Суицид не сегодня

Вообще-то у нас тут коммунизм и как бы атеизм. Но к этой ситуации подходит только одна поговорка: «Бог любит троицу». Потому что иначе уже не объяснить третью встречу Маяковского и Есенина на литературном вечере. В этот раз он проходил у Грибоедова, но не на могиле (ладно, плохая шутка). Это вполне приличный ресторан с соответствующей публикой. У предстоящего литературного вечера был один нюанс. Суть его заключалась в том, что Есенина туда не пригласили. А узнал об этом только из афиши, висевшей на входе в ресторан. «Поэзия по-новому! Только сегодня и только для вас! Владимир Маяковский и другие» - Гласил текст еще не истлевшего плаката. После основной надписи внизу шел длинный список фамилий выступавших писателей. На удивление, Есенина там не было. Коротко хмыкнув, имажинист все же решил присоединиться, но сегодня в качестве зрителя. В зале ресторана было много публики. Будто еще кто-то не видел и не слышал этого футуриста. Лавируя на волнах народа, Сергей пробирался к сцене. Владелец ресторана, нарядившийся по такому случаю, о чем-то разговаривал с Маяковским. Приметив знакомое лицо, имажинист двинулся к цели -Приветствую, вас друзья!- лучезарно произнес парень. -Ох здравствуйте Сергей- крепко сжал руку владелец ресторана. Пока последний рассыпался в извинениях, по поводу неприглашенности имажиниста, парень внимательно смотрел на Владимира. Футурист не отвернул лицо, хотя лучше бы сделал это. Его мимика отражала какую-то странную смесь удивления, равнодушия и еще чего-то, что не поддается объяснению. - Пришли послушать адекватную поэзию? – полностью игнорируя протянутую руку, поинтересовался футурист. Сергей замялся словно лист с неудачным листом. Обстановка была из тех, которую обычно люди разряжают неудачной шуткой. Но вместо шутки прозвучал голос конферансье. - Дамы и господа, прошу тишину! – молодой паренек силился перекричать толпу- литературный вечер объявляется открытым! Наконец люди обратили свое внимание на юношу и заметно поутихли. Далее последовало очень интересное вступление, что кто-то даже вышел покурить. Спустя минут десять, которые ползли со скоростью времени, юноша произнес заветную фразу: - На сцену приглашается Владимир Маяковский. Аплодисменты! Довольный возвращенным первенством выступления, парень преодолел лестничку и оказался на сцене. Сунув лицо в записи, футурист выудил нужный листок и начал: - Послушайте! Ведь, если звезды зажигают- Значит- кому-нибудь это нужно… Есенин стоял впритык к сцене. Вот прям очень, если бы он протянул руку, то мог бы почти достать до Маяковского. Новый стих, который автору, кажется, очень нравился, Сергей не слышал. Он все еще пытался разгадать лицо Владимира в момент их встречи. Парня удивила такая смена поведения футуриста, особенно в контексте прошлой ночи. Решив, как настоящий парень из деревни, взять быка (Маяковского) за рога(яйца) и спросить напрямую, Сергей почувствовал прилив сил. Пока имажинист обдумывал этот нехитрый план, уже второй поэт успел взобраться на сцену. Сергей стоял все так же близко и с таким выражением лица, от которого выступающий аж смутился. Но до этого поэта парню не было дела. Выйдя из своих чертогов разума, Сергей взглядом начал искать футуриста. Понять, что среди слушателей его не было, задача нетрудная. Все- таки природа не обделила Маяковского ростом. А вообще, футурист последовал примеру того невоспитанного мужчины и тоже вышел перекурить. Приятный смог так и лип к телу, что было сложно понять, отчего дышится труднее: то ли от него, то ли от сигаретного дыма. Срок жизни пачки Владимира составлял один день. Поэтому вытянув последнюю сигарету, футурист выбросил пустой картонный коробок. Дверь ресторана скрипнула. На улице появился Есенин, в полной уверенности расспросить Владимира обо всём. Но запал имажиниста при виде громоздкой фигуры футуриста улетучился прям как дым сгоревшего табака. - Здравствуй. – имажинист оказался в зоне пассивного курения. -Виделись. – не нужно быть гением чтобы понять, что разговор не склеится. Но на удивление Владимир был проницательным человеком, поэтому сам начал облапывать вопрос, мучавший Сергея. - Скажи честно, ты же не питаешь надежд на долгосрочные отношения? – спросил футурист, – Понимаешь, что максимум -это встречи не в такой плоскости? Если вопрос может поставить в ступор, то этот чуть не сшиб имажиниста. Не то что бы он прям совсем романтик, желавший себе найти мужа. Он сам до конца не разобрался, какого формата отношений с Владимиром ему хотелось бы. Но то, что произнес футурист, его озадачило. - Надеюсь, что нет. Но мы бы могли повторить, например, в субботу? – не унимался Маяковский. Ошарашенный монологом футуриста, Сергей ничего не ответил. Словно марионетка с плохим управлением, он крутнулся и зашагал. Кажется, Владимир что-то говорил ему вслед. Но имажинист не обратил внимания. Не осознавая, почему ему так плохо от слов поэта, Есенин ушел вглубь улицы под вой какой-то сирены.