Наводка

      — Какой ты пьешь? — Рейстлин, зевнув и поправив криво наброшенную майку, потянулся к кофеварке. Вопрос был ритуальным, неважным. Видимость беседы — не молчать же после проведенной вместе ночи? Ответ, по большому счету, мало что значил. Обычно.       — Не знаю. Любой. А есть разница? — донеслось из спальни, и кофеварка осталась невключенной.       — Что значит — есть ли разница? Есть, конечно.       — Кофе должен пробуждать, и все, — подтянув трусы, мелькнул в коридоре офицер, скрипнула дверь ванной. — Любой сойдет.       — Сухое полотенце в тумбочке под раковиной! — перекрикивая шум полившейся воды, сообщил Рейстлин и задумчиво покосился на пачку кофе в руке.

...

      На плечах копа в невысохших каплях воды нежилось и множилось утреннее солнце, размягченное занавеской. От широкой, каждый раз искренней улыбки — захватывало дух, от смущенно тут же опущенных ресниц — становилось смешно.       — Так значит, любой? — вкрадчиво поинтересовался Рейстлин. Кофе из турки, сваренный на песке, сначала был вручную перетерт со специями, после — налит в подогретую чашку с уже ждущим на дне тягучим горьковатым диким медом.       Гил снова улыбнулся смущенно, поправил сотый раз полотенце, расходящееся на бедре, обласкал губами белый, твердый край чашки, сделал последний глоток, и нехотя опустил чашку.       — Понравилось? — спросил маг, не глядя на нее.       Гилтиас ответил, тоже не обратив на нее внимания:       — Я хочу еще.       — Да... — Рейстлин поднял взгляд, встретился с чужим, и улыбнулся — больше глазами, чем губами. — Я тоже.

***

      — В такой вечер гулять в одиночестве — сущее преступление! На ваше счастье, я полицейский. Если мы познакомимся, вы перестанете нарушать закон.       — Как и вы, офицер. Обычно я не знакомлюсь на улице... Но готов сделать исключение, если вы предложите то, что меня заинтересует.       — Как насчёт горячей ночи?       — Хм...       — И разок утром. Неторопливо и со вкусом. Только разбуди меня пораньше.       — Уговорил, — хмыкнул Рейстлин и разрешил сразу два сомнения Гила — о том, подходящая ли была шутка и стоит ли им целоваться при встрече, если они провели вместе несколько ночей и пока не обсуждали статус их отношений, насколько их вообще можно было назвать таковыми. — Что ты здесь делаешь?       — Иду к тебе. Хотел захватить пива по дороге. А ты?       Вечер и правда был дивно хорош. В полузаброшенном парке было мало народа, музыка уже стихла, но фонари растекались по уютным сумеркам медовыми кляксами, по аллее ласково лился ветерок, наверху разгорались звёзды.       — Какое совпадение, я тоже иду к себе, — трость мага легонько постукивала по круглым камням тропинки, мантия полоскалась на ветру. — Не бери пиво, тут есть кое-что получше.       Свернули в боковую аллею, остановились у третьего по счёту, единственного сейчас работающего здесь павильона.       — Мороженое? Серьёзно?       — Попробуй сначала, — Маджере показал продавцу два пальца и тот, кивнув, принялся наполнять два рожка, ловко зажав их в одной руке.       — Рейст, я сегодня отправил в камеру мудака, превратившего лицо жены в фарш — и если бы соседи не вызвали нас, уверен, он бы не остановился. А на закуску сопровождал органы опеки, которые забирали ребёнка у алкоголиков, не говоря уж о трёх дурацких жалобах на шум, граффити на памятнике и отчёте... — Гил запнулся, заметив, что Маджере действительно слушает. — В общем, день был трудный.       — Попробуй.       Вздохнув, коп принял рожок уже из рук мага и недолго думая, вгрызся в мороженый бочок.       — Офигеть! Что это?       — Виски. Думал, я предлагаю тебе какую-то фигню?       — Теперь-то я понимаю, что это определённо лучше пива!       И пойти к Рейстлину вместо того, чтобы хорошенько выспаться перед новой сменой тоже было лучшим решением. Какое-то время шли молча, но молчание было лёгким, даже, пожалуй, приятным. Наверное, поэтому не удержался, когда проходили мимо тира.       — Какой медведь, ты посмотри только! Хочу!       — Попробуй выиграть, я подожду, — не понял маг, с недоумением окинув взглядом означенный приз.       Пришлось намекнуть:       — Это не так работает.       Маджере задумчиво постучал пальцами по навершию трости, глядя на невинно улыбающегося офицера и хмыкнул:       — Ладно, как скажешь.       Выданный пистолет заставил его нахмуриться. Гилтиас запоздало подумал, что перегнул палку, но Маджере напрягло не само оружие, а его качество. Тем не менее, он вскинул руку и целый выводок жестяных цыплят полёг — один за другим. Офицер ахнул:       — К чёрту медведя, возьми меня прямо здесь!       Владелец тира поперхнулся в дальнем углу, Рейстлин самодовольно усмехнулся.       — Значит, забирать не будешь?       Гил покачал головой и, подцепив пальцами тонкую руку мага, повёл его по направлению к дому. Медведь, розовое чудовище ростом Гилтиасу до плеча, держущее в лапах алое пушистое сердце, грустно посмотрело вслед синими глазами из-под пушистых ресниц.

