-20-
6 июля 2020 г., 00:52
За одним выстрелом последовал другой, затем ещё и ещё. Или это звенело в ушах? Гуаньшань не мог сказать наверняка, пот с него тёк градом, в горле пересохло, сердце стучало так сильно, словно собиралось проломить ему грудную клетку.
Он бежал, не разбирая дороги: ударился в какую-то дверь, затем не заметил ступенек и навернулся вниз, больно ударившись локтем.
— С-сука! — выкрикнул он, потирая ушибленную конечность и затравленно оглядываясь.
Оказывается, он ничего не слышал, потому что у него заложило уши. Вытерев вспотевший лоб рукавом, Шань поморгал, пытаясь сфокусироваться на окружающей обстановке. Хэ Тянь что-то говорил про гараж, точно! Он был здесь: кругом пахло бензином, железом и резиной. На стенах висели автомобильные покрышки, впереди, прямо перед его носом возвышалось что-то, укрытое брезентом. Света одной несчастной лампы едва хватало, чтобы рассмотреть больше.
— Хэ Тянь! — прошептал рыжий, ощущая холод, медленно, но верно сковывающий затылок.
Воображение сразу же подкинуло картинки одна другой страшнее. Какого чёрта он убежал? Какого чёрта послушался его, неужели не мог остаться и помочь?
В Тяня стреляли! Он же видел дыру в двери!
— Блядь, — Гуаньшань замер, сидя на полу и обхватив себя руками.
Его ушибы ничто по сравнению с тем, что могли сделать с Тянем. Нужно было хоть как-то помочь!
Вопреки накатившему страху, рыжий постарался мыслить здраво.
Он закусил губу и, превозмогая боль, поднялся. Нельзя было возвращаться с пустыми руками, хоть он и сомневался, что в состоянии драться.
К счастью, среди прочего барахла, разбросанного в гараже, парень выхватил взглядом ящик с инструментами в углу: там нашёлся крестовой баллонный ключ, который удобно лёг в руку.
Шань выдохнул пару раз, попрыгал на месте для верности и пошёл обратно по тому же пути, благо, петлять было уже некуда.
За дверью, которую он едва не вышиб на пути к мнимому спасению, послышался шум. Рыжий напрягся: где-то в другой части дома раздался хлопок, а следом за ним череда выстрелов и чьи-то крики.
Людей было много, и они действительно брали поместье Хэ штурмом. Гуаньшань сглотнул, медленно двигаясь вдоль стены и молясь, чтобы людей у Чэна оказалось достаточно.
И чтобы с Тянем всё было в порядке.
— Ах ты ублюдок! — закричали впереди. — Яо, этот сукин сын — Хэ младший! Сучонок вьётся ужом, помоги!
Возня прекратилась после глухого удара. У Гуаньшаня скрутило желудок, едва он представил, по кому пришлось это точное попадание. Он остановился, поудобнее перехватывая баллонник. По его прикидкам до кричащего человека было метра полтора, но в коридоре, как назло, не горел свет.
— Отъебись ты… — голос Хэ Тяня донёсся откуда-то снизу: видимо, он лежал на полу.
— Сам не дёргайся, а то добавлю! Яо, блядь, я устал держать его на прицеле, где ты?!
Рыжий понял: сейчас или никогда. Выскочив из укрытия, он с разбегу врезался в человека обеими ногами, и тот повалился на пол, растерянно охнув. Не давая тому секунды опомниться, Шань замахнулся и врезал стальным ключом прямо по чужой голове. Хрип, последовавший за ударом, был последним звуком.
В коридоре на долю секунды воцарилась мёртвая тишина.
— Тянь! — парень в ужасе уронил ключ и бросился к телу, лежавшему поодаль. — Тянь, ты как?!
— Я же сказал тебе бежать…
Гуаньшань схватил его за плечи, пытаясь рассмотреть что-то в полумраке. Лицо угадывалось с трудом, но других повреждений, вроде бы, не было. Рыжий в панике принялся ощупывать остальное дрожащими руками.
— Идти можешь? Что-то болит?
— Всё х-хорошо, по голове только дали как следует, — парень поднялся, но без помощи рыжего всё же не обошлось.
— Идём скорее, в гараже никого! — тот закинул его руку к себе на плечо.
Было сложно: ноги у Тяня заплетались, и он, кажется, с трудом соображал. Шань боялся, тот ненароком вырубится где-нибудь по дороге.
