быть ближе к ним, он начал самостоятельно конструировать корабли на карманные деньги. Коллекция у него была знатная. — Что-то случилось, Цукаса-чан? Ты уже минуты две пялишься на орхидеи. — Нет, ничего, — улыбнулся длинноволосый и продолжил полоть траву, растущую вокруг красивых цветов. К слову, о цветах. Цукаса, выйдя на задний двор дома Ишигами, до глубины души поразился его красоте. Разноцветная гамма приносила необъяснимый восторг, и тот не понимал, что было не так. Вроде, все убрано и ничего лишнего, однако Асагири ясно дал понять, что цветы — очень капризные персоны, и не выносят «выходцев не из их района». Говоря проще, это — сорняки. Асагири не занимался небольшим садиком два дня и клумбы заросли злобными растениями, как он их часто называет. И пока он работал с декоративными растениями, вырывая едва видимые ростки сорняка, Шишио доверили прополоть грядки, где росли в основном лечебные растения и пару клумб с вишневыми деревьями. Ему прежде не доводилось иметь дело с вредными растениями и, разумеется, несколько раз вырвал то, что вырывать не следовало. И словно провинившийся школьник, пока Ген не видит, спрятал красоту где-то внутри кучи. Да, владения Ишигами воистину восхитительны и прекрасны, чего не скажешь о самом хозяине. Шишио чувствовал, что истинный свой характер Сенку проявил не в полной мере, и решил, что пора морально готовиться к худшему. Пока мало понимал, что из себя представляло это «худшее». Однако, раз это Сенку, то «худшее» сравнимо с атомной бомбой. Чуйка у Цукасы превосходная, и она шептала ему, что он отныне — раб. Ох, он не может забыть то выражение лица Гена, когда думающий о позитиве Цукаса сказал: «Буду пахать на него». Будто весь гемор мира отразился на красивом личике. Но он же — один из сильнейших бойцов ММА, и ему не составит труда помочь хилому деревенскому ученому. Он снова застыл на пару минут, глядя в одну точку где-то в дупле дерева за ограждением. То ли его припекло, то ли Цукаса был под сильным впечатлением, тот отчего-то вспомнил, что пусть Сенку маленький и хиленький, задничка-то у него ниче такая. Бисексуальность, которой боец заразился по собственному желанию от Рюсуя, порой играет с ним злобные игры. Громким кличем «Бери!» она заставляет подолгу задумываться о тех, кого Цукаса считал красивыми. Распутником Шишио не являлся, да и не был сторонником подобных отношений, но после одного вечерка на яхте Нанами, когда друзья от души напились и устроили оргию с тремя девушками в капитанской каюте, он искренне считает себя таковым. Тот страстный денек он вспоминает с позором и смехом, а Рюсуй всегда говорит: «Будет, что вспомнить». О да, как тут забудешь. Особенно, когда они решили повторить заход уже между собой, совершенно забыв о девушках. А дальше пошло-поехало, и Цукаса определился со своей ориентацией. И всем знать это не обязательно. Цукаса опустил лицо, пряча пунцовые щеки и кривую улыбку за длинными локонами, надеясь, что Асагири не смотрит на него. Что же ты за человек такой, Сенку Ишигами? Сначала пытаешься прикончить всех, затем запугиваешь, готовишь вкусный завтрак и заставляешь людей думать о непристойностях… От глубоких раздумий его отвлек шорох листьев. Обернувшись, Шишио никого не обнаружил, кроме поливающего ромашки Асагири возле пугала. Наверное, показалось. Но шуршание повторилось, и ноги на автомате понесли его к вишневому дереву, что пышно распустило свои ветви с крупными алыми ягодами, под стать ярким глазам Ишигами. Сделав вид, будто забыл вырвать звездчатку в грядке с морковью, Цукаса наклонился и бросил косой взгляд на дерево. Все же не показалось. От острого зрения не ускользнул белый распустившийся шнурок от кед, когда затаившийся человек поднял ногу, которая, по-видимому, затекла. Продолжая имитировать усердного садовника-новичка, уничтожающего вредителей, Цукаса медленно на цыпочках, максимально стараясь не спугнуть нарушителя, приближался к дереву. А потом, резко выпрямившись, ударил по стволу так, чтобы и не сломать дерево, и повалить на землю негодника. — Ааа, Цукаса-чан, нельзя же так! Сенку нас приконч… Опа, — к едва не начавшемуся мордобою на всех парах прибежал Ген, услышав хруст дерева. Он очень не понравился ему. Если с вишенкой что-то случится, то Сенку точно всех живьем закопает. Однако… — Опять за свое, Хром-чан? Названный Хромом был беленький и щупленький подросток, с не расчесанной шевелюрой и белой повязкой на лбу. Он недобро и с заметно промелькнувшим испугом посмотрел на того, кто сбросил его с, как он считал, беспалевного местечка. Потирая ушибленную пятую точку, мальчуган одновременно проверял рабочее состояние фотокамеры, с которой он пришел сталкерить своего извечного соперника, Сенку Ишигами, что вдвое старше его и опытнее. Почему соперник? Стоило этому лукоголовому ученому из не пойми откуда окончательно пустить здесь корни, деревня стала кардинально меняться. В какую сторону Хром еще до конца не понял, однако, учитывая, что Магма и его банда готовят план по захвату территории Сенку, значит — в плохую. И пофиг на то, что сделал для деревни Сенку. Спору нет, стало значительно веселее с кабельным телевидением и высокоскоростным интернетом, но у дедушки Касеки случаются полуобмороки, когда на горизонте маячит производитель