***

      Впервые о мандрагоре офицер услышал в контексте: «Не выключай свет, а то замёрзнет» и озадачился, но ненадолго. Ну, приспичило магу погреть какую-то зелень под лампой, бывает. Всё лучше, чем непонятные зелья на холодильнике. Или вообще краденый артефакт.       Второй раз был уже менее безобидным. Подкормка обладала приторным и одновременно страшно едким запахом. За какие-то пару минут, пока Рейстлин торопливо выносил её из лаборатории к непосредственно самой мандрагоре, обитавшей в домике на заднем дворе, она качественно и добротно провоняла весь дом.       На третий Гилтиас ненадолго засомневался в психическом здоровье Маджере.       — Ха! — заявил тот, врываясь на кухню и торжественно протягивая копу что-то на редкость уродливое.       — Фу, — не сдержался Гил, признав «ха» по пушистой метёлке ботвы, и Рейстлин прищурился.       — Не фу, а самая мандрагористая мандрагора на ежегодной выставке магических растений! Смотри, какое чётко выраженное мужское корневище!       — Блин, Рейст, оно тебе правда надо? Что за сельскохозяйственные порывы с магическим уклоном?       — Да так, поспорил с одним недоколдуном из коричневых. Посмотрим, что он теперь скажет!       Гилтиас открыл было рот, но Маджере опередил:       — Не «фу»!       Вечером офицер подъехал к приземистому зданию, похожему на долго болевший самолётный ангар и хотел было заглянуть внутрь, но маг в окружении незнакомцев, алчущих его внимания, вышел сам.       — Не продаётся! — сообщил он толпе на прощание и небрежно бросил изрядно уже потрёпанную мандрагору на заднее сиденье, и туда же — пышную медаль с цифрой «1».       — Похоже, тебя можно поздравить? — ухмыльнулся Гил.       — С победой в дурацком споре и потерей времени? Конечно, а ты сомневался? — Рейстлин рассмеялся и одарил копа приветственным поцелуем. — Сам не знаю, что на меня нашло.       — Что-что, упрямство твоё знаменитое и желание быть всегда правым, лучшим, первым и далее, далее... Домой?       — Как много у меня похвальных качеств! Домой, но если по дороге прихватим по бургеру, будет здорово. Или можно заехать в тот ресторанчик, где...       С заднего сиденья отчетливо хныкнуло, Гил нечаянно втопил газ и выругался, восстановил дистанцию и обернулся. Мандрогора морщила мордочку и разевала беззубый рот пошире.       — Ладно, теперь точно фу, — согласился Рейстлин, изобразив виноватое лицо.