Поблизости раздавались шаги и ругательства. Их искали.
— Там что-то было под брезентом! — успокаивая себя, бормотал рыжий, — мы выберемся отсюда! Точно выберемся!
Ввалившись в душное помещение гаража и едва не навернувшись с лестницы во второй раз, Шань усадил Тяня на пол, а сам схватился за плотную ткань, которая, как он надеялся, должна была скрывать под собой транспортное средство.
— Сейчас-сейчас! — запричитал он. — Блядь! — брезент за что-то зацепился, но спустя долю секунды поддался, являя рыжему новенький чёрный мотоцикл.
Он остолбенело уставился на хромированную выхлопную трубу, сверкающую даже в свете тусклой лампы. Легендарный Kawasaki Ninja стоял перед ним, призывно блестя ключом в зажигании. Быть того не может! Неужели тот самый легендарный байк, принадлежащий Цю Гэ, здесь?!
— Тянь, Тянь! — он рухнул перед парнем на колени, хлопая того по щекам. — Приди в себя, чёрт, где здесь открываются ворота?!
Тот слабо простонал, с трудом приоткрывая глаза. Рыжий обратил внимание на лилово-красный кровоподтек на чужой скуле, и его сердце болезненно сжалось.
— Я нас вытащу, Тянь, пожалуйста, только скажи, как открыть это дерьмо, ну же, Тянь!
Он ещё никогда не называл его по имени так часто. Не трогал за плечи и лицо, не тащил на себе, не вытирал кровь с щеки рукавом толстовки. Стало тяжело дышать, горло сдавило чувство вины: если бы он не убежал, Тяня бы никто не ударил!
— В-вон там пульт, нажми две кнопки. Желтую и… зелёную не забудь… — парень протянул руку, указывая направление, и рыжий подскочил, мигом хватая спасительную коробочку.
Разобравшись с управлением, он услышал характерный писк, а затем шуршание. В помещение ворвался влажный холодный воздух.
— Давай, нужно подняться, — он снова потянул Тяня наверх, буквально задыхаясь под тяжестью. — Блядь, что ж ты такой тяжёлый?
Мотоцикл. Как он сможет на нём усидеть? Гуаньшань покосился на парня краем глаза: тот, вроде бы, пришёл в себя, крепко стоял на ногах и немного растерянно мотал головой.
— Ты с ума сошёл, — проговорил он, соображая наконец, что рыжий собирался сделать.
— Я водил мопед и пару раз ездил на старом джиалинге! — аргумент был так себе, но выбора не оставалось.
Шань забрался на мотоцикл, ощущая странный, почти неуместный в данной ситуации ребяческий трепет. Въездные ворота уже отползли наверх, открывая вид на широкую асфальтированную дорожку.
— Забирайся, — рыжий нашёл шлем на ручке и протянул тот Хэ Тяню. — Надевай.
— А ты? — Тянь вцепился ему в плечи.
— Надевай я сказал! — он повысил голос, и парень неожиданно послушался. — Держись крепко.
Тянь, кряхтя нацепил шлем и снова положил ладони к Гуаньшаню на плечи.
— Да не сюда, — рявкнул тот, перехватывая его за руки и сцепляя те у себя на животе. — Крепче, я сказал!
Рыжий даже не подозревал, что может говорить таким тоном, но Тянь слушался. Было ли это следствием его слабости после удара или адреналином, который, должно быть, зашкаливал в их крови? Гуаньшань знал лишь то, что второй попытки у них не будет.
Разобравшись с зажиганием, он поморщился от шума взревевшего двигателя и убрал подножку. Остались мелочи, и он помолился про себя, чтобы управление этим шедевром техники не отличалось от той колымаги, на которой ему дал погонять приятель из ресторана.
Воспоминания пришли к Гуаньшаню словно из другой жизни.
— Нажал на ручку сцепления левой рукой, — сквозь зубы бормотал парень, — включил передачу левой ногой.
Пока что всё получалось.
Хэ Тянь неожиданно прижался к нему крепче, не произнеся при этом ни слова, но это движение странным образом успокоило и придало сил. Шань почувствовал, что не один: парень позади сейчас доверил ему собственную жизнь, и у него не было права на ошибку!
Он плавно отпустил сцепление и также аккуратно скрутил ручку газа.