виски в белом халате и верхом на своем мустанге. Своими другими изобретениями и деяниями Сенку привлек все внимание деревенских, совершенно забыв о подающем надежды малолетнем гении. На самом деле, так думал только сам Хром, и он был очень обижен на чокнутого дядьку, что не так давно стырил машину Кекуи для своих злодейских целей. По-настоящему детская обида привела к тому, что Хром теперь начал сталкерить и искать компроматы на сына Бьякуи, дабы с шумом выпроводить его из деревни. За год он успел много чего собрать, однако они не подействовали против хитроумного лука-порея. Но Хром тоже не лыком сшит, и сдаваться не намерен. Вот, вернется Сенку в свою американскую лабораторию и Хром снова станет умным мальчиком на районе, которого все обожают. Но откуда вообще взялся этот двухметровый амбал? У Сенку появились новые союзники? Да как так? Когда этот строптивец успел? Пока Хром думал, Ген звонил его матери, дабы забрала своего ненаглядного одиннадцатилетнего мышонка. Честно, его слежки до добра не доведут, а Сенку с ужасающим хладнокровием пришибет мальчишку и не заметит. Тем более, когда он подготовит ловушки для деревенской якудзы. — Вы уж простите, Ген, я уже не знаю, что с ним делать, — имитируя вселенское сожаление прибывшая мама Хрома дернула пацана за ухо. — Но он точно что-то задумал! — Успокойся ты уже, — гневно посмотрела на сына женщина, — Топай домой! — и Хром послушно убежал, — Ох, дети. Надеюсь, он ничего не натворил? Если что, я могу выплатить… — Да не волнуйтесь, Цукаса-чан обо всем позаботился, — напялив самую наимилейшую улыбку на лицо, пропел Асагири, про себя думая совершенно о другом. Вишенку надо осмотреть, да поскорее, пока Сенку-чан не воротился. Проводив госпожу и помахав на прощание, Ген тут же стремглав помчался обратно к дереву, с ярко выраженным беспокойством проверяя его на целостность. Тот хруст не сулил ничего хорошего, однако Асагири надеялся на чудо. Цукаса нервно наблюдал над пыхтевшим Асагири. Не натворил ли он чего? Вроде бы нет. Ничего. Сегодня они живут, да. — Ну что, перерыв? — подойдя к Шишио произнес Ген, привычно улыбаясь. — Было бы неплохо, хотя я не так уж и устал. — Я тоже, однако вкусно поесть нам не помешает. Да и Хьегу нужно проведать. — Мы идем в кафе, о котором ты говорил? — В точку! — подмигнул Ген и, пританцовывая и напевая веселую мелодию, потащил Цукасу в дом, дабы переодеться в чистое.

***

Если кого и называть превосходным шпионом, то только Сенку Ишигами в его возбужденном состоянии. Пока он спокойно попивал третью чашку имбирного чая, читая свежие научные статьи, мимо кафе проехал грузовик из Нагои. И, разумеется, его Сенку не смог не заметить. Поэтому залпом допив остатки и схватив Хьегу за воротник, погнался за транспортом на велике. Ничего не осознающий беловолосый красавец твердой хваткой обвил руками талию директора кафе и чуть ли не глотал мошек по пути. Они остановились напротив дома Яшмы, притаившись за кустарником с розами. Глядя на открывающиеся двери фургона и на большие коробки, где, судя по эмблеме, были запчасти, Хьега заподозрил скорую шалость. Словив горящие искорки в карминовых глазах друга, Хьега лишь окончательно в этом убедился. Просто потому, что Сенку по-другому не умеет и учиться не желает. Но, с другой стороны, это довольно-таки весело. Когда именно Хьега стал частью банды грабителей под эгидой Ишигами — он не помнил, да вспоминать было лень. К счастью, кражи потом возвращались, когда извечно уставший личный курьер Сенку приезжал раз в две недели с точными копиями утраченного изначальных владельцев. Ученый на этот раз, кажется, спроектировал нечто большое и трудоемкое, и машина Кокуе точно пошла на запчасти этого нечто. И, похоже, молодому изготовителю виски много чего сейчас не доставало. Либо Сенку любит экстрим, либо просто ленив, как Хьега, по-другому объяснить причину набегов на имущество деревенских не получается. Что же такого хочет создать Сенку? Как бы то не было мегаинтересным, Ишигами не скажет даже под пытками, пока не завершит начатое. — Сколько коробок? — Одной пока хватит. — Ладно, — Хьега уже встал, чтобы незаметно подбежать и стырить запечатанную коробку, однако Сенку ухватился за его рукав, останавливая. — Куда это ты собрался? — За коробкой, — спокойно ответил Хьега. — Совсем идиот? — Нет, но тебе же… Ааа, — Хьега пару раз кивнул для себя, — Я понял. Сенку хищно ухмыльнулся, смотря вслед скрывающимся в гараже коробкам, таскаемыми Яшмой. Есть один городской паренек, что вчера нарушил его пространство. А чтобы обеспечить ему грандиозный уход и самые яркие воспоминания, Сенку уже придумал «задание нумбер уан». Как он там сказал? «Я — не нахлебник»? Ну, что же, не нахлебник, раз ты теперь в руках Сенку, тебе не отвертеться. Логично было бы позволить Хьеге украсть одну несчастную коробку, однако от городской заразы надо избавиться. Сенку не подписывался на то, чтобы помогать Цукасе. Он — знаменитость, а за такими пупсами всегда охотятся. И когда за Шишио придут, покоя точно можно лишиться. А Ишигами этого не надо. Ни в коем разе. Поэтому первое, что сделает Цукаса, как личный чернорабочий Сенку Ишигами, так это конфискует коробку с запчастями. Как говорится, всех деталей раскрывать не стоит, а у Яшмы их хватает.