...

      — Гил, клянусь, как только я её закопаю, она снова станет обычным растением, я тоже не горю желанием препарировать эту пакость вопящую!       — А вдруг она под землёй просто сдохнет?       — Ну, вызовешь полицию! Покушение на убийство мандрагоры ещё на меня не вешали…

***

      — Это недолго. Две-три недели максимум займёт вся операция, — Гил заглянул в глаза опустившему лицо Рейстлину. — Не опасно. Но соскучиться успеем.       — Ну что ты от меня-то хочешь? Я тебе не мамочка, чтобы запрещать что-то или разрешать... — маг боднул его лбом, вздохнул. — Иди спасай мир, офицер. Хоть что-то рассказать можешь?       — Только «что-то» и могу. В общем, это киберпреступник, не террорист, не убийца...       — Да-да, я понял — ты пытаешься убедить меня, что отправляешься почти что в отпуск. Давай по делу.       — Ладно. Он в международном розыске восемнадцать лет, а сейчас появились сведения о его возможном местонахождении. Сведения смутные, прямо скажем, потому и придётся туда внедряться, а не ломиться в бронежилетах с ордером на арест.       — Туда — это куда?       — Пообещай мне, что не будешь вмешиваться...       — Кхм!       — Помогать! Не будешь помогать, ладно?       — Да брось...       — Я тебя знаю, обещай.       — Хорошо! Не буду. Так куда?       Коп подтянул одеяло на плече мага. Разговор происходил в постели — чтобы можно было использовать, при необходимости, и запрещённые приёмы.       — Студенческий городок. Можешь ржать. Выбрали и правда десяток наших из тех, кто может сойти за студента. И столько же более опытных в штат университета. Так что я буду в хорошей компании. Валять дурака большую часть времени.       — Не начинай, а? Я что, не вижу, что ты нервничаешь?       — Я не из-за операции, а из-за тебя. Вдруг опять раскритикуешь методы департамента.       — А это мысль, — Рейстлин потянулся за телефоном. — Скажу Нуитари, что мне не нравится его план...       — Отдай! — Гилтиас, смеясь, убрал аппарат на свою тумбочку. — Слушай, я не смогу звонить и писать. Вообще-то я не понимаю смысла этого запрета на связь, но он категорический. Мы это как... Переживём?       — Ладно, теперь мне и правда это всё не нравится.       Настало время запрещённых приёмов.

...

      В первый одинокий день Рейстлин решил выпить утренний кофе снаружи — дом давил пустотой и тишиной. Вот уж дурость... Гил ведь даже не каждый день здесь. Но на крыльце всё-таки легче.       В конце концов, какие у него поводы беспокоиться? Коп и на улицах каждый день сталкивается с типами поопасней, будто мало в городе вооружённых наркоманов и алкашей... Неудачная командировка? Это было давно. Да и будет он там не один... Ирдису маг уже написал, тот долго ругался, что у него ещё не было занозы в заднице острей, но в итоге согласился дать знать, если с офицером что-то случится.       Пара-тройка недель. У него просто появилась прорва времени на работу.       Испортив второй по счёту состав и забыв, что собирался с ним делать, Маджере с сожалением вышел из лаборатории. Фокус не удался...       Паранойя мешает, вот что. Паранойя, а не интуиция, верь он и правда в своё предвиденье — не отпустил бы Гила никуда.       Киберпреступник — не безжалостный убийца. Он действует не топорно, а скрытно, он не агрессивен, а хитёр. Да в самом деле! Хватит уже об этом думать! А если практика пока не увлекает, всегда есть теоретическая магия, до которой руки стали доходить последнее время неприлично редко!       Выкладок, вычислений и рытья в книгах хватило ещё на три часа. Рейстлин с изумлением посмотрел на плюс в формуле, где должно было стоять умножение, вымарал неправильную реакцию элементов и вернулся к началу.       Теоретическая магия тоже отпала...       У остальных занятий на этом фоне не было и шанса. Ночью Маджере не смог заснуть и поймал себя на том, что хочет вытащить настенные часы, чтобы следить за стрелкой и быть уверенным в том, что время движется.       Прошёл первый день.