Впереди показались какие-то люди, но это уже не волновало. Сила, с которой мотоцикл рванул вперёд, заставила рыжего вцепиться в руль мёртвой хваткой.
Крики донеслись до ушей сбоку, но затем быстро стихли где-то позади. На мгновение ему сделалось дурно: впереди расположились две машины, и расстояние между ними показалось рыжему катастрофически узким. Но глаза у страха, как в поговорке, и вправду были велики: Гуаньшань проскочил, рефлекторно пригибаясь и будто сливаясь с мотоциклом всем телом.
Ворота в поместье Хэ оказались открыты, и до рыжего только сейчас дошло, что если бы Тянь не сказал ему нажать на ДВЕ кнопки, они бы остались в западне или, того хуже, врезались бы в стальную решётку…
Дорога была скользкой, но времени на страх не хватало. Куда больше, чем потерять управление, Гуаньшань опасался погони. Если в суматохе на них обратили внимание лишь несколько человек, то могло повезти, а если нет?!
Стрелка спидометра на мотоцикле перевалила за сотню, и у рыжего от ветра заслезились глаза. Ехать быстрее становилось опасно, хоть он и знал, что это возможно. За грохотом двигателя ничего не было слышно, но двухполосная дорога была пуста: ни спереди, ни сзади никого.
Гуаньшань перевёл дух лишь когда въехал в черту города. Опасаясь полиции, он притормозил у дороги, отыскав взглядом вывеску знакомой заправки. При ней находился такой нужный сейчас круглосуточный магазин и значок, оповещающий о наличии туалета.
— Тянь, — он был настолько поглощён собственными мыслями, что забыл о том, что его обнимали. — Эй-эй! — слезая с мотоцикла и ставя тот на подножку, он с трудом расцепил чужие руки и подхватил обмякшее тело под мышками. — Ты как?
Парень не отозвался, и рыжий не на шутку перепугался, оттаскивая его к ближайшей лавочке. Они находились в небольшом палисаднике и, к счастью, были скрыты от любопытных глаз и входа в магазин. Возле колонки стояла чья-то тачка, её владелец, видимо, ушёл расплачиваться за бензин.
— Тянь, блядь, отзовись, — рыжий схватил его лицо дрожащими пальцами и облегчённо выдохнул, когда тот скривился и закашлялся.
— Мягко же ты возишь… — прохрипел он, сгибаясь и хватаясь за голову.
— Что болит? — Гуаньшань опустился перед ним на корточки. — Не ранен? Что чувствуешь?
— Голова кружится…
— Посиди тут! Я сейчас! — рыжий подорвался ко входу в магазин, на ходу проверяя карманы.
На его счастье в толстовке осталась какая-то наличность. Мобильник оказался почти целым, трещина поперёк экрана не в счёт: главное ловился сигнал.
Не на шутку перепугав продавца своим стремительным появлением, Рыжий подхватил с полки две полуторалитровые бутылки с водой, какие-то влажные салфетки и, бухнув всё это на прилавок, осведомился, где ближайший госпиталь.
На его счастье мужик попался понимающий. Он пробил покупки, сообщил адрес, качая головой и внимая истории про нападение хулиганов. Оказалось, в этих местах подобное не было редкостью.
Хэ Тянь сидел на прежнем месте, всё в той же позе, придерживая голову обеими руками.
— Давай полью, — рыжий открутил крышку у бутылки, — надо понять, нет ли раны?
Парень слушался, словно маленький ребёнок. Молча подставил голову, позволил смыть кровь, вытереть салфетками лицо. Его взгляд, к счастью, был ясным, но сам Тянь почему-то молчал, задрав голову и глядя куда-то мимо рыжего.
— Ты меня здорово напугал там, в коридоре… Я думал, они тебя убьют… — наконец, признался Гуаньшань. У него в буквальном смысле отлегло от сердца. У Тяня на виске был лишь синяк и неглубокая царапина. Последняя кровоточила, но вроде бы не представляла угрозы.
— Спасибо, что вернулся, — Хэ Тянь встретился с ним взглядом.
— Да… ерунда, — буркнул рыжий, замечая, что у парня в глазу лопнул сосуд. — Надо бы в аптеку. Болит? — он потрогал чужой лоб.
— Есть немного, — признался парень.
— Тогда поехали, — Гуаньшань сделал шаг назад. — Идти можешь? Давай помогу.
