Тонкое искусство толкования снов (The Gentle Art of Dream Interpretat)

Глядя на Дану, Малдер снова почувствовал, как в душу закралось знакомое чувство вины, охватывающее его, когда он вспоминал, через что пришлось пройти этой женщине из-за ее участия в его крестовом походе. Какой жизнью жила бы Дана Скалли сейчас, если бы никогда не встретила его? – каждый раз задавал он себе этот горький вопрос. Сделала бы она успешную карьеру? Стала бы чьей-то любимой, чьей-то матерью? - Скалли, тебе в последнее время не приходила в голову мысль исчезнуть? – спросил вдруг Малдер. – Просто бросить все и сбежать, купить домик в Мэне или еще где-нибудь. Обзавестись собаками и кипой книжек. Казалось, напарница была поражена вопросом. Немного поколебавшись, она осторожно произнесла: - А тебе? - Куча народу будет безмерно рада спровадить нас подальше, - слабо улыбнулся Фокс. – Я не стану тебя винить, если ты задумывалась о такой возможности. - Нет, - твердо ответила Скалли. – Возможно, когда-то давно я рассматривала этот вариант, но сейчас, зная, что что-то столь… ужасное, как вирусная эпидемия, маячит на горизонте… подобный поступок с моей стороны был бы крайне аморальным и эгоистичным, ты так не считаешь? Учитывая, сколько людей уже пожертвовали своими жизнями, это будет проявлением подлости и трусости. - Ты уже говорила мне все это в другом сне, - признался Малдер. - Кроме того, если я уйду, тебе придется бороться в одиночку, - осторожно добавила Дана, пропуская мимо ушей его слова. – Мы не можем себе этого позволить. - Бог свидетель, именно по моей вине наша работа частенько идет насмарку, - заметил Фокс. - Разумеется, я не это имела в виду, - поспешила объяснить Дана. - А что, если мы с тобой неправы, Скалли? Вдруг именно мы – отрицательные персонажи в этой истории? - Не думаю, что дело в этом. - Нет, правда, что хорошего в том, что я бегаю туда-сюда, кричу об Истине на каждом углу, если в процессе ее поиска я могу угробить целую планету? У меня нет вакцины, чтобы остановить эпидемию, у меня нет оружия, способного нас защитить. Все, что у меня есть – это мой собственный большущий рот, который сеет панику и подвергает опасности тех, кто имел глупость услышать мои слова и поверить в них. - Ты передергиваешь… - Что, если, невзирая на его мотивы, именно Си Джи Би – тот, кто поступает по уму? Что, если он своими действиями спасает жизни, стремится к благородной цели? Разве идея о том, чтобы выбрать меньшее из зол, полностью лишена смысла? Не лучше ли позволить хоть кому-то выжить, чтобы иметь возможность сражаться дальше, чем дать всему человечеству благородно погибнуть, познав правду? - Я понимаю тебя, Малдер, - перебила его Скалли. – Я знаю, о чем ты говоришь, когда-то я и сама об этом думала. - Так почему же ты продолжаешь идти этой дорогой? Почему бы нам не отыскать Си Джи Би и не поинтересоваться вакансиями в его команде? Мы могли бы попытаться спасти хотя бы часть населения, и неважно кто они и по какому признаку были… - Потому что я не хотела бы оказаться среди этих самых счастливчиков. А ты, Малдер? Каково это будет – пережить холокост и, прикрываясь циничной логикой, оправдывать свои действия? Возможно, я просто переняла у отца его понятия о чести, - сказала Скалли, все еще держа Малдера за руку, - но я предпочту погибнуть в бою. И я за то, чтобы дать людям возможность сражаться, а не принимать решения за них. - Да. – Малдер печально улыбнулся. – Именно это я и сказал Си Джи Би, когда он был предводителем Великого Парижского Синедриона, а я – простым французским евреем из Эльзаса. Откинувшись назад, он позволил холодной воде смочить волосы. - Но все равно невозможно узнать наверняка, да, Скалли? Быть уверенными на все сто процентов? - Ты абсолютно прав, - признала Дана, глядя куда-то вдаль. – И здесь встает вопрос о доверии. Не отрывая глаз от напарницы, Малдер кивнул. Она была так прекрасна сейчас, когда капельки влаги бриллиантами блестели на ее губах, и вода тонкими серебристыми ручейками стекала по лицу и шее. Ему вдруг отчаянно захотелось прижать Дану к себе и целовать ее страстно и неистово до тех пор, пока недостаток кислорода не заставит его остановиться. - Как насчет того, чтобы попробовать разыскать какой-нибудь еды? Или, быть может, кофе? Думаю, я уже вдоволь наплавался… - произнес Фокс, неохотно расставаясь с миром грез. - Малдер, мне интересно… - Скалли запнулась на мгновение. – Этот квест, которым мы живем уже так долго… Ты считаешь его своим? Малдер замер на мгновение, а потом осторожно сказал: - Не уверен, что я понял твой вопрос. - Мне бы не хотелось, чтобы мои слова звучали враждебно, - произнесла Дана, слегка нахмурившись и сосредоточенно разглядывая свои руки под водой. – И я также не хочу придираться к мелочам, но