...

      — Рейст? Я дома!       Прошло две с половиной недели.       Гилтиас, опустив рюкзак на диванчик, с изумлением разглядывал заставленный кухонный стол.       — Ты знал, что я вернусь сегодня? — поинтересовался коп, сгребая в охапку появившегося на пороге мага.       — Нет, — с облегчением тот прижался, обнял в ответ, и почувствовал, как внутри тает что-то ледяное и тяжеленное. — Ты мог бы и предупредить.       — Хотел сюрприз сделать. Так что это тогда за роскошество?       Маджере поморщился, не зная, как объяснить.       После первых трёх суток без офицера он полез на стены, и оттого, что не понимал, чем вызвана столь острая реакция, становилось только хуже. На четвёртые — понял, что такими темпами загремит в лучшем случае в терапевтическое отделение ближайшей больницы, в худшем — в психиатрическое, и взял дело в свои руки.       Приём пищи регулировался по часам, как и её готовка (чем дольше — тем лучше, оттого на кухне появились продукты, о существовании которых он раньше и не знал), как и сон (боже, благослови фармацевтов и снотворное), как и вообще абсолютно всё.       Если бы Гил предупредил, он бы успел привести дом к привычному виду, уничтожив следы своего роботического существования.       — Я потом объясню. Как всё прошло?       Гилтиас торопливо улыбнулся, замялся, вздохнул.       — Не хочу и пытаться соврать.       Рейстлин медленно сел.       — Что пошло не так?       — Он нас раскрыл, запаниковал и взял заложников. В итоге убили при задержании. Никто другой в итоге не пострадал, но было... Нервно. Я расскажу потом подробней, но с тобой-то что?       — Кажется, всё-таки интуиция...       — И всё? У тебя такой вид...       — Две. С половиной. Недели.       — Рейст, ты меня пугаешь. В остальном всё в порядке?       — Теперь — да.

***

      — Ну как? Не так уж плохо на вкус, а? — Гилтиас расхохотался, Рейстлин страдальчески уткнулся лбом в ладонь.       Даламар с интересом посмотрел на стоящую на столе пиццу и не нашёл в ней таких уж забавностей.       — А о чём речь?       — Гил, не смей!       — Да ладно тебе, — офицер сгрёб мага в охапку и, всё ещё улыбаясь, пояснил: — Пару дней назад мы ездили к моей маме на день рождения. У меня смена поздно заканчивалась, Рейст первый приехал...       — Я тебе отомщу, ты же знаешь? — ворчливо подал голос и герой истории.       — Мсти, — хулигански пошевелил коп бровями. — Так вот... Когда я пришёл, эта святая простота уминала третий по счёту кекс. С начинкой.       — Какая у тебя мать классная, — позавидовал Даламар.       — Для друзей юности расстаралась, а тут Рейст. Голодный. Кто знал, а? Ну а ты — слышал? Он сразу понял, хотя даже не видел самих кексов!       — Ну, знаешь ли, моё знакомство с травой ограничивалось курением, и то пару раз! Сто раз тебе говорил, я не разбираюсь в наркотиках!       — Не то чтобы это был наркотик...       — Ой, а ты вообще молчи, спец по выпечке с анашой нашёлся!       — И знаешь, что он мне заявил на моё закономерное изумление?       — Я уже понял, — улыбнулся Арджент, а Рейстлин раздражённо скривился.       — Именно! — снова засмеялся Гил. — «А что? Не так уж и плохо на вкус»!