Молчаливый, послушный Тянь нравился ему куда больше, однако, рыжий не хотел бы повторять то, что произошло в доме, чтобы ещё раз сделать его таковым. Лучше если бы тот ворчал, отпуская скабрезные шуточки, заставлял бы его беситься, а не сидел позади, осторожно прижимаясь, вздрагивая на каждой колдобине и шипя от боли.
Однако они были живы. У рыжего появилось стойкое ощущение, что им и дальше будет сопутствовать удача.
В аптеке удалось купить обезболивающие. Заставив Тяня принять пару таблеток, Гуаньшань тоже съел одну для верности, а затем, недолго думая, набрал Чжэнси.
Но здесь его ждал подвох: парень находился в гостях у родителей. Однако выслушав сумбурный пересказ случившегося, велел ехать к нему, не раздумывая, и обещал, что пустит переночевать.
— Возможно, это к лучшему, — заметил Тянь, когда они спрятали мотоцикл возле квартиры, которую Гуаньшань снимал. — Первым делом они приедут к тебе домой, потом сюда… Найдут мотоцикл, подумают, что мы внутри… У нас будет фора.
Он пришёл в себя, но всё ещё пошатывался при ходьбе, словно пьяный. Гуаньшань то и дело ловил его под локоть.
До дома Чжаня добрались на метро. Тот встретил их, как и договаривались, первым делом спровадив в ванную. Нельзя было предстать перед матерью в таком виде. У Тяня были кровавые разводы на лице, у рыжего — руки по локоть в какой-то грязи…
Они помогли друг другу привести себя в порядок, сняли мешающие бронежилеты, и умудрились передать те Чжэнси, чтобы он их куда-то спрятал.
На кухне ждала госпожа Чжань и младшая сестра Чжэнси, Цзыси.
Ужин прошёл в тёплой, почти семейной атмосфере: Чжэнси на удивление быстро выдумал целую историю про двух загулявших в баре, школьных друзей, которые пропили все деньги. Хэ Тянь и вправду выглядел, как с бодуна: бледный, с осунувшимся лицом. Можно было даже не врать про драку, однако эта подробность, к счастью, не всплыла, царапину на виске не было видно под волосами.
Мама Чжэнси постелила им в проходной гостиной, извиняясь, что у неё всего лишь один запасной матрас. Рыжий чуть было не ляпнул, что им уже не привыкать, но вовремя прикусил язык. После пережитого стресса сытный ужин пошёл не в то горло и его немного мутило. Он ненадолго заглянул к Чжаню в комнату, пообещав всё подробно рассказать рано утром, а затем вернулся в гостиную, погасил ночник и с наслаждением вытянулся на матрасе.
— Ты как? — обернувшись, он увидел профиль Хэ Тяня: тот смотрел в потолок с открытыми глазами.
— Получше, но мне, кажется, здорово врезали.
— Сотрясение? — рыжий встревоженно приподнялся на локте, чуть нависая над парнем.
— Меня вырвало в кусты возле заправки, пока ты был в магазине.
— Дурак, почему не сказал?! — начал было Гуаньшань, но Тянь вдруг приложил палец к губам.
— Тише. Посплю немного и всё пройдет.
— Не геройствуй! — рыжий нахмурился.
— А ты беспокоишься? — Хэ Тянь наконец попытался пошутить, но отвечать на это уже не было сил.
— Да, придурок, — честно ответил Шань, укладываясь обратно на подушку. — Сказал же…
— Всё хорошо. Геройствовал сегодня ты, — Тянь повернул голову. — Все лавры и почести твои.
— Утром поговорим, спи… — рыжий устало прикрыл глаза.
Всё тело до сих пор будто пульсировало. В ушах шумело, от непривычной езды на мотоцикле болели мышцы ног и рук. Он услышал, как рядом заворочался Хэ Тянь.
Вскоре оба заёрзали на неудобном, тесном матрасе и это, в конце концов, показалось таким глупым занятием, что Гуаньшань усмехнулся.
— Блядь, да тут не уляжешься…
— Согласен, — Тянь тяжело вздохнул.
— Повернись, — велел рыжий, — так удобнее будет.
К его удивлению, парень снова послушался, и от этого стало не по себе. Но лежать боком было проще, и Шань не случайно попросил об этом. Ему не хотелось, чтобы Хэ Тянь видел, как тот к нему… придвигается.
Он делал это только потому, что половина его тела таким образом не скатывалась на пол!