мне любопытно - считаешь ли ты меня своей напарницей в этом деле? Или же это только ты против них, а я – что-то вроде… дополнительного ресурса помощи, наподобие Фрохики или Байерса… - Я вовсе не считаю, что ты похожа на Фрохики, Скалли, - постарался отшутиться Малдер. - Просто мне бы хотелось достичь в своей работе чего-то большего, чем позиции чьего-то помощника. - Я думал… - пробормотал Фокс, смущенно опустив взгляд, - я думал, что вполне ясно дал тебе понять, что ты абсолютно незаменима в этом деле, что ты – вторая половина квеста, и я ничего не смог бы добиться без тебя. - Я благодарна тебе за эти слова, - кивнула Дана, а затем, немного поколебавшись, все же добавила: - И, Боже, Малдер, мне было очень приятно услышать их. Внезапно несколько капель упали на Фокса, возвещая начало ожидаемого им дождя, однако Скалли, казалось, этого и не заметила – закрыв глаза, она о чем-то глубоко задумалась. - Но несмотря на то, как они мне понравились, я вынуждена сомневаться в их искренности, - сказала она, наконец вновь глядя на напарника. - Но… В чем конкретно ты сомневаешься? - Есть определенные вещи, которые заботят меня. Такие, как, например, была ли я в твоем сне, когда ты спорил с Си Джи Би? Или же даже на подсознательном уровне ты уверен, что одинок в этом противостоянии? - По-моему, это несправедливо, Скалли, - опираясь на сны, ставить под сомнения мои слова. - Меня не было там, да? – горько спросила она. «В этом-то и проблема», - подумал Малдер. Потому что, строго говоря, Скалли была в его сне, вот только не в том амплуа, в котором ей бы хотелось. Когда в зыбкой реальности сна Фокс говорил о своей жене, ожидавшей его в Эльзасе, то подразумевал именно Дану. Его подсознание связало воедино ее роль напарницы и интимные, супружеские отношения… «О, это было просто невыносимо слезливо», - с отвращением подумал Малдер. И как он мог рассказать напарнице о чем-то столь глупо-сентиментальном? - Да все в порядке, Малдер, - видя его неловкость, быстро произнесла Скалли. – Ты прав, я была несправедлива к тебе. - Нет, Скалли, я… - На самом деле я думала о тех моментах, когда ты отказываешься доверять моим профессиональным суждениям, - продолжила она, аккуратно подбирая слова. Дождь усиливался, словно отражая растущее напряжение разговора. - Я всегда отношусь к твоему мнению со всей серьезностью, Скалли, - возразил Малдер. – О чем ты говоришь? - Когда дело касается расследований – да, согласна. Но когда речь идет о заговоре и твоей сестре, мне кажется, ты не доверяешь мне, - ответила Дана. - Ты подразумеваешь мою совместную работу с Дианой в прошлом году? - Это хороший пример, - согласилась Скалли, отведя глаза. Дождь снова смочил ее уже подсыхавшие волосы, и они опять прилипли к ее лицу. – Хотя теперь я верю в то, что в конце концов Диана оказалась твоим другом, но это не отменяет того факта, что она предала тебя, и ты не поддержал меня в моих сомнениях на ее счет. Вместо этого ты обвинил меня в том, что я превращаю это в личное дело, и это было оскорбительно, Малдер. При этих словах Фокс почувствовал поднимающееся в нем раздражение. - Ничто не указывало на то, что Диана предала меня. - Ты сильно ошибаешься, - тихо возразила Скалли. - Все подозрения не имели под собой никаких оснований, - упорно настаивал Фокс. – Ты не представила достаточно веских улик. - О, значит теперь тебе подавай только обоснованные доказательства? – с сарказмом поинтересовалась Дана. – Ну что ж, добавь к подозрениям мое мнение. Это должно что-то значить. - Нет, если только оно не основано на объективных фактах. - И почему же ты считаешь мои суждения необъективными? - Потому что ты все-таки сделала это личным, - выпалил Малдер и мгновенно пожалел об этом. - Ты повторяешься, Малдер. И я начинаю гадать, на что ты намекаешь. – Судя по голосу, Скалли не на шутку разозлилась. - Может быть, - начал Фокс, - из-за того, что она когда-то была моей напарницей, тебя обижало то, что я ей доверял. А может… - А может, дело в том, что она была не только твоей напарницей, но и любовницей? Малдер почувствовал, как по его охлажденной дождем коже побежали мурашки, а Дана и не собиралась останавливаться: - Может быть, стоит поставить под сомнение и твою объективность, Малдер? Потому что, судя по всему, отголоски твоих прежних чувств к Диане заставляют тебя считать, будто я ревную тебя к твоим старым отношениям, и ты готов причинять мне боль, лишь бы не смотреть правде в глаза и не признавать ее предательство. Фокс почувствовал какое-то странное неуютное движение в желудке. - Это просто абсурдно, Скалли. У нас с тобой нет романтических отношений, - произнес он слабым голосом, и на некоторое время между ними повисла неловкая тишина. - Малдер, - сказала наконец Дана, - я прекрасно знаю это.