Вздохнув, рыжий приподнял руку, которую некуда было деть, осторожно дотронулся до чужого плеча и столкнулся с Тянем пальцами. Тот перехватил его ладонь и потянул на себя.
Гуаньшаню не хотелось признавать, но так ему сразу стало удобнее и теплее.
***
— Цзянь И! Я приказываю тебе немедленно вернуться! — в голосе мамы звенела сталь, но её сын лишь вяло улыбался. — Мама, всё со мной будет в порядке, — убеждённо заявил парень, переходя пустынную дорогу. Стояло раннее утро. Настолько раннее, что ещё даже не рассвело, но Цзянь И было плевать: он и так не собирался слишком долго задерживаться под конвоем. Было странно, что Цю Гэ так просчитался с охранниками. Обвести двух несчастных вокруг пальца не составило особенного труда. Его прямо-таки гнало вперёд, особенно после звонка Чжэнси, который попросил приехать так срочно. — На чью голову я воспитала такого негодяя? — продолжала сокрушаться Цзыи. — На свою. Но вообще я уже вырос, мам. — Устраиваешь тут самодеятельность! — она злилась, но не так сильно, как Цзянь ожидал. — Послушай, — в трубке раздался усталый вздох, — пожалуйста, если у тебя будут неприятности… звони. И не пропадай. — А что, здоровяк нервничает, когда меня долго нет рядом? — парень хохотнул, представляя взбешённое лицо Цю Гэ. — Он вообще-то всё слышит, — с укоризной заметила мама. — Ой, чёрт, ну я попал! Эй, Хуа Би, не скучай там! — с этими словами Цзянь И сбросил звонок. Такси ловить не хотелось, и парень воспользовался проверенным методом: на всякий случай прошёл пару кварталов дворами, а затем вышел на широкополосное шоссе и поймал попутку. Водителю пришлось наврать с три короба, что бабушке стало плохо и его вызвали в больницу. Мужик высадил возле госпиталя, от которого было минут пятнадцать до квартиры Чжэнси. Тот внезапно встретил его на улице, возле подъезда. — Привет, — губы Цзяня против воли расплылись в улыбке: он потянулся к парню, сгребая того в объятия, и едва не задрожал от радости, чувствуя взаимность. В это до сих пор с трудом верилось. Они больше ничего не скрывали друг от друга и уже были близки… Мысли унеслись в ночь, когда он вытворял с Чжанем такое, что и в самом пошлом сне не смог бы представить. — Послушай, Цзянь И, — шёпот Чжэнси раздался над ухом. Он ласково погладил его по спине и вдруг серьёзно попросил: — Соберись. — Что случилось? — парень напрягся. — Я, конечно, понял, что позвал ты меня в три часа утра не просто так, но надеялся, что ты скучал… — Скучал, — буркнул Чжань. Неожиданное признание вышло таким милым, что парень снова заулыбался. — Но сейчас не об этом, у нас действительно проблемы! — Проблемы? У нас? — Дурень, ко мне вчера припёрлись рыжий с Хэ Тянем, и последний выглядел так, словно его протащили головой по асфальту! Гуаньшань лишь сказал, что на дом Хэ напали люди твоего отца, но им удалось сбежать. — Чего?! Напали на похоронах, что ли? — удивлённо переспросил Цзянь, схватил Чжэнси за руку и утянул в тёплый подъезд. — Мне мама звонила час назад, и она была там! Значит, по крайней мере с ней всё в порядке… — Это хорошо, — с облегчением заметил Чжань. — Рыжий обещал объяснить всё утром, но я волнуюсь за моих маму и сестру… Вдруг за ними следили? Или будут искать и найдут здесь… — Ты прав, а где ребята сейчас? — Спят. Ещё рыжий упомянул, что у них есть какое-то дело. — Да, Тянь тоже говорил, что хотел попросить у нас помощи. Это как-то связано с убийством его матери, мы немного поговорили тем утром. — О чём это вы говорили? — в голосе Чжаня раздались неожиданные нотки ревности. Они поднялись на третий этаж по пожарной лестнице. Цзянь И только сейчас заметил, что Чжань в спешке выскочил к нему на улицу прямо в тапочках. — Ты ещё спал, — парень искренне улыбнулся. — Не волнуйся, он ко мне не приставал. — Я сейчас вообще не об этом! — возмутился Чжань. — Ладно, тихо. Он осторожно открыл входную дверь и пропустил Цзяня в квартиру. Внутри было тихо и темно. Как и раньше, на парня нахлынул целый ворох воспоминаний: вот тут он его впервые поцеловал… здесь они собирались на выходные в горы. А в шкафу лежал комплект удочек, одну из которых Цзянь И в тот день умудрился сломать. Наверное, госпожа Чжань недавно пекла люшабао: пахло просто восхитительно. Даже не верилось, что где-то здесь находятся два здоровенных лба, сбежавших от погони. Что же там такое произошло? Хэ Тянь пострадал? — Я их разбужу сейчас, — шепнул Чжэнси, пока Цзянь разувался. — Они в гостиной, проходи. В комнате было темно, мама Чжаня задвинула плотные шторы, и потому Цзянь не сразу разглядел матрас, на котором лежали два сцепленных между собой тела. Каково же было удивление, когда он понял, что Мо Гуаньшань обнимал Хэ Тяня со спины! — Ничего себе, — пробормотал он, наблюдая, как Чжэнси осторожно коснулся плеча рыжего, и как тот подскочил, словно по тревоге. — В мою комнату, — шёпотом велел Чжань, и все четверо, включая очень странно пошатывающегося Хэ Тяня, прошли дальше по коридору. За закрытой дверью всё равно опасались повышать голос и общались шёпотом. Тянь вкратце пояснил, что его брата хотят устранить после смерти отца, и что он понятия не имеет, чем всё закончилось в поместье. Гуаньшань добавил о том, как они спаслись. Цзянь И едва не присвистнул. Он не ожидал, что рыжик умеет водить мотоцикл. — Куда вы его дели? Цю Гэ будет в ярости, — тихо усмехнулся он. — Если он ещё живой, — буркнул Гуаньшань. — Оставили у квартиры Чжэнси, неподалёку от университета… — Этот здоровяк выберется живым откуда угодно, — с уверенностью заявил Хэ Тянь. — Могу вас обрадовать, что по крайней мере с моей мамой всё нормально, мы говорили час назад, — Цзянь И присел на кровать, — значит, им удалось отбиться… Но не значит, что люди моего отца оставят вас двоих в покое, — куда мрачнее закончил он. — А теперь главное, о чём я хотел вас спросить, — Хэ Тянь вздохнул и немного скривился. От внимания Цзянь И не ускользнуло, с какой тревогой в этот момент на него посмотрел Гуаньшань. — Я хочу узнать, кто убил мою мать, — начал Тянь. — И у нас с Шанем есть несколько зацепок, но о них расскажем позже, если вы согласитесь поехать с нами. — Уже знаете, куда? — полюбопытствовал Цзянь. Он не был против приключений, в конце концов, терять ему было совершенно нечего. Ну получит нагоняй от встревоженной матери, и что? А вот Чжэнси… Наверное, он единственный из всей их компашки имел относительно спокойную, размеренную жизнь. Разве ему это нужно? Их взгляды встретились на долю секунды, и Цзянь заметил тень сомнения, от которой в груди всё болезненно сжалось. — Я знаю, куда ехать, но мне нужно быть уверенным, что вы со мной, — Тянь сложил руки на груди, оглядывая присутствующих. — Собирайте вещи, — велел Чжэнси после некоторой паузы. — Условимся о встрече чуть позже утром. Мои собирались в деревню к родственникам, и я должен их проводить. Скажу, что вы свалили раньше, а потом догоню. — Чжань… — начал было Цзянь И, когда рыжик и Тянь вышли. — Чего? — парень нахмурился и отвернулся к шкафу. — Тебе же необязательно с нами… — Сдурел? — возмутился он вполголоса, хватаясь за ручки на дверцах, и Цзянь испуганно подскочил с кровати. — А кто за тобой проследит?! Парень подошёл ближе и осторожно взял его за руку. Хотелось как-то успокоить, убедить, что он больше не тот раздолбай, коим был ещё в школе. Слишком многое изменилось, но чувства остались прежними, и Цзяню всё также хотелось дурачиться, когда они были рядом. Может, это и создавало неправильное впечатление? — Спасибо, — он чмокнул его в плечо в тот момент, когда в комнату заглянул рыжий. — Идёшь? — он нетерпеливо цокнул. — Ждём внизу. — Ага, — Цзянь И вдруг поймал себя на озорной, глупой мысли и поцеловал Чжэнси прямо в губы. — Блядь, я вниз! — прошипел Гуаньшань, едва не хлопнув дверью. Чжань нахмурился, но затем тоже не удержался от улыбки. — За что ты так с ним? — Рыжик тебе дал по голове, помнишь? — Цзянь И поднял вверх указательный палец. — Я не упущу случая ему досадить! — Он, кстати, здорово изменился, — заметил парень, доставая из шкафа спортивную сумку. — Я тоже заметил, как они спали вместе! — Не в этом смысле, балбес. Хотя я не уточнял, что у них там… Просто на выпускном Гуаньшань извинился за этот случай. Я был очень удивлён, что он вообще это помнил. Мы виделись позже, в конце лета и поговорили о тебе. — Ого, — Цзянь наблюдал, как Чжэнси аккуратно складывал вещи. — И что же вы обсуждали? — Ну... Я тогда сдался… Думал, что ты просто ушёл и не вернёшься. А Гуаньшань не поверил и сказал мне, что я идиот. Поэтому… он не плохой человек, Цзянь И. Не злись на него. Если бы не его слова… я бы, возможно… — Это уже неважно, — ему не хотелось слушать, что бы произошло. — Ты прав, — Чжэнси застегнул молнию на спортивной сумке. — Иди к ребятам. Выпейте где-нибудь кофе, я вас догоню. Цзянь И взял парня за плечи и мягко развернул к себе лицом. Тот выглядел виноватым, и он никак не мог взять в толк, почему? — Всё хорошо, — улыбнувшись, Цзянь И ткнулся в его лоб своим. — Мы вместе. — Угу, — Чжэнси вздохнул, а затем робко потянулся к его губам. Целоваться с ним было безумно приятно, и волновало каждый раз так, будто происходило впервые. Цзянь сбежал по ступенькам, съехал по перилам в последнем пролёте и вылетел за дверь на улицу так легко, будто пролетел весь этот путь на крыльях. — Явился, любовничек, — рыжик закатил глаза при его появлении. — Куда поедем? — Цзянь И улыбнулся до ушей, проигнорировав чужое ворчание. — Тут поблизости есть кафе, — Хэ Тянь был по-прежнему бледный и странно тихий. — Что с тобой такое? — Отвали от него, — они пошли вниз по улице к дороге, и Гуаньшань неожиданно оказался между ними. — У него сотрясение было. — Может, и не было, откуда ты знаешь, — Тянь попытался улыбнуться. — Да ты бы видел свою рожу, идиот, — рыжик возмущённо посмотрел в его сторону. — Нам не в кафе, а в госпиталь надо. — Не слушай его, блондинчик! Я хочу крепкий чёрный кофе и каких-нибудь булочек! Цзянь И, усмехаясь, шёл рядом с ними, ощущая, как в груди медленно, но верно заполняется дыра, появившаяся на необитаемом острове. Иногда ему казалось, она будет рядом всегда, но в такие милые, добрые моменты ощущение, что он смотрит куда-то в бездну, исчезало. — Врач через две улицы, а тебе лень дойти? — ссора продолжалась. — Какой же ты заботливый, малыш Мо! — Тянь провоцировал, как мог, и пожинал плоды. — Я, блядь, тебе сейчас врежу! — Не надо, побереги мою бедную голову! Парень жалел, что Чжэнси не было рядом: хотелось держать его за руку, чувствуя тепло. Почти как у этих двоих, но немного другое. Настоящее, глубокое и нежное чувство, которое он, кажется, нёс в себе всю сознательную жизнь. — А ты чего молчишь, скажи ему! — возмущённый Гуаньшань вырвал его из плена мыслей. — Да поцелуйтесь вы уже, — усмехнулся Цзянь И, а затем рассмеялся в голос, наблюдая, как лицо рыжика меняет цвет до оттенка помидора. — Вот и я ему про то же говорю, а он всё не хочет, — пробормотал Хэ Тянь. — ЗАЕБАЛИ! — Гуаньшань обогнал их и пошёл чуть впереди. На улице отключились фонари, понемногу светало. Над каналом реки стелился туман. Тучи разошлись, была надежда на ясный, не сырой день без мерзкого дождя. — Ты в порядке? — уже куда серьёзнее поинтересовался Цзянь И, краем глаза наблюдая за Тянем. — Пока он рядом — в полном, — тот смотрел на спину Гуаньшаня, и на его лице блуждала мечтательная улыбка.
